Все время что-то читаю... Прочитанное хочется где-то фиксировать, делиться впечатлениями, ассоциациями, искать общее и разное. Я читаю фантастику, триллеры и просто хорошие книги. И оставляю на них отзывы...
Не знаете что почитать? Какие книги интересны? Попробуйте найти ответы здесь, в "Читалке"!

Анатолий радченко трейдер биография


«Торговля без риска не работает»

Управляющий партнер United Traders Анатолий Радченко (Фото: Владислав Шатило / РБК)

Управляющего партнера United Traders Анатолия Радченко можно назвать одним из самых ярких трейдеров в России. В свои 28 лет он успел дважды выиграть конкурс «Лучший частный инвестор»​, запустить хедж-фонд Kvadrat Black и стать признанным экспертом по американскому рынку. Радченко активно делится своими соображениями по трейдингу в СМИ и на странице в Facebook, а также обучает новичков торговле на курсах в United Traders. О том, как сделать первые шаги на фондовом рынке, чего ждать от президентских выборов в США и почему демотрейдинг — это плохо, финансист рассказал РБК.

«Нажал кнопку, ошибся, сделал вывод»

  • Я приехал учиться в Санкт-Петербург из города Тольятти. Денег на жизнь в большом городе было в обрез — в основном я тратил их на еду, а хотелось еще и гулять, одеваться и веселиться, как и любому студенту. Я начал искать, на чем можно заработать. В те времена повсюду висела реклама рынка форекс. У большинства людей этот рынок вызывает прямые ассоциации с биржей. Я пошел учиться на курсы в одну форекс-компанию. Там обещали работу, но, естественно, обещание не выполнили, а сказали, что нужно теперь открыть у них счет. Я продолжил свои поиски.
  • Я заканчивал СПБГУ ИТМО, из которого выходят чемпионы мира по программированию. Но когда ты до обеда сидишь в институте, а потом до глубокой ночи еще изучаешь трейдинг, не получается быть прилежным студентом. Я много раз собирался бросить учебу, но родители считали, что трейдинг — это не вечно, и я в итоге получил диплом по специальности «финансовый менеджмент».
  • Опыт настоящей торговли я приобрел в компании, которая работала по американской модели проп-трейдинг. Это когда тебя обучают, выделяют тебе деньги, дают определенные риски, ты, соответственно, торгуешь, и если у тебя все получается — часть прибыли забираешь себе. Если не получается — тебя увольняют и берут следующего. Такая «мясорубка» была в этой компании постоянно.
  • Нельзя сказать, что на работе меня учили каким-то практическим вещам. Там говорили, чего точно делать нельзя, а дальше уже ты должен был развиваться сам методом проб и ошибок. На рынке, особенно во внутридневной торговле, очень быстро получаешь обратную связь. Ты нажал кнопку, заработал денег и сделал вывод. Ошибся — сделал вывод. Таким образом ты и получаешь необходимые навыки.
  • Изначально я учился торговать на американском рынке. Российский рынок акций я всегда воспринимал как «совок». Когда ты привыкаешь к качественной аналитике, к хорошим сайтам и книгам по торговле, к российскому рынку трудно относиться всерьез. В основном он — производное от цен на нефть.
  • У меня был единственный опыт на российском рынке. Как-то раз Надя Грошева (ведущая «Бизнес FM». — РБК) предложила мне поуправлять портфелем. Я не использовал высокочастотный трейдинг, это были мои сделки, и результат оказался негативным. Портфель показал большую просадку. Так получилось, потому что компания «ФосАгро» ушла на сплит (то есть «раздробила» свои акции. — РБК​). Если на рынке США объявляют сплит, то акция разделяется на две части и начинает торговаться на следующий день. А в России этот процесс занимает несколько месяцев. В итоге акции из портфеля были изъяты, и его баланс уменьшился.
  • Первые серьезные сделки пришлись на начало финансового кризиса в 2008 году. Тогда в России его еще не было, а в Америке кризис уже разгорался. В августе опытные трейдеры обычно уходят в отпуск, поэтому в офисе практически никого не было. Когда начались первые банкротства mortgages — компаний, которые занимаются ипотекой, на рынке возросла волатильность и подскочили объемы торгов. Сначала пошли первые тысячи долларов в день, потом десятки тысяч долларов, а затем уже они просто превратились в цифры.

Управляющий партнер United Traders Анатолий Радченко (Фото: Владислав Шатило / РБК)

«Мы не даем знаний, мы готовим трейдеров»

www.rbc.ru

Анатолий Радченко

Планируете стать трейдером? Мечтаете обучиться этой профессии? А хотите знать, как правильно начать торговлю на фондовом рынке? Анатолий Радченко приглашает вас в United Traders. На своих курсах он сделает из вас профессионального трейдера.

Биография Анатолия Радченко

Путь Анатолия начался в студенческие годы. Именно тогда он стал активно изучать трейдинг. Планировал даже оставить учебу, но по настоянию родителей все же получил диплом специалиста по финансовому менеджменту. А потом пошел выбранной дорогой.

В настоящую торговлю Анатолий погрузился в компании, которая обучала его, выделяла деньги и обозначала риски. Это был мощный толчок для самостоятельного развития и отличный опыт. Однажды Анатолий начал торговать на американском рынке в одиночку. А потом нашел партнеров и, объединив усилия, создал команду.

Курсы Анатолия Радченко

Анатолий Радченко привык работать с рисками. Он убежден, что без них торговля невозможна. Главное, уметь предугадывать повороты событий и держать возможные риски под контролем.

Новичкам Анатолий рекомендует начинать торговлю с минимального счета. При этом не ограничивать себя личными сроками. Важно учиться, систематизировать информацию, применять новые знания на практике и постоянно совершенствоваться.

Курсы в United Traders - профессиональная подготовка трейдеров. Каждому ученику выделяется счет, и прямо во время обучения начинается внедрение знаний в практику. При успешной работе этот счет увеличивается.

Анатолия Радченко готовит профессиональных трейдеров.

info-hit.ru

Анатолий Радченко Профессиональный трейдер. Управляющий партнер компании United Traders

Управляющий партнер компании United Traders. Член экспертного совета по цифровой экономике и блокчейн-технологиям при комитете Госдумы РФ.

Анатолий Радченко является молодым преуспевающим трейдером. Имеет высшее образование. Он окончил Санкт-Петербургский национальный исследовательский университет информационных технологий, механики и оптики. Обучался на очном отделении.

На учебу в Петербург Анатолий приехал из города Тольятти. На карманные расходы денежных средств не оставалось, однако он, как и все студенты, хотел и повеселиться и погулять, что тоже требовало денежных затрат. В то время он наткнулся на рекламу рынка форекс, и стал проходить обучение в форекс-компании.

Параллельно с учебой Анатолий Радченко изучал трейдинг до глубокой ночи, несмотря на трудности, институт он все-таки закончил. Однако по специальности, да и вообще, Анатолий никогда не работал и по его словам он «кроме трейдинга ничего больше не умеет». Настоящий торговый опыт, Анатолий смог приобрести только в проп-трейдинговой компании, работающей по американской модели.

Как Анатолий Радченко стал трейдером

Проп-трейдинговая компания предоставляла возможность трейдерам для торговли. Компания выделяла деньги, обучала трейдеров, давала определенные риски, и если ты заработал, то получал часть заработанных денег. Чтобы стать трейдером ему нужно было сделать 2000 долларов. Так Анатолий Радченко начал свою торговлю на американских рынках. На российском рынке он торговал лишь единожды, и этот опыт не имел положительных результатов.

Первые крупномасштабные сделки он совершил в 2008 году в разгар экономического кризиса. В дальнейшем он ушел из проп-компании, чтобы торговать самостоятельно. Однако познакомившись с некоторыми своими партнерами, которые тоже ушли из первоначального «пропа», они решили, что для развития им необходима совместная работа. Так появился United Traders.

Работа в компании United Traders

В 2009 году Анатолий Радченко вместе со своими партнерами основал компанию Юнайтед Трейдерс. Это проп-трейдинговая компания. С 2013 года в составе компании инвестирует в криптовалюту и ICO. Анатолий является управляющим партнером компании Юнайтед Трейдерс. Роль созданной ими компании заключается не в раздаче знаний, а в подготовке трейдеров. Знания без практики ничего не дают. Поэтому их курсы рассчитаны в среднем на 3-4 месяца. Трейдерам выделяется счет, и наставники следят за его успехами, работают вместе с ним.

К Анатолию Радченко, как к профессиональному трейдеру обращаются за советом опытные трейдеры и новички. Курсы и семинары Анатолия Радченко всегда собирают крупную аудиторию.

Получите бесплатные материалы

Вы можете получать до 40% комиссионных от стоимости курсов Анатолия Радченко рекомендуя его обучающие материалы своим друзьям и знакомым.

Заполните форму на сайте автора для того чтоб присоединиться к партнерской программе.

investcourses.ru

Анатолий Радченко, управляющий партнер United Traders

Управляющий партнер United Traders

Управляющего партнера United Traders Анатолия Радченко можно назвать одним из самых ярких трейдеров в России. В свои 28 лет он успел дважды выиграть конкурс «Лучший частный инвестор»​, запустить хедж-фонд Kavdrat Black и стать признанным экспертом по американскому рынку. Радченко активно делится своими соображениями по трейдингу в СМИ и на странице в Facebook, а также обучает новичков торговле на курсах в United Traders. О том, как сделать первые шаги на фондовом рынке, чего ждать от президентских выборов в США и почему демотрейдинг — это плохо, финансист рассказал РБК.

«Нажал кнопку, ошибся, сделал вывод»

Я приехал учиться в Санкт-Петербург из города Тольятти. Денег на жизнь в большом городе было в обрез — в основном я тратил их на еду, а хотелось еще и гулять, одеваться и веселиться, как и любому студенту. Я начал искать, на чем можно заработать. В те времена повсюду висела реклама рынка форекс. У большинства людей этот рынок вызывает прямые ассоциации с биржей. Я пошел учиться на курсы в одну форекс-компанию. Там обещали работу, но, естественно, обещание не выполнили, а сказали, что нужно теперь открыть у них счет. Я продолжил свои поиски.

Я заканчивал СПБГУ ИТМО, из которого выходят чемпионы мира по программированию. Но когда ты до обеда сидишь в институте, а потом до глубокой ночи еще изучаешь трейдинг, не получается быть прилежным студентом. Я много раз собирался бросить учебу, но родители считали, что трейдинг — это не вечно, и я в итоге получил диплом по специальности «финансовый менеджмент».

Опыт настоящей торговли я приобрел в компании, которая работала по американской модели проп-трейдинг. Это когда тебя обучают, выделяют тебе деньги, дают определенные риски, ты, соответственно, торгуешь, и если у тебя все получается — часть прибыли забираешь себе. Если не получается — тебя увольняют и берут следующего. Такая «мясорубка» была в этой компании постоянно.

Нельзя сказать, что на работе меня учили каким-то практическим вещам. Там говорили, чего точно делать нельзя, а дальше уже ты должен был развиваться сам методом проб и ошибок. На рынке, особенно во внутридневной торговле, очень быстро получаешь обратную связь. Ты нажал кнопку, заработал денег и сделал вывод. Ошибся — сделал вывод. Таким образом ты и получаешь необходимые навыки.Изначально я учился торговать на американском рынке. Российский рынок акций я всегда воспринимал как «совок». Когда ты привыкаешь к качественной аналитике, к хорошим сайтам и книгам по торговле, к российскому рынку трудно относиться всерьез. В основном он — производное от цен на нефть.

У меня был единственный опыт на российском рынке. Как-то раз Надя Грошева (ведущая «Бизнес FM». — РБК) предложила мне поуправлять портфелем. Я не использовал высокочастотный трейдинг, это были мои сделки, и результат оказался негативным. Портфель показал большую просадку. Так получилось, потому что компания «ФосАгро» ушла на сплит (то есть «раздробила» свои акции. — РБК​). Если на рынке США объявляют сплит, то акция разделяется на две части и начинает торговаться на следующий день. А в России этот процесс занимает несколько месяцев. В итоге акции из портфеля были изъяты, и его баланс уменьшился.

Первые серьезные сделки пришлись на начало финансового кризиса в 2008 году. Тогда в России его еще не было, а в Америке кризис уже разгорался. В августе опытные трейдеры обычно уходят в отпуск, поэтому в офисе практически никого не было. Когда начались первые банкротства mortgages — компаний, которые занимаются ипотекой, на рынке возросла волатильность и подскочили объемы торгов. Сначала пошли первые тысячи долларов в день, потом десятки тысяч долларов, а затем уже они просто превратились в цифры.

«Мы не даем знаний, мы готовим трейдеров»

В какой-то момент я понял, что раз могу сам покрывать свои риски, то у меня есть возможность торговать на рынке США в одиночку. Я ушел из своей проп-компании. Тогда было очень мало информации об американском рынке, выход на него было трудно найти. Однако мне это удалось, и я начал торговать. У моих партнеров Дмитрия Белоусова и Романа Вишневского была такая же история, только в Москве. Они ушли из «пропа», в котором начинали, и тоже нашли выход на США. Далее мы с ними познакомились и поняли, что если хотим развиваться, то лучше это делать вместе. Так появились United Traders.

В команде намного удобнее развиваться, поскольку ты видишь, чем торгуют другие люди. Все трейдеры пытаются найти какие-то неэффективности на рынке. Когда их ищет сразу сто человек, ты быстро начинаешь понимать, что работает, а что нет и в какую сторону тебе нужно двигаться.

В своем «ручном» трейдинге мы идем от общего к частному. Сначала изучается настроение на рынке, затем мы смотрим на новость об акции или секторе рынка, а уже потом пытаемся понять по графику с техническим анализом, насколько эта новость заложена в цену. Если она не заложена в цену, то мы ищем точку входа внутри дня, просматривая ленту сделок.

В хедж-фонде Kvadrat Black мы торгуем только на американском рынке и только алгоритмически. У нас есть пул разных стратегий, которые мы берем у наших трейдеров. Вначале мы тестируем их на своих деньгах, и если получаем стабильную доходность, то пускаем их в ход. В зависимости от того, какая стратегия работает лучше, мы разделяем деньги.

Недавно у нас была очень удачная сделка по итогам Brexit. На рынке началась паника, а я с первого дня, когда случилась просадка в США, начал покупать все, что не относилось к финансовому сектору, постепенно наращивая позицию. Я был уверен, что через короткое время рынок обновит свой исторический максимум. Буквально через неделю с небольшим это произошло.

На своих курсах в United Traders мы не даем знаний. Мы готовим трейдеров. Это очень разные вещи. Когда вам дают знания, которые вы не пытаетесь применить на практике, — они абсолютно бессмысленны. Трейдинг — это сугубо прикладное искусство, которое нужно развивать и совершенствоваться в нем. В среднем наш курс рассчитан на 3–4 месяца. Мы не только рассказываем, что делать, но еще и выделяем ученику счет, следим за его успехами, работаем с ним. Если у него получается — увеличиваем этот счет. У нас, к примеру, был слушатель, который заработал за полгода миллион рублей.

«Движение на 5% ничего не значит»

Когда монетарная политика всего мира зависит от словесных интервенций ФРС и ЕЦБ, на рынке вряд ли можно что-то предугадать. Просто нужно контролировать свои риски и понимать, какое событие может произойти. Если мы говорим об американском рынке, то я не вижу здесь каких-то рисков. Мне кажется, в этом году рынок США будет смотреться лучше, чем европейский или китайский.

ФРС обещала поднять ставки, но ее обещания столкнулись с последствиями Brexit. Думаю, они смогут повысить процентную ставку один раз осенью, просто потому что имели неосторожность пообещать. Однако многое будет зависеть от сезона корпоративной отчетности в США и политики Народного банка Китая. Кроме того, сейчас идут валютные войны, все хотят заново поделить торговый рынок. У кого дешевле валюта, тому будет проще сбывать товар. У США экспортная экономика и большой госдолг, поэтому им нужен слабый доллар. Европейцам и китайцам тоже нужны слабый евро и слабый юань.

На российском фондовом рынке есть позитивные перемены. Например, то, что теперь госкомпании обязаны выплачивать 50% прибыли в виде дивидендов, а также появление индивидуальных инвестсчетов, программа повышения финансовой грамотности и регулирование форекс. Однако этого недостаточно для того, чтобы сюда пришел иностранный капитал. Сейчас все в руках зарубежных брокерских фирм и фондов. Пока они сюда не придут, наш рынок не поднимется.

Об алгоритмическом трейдинге в России много говорят, но его нет. Если в США есть крупные корпорации, генерирующие огромные прибыли, и есть лоббисты, которые сидят в сенате и продвигают свои законы о HFT, то у нас в стране это небольшой пул из десяти алготрейдеров, которые выполняют функции маркетмейкеров, чтобы мелким инвесторам с капиталом в 10–30 тыс. руб. было интересно торговать.

Даже если курс рубля снизится до отметки 72 руб. за долл. — ничего страшного в этом нет. Движение на 5% ничего не значит. Тем более я не вижу структурных реформ в России, не вижу потепления внешнеполитических отношений. Плюс еще есть фактор выборов в США. Если победит Дональд Трамп — как он будет общаться с Путиным? Здесь слишком много разных «но». Вряд ли кто-то будет вкладываться в российские активы сейчас.

«Демотрейдинг — это очень плохо»

Трейдеру-новичку стоит начать с постановки цели. Человек часто ставит перед собой очень серьезные задачи, тем самым ограничивая свой потенциал. Он говорит: хочу за полгода заработать миллион. А почему не за год? Надо сначала понять, есть ли у тебя альтернативы заработать за полгода ту же сумму и чему-то научиться. Если есть, нужно их взвесить и взяться за дело. Если нет и ты делаешь большую ставку на трейдинг, то почему тогда ты ограничиваешь себя по срокам?

Образование очень важно. Сейчас есть огромное количество бесплатных курсов, видео и вебинаров. Нужно учиться как можно больше и систематизировать полученную информацию. После того как у вас появится достаточно информации, надо опробовать ее на практике. Нужно открыть минимальный счет и начать торговать.

Демотрейдинг — это очень плохо и неправильно. Трейдеры на демосчете делают ошибочные выводы, потому что они ничем не рискуют, а торговля без риска совсем не работает. Поэтому нужно от того момента, когда вы посчитали, что уже научились торговать, как можно быстрее перейти к моменту, когда вы совершите первую сделку.

Самое плохое, что есть в торговле,  — это категоричность, когда ты говоришь, что один метод работает, а другой — нет. Анализ акций достаточно многофакторный, если мы не берем сложные модели статистического арбитража. В нем очень много параметров, которые нужно учитывать, и один из них — это технический анализ.

Торговать популярными бумагами намного проще, потому что по ним можно найти больше информации, больше аналитики и собрать мнения окружающих. Так, сейчас все смотрят на компанию Tesla — что с ней будет происходить и выполнит ли она свой план производства электрокаров. Также стоит обратить внимание на Apple, которая должна выпустить iPhone 7.

Facebook — огромная компания, которая может очень быстро запускать новые продукты. Если она, к примеру, начнет снимать сериалы и показывать их на своей платформе — бизнес Netflix просто умрет. Биотехнологический сектор тоже интересен: если к власти придет Хиллари Клинтон — она начнет душить его за то, что цены на лекарства растут слишком быстро. А еще «биотеки» сильно поднялись за последние годы — многие на 200–400%. Там может быть и сильное снижение, и обновление новых максимумов.

Анатолий Радченко

Родился 27 января 1988 года. Окончил Санкт-Петербургский национальный исследовательский университет информационных технологий, механики и оптики (СПбНИУ ИТМО) по специальности «финансовый менеджмент». В 2009 году основал вместе с Романом Вишневским и Дмитрием Белоусовым компанию United Traders, которая специализируется на предоставлении клиентам доступа на крупнейшие торговые площадки России, Европы и США. В 2013 году их команда запустила хедж-фонд Kvadrat Black с ориентировочным объемом средств под управлением в $100 млн. В 2011 и 2012 годах торговый робот UnitedTraders.com, разработанный компанией Радченко, побеждал в конкурсе «Лучший частный инвестор», показав доходность порядка 8000 и 5300% соответственно.

investfuture.ru

«Мы хотим заработать денег, никого не обманывая и делая масштабные проекты»

основатели, United Traders 04.06.2016 18:36 Если в поисковике или на канале YouTube вбить фразу «United Traders», то алгоритмы выдадут неожиданный результат: серьезные видеоуроки по активному дейтрейдингу на рынке США или детальные разборы интересных сделок будут соседствовать с эпатажными клипами в стиле рэп, роликами с Джигурдой и переодетым под бородатого мафиози «трейдера Облепиху», швыряющим доллары из окна новехонькой BMW. За созданием всего этого разношерстного контента стоит одна и та же группа трейдеров. Эпатаж у ребят из United Traders в крови, что порой не совсем стыкуется с некоторыми из их более серьезных бизнес-направлений (вроде собственного прибыльного хедж-фонда). Впрочем, это не мешает Роману Вишневскому, Дмитрию Белоусову и Анатолию Радченко, а также их команде строить, пожалуй, самую известную проп-трейдинговую компанию в России. О том, как им удается веселить публику, оставаясь при этом профессионалами своего дела, основатели UT рассказали Financial One. Интервью было опубликовано в первом номере этого года. Поделитесь вашей историей. Как так сложилось, что появилась команда United Traders? Дмитрий Белоусов: Мы с Ромой работали трейдерами в канадской компании. Ее представительство было в Москве, и мы торговали американскими акциями. Между тем Анатолий Радченко, находясь в Санкт-Петербурге, занимался тем же самым, только в представительстве американской конторы. Наша компания называлась Swift Trade, другая компания называлась Dimension Trading Group. Ее впоследствии купила одна американская проп-фирма. Теперь она известна тем, что сделала платформу Blackwood, которая ныне называется Fusion. Мы там поработали буквально несколько месяцев, чтобы понять, что мы молодцы (смеется). Анатолий Радченко: А у меня два года ушло, чтобы понять, что я молодец. Белоусов: У Ромы ушло семь месяцев. Думаю, получилось быстрее благодаря идеально отлаженным бизнес-процессам — в плане обучения новых трейдеров. Чтобы отправиться в дальнейшее плавание вместе, нужно понимать, что человеку можно доверять. Дмитрий и Роман, как у вас это получилось? Белоусов: Мы просто друг друга провожали в 12 часов ночи после работы (смеется). Обсуждали, какие еще стратегии можно применить? Белоусов: Нет, ничего мы не обсуждали. Рома просто угощал меня разными блюдами: то рыба-меч, то утка в виноградном соусе. Так я понял, что с Ромой очень выгодно дружить. Рома знает рестораны. Каким образом Анатолий появился в этой истории? Белоусов: Мы искали трейдеров любыми путями. Исчерпав ресурсы Москвы, как нам тогда казалось, мы собрали всех, кого знали — человек 15, — кто торговал на NYSE. Тогда поехали в Питер знакомиться с его лучшими трейдерами для того, чтобы их завербовать. Но тогда их не интересовало ничего, кроме как вкусно поесть и повеселиться. Анатолий, а есть разница между московскими и питерскими парнями? Радченко: Они пафосные приехали ужасно, высокомерные, московские. Я тогда вообще не был готов к такому общению. В общем, первая встреча была не очень удачная. Никто ничего не понял. Белоусов: Результат был отрицательный. Анатолий вместе со своими товарищами не стали нашими трейдерами. Мы не начали сотрудничать. Но все друг друга запомнили. Радченко: Спустя несколько месяцев та компания, через которую мы работали на Америке, перестала предоставлять нам хорошие условия для того, чтобы торговать так называемый аукцион закрытия. Уже в то время эта стратегия работала хуже, чем раньше, но все равно приносила неплохие деньги. И я задал вопрос ребятам, есть ли у них возможность дать нам ее торговать. Роман Вишневский: В общем, мы дали им денег… Радченко: Нет. Это мы вам дали денег. А вы нам дали возможность. Вишневский: Мы начали собирать всех трейдеров разных мастей и стратегий и стали учиться с ними работать. То есть одним нужны были аукционы закрытия, другим — низкие комиссии, третьим нужна была большая buying power и так далее. Так появилась компания United Traders. Как вы думаете, сколько сейчас в России трейдеров торгуют на Америке? Радченко: Торгуют или зарабатывают? Это разные вещи. Белоусов: Не так все очевидно, как кажется. Люди торгуют годами, им кажется, что они зарабатывают, но профессионалами их считать нельзя. Хорошо, сколько первых и вторых? Вишневский: Тех, кого мы считаем трейдерами, 200–300 человек. Это даже, наверное, если считать людей в командах. Радченко: Трейдеры просто так не появляются. Все трейдеры пришли через Swifttrade, нашу компанию или компанию Герчика. Было всего три точки. И они выпустили ограниченное количество человек. И тех людей, которые попали и успели развиться в самое благоприятное время — 2003–2005 годы, и потом в 2007–2011 годах удержались и поддерживают свою торговлю на определенном уровне, больше не становится. Они прибавляются лишь по мере обучения у нас. Когда появился UT, было огромное количество компаний, которые с виду вроде бы предлагали такие же услуги: профессиональный проп-трейдинг на Америке и профессиональное обучение. Хотя, в принципе, они были на класс ниже. Вишневский: Мы всех конкурентов пережили. Белоусов: Ты по столу постучи! Вообще мы редко обращаем внимание на тех, кто добился результатов на российском рынке. Мы практически не интересуемся теми, кто торгует фьючерсы на Чикаго. А их большинство. Так или иначе, всего «американских» трейдеров от 300 до 1000 человек. Нас сожгут на костре, если мы скажем, что в России больше тысячи таких трейдеров. Когда начинается работа в команде, когда появляется ответственность не только за себя, но и за свой бизнес, появляются новые проблемы. Что было самым сложным после того, как вы объединили свои усилия? Радченко: Самым сложным было учиться. Мы понимали, как торговать, как работать с трейдерами, что им требовалось. Нужно было нанимать людей, выстраивать взаимоотношения. Мне кажется, это было самым сложным, потому что у нас такого опыта не было. Вишневский: Самое сложное было не облажаться. Что ты вкладываешь в это понятие? Вишневский: Работа с трейдерами — это большие риски. Многие компании валятся из‑за того, что не умеют мониторить риски. В какой‑то момент трейдер может потерять намного больше, чем думают риск-менеджеры. Кто у вас заботился о рисках? Вишневский: Исторически Дима заботился о рисках. А как строилась история разделения функций и полномочий? Вишневский: Толя у нас стал проповедником. Он открыл людям Америку — без шуток. Радченко: Я первый человек, который сделал серию из вебинаров, где профессиональный трейдер профессиональным языком рассказал о профессиональном рынке. Раньше никто такого не делал, поэтому аудитория быстро заинтересовалась. Помню, что в вебинарной комнате стояло ограничение на 300 человек. Мне писали люди, чтобы я открыл ее пораньше, так как они не могли попасть из‑за лимитов.  Первые вебинары делал без видео, и все почему‑то думали, что мне 35–40 лет. Кто из вас самый старший в коллективе? Вишневский: Самый старший — наш первый риск-менеджер. Ему не больше 40. Выглядит хорошо. Какая цель у UT? Заработать денег? Белоусов: В рамках той структуры, которая есть, комфортно развивать любой бизнес. Этот бизнес сейчас в финансах, но рано или поздно он начнет вращаться вокруг чего угодно. Сейчас мы с Ромой обсуждали поезд на магнитной подушке Москва — Питер. За полтора часа до Москвы… Или высадить трейдеров на Марс. Радченко: Так или иначе, конечно, цель —заработать денег. Для трейдера самый главный мотиватор — это деньги. Вот недавно Дима мне написал письмо, где первое предложение было: «Главное — мы хотим заработать денег». Белоусов: Это вырвано из контекста. Вообще мы обсуждали конференцию 2015 года НП РТС «Финансовый рынок России: взгляд в будущее». Там не звучала фраза о том, что кто‑то хочет заработать денег. Все участники как будто стесняются или забыли приоритеты компаний, на которых они работают. В рамках своих инвестиционных задач мы хотим заработать денег, никого не обманывая и делая масштабные проекты, которые, возможно, останутся еще и в истории. В той ситуации, когда ты быстро в начале своей карьеры добиваешься результатов, создается ощущение, что ты сам себе авторитет и нет каких‑то людей, у кого можно учиться. Кто вас мотивирует, кого вы можете считать своими учителями? Вишневский: Мне просто нравятся люди, которые построили глобальные бизнесы. Конкретного человека выделить сложно. Если брать российских, то мне очень импонирует Галицкий, потому что он вопреки всему, что есть, построил отличный бизнес. Он единственный из олигархов из топ-20, который максимально белым и чистым способом заработал деньги. Радченко: Очень мало актуальной информации о том, как человек добился чего‑то. Все люди, которые могли бы стать примером, — это люди из 90‑х в России, которые так или иначе случайно, продавая пластыри или компьютеры, сейчас стоят у руля крупнейших банков или госкомпаний. Вот, например, можно сказать, что меня мотивирует Тиньков, или Греф, или еще кто‑то. Но как они попали туда, нет никакой точной биографии и данных. А вообще любые истории успеха мотивируют. Я не люблю брать американские истории, так как реальность в России очень сильно отличается от того, что у них есть там. Можно сказать, что меня мотивирует Ричард Бренсон, но он мотивирует так же, как мотивирует новый выпуск любимого журнала или новый ролик в YouTube того канала, на который ты подписан. Поэтому могу сказать, что сильно мотивируют свои успехи и успехи компании. Вообще трейдинг — это такая философская штука, когда ты постоянно анализируешь себя, больше себя узнаешь. Когда ты понимаешь, где ошибаешься, а где делаешь хорошо. Кого вы можете назвать своим учителем? Радченко: У меня была хорошая учительница в начальной школе. Вишневский: У меня шедеврально физику преподавали. Белоусов: У меня тренер по хоккею. Вишневский: Но мы учились на своих ошибках. Радченко: Потому что мы постоянно ищем тех людей, которые к нам придут, дадут денег, расскажут, как правильно делать бизнес, как делать рекламу или еще что‑то. Хочется поговорить с авторитетным человеком, который придет и скажет: «Ребята, платите мне полмиллиона рублей, или миллион, или два, и я вам тут все сделаю». Но нет таких людей! У нас бывают такие ситуации, когда мы начинаем каких‑то специалистов искать в тех областях, где понимаем, что у нас проблемы или мы хотим улучшиться. И общаясь с людьми, которые есть на рынке, приходим к тому, что придется делать самому. Потому что тот человек, который умеет, либо очень востребован, либо делает что‑то свое. Я смотрела ваш канал на YouTube, у вас есть достаточно провокационные ролики. Почему вы решили именно так про‑ двигать свой бренд? Белоусов: Это не продуманные шаги. Это просто видео, которое мы снимали в свое удовольствие. Нам кажется, что это привлечет внимание тех, кто мыслит так же, как мы. Но мы не продумывали, что это привлечет такое‑то количество людей. Это были хаотичные маркетинговые акции. Белоусов: Мы, к сожалению, не знаем, насколько они были успешны с точки зрения конечного результата. Но точно успешны с точки зрения узнаваемости. О вас в интернете пишут разное. Как вы относитесь к разным мнениям и высказываниям о себе? Вишневский: Это слухи все. То есть вы считаете, что люди просто все придумывают? Вишневский: Про нас истории начали придумывать, когда я еще в институте учился. Что у нас есть тайный инвестор, который нас спонсирует. Белоусов: Что у Ромы родители из «Единой России» и они продвигают сына. Мы занимаемся обучением, а это не свойственно компаниям, которые зарабатывают трейдингом. Поэтому это разрывает шаблон обывателей и профессионалов, которые нас не знают…Просто мы стремимся развиваться не только как трейдеры, но и как предприниматели. Радченко: Спрос на обучение присутствует. И с самого начала люди стали обращаться, чтобы мы их обучили. Странно было бы их отправлять куда‑то еще, учитывая, что мы и так обучали проп-трейдеров. Если взять даже частных трейдеров-преподавателей, частных управляющих, то ввиду низкой регулируемости рынка там большое количество мошенничества, обмана, и людей так часто обманывали, что проще в голове держать мысль, что вообще все обманщики. Проп-трейдеры United Traders У вас нет желания как‑то отделиться от тех, кто предлагает очевидные мошеннические схемы? Радченко: Опять же люди могут связывать нас с мошенниками только ввиду низкой грамотности с точки зрения торговли. То есть если он один раз торговал на форекс и его там обманули, для него и биржа CME — форекс, и NYSE — форекс. Он не знает, как проверить, попадает ли он в рынок или не попадает. Человеку необразованному в сфере финансов торговать на реальном рынке или на форекс — все равно будет виноват брокер. А как много людей вы обучаете? Как часто у вас проходят курсы? Радченко: Я расскажу про свой курс. У нас он идет два месяца. В течение первого месяца читаются лекции. Потом идет практика, знакомство с терминалом. После этого в рамках обучения мы предлагаем счет от компании, которым будущие трейдеры начинают управлять, и если у них получается, то после необходимо пройти определенные ступени, и мы этот счет и лимиты по рискам увеличиваем. Это ноу-хау проп-трейдинговой компании. В конце концов у учеников есть шанс вырасти до управляющих нашим фондом (Bloomberg: KVABLCK: KY) Если у них не получается, мы им даем возможность доказать в UTChallenge, что они все поняли и дальше развиваются. То есть поддержка не заканчивается, если человеку нужен год — он будет год обучаться. Самая большая проблема у новичков, которые приходят с небольшой суммой на рынок, — это то, что они хотят заработать миллионы, имея всего $3–5 тысяч. Они не могут выстроить планомерное развитие, что‑ бы в итоге прийти к этой сумме. Им кажется, что они должны за один день заработать эти деньги. С наибольшей вероятностью они, увеличивая для этого риски, скорее всего, свои деньги потеряют. В рамках обучения человек понимает, сколько можно зарабатывать на рынке, откуда берется доходность, что такое спрос и предложение. Такие базовые вещи — не какой‑то там сюрреализм вроде линии Фибоначчи. Сколько нужно в день торговать, чтобы появился прогресс? Радченко: Это как везде. Профессиональный трейдинг — это как профессиональный спорт, это как стать хорошим юристом. Желательно, конечно, весь рабочий день. Есть такое правило «10 тысяч часов», которое, в общем, может все объяснить. Если ты очень долго занимаешься чем‑то, то ты добьешься средней компетенции. Все хотят прийти и за несколько месяцев стать тем человеком, который сидит на пляже с ноутбуком, нажимает кнопки и зарабатывает деньги в неограниченном количестве. Просто почему‑то маркетинг в этой индустрии так сложился, что многие люди приходят ради легкой наживы. Иногда тебе везет, есть удачные сделки, но если ты хочешь здесь задержаться подольше, то тебе придется очень много работать. Есть у вас хобби? Чем вы занимаетесь в свободное время? Белоусов: В последнее время у нас свет не гаснет в офисе. Вишневский: У нас новый тренд. В мире тренд на четырехдневную рабочую неделю, у нас тренд на семидневную. Если вы придете к нам в офис в субботу или в воскресенье, то с вероятностью 90% у нас будет кто‑то работать. И мы здесь тоже семь дней в неделю. Времени совсем не остается? Белоусов: Я в хоккей играю, но последние несколько месяцев совсем не остается на него времени. Радченко: Мы в компании играем в футбол по пятницам — некий тимбилдинг. Я на своем опыте проверил, что все психологические проблемы, если ты не занимаешься спортом, сильнее тебя калечат. Самое простое — после тяжелого дня прийти домой и пробежать 5–10 километров. Такая традиционная хорошая профилактика, чтобы с ума не сойти. Радченко: Нет, не страшно. Я 10 лет торгую, и на этапе развития случались и взлеты, и падения, и вот эти перепады радости и разочарования, они, конечно, очень сложные. Не каждый человек это выдержит. Поэтому сойти с ума на рынке можно. У всех с фондовым рынком ассоциируются люди, которые из небоскребов выпрыгивают. Вишневский: Вот недавно человек работал в стартапе, узнал, что это все ненастоящее, и застрелился. А он шесть лет работал и верил, что это все настоящее. Какие книги вы читаете? Возможно, обучаетесь по книгам или просто художественную литературу любите? Вишневский: Я последнее время статьи читаю на самые разные темы. О социальных трендах, о финансовом развитии, о бизнесе. Белоусов: Вот у нас на полках целая библиотека — это то, что я читаю. Там и бизнес-литература, и чуть‑чуть художественной. Библиотека редеет очень быстро, поскольку сотрудники разбирают. Радченко: А я читаю новости. Новостной поток с каждым годом все возрастает. Все больше «шума», все сложнее найти какие‑то актуальные новости, которые можно использовать в торговле. Белоусов: По психологии книги в последнее время мне очень помогают с точки зрения маркетинга. Весь маркетинг построен на психологии. В бизнес-книгах перемывают только следствие, они никогда не доходят до причин физических, которые начинаются от химических процессов в голове и заканчиваются покупкой конкретного товара. Белоусов: Самое, наверное, сильное впечатление в этом году — «Сила привычки» Чарльза Дахигга. Эта книга рассказывает о структуре любых человеческих привычек. Начиная с алкоголя, заканчивая регулярным вечерним чтением книги. Рассказывает о методах прогнозирования ритейлерами будущих покупок клиентов. Кстати, эти методы пришли в ритейл с Уолл-стрит. Любому предпринимателю нужна эта книга, для того чтобы понимать, как у его клиентов формируется привычка постоянно взаимодействовать с его бизнесом. Мне очень нравится брать идеи для бизнеса из других индустрий. Интересно взять что‑то из онлайн-игр и повторить это в финансах. На конференции НП РТС как раз обсуждалась возможность покупки финансовых продуктов через приложение с одной кнопкой. Хотя все это уже сделано в других бизнесах — например, в игре Angry Birds. Все стремятся сделать Angry Birds на бирже. Изучение других индустрий позволит сделать прорыв в своей. Вишневский: Мы это рассказываем, так как у нас помимо трейдинга есть еще пять основных направлений: трейдеры, сервис по обслуживанию трейдеров, сервис обучения, хедж-фонд и еще один очень перспективный проект — конкурс по отбору трейдеров. Это автоматизированная система, которая позволяет отсеивать очень большое число соискателей на должность трейдера в нашей компании. Этот проект называется UTChallenge, о котором уже упомянули. Какой процент людей к вам попадает? Белоусов: Один из 20 проходит первый этап для торговли уже на реальном счете. А дальше приходится пройти еще пять ступеней. Вишневский: То есть система устроена так: соискатель выбирает рынок, на котором хочет развиваться, платит за участие в отборе, дальше 20 дней торгует на счете. Система отслеживает, как он торгует, и если он соблюдает те параметры, которые мы выставили, и получена достаточная прибыль на этом счете, то на следующий день ему приходит контракт с логином и паролем от реального счета. Вот так можно начать торговать и получать прибыль. Каким образом вы советы из психологических книг применяете в жизни? Белоусов: В книге Роберта Чалдини «Психология влияния» описываются исследования, применимые и к бизнесу, и к частным ситуациям. В том числе там разбирается наличие тех или иных позиций в меню. Например, то, что людей пугает выбор: в ресторане высокого уровня меню помещается на одном листе, в ресторане в спальном районе вы видите огромную книгу. Вишневский: Или элементарно: если не будет в меню позиции «потрать все деньги», то ты никогда не получишь клиента, который готов потратить все деньги и таким образом поднять средний чек. Радченко: В любом ресторане есть бутылка шампанского за 50 тысяч рублей. Ее, может быть, даже в продаже нет. Но теоретическая возможность ее купить есть. Вы читаете книги, самостоятельно обучаетесь. Нет ли у вас желания пойти и получить традиционное образование, например MBA? Белоусов: Мы и те люди, с которыми мы работаем, идем от прикладных целей. Нет у нас цели получить корочку, а потом ее как‑то монетизировать. Мы задумываемся сначала о том, какого результата хотим добиться. Радченко: По-моему, самая большая ценность MBA — это кейсовое обучение. Разбираешь конкретный кейс, работаешь в команде. А теория есть в книгах, в интернете. У нас на работе ежедневно огромное количество кейсов, которые надо как‑то решить. Да и то, что работало там, может не сработать здесь. Все равно свой кейс придется решать самому. Белоусов: На самом деле мы учимся. Ту же книгу Дахигга мне посоветовали на семинаре по продуктовым метрикам. Если возникают какие‑то задачи или пробелы в области знаний, мы сначала пытаемся эти пробелы восполнить с помощью общедоступной информации в интернете. Потом ищем в кругу знакомых, коллег. Например, нашли человека, который силен в гейм-дизайне. Вы прекрасно понимаете, как ужасно выглядят торговые платформы. То есть если сделать так, чтобы дизайн был такой же, как у Angry Birds, то придут люди. Если говорить про трейдинг, то в 2012-2013 году у нас появилась задача подружить ручных трейдеров и алготрейдеров. Тогда мы сотрудничали с Арсеном Яковлевым. Его ребята (преподаватели РЭШ) провели для нас короткий курс по финансовой математике. Стало понятно, что этого мало. Взяли преподавателя из университета и несколько месяцев занимались. Научить трейдера математике за несколько месяцев невозможно, так же, как и программировать. Но мы добились того, что трейдеры, математики и программисты теперь говорят на одном языке. Эти вложения времени и денег уже дали свой результат. Вишневский: Я ходил на курсы по юридически-правовым аспектам, ведению бизнеса в сфере IT, по защите персональных данных, их хранению. Эти темы сейчас внедряются, развиваются, а как с этим обращаться, никто пока не знает. Конечно, можно всех этих людей нанять, но это будет очень дорого. Белоусов: Мы вообще приходим к выводу, что управлять эффективно людьми без хотя бы поверхностных знаний о том, чем они занимаются, не получается. Может, мы менеджеры плохие, а может быть, по‑другому не бывает. Мы разрабатываем софт для UTChallenge лет пять уже. И приходим к тому, что чем больше мы понимаем, что команда делает, тем эффективнее мы ею управляем. Как вы разделяете свои обязанности? Вишневский: Мы садимся и договариваемся. Вы можете поругаться на тему смежных обязанностей? Когда кто‑то что‑то недоработал? Вишневский: Не ругаемся, но конструктивные претензии высказываем. Белоусов: Это фишка трейдинга. Ругаются люди из‑за нестыковки ожиданий, а при возникновении конфликта не могут друг другу уступить. Трейдер с самого первого дня тренирует навык уступать. Когда рынок действует против трейдера, ему надо уступать рынку. Либо он больше не трейдер, он — банкрот. И это действительно тренируется и на реальную жизнь перекладывается. Люди, которые в 40 лет банкротятся и прыгают из окон, — это не трейдеры, это те, кто всю жизнь замечательно шел к вершине, но в какой‑то момент ее обрубило. А трейдер — это тот, кто привык, что тысячу потерял, тысячу заработал, потом 100, 200, миллион. Он уже готов, что в 50 лет 90% того, чего он добился, может испариться. Не хочется ли вам стабильности? Белоусов: Мы начали делать сервисный бизнес, а не просто сами торговать, именно из‑за желания добиться стабильности. Бизнес на тот момент казался нам чем‑то более стабильным, чем трейдинг. На самом деле мы поняли, что все одно и то же. Ты закладываешь риск, предпринимаешь определенное количество действий, добиваешься либо положительного, либо отрицательного результата, либо что‑то среднее. Радченко: Трейдинг приучил нас, что стабильность ты можешь обеспечить себе тем, что в один месяц заработаешь много, а в другие ничего не заработаешь — вот твой средний доход. А если не настанет того месяца, когда опять заработаешь много? Вишневский: Значит, не настанет… Белоусов: Вообще дело в том, что мы не стремимся заработать много в моменте ни в бизнесе, ни в трейдинге. Мы стремимся быть готовыми, что прибыль придет раньше ожидания. Вот, например, в фонде мы заработали в прошлом августе 10%. Это ненормальная доходность, и мы это знаем. Это слишком много. Это значит, что будет такой период, когда мы не заработаем ничего. Вот сейчас мы не ждем, что в следующем году заработаем 100% годовых. Мы знаем, что заработали свои 10%, и готовы к тому, что три месяца будет 0. Несмотря на достаточно успешную деятельность вашего фонда, инвесторы не спешат вкладывать в него средства. В чем при‑чина? Белоусов: Для нас привлечение инвесторов — сравнительно новое занятие, и мы пока не получили ответ на этот вопрос. Знатоки индустрии хедж-фондов говорят, что, когда у фонда есть три года аудированной отчетности, в него начинают инвестировать институциональные инвесторы. У нас отчетность за три года появится в конце лета. Вот и посмотрим. В принципе, предварительные договоренности уже есть. «Физики» в последнее время активнее интересуются фондом — этот процесс пропорционален доходности, сроку существования фонда и рекламной активности по его продвижению. Недавно нам все те же знатоки индустрии фондов сказали, что «если фонд не продвигать, инвесторы в него не придут, даже если там космическая доходность». Кстати, могу привести примеры запросов со стороны потенциальных клиентов, которые запомнили наши сейлзы. Например, самое для нас абсурдное — это то, что инвесторы хотят, чтобы деньгами управляли на их брокерском счете. Аргументируют это тем, что так они будут видеть сделки и смогут повлиять на ситуацию, если она, по их мнению (!), пойдет не по плану. Некоторые хотят услышать подробности используемых нами стратегий. При этом они даже не в состоянии понять их стандартные описания. Самая неприятная проблема с инвесторами из РФ — это валютный контроль банков. Запуск нашего фонда совпал сразу с двумя событиями: введение антироссийских санкций и отзывы лицензий у банков. Валютный контроль банков очень боится разрешать клиентам переводы на покупку акций нашего фонда. Какие‑то банки просят дополнительные документы или просто отказывают, так как считают, что лучше перестраховаться, чем разбираться, куда клиент отправляет деньги. Сейчас мы уже нашли банки, в которых все документы прошли проверку, и можем нормально работать, но на начальном этапе мы потеряли нескольких инвесторов. Есть еще забавные клиенты, которые не хотят входить в фонд, потому что им нужно поменять свои рубли на доллары. Фонд‑то долларовый. И они говорят: «Сейчас доллар немного упадет, я поменяю деньги и войду». Но это слышно до первого заметного движения доллара вверх. Расскажите более подробно о работе фонда. Сколько человек занято непосредственно поддержанием действующих алгоритмов, сколько — разработкой новых? Какое направление в разработке торговых стратегий, на ваш взгляд, наиболее перспективно? Насколько для вас важна скорость исполнения заявок? Белоусов: Главная фишка нашего фонда, отличающая нас от других фондов на данном этапе развития, — это наличие большого количества независящих друг от друга стратегий. Их реализуют разные люди с разными подходами. Это позволяет добиться уникального уровня диверсификации, который не в состоянии обеспечить фонды с активами до $100 млн. Стратегии объединяет одно: все они алгоритмические. Разделения ролей на разработчиков новых стратегий и тех, кто поддерживает старые, у нас нет. За исключением разве что тех, кто должен следить за работой алгоритмов в фонде прямо сейчас. Таких у нас три человека. Еще трое периодически подключаются. Всего тех, кто занят разработкой стратегий фонда, человек 15. Про стратегии вопрос вообще самый сложный. Во-первых, это алго-стратегии. Во-вторых, мы торгуем американские акции. В общем, торгуем все, что движется. В буквальном смысле. Перспективно находиться там, где деньги меняют владельцев, — это самые ликвидные и волатильные рынки. Скорость для нас важна, когда речь идет о миллисекундах, что не бог весть какие величины. Мы не используем HFT-стратегии в нашем фонде. Да и говорить о скорости исполнения в отрыве от скорости всего остального разумно только в случае классического арбитража, его еще low latency арбитражем называют. На американском рынке мы такие вещи не делаем, там наши компетенции никаких преимуществ не дают. Туда уже надо «с паяльником и лопатой» лезть. Мы используем высокочастотные алгоритмы на других рынках, где скорость, конечно, важна. Но это уже другая история…  Беседовали Лилия Закирова и Анна Некрасова Теги: United Traders, Вишневский, Радченко, Белоусов

Популярное

Вернуться в список новостей

Новые статьи
  • ЗОЖ и трейдинг: как совместить Автор: Кирилл Яковенко, трейдер, фитнес-тренер 02.10.2019 18:00

    Считаете себя настоящим трейдером? Загородились мониторами, обложились клавиатурами, еще и Bloomberg подключили.more

  • Что вызвало панику на рынке США Автор: Павел Пахомов, Санкт-Петербургская биржа 02.10.2019 17:12

    Вчерашний день по всем прогнозам должен был быть спокойным и совершенно не опасным для инвесторов. Единственным препятствием для продолжения умеренного роста могли послужить данные по ситуации в промышленности от весьма авторитетного Института управления поставками (ISM) за сентябрь. more

fomag.ru

Интервью с Анатолием Радченко

Анатолий Радченко, управляющий партнер компании United Traders, очень рано добился значительных успехов в торговле акциями на бирже США. Работая в Санкт-Петербургском отделении международной «пропрайтери трейдинг» компании, этот человек получал невероятную доходность, торгуя «новостными» акциями. 

Мы встретились с Анатолием, чтобы обсудить образовательный проект, который он сейчас развивает, но в ходе беседы удалось затронуть и другие темы, позволяющие лучше понять устройство этого бизнеса и людей, которые занимаются им в России. — Когда ты начинал торговать, какими источниками информации в основном пользовался? — Тогда ничего не было. Были люди, которые находились рядом, обучали, рассказывали, дали определенный толчок. Была команда, которая позволяла развиваться. Обмен опытом — это едва ли не главное для успеха. Мне повезло, что были адекватные люди — очень умные, талантливые ребята, которые в какой-то момент давали определенный толчок, поддерживали.  С английскими ресурсами я не связывался — лень было серфить по сайтам, что-то искать, разбираться. По сути, были авторитеты — те, кто рядом. Спортивная борьба, которая была в коллективе, то, что каждый хотел быть лучше — наверное это и подталкивало к саморазвитию. Потребность заработать хотя бы на несколько долларов больше, чем человек, который сидит рядом.  В офисе все всегда знали результаты друг друга: смотришь на доску — ты в общем зачете пятый. Сделал с утра 500 долларов, а кто-то — 1500, выйдешь на улицу, погуляешь, перекусишь — всё с мыслью, что нужно сделать еще денег. Даже не столько деньги были интересны, сколько дух соперничества, соревнования. Деньги просто на следующий месяц появлялись сами собой...

— А как ты попал в свой первый трейдинговый зал?

— Вначале был форекс, где я потерял месяц. Потом пробовал еще какие-то вещи, связанные с форекс — тоже в районе месяца. А потом нашел бесплатное обучение трейдингу на американском рынке. Я пришел туда, 6 раз спросил, не надо ли за что нибудь платить. Прошел тест, собеседование, а потом уже работала теория Дарвина — тех, кто не приспосабливался, выгоняли, или они уходили сами. Психологически это тяжело — было много умных ребят, из престижных ВУЗов, с хорошими оценками, интересных. Они всегда привыкли в жизни добиваться хороших результатов. А когда они видят, что здесь не состоятельны — были депрессии и в какой-то момент они уходили сами.  Выгоняли на самом деле редко, в основном тех, про кого практически сразу было понятно, что ничего не получится. В коллективе они не уживались, подход у них был какой-то особенный. Может быть — непризнанные гение, но слишком много времени на их попытки реализовать свой талант не отводилось. Но с человеком обсуждали сложившуюся ситуацию, давали второй шанс — пару месяцев, чтобы динамика улучшилась. Но на многих это давило еще сильнее, они уходили до этого. Была боязнь, что тебе открыто скажут, что ты не можешь зарабатывать, что ты в этой области неудачник. И многие люди, у всех было неплохое самолюбие, просто боялись это услышать.

— Расскажи пожалуйста подробнее про вступительный экзамен...

— По сути, это был просто тест на понимание материала, который, в принципе, не на что особо не влиял. На этом этапе отсеивались люди, которые пропускали занятия, ведь учебный материал нельзя было нигде взять… Нужно было прийти и получить его. Те люди, которые были небрежны, не хотели заниматься трейдингом, даже не сделали необходимый минимум, чтобы начать.

— Какие у тебя были ощущения, когда ты только начинал свою карьеру?

— Я пришел, осмотрелся, явных лидеров не увидел. Те, кто были успешными, не обладали ничем таким, чего бы не было у меня — я просто понял, что в любом случае здесь хорошо приживусь. И я стал лучшим трейдером — сначала лучшим новичком, а  спустя годы — просто лучшим. Бывали моменты, когда я сомневался, особенно сначала. У меня был крупный успех, на меня даже из Нью-Йорка приезжали посмотреть знакомые владельца этого бизнеса. Обычно закладывается год-два на то, чтобы человек начал показывать стабильно положительную динамику, чтобы можно было точно сказать, получится из него что-то, или нет.У меня все получилось на четвертый месяц. И после этого я благополучно скатился в огромную минусовую яму за два последующих месяца.  Но команда меня поддержала, у людей было больше опыта. Мне посоветовали продолжать еще полгода, если  ничего не выйдет, то тогда уходить. Я начал заново, опять со ста акций, и все опять наладилось, и потом уже таких ситуаций было достаточно много, когда я терял все деньги, снова начинал зарабатывать. Сейчас уже наверное полностью деньги не потеряешь, чувствуешь, что что-то идет не так, соображаешь, и в два-три раза уменьшаешь позицию. 

— Должно быть это нелегко — отыгрывать большие суммы «с нуля»?

— Когда торгуешь по 500 акций, потери могут составить 200-300 долларов. Но когда ты эту тенденцию переломишь, то буквально за пару хороших недель, не задумываясь, перекроешь весь убыток, который накопил в течение нескольких месяцев отрицательного трейдинга. Именно с заниженными возможностями, меньшим BP, Loss, — здесь работает психология, понимание приходит со временем.   Этому нельзя научиться, это как инстинкт самосохранения — он воспитывается. Ты готов этим заниматься достаточно долго, и не важно, сколько ты сделаешь за этот месяц или за год — важно, к чему ты придешь в определенном возрасте, что у тебя будет в этот момент. Для меня такая отметка — тридцатилетие. Насколько ты будешь «плотно» ощущать себя в обществе. Уверенность в себе — одно из самых главных качеств. Многое же делается для того, чтобы закрепиться в обществе. Чужое мнение обязательно влияет на человека, с ним можно не соглашаться, но невозможно оставаться невозмутимым.

— Откуда у тебя была уверенность в себе, когда ты только начинал заниматься трейдингом?

— Не знаю, может быть такая среда у меня была слабая, что я всегда был успешнее всех? Я еще с детства был достаточно целеустремленным. В школе, на соревнованиях, я всегда приходил, чтобы занять первое место, а не просто поучаствовать. Для меня это всегда был вызов, больше, чем состязание, что-то личное. Оценки все равно ничего не давали, кроме благосклонности родителей. Это было именно личное, хотелось быть лучшим — в классе, на олимпиадах. Остальное потом прилагалось само собой, все ведь вовремя случается.

— Как ты думаешь, что пробуждает в человеке желание быть лучшим?

— Все строится именно из нашего окружения. Меня всегда воспитывали достаточно строго и жестко, говорили, что нужно учиться на пятерки, нужно хорошо выступать. И соответственно, когда я это делал, то видел  какую-то похвалу, когда делал плохо — наказывали, уделяли меньше внимания. Я только сейчас наверное начал понимать, что воспитание человека, его семья, на 90 процентов влияет на то, как он будет развиваться дальше. Вся остальная информация уже как-то нами обрабатывается, от некоторых вещей мы абстрагируемся — этот фильтр ставится семьей.

— Когда американцы приезжали, как ты говоришь, на тебя посмотреть — у тебя были мысли переехать в США? 

— Нет, никогда. В Америке нужно вставать в пять утра, соответствовать корпоративной культуре. Смысла переезжать я не вижу. Да, работать в Goldman Sachs — это как в теннис поиграть на Уимблдоне. Прийти и посмотреть как устроен мир финансов изнутри, как его делают, а не как ты его видишь на картинке на мониторе. Мне было бы интересно на это взглянуть.   

— Как ты считаешь, почему люди в России начинают более активно интересоваться трейдингом на международных рынках? 

— Каждый идет к определенной цели. Трейдинг очень ярко это демонстрирует — неважно, что и как ты торгуешь, либо ты зарабатываешь деньги к отчетному периоду, либо нет. Трейдинг — это бизнес для людей, которые готовы бороться, не боятся трудностей и неудач. Все приходят на фондовый рынок только с мыслями о том, как заработать денег и стать самым крутым. Если вы не хотите стать лучшим, то какой смысл идти в трейдинг? Можно попробовать что-то еще — искусство, экономику, в банке поработать. Кто-то хороший исполнитель, или руководитель, может быть — творческий человек. А кто-то — просто локомотив, ему без разницы, что делать, какими путями идти, он хочет к определенному периоду своей жизни достичь определенных параметров. Может быть, его ценности будут как-то эволюционировать, но в целом они будут таковы: быть независимым.

— Ты думаешь, что такая воля формируется в семье? 

— В среде обитания. Это же биология — мне до сих пор близка теория социал-дарвинизма. Может быть она и не гуманна, если рассматривать ее в социальном плане. Но она работает: выживает сильнейший. Как в животном мире, так и в мире людей. 

- Но ведь критерий силы может быть разным?

— Возможно, но опять же, формирует выживаемость именно эволюция в той среде, где ты находишься. Если это животное за Полярным кругом, у него больше жира и меха. Животное в Африке — в нем совершенно другие инстинкты заложены. Они формируются в той среде, где ты вырос. Если у тебя всё было с детства и тебе не к чему было стремиться, ты жил в свое удовольствие, развлекался, когда ты станешь взрослым и родители не будут тебя более опекать, у тебя не окажется необходимых навыков. Всё идет от того, где ты родился, с кем общался и как ты рос. 

- Какие четыре навыка, необходимых для успеха в трейдинге, ты бы выделил?

— Если бы возможность выделить эти четыре критерия действительно существовала, в индустрии случился бы переворот. Трейдеры бывают совершенно разные: кто-то более эмоционален, кто-то менее. Главное, что у каждого есть цель — быть лучше, чем другие, заработать больше, чем другие.

— Ты — партнер в трейдинговый компании, и твоя задача — сформировать команду стабильно успешных трейдеров. Какие качества ты хотел бы увидеть у соискателей?

— Когда ты вырос в определенном кругу, видел людей, у которых что-то получалось, то когда видишь человека «не из твоей стаи», ты его просто нюхаешь и понимаешь, что сейчас может быть что-то и получится, он будет стараться, но у тебя изначально к нему предвзятое отношение...

— Интуиция срабатывает...

— Интуиция, основанная на чем-то. То же самое и в трейдинге. Когда ты видишь определенные моменты, то не задумываешься, что здесь поддержка, сопротивление. Процесс проистекает в неосознанном режиме, потому что уже видел эту ситуацию тысячи раз. Многие трейдеры на уровне интуиции начинают понимать, как себя вести, могут объяснить другим, хотя сами на это не способны.   

— Трейдинг — это история про деньги, или ты видишь в этом занятии более глубокий смысл? — Есть куча разных способов, как люди могут заработать денег. Кто-то занимается продажей наркотиков, кто-то «пилит бюджет», еще что-то делает. А кому-то не хочется в грязи копаться. Он хочет выйти, как на гладиаторской площадке, сразиться со всеми и быть самым лучшим. Если он таковым становится, то получает все. Если нет, по крайней мере, получает огромный жизненный опыт, понимает, как всё варится, как ломаются характеры, как люди вырабатывают свои стержни, которые потом уже никуда не денутся.

- Но при этом — в стерильных условиях. Как спорт, искусственно созданая площадка для отрабатывания каких-то навыков...

— Тот же спорт! Никаких различий. Я в детстве ходил в шахматно-шашечный кружок, у меня был разряд. Не знаю почему, но в детстве у меня было так, что каким бы спортом я не занимался, я доходил до уровня «лучше всех любителей», на границе профессионального, и у меня пропадал интерес к этому спорту, я переходил в другой. 

- В трейдинге такого не случилось?

— Может быть. Да, вроде как я чего-то добился, и потому наверное у меня пропала мотивация...

- И как ты вернулся на трек?

— Без денег тяжело жить, их не нужно так много, чтобы золотые унитазы покупать. Но без них совсем никак! Еду добыть, куда-то сходить — нужны деньги. Не бывает такого, что ты сидишь дома, читаешь книжки, а жизнь вокруг сама собой устраивается. 

- Почему ты решил остаться в трейдинге и стать профессионалом? Деньги можно было много где заработать..

— Не уверен… Я не хотел лезть в криминал, заниматься наемным трудом за зарплату. Правила были понятные. Либо я остаюсь, либо у меня нет шансов. Есть поговорка у трейдеров — «камбэки не работают». Я не встречал такого, чтобы люди опять начинали зарабатывать после того, как однажды ушли из трейдинга куда-то ещё. 

- Как ты думаешь, с чем это связано?

— Может быть, они просто смирились? Решили, что это не для них. А потом уже, просто на уровне какого-то хобби, пытаются торговать. Есть профессиональный футбол, а есть любительский, некоммерческий. Так же и в трейдинге — есть некоммерческий трейдинг. Людям интересно наблюдать за новостями, участвовать в сообществе, развиваться, узнавать что-то новое.

- Что для тебя является наиболее значимым в этой жизни? Кажется, не деньги...

— Трейдинг мне нравится тем, что я могу делать то, что мне хочется.  Я ни на что не влияю, и на меня ничего не влияет. Независимость — это очень важно для меня. Я никогда не буду делать что-то только ради денег. Помимо того, чтобы обучить ребят зарабатывать деньги, я хочу посмотреть — слабо ли мне? Всё так совпало — я очутился в Москве, пришло виденье образовательной программы, дальнейшего развития бизнеса — почему бы не попробовать? Математика здесь простая — если 5 трейдеров из 50 начнут зарабатывать, они перекроют все убытки остальных, и будут зарабатывать — и себе, и мне.    «Я никогда не буду делать что-то только ради денег»   Всех не научить, тоже самое и здесь. Ты идешь на рынок и зарабатываешь деньги, если у тебя дыхалка не откажет по пути. Естественно, иногда бывают ситуации, когда хочется послать все, собрать остатки денег и уехать жить куда нибудь за Урал — они у всех возникают. 

- Может быть лучше в Альпы?

— Суть в том, чтобы избавится от всей суеты, которая подгоняет, нагнетает. Но потом успокаиваешься, наступает новый день, ты протрезвел или выспался, все нормально — новый бой. Мне всегда нравилось выражение — «переспать со своими мыслями». Тебе что-то говорят, а ты не сразу даешь ответ, а берешь время подумать. Суета и трейдинг не могут существовать рядом. Если ты готов этим заниматься, это будет долгий путь, он будет тяжелым, однозначно не самый простой. Но он был самым понятным для меня, когда я только начинал. Идти работать в банк, продавать кредиты, расти по карьерной лестнице — те правила игры мне были не понятны. Мнение людей, которые встречались на моем пути, были субъективны. А здесь все объективно, либо ты делаешь деньги, либо этот бизнес не для тебя.

- Как ты видишь себе дальнейшее развитие рынка брокерских услуг в России?

— На российском рынке единственное, что можно сделать — это как-то регламентировать форекс. Люди у нас итак не очень грамотные, а их постоянно обманывают. Деньги, которые они могли вложить в свое образование, в российский фондовый рынок, я не беру даже американский, как то улучшить экономику, все опускаются в карманы форекс контор. Те опять запускают рекламные бюджеты. Их интересы лоббируются — это огромный бизнес.

- Ты думаешь в России большое количество людей хотело бы пощекотать себе нервы, следя за новостями?

— Им же не говорят, что здесь можно поиграть, им говорят, что здесь можно научиться зарабатывать деньги! И большинство людей идет именно учиться, но не получает никаких знаний...

 - А на что ты рассчитываешь, начав образовательную программу?

— На себя. Наше преимущество — мы работаем с людьми, которые знают, чего хотят. Мы будем на каждой ступеньке качественно закрепляться, набирать нужных людей, учить их зарабатывать. В нашей компании люди умеют зарабатывать, компания же существует не за счет того, что я сейчас обучение провел.

- Видимо, за счет комиссии, уплачиваемой трейдерами?

— Она существует за счет комиссии. Комиссия в каком случае появляется? Когда люди хотя бы в нуле, ничего не теряют. Намного удобнее научить человека, чтобы он зарабатывал себе, и брать с этого кусочек.

- Как бы ты сформулировал правила успеха в трейдинге? — Все элементарно — нельзя заниматься трейдингом, не зарабатывая деньги. Ты можешь работать в банке, не зная экономики, но ты не можешь, не зарабатывая деньги, быть в трейдинге.  В трейдинге тебе не обязательно вообще знать что-либо, чтобы зарабатывать.  Всё постепенно вырабатывается, ты приходишь с нулем и постепенно эти знания приобретаешь. Информация поступает в нужном объеме когда ты готов. Столкнулся с какой-то проблемой — сразу начинаешь заниматься саморазвитием. Узнал, что опционы влияют на акции, хотя торгуешь только акции — в общих чертах поймешь, что такое опционы. Потом узнаешь, что еще есть фьючерсы, где хеджируются трейдеры. На том уровне, чтобы торговать акции, фьючерсный рынок  изучают за сутки. Теория Дарвина прекрасно работает на рынке — если ты гибкий, готов меняться — то всё получится. «Теория Дарвина прекрасно работает на рынке — если ты гибкий, готов меняться — то всё получится» Есть распространенный стереотип, что в трейдинге без очень сильных фундаментальных знаний, технического анализа, невозможно зарабатывать деньги. Если не лениться, можно прочитать за вечер книжку и узнать, что такое фундаментальный анализ, технический анализ, волновые теории, числа Фибоначи… Только, само по себе, это никогда в жизни не научит торговать. 

- А что это значит — научиться торговать?

— Заработать денег — это первое. А во-вторых, и это очень важно, когда ты садишься один, наедине с деньгами, которые у тебя могут отнять, — ты начинаешь себя лучше узнавать, на что ты способен в экстремальной ситуации. Единицы ходят на экстремальное вождение. Экстремальными видами спорта тоже занимаются единицы. Это не для всех. Гольф — тоже спорт. Но трейдинг — это уникальный спорт, потрясающий жизненный опыт, которого ни у кого не будет, который больше нигде не приобретешь, его нельзя купить. Его можно только получить — если много стараться. Трейдинг развивает ориентирование на местности. Скорость мышления, умение делать правильный выбор. Это в жизни очень помогает, когда не нужно неделями вникать в ситуацию — чутье развивается, нюх. 

- Обязательно ли взимать плату за участие в образовательной программе? Разве этот курс — не рекламная акция, способ привлечь клиентов и заявить о себе?

— Я сразу сказал на первом занятии — мы не будем вас обучать, мы даем шанс получить знания и остаться здесь. Почему обучение сделали платным? Чтобы люди давали себе отчет, что они тоже чем-то рискуют. Мы рискуем, тратим свое время,  и люди должны это понимать. Очень много людей, которые думают, что они готовы бесплатно научиться. Но только каждый 50-ый будет прилагать те усилия, которые нужны, чтобы это сделать. Людям необходим стимул. Оплатив этот курс, входишь в позицию: «лонг терм», ты заплатил за это деньги, риск ограничен. Ты можешь сделать с этой позицией, с этим курсом, всё что угодно — бросить, отказаться от него на каком-то краткосрочном результате, подумать, что все это развод и тебя обманывают... Я хочу дать людям возможность получить нормальные знания, за которые я уже заплатил не одну сотню тысяч долларов своими деньгами. Когда ты теряешь деньги на рынке — ты покупаешь знания. Если ты идиот — тебе нужно купить много знаний. Соответственно, и минусы у тебя будут большие. 

— Чему надо научиться, чтобы преуспеть в трейдинге?

— Сам ничему не научишься, но можно смотреть на человека, который что-то умеет и пытаться это перенять. Почему я так быстро научился? Потому что я даже не пытался придумать что-то новое. Когда я только пришел, то просто смотрел на лучших трейдеров, пытался с ними сдружиться, чтобы меня не отгоняли, сидел рядом с ними и видел, что они делают, что работает. Выбирал, что подойдет для меня психологически, а что нет. Просто брал эти инструменты, у меня их накопилось уже достаточно много, и я знал, как на определенном рынке действовать.    «Намного проще признать, что ты идиот и научиться, чем продолжать быть идиотом всю оставшуюся жизнь»   Я ничего не изобретал, в трейдинг ничего не привнес, сюда и нельзя ничего привнести — все старо как мир. Ты можешь быть либо умнее, либо быстрее, либо сильнее. Я понимал, что зачем мне что-то изобретать, ведь есть работающие приемы, и я просто их копировал.

- Профессиональные трейдеры кажется любят «простые истины». У тебя есть среди них фаворит?

  — «Покрывать убытки, давать прибыли течь». Вроде простая ситуация, но пока ты не увидишь, как люди теряют всё, ломаются судьбы, значимости этих слов не осознаешь. Убыткам нельзя давать течь, их нужно закрывать. Если у тебя убытки, их нужно сокращать, тут не надо быть семи пядей во лбу. Но пока ты сам до этого не дойдешь, на уровне спинного мозга ты не начнешь этого чувствовать, то будешь всё равно покрывать маленькие прибыли, но сидеть в убытках и ждать, пока они в плюс вернутся. Ничего страшного нет в том, чтобы делать ошибки. «Минусы» — это тоже трейдинг, главное как они соотносятся с твоими плюсами. Не нужно бояться быть не правым — это нормально. Нужно просто закрывать минусы сразу, когды ты понимаешь, что не прав. А когда ты прав — развивать это дальше.  Я часто вспоминаю ребят, которые уже были «звёздами», когда я пришел в трейдинг: делали 2-3 тысячи долларов прямо с утра, за пятнадцать минут!  Я не понимал, как они это делают, но я этими людьми восхищался. Я убедился, что деньги здесь заработать можно — уже по тому, сколько они тратили. Когда ты начинаешь заниматься трейдингом, жизненные потребности очень быстро растут — нужно есть более вкусную еду, покупать более дорогую одежду, и это правильно, потому что за счет этого выделяешься.  А потом — эти люди начинают терять деньги, причем по-многу. Их это подрывает психологически и они уходят с рынка, они не могут дальше трейдить, они бояться торговать, они не верят, что могут еще заработать. Зная, что у них огромный минус за плечами, они уходят. Эти вещи не нужно через себя пропускать — нужно просто один раз увидеть. 

- Есть ли у тебя стратегия, которой ты придерживаешься на рынке?

— Торговые стратегии — они работают в каждый момент по своему. В начале я это просто копировал, а сейчас уже начал рынок понимать, что будет лучше работать, могу всё логически объяснить. Начиная от фундаментальных новостей, свожу всё к простым принципам: будут ли покупать сегодня, будут ли покупать много, будут ли на рынке деньги крупных инвесторов? Я, в общем-то, наискосок читаю экономические новости и выдергиваю оттуда определенные фразы — «кризис», «плохо» -  и у меня появляется видение картины в целом.  Если рынок начинает падать в сезон отчетов, я знаю что на этом рынке не стоит покупать хорошие отчеты — лучше продавать плохие. Потому что люди на это будут более остро реагировать психологически. В чем плюс именно спекуляции, а не инвестирования — не имеет значения направление рынка. Главное — движение. Хотя есть стратегии, тот же скальпинг, которые работают, когда рынок стоит. Все работает, просто в определенный период. В начале я тупо повторял, а потом пришло понимание. Но пришло оно не сразу, ни через год, ни через полтора.  Очень рекомендую всем прочитать книгу «Воспоминания биржевого спекулянта». Там был такой персонаж, про которого ходили легенды, что он заработал миллионы, и торговал уже в свое удовольствие (глава 5 — прим. ред.). Все хотели прийти к нему за советом, что покупать, какие акции. А он говорил просто — «Ну Вы же понимаете, это рынок быков»... И в этой его фразе уже всё есть — ему не интересны какие-то маленькие краткосрочные колебания, технический анализ. Я не говорю, что технический анализ это плохо, но это и не панацея от всех бед. Используя технический анализ, трудно зарабатывать постоянно. Это определенный этап в развитии трейдера. Он пройдет, как взросление, как переходный возраст. И потом уже появится какое-то понимание рынка. 

- Как организован образовательный курс?

— Взаимопонимание, возникающее между двумя опытными трейдерами, очень сложно привить новичкам. Им нельзя сразу дать секрет успеха. Моя образовательная программа начинается с самых азов. Нужно всю информацию давать постепенно, чтобы она в голове структурировалась. Знания нужно закладывать слой за слоем, чтобы уже на этом фундаменте был небоскреб. Хотя бы кратко, но нужно рассказывать с самого начала.  «Я не говорю, что технический анализ это плохо, но это и не панацея от всех бед» Когда мы начали торговлю на демо счете, чтобы ознакомиться  с платформой и отработать технику, я разрешил использовать только окно Level II. Вот спрос, вот предложение, заявки, пожалуйста. Но меня спрашивают — а как без графиков торговать? Но ведь график — это просто визуализация Level 2, для легкости восприятия, суть берется из «стакана», соотношения спроса и предложения. Сейчас уже подходят и благодарят...  На следующем занятии мы уже пользовались фильтрами. Когда я разрешил использовать графики, половина уже на них не смотрела. Видят в фильтре активную акцию, смотрят Level 2 — действительно ли это то, что нужно, или просто мимолетная сила или слабость? График уже не так интересен — они краем глаза просто оценивают, где максимум, где минимум, чтобы понять, где сейчас находится акция. Дальше все будет накладываться, но пока какой-то определенный этап большинство не поймут, будем продолжать. Какой смысл дальше человека обучать, если он не может что-то простое по-настоящему понять?

— Что бы ты посоветовал начинающим трейдерам?

— Обучение у нас :) Тем, кто не могут пройти обучение — несколько советов:
  1. Не думайте, что вы что-то знаете о рынке. Не важно, сколько вы книжек почитали, если вы не поторговали на реальные деньги пару лет и реально не теряли их и не зарабатывали, вы о рынке не знаете ничего. То, что вы пишите на форумах, в блогах — это анализ, это интересно с точки зрения науки, но это никакого отношения не имеет к реальному рынку. 
  2. На рынке можно либо инвестировать, либо спекулировать. Спекулирование занимает все свободное время. Если у вас нету времени, чтобы посвящать этому делу, не нужно этим заниматься.
  3. Секрет успеха — риск менеджмент. Нужно начинать с минимальных позиций и двигаться от меньшего к большему. И на каждом этапе, ежедневно, ежеминутно, делать анализ самого себя — как ситуация, которая происходит на данном этапе развития, влияет на тебя. Больше нет никаких правил, которые могут тебе как-то помочь. 
Важную роль играет общение с другими трейдерами, преимущественно живое. Естественно, просмотр фильмов и чтение книг, все это как-то укрепляет, мотивирует. Книжки которые нужно прочитать - «Воспоминания биржевого спекулянта» и «Дисциплинированный трейдер». Пригодится также учебник по корпоративным финансам — его не нужно читать, но когда что-то заинтересовало, нужно открыть и посмотреть.  «Если у вас нету времени, чтобы посвящать этому делу, не нужно этим заниматься» Самое главное — не бояться. И не думать, что ты — самый умный. Лучше все свои умные мысли держать при себе. Прикидываться глупеньким и чаще задавать вопросы. Я в детстве всегда задавал очень много вопросов — почему, почему, почему? Когда ты выяснишь, что человек знает — пропусти данные через себя, сопоставь со своими мыслями — и у тебя появится понимание.  А в сообществе трейдеров происходит как раз обратное — все всё знают, но 90% людей торгуют на демо счете. Намного проще признать, что ты идиот и научиться, чем продолжать быть идиотом всю оставшуюся жизнь.

— Анатолий, большое спасибо за эту беседу!

smart-lab.ru


Смотрите также