Все время что-то читаю... Прочитанное хочется где-то фиксировать, делиться впечатлениями, ассоциациями, искать общее и разное. Я читаю фантастику, триллеры и просто хорошие книги. И оставляю на них отзывы...
Не знаете что почитать? Какие книги интересны? Попробуйте найти ответы здесь, в "Читалке"!

Алексей прудников биография


Биография Алексей Прудников

Бывший советский футболист, вратарь. Заслуженный мастер спорта СССР (1989). Участник Олимпиады 1992.

13.08.2008

Алексей Павлович Прудников (20 марта 1960, Москва) — бывший советский футболист, вратарь. Заслуженный мастер спорта СССР (1989).

Алексей Прудников фотография

В 1978 году попал в состав московского «Спартака», сыграв в 1979—1982 годах только 17 матчей, будучи дублёром Дасаева. В конце 1982-го перешёл в «Динамо» Москва, где в 1983—1987 годах был основным голкипером. В 1988 году провёл 5 матчей за «Торпедо», в 1989-м вернулся в «Спартак», за который за полтора года сыграл 2 матча (основным вратарём был Черчесов).

Реклама:

В середине 1990 года уехал в Югославию, где выступал за мостарский «Вележ» и «Сараево». В 1992 году был играющим тренером чешского клуба «Топольчаны», затем краткое время работал тренером вратарей московского «Спартака».

В 1993-м играл в финском «Яро». В начале 1994-го был на предсезонных сборах в «Локомотиве» Москва, однако подписал контракт с калининградской «Балтикой». В середине сезона перешёл в краснодарский «Колос».

Игровую карьеру закончил в южнокорейском клубе «Чонбук Хёндэ Дайнос», выступая в роли играющего тренера. В 2000 году был тренером по работе с вратарями в клубе «Самсунг Блю Уингз».

В 2001 году был главным тренером футбольного клуба звезд эстрады «Старко». С этого же года работает, с перерывами, тренером вратарей в московском «Спартаке». В 2006 году был спортивным директором вильнюсского клуба «Ветра»[1].

Сын Алан также футбольный вратарь.

Достижения

Новый язык из собственной рукиПосетило:186 Я никогда не был гением Посетило:185 Три секрета 111-летнего живчикаПосетило:134

Двукратный чемпион СССР (1979, 1989)

Обладатель Кубка СССР (1984)

Победитель молодёжного чемпионата Европы (1980)

Олимпийский чемпион 1988 года (был в заявке)

031087 [email protected] 04.10.2008 07:19:52

ЛЕХА!!!!!!!!!!!!Привет)))))))))))Набрать номер тяжело!!!!!!!!УКдачи и счастья!!!!!!!!!!Нестерова ТАТОХА

Лучшие недели
Юрий НиколаенкоПосетило:3077 Похудеть или остаться без ноги?Посетило:553 Антон КравсПосетило:737

www.peoples.ru

Алексей Прудников: «Романцев подумал: «Опять какого-то бразильца привезли». А это просто Кебе перекрасился»

Денис Романцов встретился с удивительным вратарем-путешественником, олимпийским чемпионом Сеула, чемпионом Союза в бесковском «Спартаке» и свидетелем всех трофейных завоеваний «Спартака» в начале века.

- Вы переносили интервью из-за того, что всю неделю кого-то куда-то заявляли. Так кого?

– Заявлял ребят в свою любительскую команду – тех, кто не попал в дубль московских команд, но есть шанс заиграть дальше. Не все же физически готовы сразу играть в премьер-лиге. Уже были такие инциденты – Володька Сочнов отслужил в армии, шахты рыл для ракет, потом вернулся и попал в московский «Спартак». Слава Сукристов служил три года в морфлоте, а потом попал в сборную и стал вице-чемпионом Европы-1988. Сейчас создали лигу для ребят до 21 года и мы там играем.

– А вы как в дубль «Спартака» попали?

– В девять лет я не прошел отбор в «Локомотив», но спортом все равно хотел заниматься. А жил я рядом с лесом в Метрогородке, так что пошел в лыжную секцию – туда меня взяли. Раньше сложно было отбор пройти, выбор школ был не такой, как сейчас. Один раз стал чемпионом Москвы среди лыжников. Занимались в Ростокинском проезде, рядом с манежем «Спартака». В футбольную школу «Спартака» меня приняли аж в четырнадцать лет. Два года я жил так – пробегал на лыжах 15 километров, а потом бежал в манеж и вставал в ворота. Оценки в школе были хорошие, так что родители и не догадывались, что я совмещаю лыжи с футболом.

Когда мне было 16, позвали на просмотр в дубль. Мой тренер Михаил Павлович Огоньков возмутился: «Прудников еще правил не знает, а вы его на просмотр зовете!» Но «Спартак» как раз вернулся в высшую лигу и нужно было собирать дубль. Из школы надо было взять девять человек и я попал в их число. Смешно получилось: когда у меня был выпускной в «Спартаке», меня позвали в «Локомотив», а тренером там был Владимир Вениаминович Родионов, который когда-то и не принял меня, девятилетнего в свою школу. Я отказался.

– А в молодежке «Спартака» с кем играли?

– В школе «Спартака» капитаном нашей команды был Сергей Дроздов – его потом взяли в хоккейный «Спартак». Вратарем. Потом он перешел в «Динамо». А я как будто за ним шел – только в футболе. В дубль меня взяли вместе с Черенковым. Николай Петрович Старостин говорил Бескову: «Кость, посмотри на мальчика. С мячом хорошо обращается. Все при нем». Бесков посмотрел на Черенкова в двусторонке: «Силенок нету у него». Функционально Федя был не готов – ум есть, а физики не хватало. Человек сто прошло через эти двусторонки. В общем, вычеркнул Бесков Черенкова. Старостин возразил: «Ну чего ты. Пусть получает свои 60 рублей – поможем семье. У него отца нет». Бесков: «Ладно». Федя тогда даже в 25 лучших не попадал в своем возрасте. Но ему дали возможность тренироваться со «Спартаком», он стал быстро расти. Парень-то умный. Заиграл.

- А вы сколько зарабатывали?

– До сих пор помню свой первый договор – назывался инструктором по спорту, не было же профессиональных спортсменов. 01.01.1978 – дата, когда меня взяли в «Спартак». Сначала получал 60 рублей, через три месяца игрокам дубля подняли ставку до 150 рублей – это больше, чем мой отец зарабатывал. Мама получала 60 рублей, работая в детском саду. А отец – сварщик, высотник. Работал в «Олимпийском» и на Останкинской башне. Когда ходил по жердочке и стелил балкон, просил меня: «Только не трогай». А я боялся, что он с балкона упадет.

– Правда, что популярность «Спартака» сильно выросла за год в первой лиге?

– «Спартак» всегда был с народом. Я, правда, особо не видел, как они играли в первой лиге, побывал только на одной домашней игре – с «Уралмашем». Я учился недалеко от стадиона «Локомотив», в спартаковской школе все были из этого района, мы с пацанами рано утром покупали билеты по рубль двадцать и продавали потом за три, но на «Уралмаш» продать не удалось и пришлось идти самому. Еще и подумать не мог, что через три месяца сам буду в этой команде.

– Какая обстановка была в «Спартаке» конца семидесятых?

– Ни у кого не было ни машин ни квартир. Все жили в Тарасовке. Я иногда даже не уезжал на выходной домой – было интересней остаться на базе. Из развлечений – три программы в телевизоре и рассказы старших. Бильярд был, но такой покошенный, что шарик прыгал. А так – зал, домино.

– Но у Бескова-то был «мерседес»?

– Был. У него одного. Мы уже чемпионами стали, а ни у кого в команде машины не было. Раньше ты не мог взять и купить, сначала нужно было карточку получить за заслуги, а потом уже ты покупал за свои деньги. А у Гаврилова отец инвалид, проблемы с ногами. У него был ручной «запорожец». И вот как-то Гаврилов приехал на этом запорожце в Тарасовку и перекрыл дорогу бесковскому «мерседесу». Бесков выходит на балкон – а там его мерс и инвалидка. «Чье это?» – кричит. А внизу бабушки сидели: «Это Юрка Гаврилов приехал». – «Гаврила, убери!». Юрка: «Так мне же надо на чем-то на тренировку ездить».

- Часто вам Бесков классиков перед играми читал?

– У Бескова всегда был талмуд. Открывал, читал и иногда забывал, что надо на игру ехать. У него всегда внимание фокусировалось на мне, так что, когда ребята давали мне понять, что скоро игра, я демонстративно смотрел на часы, Бесков отвелкался и говорил: «Ну ладно, поехали». Романцев, кстати, тоже много читает. Говорили, что он нелюдимый, а он в день по книжке прочитывает. У него большая библиотека. Все думали, что он выпивает, а он сидел и читал.

- Чем вас Бесков удивлял?

– Он очень тщательно отбирал людей – по уму. Говорил: «Даже медведей учат в хоккей играть. Так и вас научу футболу – главное, чтоб человек умный был». Самое страшное было – проиграем кому-нибудь, в Киеве, например, едем домой на поезде. Бесков вызывает к себе кого-то из молодых. Показывает ситуацию. Спрашивает: «Кому нужно пас отдать?». Если молодой ошибался, то слышал: «Завтра сдаешь вещи».

Когда меня только взяли, Дасаев сломался, и я играл первый тур в Тбилиси. Проиграли 0:1. Николай Петрович люто на меня посмотрел. А это ж первая игра – не пойму, кто куда бежит. Вскоре мне говорят: «Леш, поищи себе команду» – «Хорошо». Ухожу с базы. Встречает Саша Прохоров, который моим кумиром был: «Ты куда?» – спрашивает. – «Иду искать новую команду» – «Подожди». Прохоров пошел к Бескову и заступился за меня. Меня оставили, хотя «Спартак» уже взял на мое место какого-то мальчика из Грузии – того в итоге освободили. Потом уже Валера Городов приходил, Миша Бирюков, но все равно – я оставался, они уходили.

- «Спартак» тогда много гастролировал. Какая поездка запомнилась?

– В 1979 году прилетели в Нью-Йорк. Бесков любил зарядку делать. Только приземлились – сразу на разминку. А тротуары маленькие, узкие. Люди на работу идут, а мы по тротуарам несемся. Народ шарахается. Приехала полиция – посмотреть, что за мужики бегают в красных костюмах. Потом надо ехать на игру – а за нами автобус не приезжает. Поймали что-то вроде рафика, мусорные ведра оттуда вытащили и забились туда всей командой.

В Америке оказались зимой. Думали, в большой футбол будем играть, а нас на хоккейные коробки выпустили. Тогда у них только начинался индор-соккер. Мы в пас хорошо играли, так что все выигрывали. Я хотел здесь развить индор-соккер, но создатель «Дины» Козлов с испанцами опередили меня и раскрутили мини-футбол.

- Старостин с вами летал?

– А как же. Он в Сан-Диего даже знакомого встретил. Нам там подарили ковбойские шляпы, заходим в них в отель. Николаю Петровичу белую дали – шляпу шерифа. На ресепшне подходит к Старостину пожилой мужчина: «Николай Петрович, здравствуйте. вы меня не узнаете?» – «Нет-нет-нет». Нам же сказали, ни с кем не разговаривать. Старостин отходит, а мужичок с тросточкой за ним. Деваться некуда. Старостин присмотрелся к мужичку и спрашивает: «Не ты ли, Петруха, играл у меня в 34-м правого крайнего?». – «Я, Николай Петрович». У Старостина память сумасшедшая. Спрашивали у него: «Как вы «Евгения Онегина» выучили?» – «Берешь книгу – читаешь. Утром встаешь – еще раз читаешь. И так 60 лет». Он даже жен всех наших помнил по лицам и именам.

Еще с ним одна история была. Поднялись на крышу небоскреба в Нью-Йорке. Рядом были Сергей Башкиров, который позже с «Днепром» чемпионом стал, и Сергей Березин, который потом получил сотрясение мозга в манеже ЦСКА. Молодые были. Николай Петрович шел навстречу в расстегнутом плаще. Вдруг подул сильный ветер и Старостина начало сдувать. Плащ раскрылся и его как Бэтмена понесло к решетке. Мы его подхватили. «Чуть не улетел с крыши», – говорит.

А однажды Старостина, наоборот, в небо чуть не унесло.

– Как так?

– В немецком Падерборне перед началом матча устроили праздник. Посреди поля накачали воздушный шар. Спрашивают: «Кто хочет прокатиться? В Голландию можете улететь» А мы никуда не могли лететь – у нас виза только в Германию. Старостин в шутку: «Я полечу». Ему дали веревку, которая держала шар. Смотрим из раздевалки: шар взлетает, веревку надо отпускать, а Николай Петрович ее на руку намотал и стоит разговаривает с кем-то. Шар приподнимается, Старостин отрывается от земли и поднимается вверх. В итоге, конечно, отвертел веревку и грохнулся. Мы всю ситуацию наблюдали через окно. Старостин поднимается к нам по лестнице. Окидывает всех взглядом. А все сидят бутсы шнуруют, как будто ничего не заметили. Спрашивает: «Ну что, видели? Чуть, на**й, в Голландию не улетел». Все как попадали.

Всерьез ни Бесков, ни Старостин матом не ругались. Если одно слово проскочит – это что-то неимоверное. И нам тоже приходилось сдерживаться – Хидиятулин однажды выругался, так его на пять матчей дисквалифицировали и на комсомольское собрание вызвали. Вагиз объяснялся: «Да это я «блин» с ростовским акцентом сказал». Вообще Бесков со Старостиным друг друга уравновешивали. Бывает, Бесков подходит, ругает тебя, ты уже хочешь бутсы сорвать и бросить в кого-нибудь, а за Бесковым – Старостин: «Молодец, только жестче».

- Чем Америка поразила?

– В отеле нас селили друг над другом, чтобы удобнее было прослушивать. Еще мы там впервые фильмы ужасов увидели. Птица нападает на людей, глаза клюет – жуть. Я жил в номере с Виктором Самохиным. Витька посмотрит и засыпает, а я из-за разницы во времени лежу, смотрю. И вот идет этот фильм ужасов и вдруг дверь в номер – ч-ч-чик – и открывается. Кто там? Тишина. Витьку бужу. Дверь открылась, а мы же знаем, что закрывали ее. Витька берет ершик из туалета, надевает на него шапку и высовывает из-за двери – чтоб, если ударят, не по нам попали. Никого. Наутро полиция приехала. Оказывается, соседа обокрали. Перепутали номер и сначала к нам по ошибке забрались.

Только прилетели из Америки и на девять лет закрыли авиасообщение с США. А когда снова открыли и думали, кого послать, решили послать команду КГБ – я тогда как раз в «Динамо» был. И снова полетел в Америку.

– Почему перешли в «Динамо»?

– Дасаев поехал на чемпионат мира-82. Я заменял его и почувствовал, что могу играть регулярно. А приходило время армии. Но только не в ЦСКА. Там такая команда была, что люди не хотели туда идти. У меня был случай. Из Мексики со «Спартаком» прилетел. В девять утра приходят домой. У меня еще волосы длинные были. «Прудников? Вы арестованы. Можете взять зубную щетку». А я не пойму, в чем дело – я учусь на дневном отделении в Малаховке. Выхожу на улицу, сажают в черный воронок. Два солдата с одной стороны, два – с другой. Проезжаем на Сокольниках парикмахерскую «Чародейка». Меня туда заводят: «Ну чего, под Котовского?» Везут в военкомат. Две бумажки лежат – «просьба перевести на заочное отделение» и «хочу служить в войсках Советской Армии». Посадили меня подписывать и оставили одного. Я взял и убежал через окно. Позвонил Бескову. Он мне: «Три дня тебе нету. Спрячься». Залег у знакомых пацанов.

Проходит время. Я уже играю в московском «Динамо». Прихожу в воинскую часть расписаться в ведомости (мы же относились к внутренним войскам). Смотрю – а там тот офицер, который меня в военкомат привез. Фамилия Зозулин, кажется. Оказалось, его уволили за то, что меня упустил, и перевели в эту часть.

А с переходом в «Динамо» снова помог Саша Прохоров. Предложил меня им. А мне тогда ничего не надо было – только играть.

– С «Динамо» вы вскоре Кубок выиграли.

– В финале сошлись с садыринским «Зенитом». В начале второго тайма Борис Чухлов ударил меня коленом по голове, причем так, что я не помнил, что было до перерыва. Встаю – не понимаю, что я вообще здесь делаю. Отыграл второй тайм, дополнительное время. Выиграли 2:0. И уже в раздевалке тошнить начало.

В «Динамо» у меня еще серьезнее травма была. Порвал как-то связки в левой руке, и не мог поднять ее. Я даже не выходил на разминку, чтоб соперники не видели, что я играю одной рукой. Никто про это не знал. Тогда удачно совпало, что сборная жила в Новогорске через забор от «Динамо». В сборной был врач Мышалов и тренер Лобановский. А мы же конкуренты его киевского «Динамо». Я втихаря перелезал к Мышалову и он делал мне блокаду. В раздевалке перед игрой делали еще и заморозку, но она действовала только 30 минут. Заходишь в раздевалку после первого тайма, а тебе не могут сразу сделать заморозку, потому что опять не хватит. Приходится терпеть до конца перерыва.

– В «Динамо» много тренеров повидали?

– После Соловьева работал Севидов. Команда выбрала меня капитаном, а Севидов хотел видеть капитаном Газзаева. Потом со СКА знаменитая игра. Вели 3:0. Те четыре раза ударили, четыре гола. На следующий день Севидову вручили цветы – до свидания. Мы при Сан Саныче проходили каратэ – тогда бум был в стране. Полуконтактное каратэ, рубцевали друг друга на тренировках. В итоге так увлеклись каратэ, что в первом круге получили 40 желтых карточек. Каждый тур кто-то пропускает. А мы же за выживание боролись. Еще в Кутаиси тяжелый момент был – я Коле Толстых сотрясение сделал. При счете 0:0 я взял пенальти, мы бы вылетали, если б проиграли, а потом Толстых выпрыгнул на угловом, а я мяч чуть ли не вместе с его головой выбил. Матч он доиграл, но в Ереван его понесли на руках.

Пошла тренерская чехарда. Пришел Эдуард Васильевич Малофеев. Заявил: «Ты у меня играть не будешь». Думал, что я уйду, а я сказал: «Буду играть за дубль». В итоге он вернул меня в состав. В 1986 году, когда «Динамо» чуть не стало чемпионом, мы хорошо играли, потому что Малофеев постоянно уезжал в сборную. При нем приезжали на стадион уставшие, на тренировках он нас убивал. На второй тайм уже сил не оставалось. А когда Малофеев уезжал в сборную, его замещал Адамас Голодец, и с ним мы до последнего боролись за первое место.

Малофеев своеобразный. Я только мяч получу, он мне: «Скорее выбивай!» – «Зачем? Я могу точно рукой бросить» – «Нет! Быстрей в атаку!» А в атаке у нас один Газзаев играл. Другим он передачи не отдавал. Его однажды заменили после игры с «Араратом», так он на эмоциях ушел из команды. Потом против нас играл за «Динамо» Тбилиси. Газзаев признавался, что его нелюбимые игроки – Гена Морозов из «Спартака» и Сережа Силкин, с которым они сталкивались на двусторонке «Динамо». Газзаев крутил, финтил, но Силкин все равно отнимал. Газзаев жутко злился. И вот играем с Тбилиси. Силкин в основе – против Газзаева. Мы 2:0 выиграли. Я знал его манеру – если бежит по флангу, я чувствовал, что он никому не отдаст. Показал, что выдвигаюсь на прострел, а сам вернулся в ворота и отбил его удар. Он подбежал, схватил меня: «Ну пропусти же ты!» У меня фотография сохранилась – я время тяну, а Газзаев мне мячик ставит.

А вообще мы с Газзаевым родственники по женам.

- Антонин Паненка рассказывал, что исполнял свой знаменитый пенальти 35 раз и не забил только однажды – в матче с московским «Динамо» в полуфинале Кубка Кубков.

– Честно скажу, я его манеру не знал и до того случая не видел, как он бьет. Просто по-своему отразил. Он за «Рапид» играл, и у них было серьезное напряжение. Мы вели 1:0, а они никак не могли забить – не идет и все. Судил чех и, конечно, нас начали убивать. Антонин до сих пор вспоминает тот пенальти. Когда я работал тренером в чешских Топольчанах, оказались в одной компании с Паненкой и Сашей Бокием. Паненка рассказывает, как забивал, вспоминает, что не забил только один раз – вратарю «Динамо». Спрашиваю Антонина: «А я похож на того вратаря?» Паненка напрягся. Рядом Саша Бокий сидел: «Да это он и есть». Антонин рассмеялся.

– Жизнь на сеульской Олимпиаде чем памятна?

– Я участвовал на предолимпийском турнире из 16 сборных, так что знал всех наших соперников по Олимпиаде. В итоге Бышовец ко мне перед каждой игрой за консультацией обращался. Мы жили в номере с Сашей Бородюком. Бышовец перед игрой зайдет (заходил перед всеми, кроме финальной), расспросит все, что я знаю про нашего соперника, а потом на установке то же самое пересказывает. Мы с Бородюком переглядываемся – хохочем.

Мы жили отдельно от остальных олимпийцев, потому что постоянно играли в разных городах. Только перед финалом приехали в Олимпийскую деревню. А там – одни спят, другие готовятся, третьи обмывают медали. Бышовец посмотрел и отправил нас обратно на корабль. Жили в каютках на четырех человек. Два места для вещей, два – для людей. Тренировались там же – на корабле. Вешали сетку и рубцевались. А мы с Димкой Хариным дополнительно играли по бразильской системе. Один становится рядом со стеклом, а второй бьет. Нужно было обязательно ловить. Ни одного стекла не побили.

Чествование было там же. После полуфинала собрали деньги в рюкзак Валерке Сюткину и отправили его собирать банкет.

- До финала?

– Конечно. Впервые за столько лет вышли в финал. Тогда же играли все профессионалы. Потом уже стали играть до 23 лет. За Германию играли Клинсманн, Хесслер, Ридле, за Бразилию Карека, Ромарио, Бебето, Таффарел. Играем финал с Бразилией. Дополнительное время. Первые 15 минут отыграли. У всех истощение. Судья дает свисток на перерыв, а Гела Кеташвили не понял, подумал, что конец. «Ура!» Ему подзатыльник отвесили: «Куда? Еще 15 минут». В итоге выиграли золотые медали – впервые за 32 года. Прилетели домой, привели в Моссовет. Подарили по кружке с изображением Москвы и все.

- Правда, что 15-летие той победы отмечалось только благодаря вам?

– Да и 25-летие тоже. Когда играл в Южной Корее, купил на телевидении записи финала, подарил диски всем игрокам той сборной. Там запись без комментария и слышно, что говорят тренеры и игроки, а еще есть церемония награждения, которую по нашему телевидению не показали. А 15-летие мы тогда организовали с Юрой Давыдовым, основателем команды «Старко». Мы с ним подружились, когда я играл за «Торпедо». Юра занимался в школе «Торпедо», а в восьмидесятые играл в группе «Зодчие»: с Сюткиным и Лозой. Мы ходили к ним на концерты, они к нам на матчи. Они были с нами на корабле в Сеуле. Валера Сюткин на трубе перед финалом играл.

– Как вы потом в Югославии оказались?

– Бесков позвал меня назад в «Спартак» из «Торпедо». А когда Романцев возглавил команду, тех, кого позвал Бесков, отодвинули. Я сильно расстроился. Меня начали заставлять ездить за молодежную сборную, туда тогда разрешали брать двух опытных игроков – меня и Кеташвили. Уехал с ними на месяц в Индию. Только вернулся – направили в Голландию. А я хотел играть за «Спартак». Но Романцев меня отодвигал и наигрывал Стаса Черчесова. Говорю: «Не хочу больше в сборную ехать» – «Тебя дисквалифицируют». Я опять поехал в молодежку. Потом эта сборная выиграла молодежный чемпионат Европы. Там еще Миша Еремин был. У него были проблемы со зрением. Когда он недолгое время был в «Спартаке», я ему подсказывал: «Ты здоровый малый, не стой на линии, а то летаешь в сантиметре от штанги. Делай полшага вперед».

В итоге создали коммерческую команду «Спартак», которая ездила по всему Союзу и зарабатывала деньги. Причем зарабатывали больше, чем игроки основного состава. Смешно было, когда в ведомостях расписывались. У Сергея Родионова одна зарплата, а у Никишова, мальчишки из школы, которого брали в коммерческую команду для комплекта, больше. Правда, часть денег он отдавал, чтобы заплатить премиальные основе. Писарев в той команде был, Иванов, Мостовой, Бокий. Кто заболел, кто молодой – всех собирали в эту труппу гастролеров. На стадионах еще устраивали лотереи, разыгрывали автомобили. Народ и так ломил, а тут мы еще. Я был самый высокооплачиваемый игрок. Получал как игрок «Спартака», дубля и коммерческой команды. Интересно было – всю страну объездили. Привозили деньги в клуб, чтобы из них платили премиальные игрокам основного состава.

А потом приехала в Москву югославская команда с ткацкой фабрики. Попросили сыграть с болельщиками «Спартака». Мы с Сашей Бокием собрали болельщиков, мы многих из них знали. После игры югославы подходят: «У нас такие, как вы с Бокием, играют в высшей лиге». Они ж не знали, что мы профессиональные футболисты. «Не хотите в Югославии поиграть?» – «Давайте попробуем». Прислали приглашение мне и Бокию. Но у нас был хороший контакт с «Сигмой» Оломоуц. Когда-то «Спартак» им помогал. В итоге я поехал в югославский Мостар, а Саша – в Оломоуц.

Чтобы уехать в Югославию, я ходил за разрешением в судейский корпус, в ветеранский, к Колоскову, в КПСС. Интересовались: «А почему бесплатно?» Раньше же могли и за мешок бутс игрока за рубеж продать. Но меня Колосков за заслуги отпустил без компенсации. Пока дали разрешение, чемпионат Югославии подошел к концу. Успел сыграть один-два матча.

- И какой вам показалась Югославия в начале девяностых?

– Особых отличий от Советского Союза не было. За «Вележ» Мостар играли Мехо Кодро, который потом в «Барселоне» оказался, и Владимир Гудель («Сельта»). В Мостаре почти все ребята мусульмане. Тогда выборы были. Пришел на футбол – 2 тысячи, на следующий тур – 15. Спрашиваю: «Что такое?» – «Выборы президента». Выбрали Алию Изетбеговича. И меня тоже сразу переименовали – стали Алией называть. Потом меня продали в «Сараево», Там собрание. Два парня сидят на столе и ждут, когда все соберутся. Один – мусульманин, другой – православный. Мы заходим в раздевалку, а они поочередно на нас показывают: «Наш пришел... Наш пришел». И пересчитывают, кого сколько. Сидят, смеются. Тут я захожу, православный на меня показывает: «Наш». А мусульманин ему: «Как его зовут? Алия. Значит, наш». Такая шутка была.

Потом война началась. Стреляли по городу. Местные сказали: если война в Боснии начнется, это надолго. У нас же все семьи смешанные. Жена православная, муж – мусульманин. Жили все вместе – и Пасху праздновали вместе, и мусульманские праздники. Но опять Америка замутила и начался раскол. Стали биться между собой. Началось все с албанцев – те занимались наркотиками, оружием. Я застал, как им говорили: убьешь серба – сто марок. А потом убивали того, кто убивал серба. Пошла заваруха.

А через десять лет я поехал за Самиром Муратовичем для «Сатурна» – с техническим директором Александром Чернышовым. Приехали в Сараево на матч Кубка «Железничар» – «Сараево», хотели спрятаться, чтоб никто не узнал о нашем приезде. Агентов-то много. Заходим за билетами, проходим на трибуну, а человек, который билетам корешки отрывает, меня узнает. Начинается матч и по стадиону объявляют: «На матче присутствует Алексей Прудников!». Спрятались, называется. Ну, ничего, после игры договорились о покупке Муратовича с Йолдичем, спрятали их где-то в номере и едем в аэропорт.

Ночью проезжаем границу с Сербией. А если у тебя больше тысячи долларов, ты их должен задекларировать. Три часа ночи. Заходим в будку. Тишина, темно. будим толстого такого парнишку. «Чего там?» – спрашивает. «Да вот, деньги надо предъявить и записать». Встает, берет паспорт, видит имя и на меня смотрит: «Алия?» Саня Чернышов обалдел: «Что, и здесь тебя знают?» Спрашиваю у парня: «А ты-то меня откуда знаешь?» Отвечает: «Мой отец был спортивным журналистом. Ваш плакат у меня на стене висел. Мне 13 лет было».

- Расскажите, как вы Романцева в «Депортиво устраивали.

– После Югославии я должен был в Испанию поехать играть, но агент не очень хотел, чтоб я туда ехал. Говорил: «Давай лучше «Депортиво» русского тренера найдем – они тренера ищут. Кого предложишь?» Говорю: Садырин или Романцев. Олег Иваныч тогда как раз у «Реала» выиграл. Позвонил Иванычу, он тогда в Японии был со «Спартаком», все обговорили. Визы тогда долго делались – дней по 15. Провернули что-то невероятное – Романцев прилетел из Токио в Белград. Консул лежал в больнице, мы вырезали из газеты фотографию Романцева, увеличили, наклеили на визу, отвезли этому консулу. Тот чуть ли не при смерти лежит, но печать поставил. Моя жена купила Иванычу билет в Испанию. В итоге он прилетел из Японии в семь утра, а в девять утра полетел с визой в Испанию. Чудеса.

Романцев поразил президента «Депортиво» Лендойро. Обычно тренер прилетает – мне нужен ресторан, ужин, гостиница. А Иваныч: «Нет, мне ничего не нужно. Дайте только кассеты с вашими играми». Прилетели ночью в отель: Романцев сразу к видеомагнитофону. Смотрит победный, проигрышный и ничейный матчи. «Депортиво» тогда только в примеру вышел.

- То есть сам Романцев был заинтересован в этой работе?

– Да тогда никто не мог и подумать, что это возможно. Русский тренер в Испании. Провожая Романцева, Старостин прислал мне вырезку, сколько получают тренеры в Испании, и сказал нам с агентом: «Не прогадайте!». В общем, наступает утро. Знакомимся со вторым тренером, он: «Хочу работать с Романцевым». Познакомились с тренером по физподготовке. Договорились о финансовых условиях. Нужен переводчик, я сразу предлагаю – пусть Дасаев будет у вас и переводчиком, и тренером вратарей. Договорились, что с Романцевым в «Депортиво» придут Пятницкий и Кульков. Олег Иваныч подписал контракт и для получения разрешения на работу в Испании требовалась только одна справка. Справка из советской милиции, что Романцев не судим. На испанском языке!

Но это ладно. Романцев уехал, а я на три дня остался в Мадриде. Снял каморку, два на два метра за 20 долларов в сутки, а за телефон платил по 120. Сроки поджимали, президента «Депортиво» Лендойро душили болельщики – мол, где тренер. А президенты же в Испании выборные, поэтому он тряс меня. В итоге я связался с Москвой и понял, что Романцева не отпускает КПСС. Потом встретились с Лендойро, он признался: «Я до сих пор храню контракт Романцева».

- Дальше вы заехали в Чехию и Финляндию.

– В «Яро» играл с Еременко-старшим и Воробьевым. Лешка, сын Еременко, гонял хорошо уже тогда. А Ромка вообще с футболом не соприкасался. Бегал с моим сыном, носил нунчаки, как начнет ими крутить – сразу по лбу себе попадет. Постоянно с шишкой бегал. Тхэквондо для него было на первом месте. Никогда не думал, что он будет футболистом. А в «Топольчанах» я недолго помогал Саше Бокию, играющим тренером работал. Но там зарплату постоянно задерживали из-за того, что чехи со словаками делиться начали. Я ж, получается, три страны разделил. В Югославию приехал – распалась, в Чехословакию – распалась, Союз распался.

В общем, завершил карьеру. Когда здесь началась коммерция, я работал тренером в «Старко» и у нас с Юрой Давыдовым на «Соколе» был цех по производству вратарских перчаток и спортивной формы. Я закончил, четыре месяца занимался бизнесом. Вдруг позвонил Саша Гасов, массажист «Локомотива».

– У нас проблема – Овчинников и Биджиев травмировались, а Семин в сборной. Поможешь? Больше некому.

А я полгода мяча не видел. Звонит Юрий Павлович:

– Помоги.

– Ну ладно.

Приезжаю в Баковку. Мне:

– Леш, надо сыграть турнир четырех команд.

– Давайте. А с кем?

– Со «Спартаком».

– Нормально.

Я не тренировался полгода, половину игроков не знал. Утром зарядку сделали, вечером вышли играть со «Спартаком». Попросил на разминке: дайте хоть мячик попробовать. В итоге тактика была такая: я выбивал далеко вперед, а там был шустрый Олег Гарин. Выиграли 2:0 или 2:1. Говорю:

– Все, спасибо, до свидания.

– Как до свидания? – удивился Валера Филатов. – Завтра с «Торпедо» игра.

Выиграли и у них 2:0. Приезжаем в Баковку. В кассе премию дают только мне. Снова иду прощаться. Филатов заявляет:

– Леш, надо на сборы поехать.

– Куда?

– В Болгарию.

– Ну, поехали.

Приехали – а второго вратаря нет. Стал играть администратор команды Серега Гришин, который когда-то за дубль «Спартака» играл – я еще подростком на его матчи ходил. Прошел сборы: а у меня цех стоит, никто ж им не занимается. Филатов мне опять:

– Леш, надо на Кипр съездить.

Там уже Юрий Павлович был. После тренировки шли с Семиным играть в теннис. Играли как-то со «Спартой» – один чех волосатый против меня жестко сыграл, а я его схватил за косу и поднял – попугая из него сделал. Он на меня орет, а я ему по-чешски отвечаю. Я ж в «Топольчанах» выучил язык. Я когда-то Юру Перескокова отвозил в пражскую «Спарту» и знал руководителей клуба. Те меня увидели и подошли к этому чеху: «Извинись перед Прудниковым». Помирились.

Приезжаем в Москву. Юрий Павлович начинает:

– Леш, давай начнешь сезон, а потом перейдешь на тренерскую работу.

Услышал зарплату, говорю:

– Я не потяну – мне этих денег не хватит, чтобы кредит банку вернуть.

В итоге поехал в калининградскую «Балтику» – они мне согласились помочь с погашением кредита. Отыграл там круг, и Федор Сергеевич Новиков позвал поднимать «Колос». Новиков же нас с Дасаевым и воспитал в «Спартаке», когда Бескову там помогал. Работал с нами над техникой до потери сознания.

– В итоге вы играли почти до конца девяностых. Прижились в Южной Корее?

– Три с половиной года там провел. Иностранным вратарям стали сокращать игровое время. 70 процентов, потом 50, потом 30 – тогда я уже стал параллельно тренером работать. Вот Валера Сарычев получил корейское гражданство – он играл без ограничений. Тяжело было, что в миллионном городе – ни одного иностранца. Переводчика нет. Курьезы – каждый день. Приехали – а корейцы не знают чем нас кормить. Они едят в 12 и в 6. А у нас тренировка начиналась на сборе пол-шестого утра, по четыре часа в день. После обеда в два, еще на четыре часа занятие. Восемь часов в день тренировались. Принесли нам курицу с картошкой. Вечером опять эту курицу. Мы промолчали. На следующий – то же самое. Они не знают, чего мы хотим, а мы объяснить не можем. Нас трое было. Я, Виталий Парахневич и македонец. Я с македонцем говорил на сербском, Виталька обижался, потому что не понимал. Я говорил: «Ты ж украинский знаешь. Прислушайся». В итоге он тоже выучил.

Собак там, кстати, едят далеко не все. Национальным это блюдо стало во время войны. Люди жили в землянках и, чтобы не заболеть от голода, ели собак. Причем ели собак только определенной породы, а не любых. Мы нашей командой часто выбирались на природу. Горная река. Дети, жены купаются. Вижу: несут котел и кладут туда собаку. Спрашиваю сына:

– Собаку будешь?

– Да ну. Ты что?

– А доширак?

– Доширак буду.

А где кипяток брать для доширака? Я пошел к котлу, где собака готовилась, и, пока никто не видел, зачерпнул оттуда. Суп хороший получился. Ребенок говорит:

– Удобно – в пластиковой упаковке. Залил и готово. Вот бы у нас в России так же было.

– Конечно, удобно – собаку съел только что.

– Как собаку?!

- Неплохо. Чему еще там удивлялись?

– Бывает, в лифт зайдешь. У меня светлые волосы, светлые глаза. Дети смотрят на тебя и боятся, а мама их смеется. Они ж широких глаз не видели. Зато в день зарплаты всегда знаешь, что получишь зарплату. Только один раз было: позвонили из офиса и спросили – можно ли вам прислать зарплату на день раньше. Завтра же выходной.

– Как вы устраивали в Россию Элвера Рахимича?

– Гаджи Муслимович принял «Анжи» и я предложил ему Элвера. Гаджиев звонит через месяц: «Леш, слабенький физически. Не готов». Отвечаю ему: «Гаджи Муслимович, покормите его. У них война только закончилась». Теперь друзья из Боснии рассказывают: вся страна болеет за ЦСКА – из-за Рахимича. Потом Ранджеловича привез – «Торпедо» не подошел, а в «Анжи» взяли. Я боснийцев больше любил, потому что знал их менталитет. Спахича в «Торпедо» привез. Ризвича в «Торпедо-ЗИЛ». Единственное, что не получилось – «Спартак» не взял Петра Чеха.

– Из «Спарты»?

– Нет, он еще за «Хмел» Блшаны играл. У него тренер Саша Бокий был. «Локомотиву» его предлагал – тоже не стали брать.

– Его хотя бы на видео смотрели?

– Никто ничего не смотрел. Не нужен – и все.

– Еще вы привезли в «Ростов», игравший тогда в первом дивизионе, капитана сборной Северной Кореи Йонг Хонга. Как и почему это произошло?

– Хороший пацан. Опытный уже был. Агент, с которыми я познакомился в Южной Корее, серб, предложил его. Я тогда был тренером юношеской сборной у Сабитова, мне некогда было этим заниматься. Но удачно совпало, что «Ростов», как и наша сборная, был в Новогорске, привезли этого Хонга. Говорю Сашке Шикунову: парень умный, в первой лиге вам поможет, финансовые запросы небольшие, главное, чтоб в одной команде не было южнокорейца. В Северной Корее военные решают. Они все голодные, им нужны деньги. Агент был в  хороших отношениях с ними, привез им наличные и решил вопрос.

Хонг прилетел в Москву с комитетчиком, который за ним присматривал. На обоих значки с Ким Чен Иром. Повезли их в гостиницу «Юность», где корейский ресторан. Видят – ресторан называется «Сеул». Они мне: «Не, мы туда не пойдем». Я захожу – там русская свадьба. Прошу отдельную комнату. Хонг с охранником значки сняли и согласились зайти.

Через какое-то время этот Хонг улетел домой. Рассказывали, что компартия запрещает ему возвращаться в Россию, а на самом деле «Ростов» ему просто деньги не платил. Тот решил – а чего я туда опять поеду.

- Тренером вратарей «Спартака» вы стали в интересный период.

– О-очень интересный. 2001 год. Ни одного вратаря не осталось. Филимонов в Киев уехал, Левицкий травмировался. В аренду из Боснии приехал Аднан Гушо. Назавтра игра со «Спартой». Васька Баранов подкатился и Гушо ломается. Романцев в сборной. Меня спрашивают: «Кто лучший из тех, что есть?». Отвечаю: «Лешка Зуев». – «Ой, а мы его не заявили на Лигу чемпионов». Остался Кабанов, мальчишка 18-летний. Был еще Ристович – хороший вратарь, но до уровня вратаря «Спартака» не дотягивал. В «Спартаке» должен быть вратарь типа Филимонова. Мужик, оголтелый, харизматичный. Болельщики-то любого съедят. Из нынешних Ребров больше всех подходит под этот образ. Сыграли со «Спартой», наши руководители впечатлились игрой Чеха, подходят ко мне: – «Ну давай, будем Чеха брать». – «Давайте. 10 миллионов» Буквально за полгода подорожал со 150 тысяч. Оказывается, какие-то немцы купили его трансфер, когда он играл в Блшанах, и передали права «Спарте».

Был период, когда нам группами привозили футболистов. В основном негров. Иногда приходилось нам, четырем тренерам, тренировать двоих. У команды выходной, а нам привозят двух новых африканцев и мы должны быть на тренировке – просматривать их. Стоим вчетвером и их двое. Не знали даже, какое упражнение им дать – по кругу, что ли, пустить. И вот стоим как-то – солнце светит, хорошо. Одного нового привезли, поворачиваемся – о, еще один. Выходит парень – бандана, рыжие волосы. Романцев подумал: «Опять какого-то бразильца привезли». Тот поравнялся с нами. Присмотрелись. А это Кебе перекрасился. Мы: «Ну, слава богу».

– А кто был инцииатором этих кастингов?

– Руководство. Не Романцев. Олег Иваныч продал «Лукойлу» все акции. Клуб же имел большие долги. А когда ты отдал акции, ты уже наемная рабочая сила. Тебе привезли игрока, а ты его должен ставить. Романцев привык работать только с русскими, а иностранцам приходилось заново объяснять – тактику, стеночки, все это.

- Кто самый забавный был из понаехавших?

– Эссьен Фло. Корявый парнишка. Желания много, но одна нога нерабочая. Никак не мог забить. Когда с метра не забивает, смеешься над ним, а он: «Да ничего, в следующий раз забью». По уровню не подходит, а убрать нельзя. Пытаешься научить, а он не воспринимает. Наболело у Романцева и поставил он на домашнюю игру с «Ливерпулем» только русскоязычных игроков. А что еще делать, когда тебе привозят игрока Огунсанью? Иваныч нам говорит: «Ребята, посмотрите на него». Смотрим, как он обрабатывает мяч, как бьет. Еще до начала тренировки говорим: «Иваныч, не подходит». – «Хотите – не хотите, а его уже купили». Парень-то не виноват, он подписал контракт, просто – не уровень «Спартака».

- А вы кого-то пробовали пристроить в «Спартак»?

– Я привез как-то боснийского защитника на просмотр. Романцеву понравился. Руководство говорит: «Нам такой дешевый не нужен». А босниец в бундеслигу поехал.

– Как человек Алексей Зуев какое впечатление произвел?

– Мужик. Видно, что у него потенциал выше, чем у остальных ребят. Уверенный в себе. Здоровье не дало ему дальше играть. Песни его мне понравились – есть хорошие кусочки. У него интересный тембр голоса. Про маму песня услышал на награждении «Стрелец». Я все время гонял Лешку за то, что он нарушал правила на третьем транспортном кольце. Мой троюродный брат работал в страховой компании рассказывал: у меня там футболист один, я уже устал. «Как фамилия?» – спрашиваю. – «Зуев». Лешка молодец – помог нам кубок выиграть. Последний спартаковский трофей.

- После которого Романцева и уволили.

– В раздевалке после игры мы уже знали, что уходим. Романцев даже не фотографировался. Отмечать особого настроения не было. Пришел увольняться из клуба. Червиченко мне: «А ты куда?» – «Меня Романцев пригласил – с ним и ухожу». Червиченко берет телефон, звонит Дасаеву. Ринат тоже отказался.

Фото: evdokimov.ru (заглавная); facebook.com/alexey.prudnikov.16

«Разрезал сапоги и стал доставать из ног куски металла». 12 лучших интервью о пределах человеческих возможностей

www.sports.ru

Алексей Павлович Прудников

Начинал в лыжной секции, выступал на первенство Куйбышевского района столицы. Тем не менее, стремился стать футболистом. С помощью друзей был принят в школу «Красный богатырь», где с первых игр был поставлен на ворота. Через год перешел в спартаковскую школу к Михаилу Огонькову. В «Спартаке» на тот момент не было вратаря, а у Прудникова были хорошие рекомендации. К тому времени Алексею было уже 15 лет.

Через 2 года, в 1978 году, принят в дубль московского «Спартака». В 1979—1982 годах сыграл только 17 матчей, был дублёром Дасаева. Из команды не уходил, поскольку видел, что нужен команде и тренеру Бескову.

В конце 1982 перешёл в «Динамо» (Москва), желая получить больше игрового времени. В 1983—1985 годах был основным голкипером при тренерах Вячеславе Соловьеве и Александре Севидове. С середины 1985, при новом главном тренере Эдуарде Малофееве, основного вратаря не было — Прудников и его дублер Уваров стояли по очереди, до пропущенного мяча. Только в конце сезона тренер отдал Прудникову полное предпочтение, признав, что тот действительно капитан команды.

В сезонах 1986 Прудников также был основным голкипером «Динамо». Вместе с клубом взял «серебро» в 1986 году. В середине 1987, узнав, что новый главный тренер Анатолий Бышовец пригласил в клуб Дмитрия Харина, попросил отпустить его из команды. После этого 4 месяца был без команды, поскольку постоянно был на выездах вместе с олимпийской сборной.

В начале 1988 года согласился на предложение «Торпедо». Тем не менее, по сути не играл — поскольку также чаще всего был на сборах с олимпийской командой. Между сборами провёл 5 матчей за торпедовцев.

На самой Олимпиаде в Сеуле Прудников не имел практически шансов выйти на поле, поскольку 1-м номером был Дмитрий Харин. Более того, Бышовец больше рассматривал его как помощника. Тем не менее, были 2 возможности появиться в играх Олимпиады. Однако, в матче с американцами получили желтые карточки Добровольский и Михайличенко и тренеры заменили их, а в финале он должен выйти на серию одиннадцатиметровых, но сборная в итоге справилась с бразильцами в дополнительное время.

После победной Олимпиады Бесков позвал Прудникова обратно в «Спартак». После некоторых сомнений Валентин Иванов отпустил Алексея в родную команду. Однако, к этому времени Бескова в «Спартаке» сменил Олег Романцев. Основным вратарём стал Черчесов, а Прудников за полтора года сыграл только 2 матча.

В середине 1990 года уехал в Югославию, где планировал выступать за мостарский «Вележ». В команду его пригласил один из руководителей команды, когда увидел Алексея в игре за команду спартаковских болельщиков в Мостаре. После одного контрольного матча, с Прудниковым был заключен контракт. Однако за клуб практически не играл, так как Федерация футбола СССР забыла выслать вовремя трансферный сертификат. К концу года ситуация усугубилась еще и финансовыми проблемами клуба. Прудникову предлагают перейти в «Сараево», перед которым стояла задача остаться в высшей лиге. В итоге данная задача была успешно выполнена.

В 1991 возвращается в Россию из-за начавшейся войны в Югославии, при этом на Балканах ему пришлось оставить дом и две машины. В середине 1992 по приглашению Александра Бокия стал играющим тренером чешского клуба 3-й лиги «Топольчаны». Однако в команде пробыл только полгода, поскольку в клубе начались финансовые проблемы. Всю первую половину 1993 года не играл, так как чехи не высылали трансферный сертификат. Все это время работал тренером вратарей московского «Спартака» по приглашению Олега Романцева. Одновременно занимался агентской деятельностью, помогал спартаковским футболистам уезжать в заграничные клубы.

На вторую половину 1993 уехал играть в финский «Яро», где ему предложили «отличные условия». Партнерами в команде были легионеры из СССР — Александр Воробьев и Алексей Еременко. По окончании сезона финны предложили контракт на новый сезон. Однако из-за долгого перерыва между сезонами (6 месяцев) и невозможностью все это время видеться с семьей, Прудников ответил отказом и вернулся в Россию.

В начале 1994 был на предсезонных сборах в «Локомотиве» (Москва), однако подписал контракт с калининградской «Балтикой».

В «Балтике» Прудников оказался благодаря околофутбольным проблемам. В начале 90-х он, вместе с футбольной командой эстрадных артистов «Старко», выступил учредителем фирмы «АлСтар» (название — производное от имен соорганизаторов). Фирма занималась производством профессиональных футбольных вратарских перчаток. Под открытие бизнеса был взят кредит в банке и к 1994 необходимо было его погашать. «Балтика» бралась решить эту проблему Прудникова, что и было прописано отдельным пунктом в контракте. Однако ни одно другое обязательство по контракту не было исполнено, что побудило Алексея расстаться с командой.

В середине сезона перешёл в краснодарский «Колос».

Игровую карьеру закончил в южнокорейском клубе «Чонбук Хёндэ Дайнос», выступая в роли играющего тренера.

Игровая манера

Прудников сравнивал свой игровой стиль с Дасаевым:

Карьера тренера

В 2000 году был тренером по работе с вратарями в клубе «Самсунг Блю Уингз».

В 2001 году был главным тренером футбольного клуба звезд эстрады «Старко». С этого же года работал, с перерывами, тренером вратарей в московском «Спартаке». В 2006 году был спортивным директором вильнюсского клуба «Ветра».

Тренер вратарей ФК «Крылья Советов» (Самара) (с января 2010). В июле 2010 года лишен лицензии футбольного агента за нарушение регламента РФС (совмещение тренерской и агентской деятельности.

Директор СК «СиМ» (выступает в первенстве Москвы среди ЛФК).

Достижения

  • Двукратный чемпион СССР (1979, 1989)
  • Обладатель Кубка СССР (1984) (в финале получил сотрясение мозга, но доиграл до конца матча)
  • Победитель молодёжного чемпионата Европы (1980)
  • Олимпийский чемпион 1988 года (был в заявке)

Семья

Сын Алан также футбольный вратарь.

people-archive.ru

Биография Алексей Прудников

Бывший советский футболист, вратарь. Заслуженный мастер спорта СССР (1989). Участник Олимпиады 1992.

13.08.2008

Алексей Павлович Прудников (20 марта 1960, Москва) — бывший советский футболист, вратарь. Заслуженный мастер спорта СССР (1989).

Алексей Прудников фотография

В 1978 году попал в состав московского «Спартака», сыграв в 1979—1982 годах только 17 матчей, будучи дублёром Дасаева. В конце 1982-го перешёл в «Динамо» Москва, где в 1983—1987 годах был основным голкипером. В 1988 году провёл 5 матчей за «Торпедо», в 1989-м вернулся в «Спартак», за который за полтора года сыграл 2 матча (основным вратарём был Черчесов).

Реклама:

В середине 1990 года уехал в Югославию, где выступал за мостарский «Вележ» и «Сараево». В 1992 году был играющим тренером чешского клуба «Топольчаны», затем краткое время работал тренером вратарей московского «Спартака».

В 1993-м играл в финском «Яро». В начале 1994-го был на предсезонных сборах в «Локомотиве» Москва, однако подписал контракт с калининградской «Балтикой». В середине сезона перешёл в краснодарский «Колос».

Игровую карьеру закончил в южнокорейском клубе «Чонбук Хёндэ Дайнос», выступая в роли играющего тренера. В 2000 году был тренером по работе с вратарями в клубе «Самсунг Блю Уингз».

В 2001 году был главным тренером футбольного клуба звезд эстрады «Старко». С этого же года работает, с перерывами, тренером вратарей в московском «Спартаке». В 2006 году был спортивным директором вильнюсского клуба «Ветра»[1].

Сын Алан также футбольный вратарь.

Достижения

Новый язык из собственной рукиПосетило:186 Я никогда не был гением Посетило:185 Три секрета 111-летнего живчикаПосетило:134

Двукратный чемпион СССР (1979, 1989)

Обладатель Кубка СССР (1984)

Победитель молодёжного чемпионата Европы (1980)

Олимпийский чемпион 1988 года (был в заявке)

031087 [email protected] 04.10.2008 07:19:52

ЛЕХА!!!!!!!!!!!!Привет)))))))))))Набрать номер тяжело!!!!!!!!УКдачи и счастья!!!!!!!!!!Нестерова ТАТОХА

Лучшие недели
Юрий НиколаенкоПосетило:3077 Похудеть или остаться без ноги?Посетило:553 Антон КравсПосетило:737

www.peoples.ru

Алексей Павлович Прудников: биография

Начинал в лыжной секции, выступал на первенство Куйбышевского района столицы. Тем не менее, стремился стать футболистом. С помощью друзей был принят в школу «Красный богатырь», где с первых игр был поставлен на ворота. Через год перешел в спартаковскую школу к Михаилу Огонькову. В «Спартаке» на тот момент не было вратаря, а у Прудникова были хорошие рекомендации. К тому времени Алексею было уже 15 лет.

Через 2 года, в 1978 году, принят в дубль московского «Спартака». В 1979—1982 годах сыграл только 17 матчей, был дублёром Дасаева. Из команды не уходил, поскольку видел, что нужен команде и тренеру Бескову.

В конце 1982 перешёл в «Динамо» (Москва), желая получить больше игрового времени. В 1983—1985 годах был основным голкипером при тренерах Вячеславе Соловьеве и Александре Севидове. С середины 1985, при новом главном тренере Эдуарде Малофееве, основного вратаря не было — Прудников и его дублер Уваров стояли по очереди, до пропущенного мяча. Только в конце сезона тренер отдал Прудникову полное предпочтение, признав, что тот действительно капитан команды.

В сезонах 1986 Прудников также был основным голкипером «Динамо». Вместе с клубом взял «серебро» в 1986 году. В середине 1987, узнав, что новый главный тренер Анатолий Бышовец пригласил в клуб Дмитрия Харина, попросил отпустить его из команды. После этого 4 месяца был без команды, поскольку постоянно был на выездах вместе с олимпийской сборной.

В начале 1988 года согласился на предложение «Торпедо». Тем не менее, по сути не играл — поскольку также чаще всего был на сборах с олимпийской командой. Между сборами провёл 5 матчей за торпедовцев.

На самой Олимпиаде в Сеуле Прудников не имел практически шансов выйти на поле, поскольку 1-м номером был Дмитрий Харин. Более того, Бышовец больше рассматривал его как помощника. Тем не менее, были 2 возможности появиться в играх Олимпиады. Однако, в матче с американцами получили желтые карточки Добровольский и Михайличенко и тренеры заменили их, а в финале он должен выйти на серию одиннадцатиметровых, но сборная в итоге справилась с бразильцами в дополнительное время.

После победной Олимпиады Бесков позвал Прудникова обратно в «Спартак». После некоторых сомнений Валентин Иванов отпустил Алексея в родную команду. Однако, к этому времени Бескова в «Спартаке» сменил Олег Романцев. Основным вратарём стал Черчесов, а Прудников за полтора года сыграл только 2 матча.

В середине 1990 года уехал в Югославию, где планировал выступать за мостарский «Вележ». В команду его пригласил один из руководителей команды, когда увидел Алексея в игре за команду спартаковских болельщиков в Мостаре. После одного контрольного матча, с Прудниковым был заключен контракт. Однако за клуб практически не играл, так как Федерация футбола СССР забыла выслать вовремя трансферный сертификат. К концу года ситуация усугубилась еще и финансовыми проблемами клуба. Прудникову предлагают перейти в «Сараево», перед которым стояла задача остаться в высшей лиге. В итоге данная задача была успешно выполнена.

В 1991 возвращается в Россию из-за начавшейся войны в Югославии, при этом на Балканах ему пришлось оставить дом и две машины. В середине 1992 по приглашению Александра Бокия стал играющим тренером чешского клуба 3-й лиги «Топольчаны». Однако в команде пробыл только полгода, поскольку в клубе начались финансовые проблемы. Всю первую половину 1993 года не играл, так как чехи не высылали трансферный сертификат. Все это время работал тренером вратарей московского «Спартака» по приглашению Олега Романцева. Одновременно занимался агентской деятельностью, помогал спартаковским футболистам уезжать в заграничные клубы.

www.people.su

Прудников, Алексей - это... Что такое Прудников, Алексей?

Клубная карьера* Национальная сборная**
Алексей Прудников
Общая информация
Полное имя Алексей Павлович Прудников
Родился 20 марта 1960 (49 лет) Москва
Гражданство  СССР,  Россия
Рост 189 см
Вес 87 кг
Позиция тренер вратарей
Информация о клубе
Клуб Спартак (М)
Карьера
1979—1982 Спартак (М) 17 (-9)
1983—1987 Динамо (М) 129 (-138)
1988 Торпедо (М) 5 (-4)
1989 Спартак (М) 2 (-1)
1990 Вележ 2 (?)
1991 Сараево 18 (?)
1992—1993 Топольчаны  ? (?)
1993 Яро 16 (?)
1994 Балтика 10 (-18)
1994-1995 Альфа (Слушовице)  ? (?)
1994—1995 Колос 38 (-41)
1995—1999 Чонбук Хёндэ Дайнос  ? (?)
1988 СССР (ол.) 0 (0)

* Количество игр и голов за профессиональный клуб считается только для различных лиг национальных чемпионатов. ** Количество игр и голов за национальную сборную в официальных матчах.

Алексе́й Па́влович Пру́дников (20 марта 1960, Москва) — бывший советский футболист, вратарь. Заслуженный мастер спорта СССР (1989).

В 1978 году попал в состав московского «Спартака», сыграв в 1979—1982 годах только 17 матчей, будучи дублёром Дасаева. В конце 1982 перешёл в «Динамо» Москва, где в 1983—1987 годах был основным голкипером. В 1988 году провёл 5 матчей за «Торпедо», в 1989 вернулся в «Спартак», за который за полтора года сыграл 2 матча (основным вратарём был Черчесов).

В середине 1990 года уехал в Югославию, где планировал выступать за мостарский «Вележ». Однако за клуб практически не играл, т.к Федерация футбола СССР забыла выслать вовремя трансферный сертификат. К концу года ситуация усугубилась еще и финансовыми проблемами клуба. Прудникову предлагают перейти в ФК «Сараево», перед которым стояла задача остаться в высшей лиге. В итоге данная задача была успешно выполнена.

В 1991 возвращается в Россию из-за начавшейся войны в Югославии, при этом на Балканах ему пришлось оставить дом и две машины. В середине 1992 по приглашению Александра Бокия стал играющим тренером чешского клуба 3-й лиги «Топольчаны». Однако в команде пробыл только полгода, поскольку в клубе начались финансовые проблемы. Всю 1-ю половину 1993 не играл, так как чехи не высылали трансферный сертификат. Все это время работал тренером вратарей московского «Спартака» по приглашению Олега Романцева.

На вторую половину 1993 уехал играть в финский «Яро», где ему предложили «отличные условия». Партнерами в команде были легионеры из СССР — Александр Воробьев и Алексей Еременко. По окончании сезона финны предложили контракт на новый сезон. Однако из-за долгого перерыва между сезонами (6 месяцев) и невозможностью все этов время видиться с семьей, Прудников ответил отказом и вернулся в Россию.

В начале 1994 был на предсезонных сборах в «Локомотиве» Москва, однако подписал контракт с калининградской «Балтикой».

В «Балтике» Прудников оказался благодаря околофутбольным проблемам. В начале 90-х он, вместес футбольной командой эстрадных артистов «Старко», выступил учредителем фирмы «АлСтар» (название — производное от имен соорганизаторов). Фирма занималась производством профессиональных футбольных вратарских перчаток. Под открытие бизнеса был взят кредит в банке и к 1994 необходимо было его погашать. «Балтика» бралась решить эту проблему Прудникова, что и было прописано отдельным пунктом в контракте. Однако ни одно другое обязательство по контракту не было исполнено, что побудило Алексея расстаться с командой. [1]

В середине сезона перешёл в краснодарский «Колос».

Игровую карьеру закончил в южнокорейском клубе «Чонбук Хёндэ Дайнос», выступая в роли играющего тренера. В 2000 году был тренером по работе с вратарями в клубе «Самсунг Блю Уингз».

В 2001 году был главным тренером футбольного клуба звезд эстрады «Старко». С этого же года работает, с перерывами, тренером вратарей в московском «Спартаке». В 2006 году был спортивным директором вильнюсского клуба «Ветра»[2].

Сын Алан также футбольный вратарь.

Достижения

  • Двукратный чемпион СССР (1979, 1989)
  • Обладатель Кубка СССР (1984)
  • Победитель молодёжного чемпионата Европы (1980)
  • Олимпийский чемпион 1988 года (был в заявке)

Примечания

Ссылки

dic.academic.ru


Смотрите также