Все время что-то читаю... Прочитанное хочется где-то фиксировать, делиться впечатлениями, ассоциациями, искать общее и разное. Я читаю фантастику, триллеры и просто хорошие книги. И оставляю на них отзывы...
Не знаете что почитать? Какие книги интересны? Попробуйте найти ответы здесь, в "Читалке"!

Биография камо революционер


Камо. Революционное безумие Камо

Уроженец города Гори Тифлисской губернии, сын местного торговца Симон Тер-Петросян был известен полиции под кличкой Камо. Но еще до того, как юный Камо попал под присмотр жандармов, он был отчислен из трехклассного церковного училища за «неспособность» и нашел себе занятие по душе – с ранней молодости Симон стал профессиональным революционером – распространял по всему Кавказу нелегальную литературу, организовывал подпольную типографию.

Посмертная слава Камо в Советской Армении была отмерена ему согласно статусу «героя революции». Партийной кличкой Симона Тер-Петросяна называли города, улицы, школы, имя Камо давали детям. В городе Гори до недавнего времени был и музей Камо – скромные две комнатки в тени монументального музея Сталина, – так же, как сам Камо находился в тени «отца народов».

Сегодня слава Камо несколько обветшала. Конечно, его биографии и сейчас может позавидовать самый пылкий левак: взрывы, тюрьмы, побеги, погони … Террорист? Да. Но дерзкий и незаурядно храбрый. Грабитель и организатор самых шумных «эксов»? Это он приложил к ним руку, но к рукам Камо из похищенных денег не прилипло ни копейки. Сюжет жизни Симона Тер-Петросяна напоминает скорее горячий триллер, чем дистиллированную биографию «пламенного революционера».С социал-демократами Косого (еще одно прозвище Камо) познакомил молодой Сосо Джугашвили в 1901 году. А в 1903 его первый раз арестовали. Из тюрьмы Тер-Петросян, естественно, бежал. В революционном 1905-м он уже руководил в Тифлисе «боевой рабочей дружиной» - отрядом боевиков, чьей специализацией были «эксы» - насильственное изъятие денег у режима. Максим Горький в воспоминаниях так писал о Камо и его подельниках: «В ноябре — декабре 1905 года, на квартире моей, в доме на углу Моховой и Воздвиженки, где ещё недавно помещался ВЦИК, жила боевая дружина грузин, двенадцать человек. Организованная Л.Б.Красиным и подчинённая группе товарищей-большевиков, дружина эта несла службу связи между районами и охраняла мою квартиру в часы собраний. Несколько раз ей приходилось выступать активно против «чёрных сотен», и однажды, накануне похорон Н.Э.Баумана, хорошо вооружённая маленькая дружина грузинской молодёжи рассеяла эту тысячную толпу черносотенцев. К ночи, утомлённые трудом и опасностями дня, дружинники собирались домой и, лёжа на полу комнаты, рассказывали друг другу о пережитом за истекший день. Все это были юноши в возрасте восемнадцати —двадцати двух лет…»От них Горький впервые услышал имя Камо и с изумлением признавался: «Рассказы о деятельности этого исключительно смелого работника в области революционной техники были настолько удивительны и легендарны, что даже в те героические дни с трудом верилось, чтоб человек был способен совмещать в себе так много почти сказочной смелости с неизменной удачей в работе и необыкновенную находчивость с детской простотой души. Мне тогда подумалось, что, если написать о Камо всё, что я слышал, никто не поверит в реальное существование такого человека, и читатель примет образ Камо как выдумку беллетриста». Самая известная «революционная работа» Камо – это так называемый тифлисский «экс». Познакомившись в Петербурге в марте 1906 года с Лениным, Тер-Петросян получил от него задание - закупить и привезти в Россию оружие. Дело осложнялось тем, что денег у партии большевиков не было. Поначалу им на партийные и личные расходы делали пожертвования и крупные фабриканты, и богема, и даже приближенные ко двору. Это считалось признаком хорошего либерального тона. Но после первой революции положение изменилось - жертвователи кто умер, кто отвернулся от подпольной партии. Ленину пришлось изыскивать средства для пополнения партийной казны. И он нашел средство: «отнятие правительственных денежных средств для обращения их на нужды восстания». Советы и рекомендации вождя стали воплощаться в жизнь. Особо широкий размах «эксы» получили на Кавказе. Только с декабря 1905 года по июнь 1907 года там было совершено пять вооруженных ограблений казначейств. Руководителем этих «эксов» был Сталин, а исполнителем – Камо. Правда, честный Камо все до копейки отдавал в партийную казну, а Сталин зачастую занимался грабежом для себя.25 июня 1907 года в Тифлисе произошел самый скандальный случай: вооруженные бомбами боевики напали на казачий конвой, перевозивший деньги в казначейство. Было похищено 300 тысяч рублей (по нынешним ценам около 5 млн. долларов). Накануне казначей большевиков Красин узнал о предстоящей отправке казенных денег из Петербурга в Тифлис. Он известил об этом Сталина, тот - Камо, который, переодетый офицером, был послан в Финляндию к Ленину. Снабженный в Финляндии оружием и бомбами, Камо вернулся в Тифлис. За деньгами следили с момента их отправки из Петербурга. 13 июня 1907 г. в восемь часов утра в ресторанчике «Тилипучури» на Дворцовой ул. по соседству со старой грузинской семинарией встретились товарищи Коба (Сталин) и непосредственный организатор запланированной акции Камо (Тер-Петросян). У обоих были бомбы. Незадолго до полудня кассир Государственного банка, счётчик того же банка, сопровождаемые тремя караульными и пятью казаками эскорта, получили на Тифлисской центральной почтовой станции 250 000 рублей ассигнациями, погрузили деньги на двух извозчиков и собрались в обратную дорогу. Маршрут их пролегал через Сололакскую улицу и Эриваньскую площадь, где в то время располагался штаб Кавказского военного округа. Путь был близкий, хорошо знакомый и безопасный – он пролегал буквально перед воротами военного штаба.На повороте к Сололакской улице «неизвестные злоумышленники» бросили три бомбы в сопровождающий конвой. Первым снарядом разбило кузов фаэтона и выбросило на мостовую кассира. Казаки конвоя получили тяжёлые ранения... По рассказам очевидцев, «злоумышленники, пользуясь общей паникой... схватили мешок с деньгами и скрылись неизвестно куда. От взрывов снарядов выбиты стекла домов и магазинов по всей Эриваньской площади...» Максим Горький, расспрашивавший большевистского казначея Красина о характере Камо, потом приводит такие воспоминания, объяснявшие невероятную дерзость руководителя тифлисского «экса»:«Иногда кажется, что он избалован удачами и немножко озорничает, балаганит. Озорничает он очень серьёзно, но в то же время как бы сквозь сон, не считаясь с действительностью. У Камо совершенно отсутствовал инстинкт собственности. «Возьми, пожалуйста», — это он говорит часто и тогда, когда дело касалось его собственной рубахи, его сапог, вообще вещей, лично необходимых ему.Добрый человек? Нет. Но отличный товарищ. Моё, твоё - он не различал. «Наша группа», «наша партия», «наше дело»... Он сам рассказывал, что во время одной экспроприации, где он должен был бросать бомбу, ему показалось, что за ним наблюдают двое сыщиков. До момента действия оставалась какая-то минута. Он подошёл к сыщикам и сказал: «Убирайтесь прочь, стрелять буду!» Объяснил это так: «Может быть, просто бедные люди. Какое им дело? Зачем тут гуляют? Я не один бросал бомбы; ранить, убить могли».После тифлисского «экса» полиция империи была поднята на ноги. О случившемся были тут же извещены первые лица Департамента полиции. Как это делалось всегда в подобных случаях, номера краденых купюр были переданы по телеграфу во все коммерческие и государственные банки Российской империи и за границу. После налёта краденые деньги были доставлены в Финляндию, где в то время жил Ленин. Встал вопрос, что делать с деньгами. Трудность состояла в том, что основная масса краденых купюр была в крупных пятисотрублёвых ассигнациях, номера которых были переписаны полицией. Деньги было решено менять за рубежом.Ключевой фигурой в планировавшейся большевиками операции вновь должен был стать Камо. На вырученные средства планировалась закупка крупных партий оружия, которое предполагалось доставлять в Россию морским путём через Одессу. В конце августа 1907 г. Камо выехал в Европу по фальшивому паспорту на имя австрийского подданного Дмитрия Мирского. Уже 17 октября Камо с нелегальным грузом появился в Берлине, где поселился по адресу: ул. Эльзасштрассе, 44.

Он и в Германии продолжал заниматься нелегальными закупками оружия – приобрел, например, 50 маузеров со 150 патронами к каждому стволу для дальнейшей переправки в Россию. Но по доносу провокатора Житомирского, занимавшего видное место в заграничной организации большевиков, 9 ноября 1907 г. немецкая полиция провела обыск на берлинской квартире Камо. Там было найдено большое количество оружия, а также чемодан с двойным дном, заполненным взрывчаткой. Динамит Камо будто бы предназначался для нападения на банкирскую контору Мендельсона в Берлине, а возможно – для очередного «дела» на Кавказе. Похождения кавказца не на шутку разозлили правоохранительные органы многих стран Европы, и осенью 1907 года его арестовали в Берлине.

Желая избежать экстрадиции, артистичный армянин полтора года в германской тюрьме симулировал буйное помешательство. Он делал это так искусно, что сумел озадачить врачей: его зрачки не реагировали на боль. Когда прокурору сообщили о том, что Тер-Петросян, которого уже перевели в Гербергскую лечебницу, избил надзирателей, сбросил на пол посуду и начал буйствовать, прокурор счел нужным посоветовать директору лечебницы испытать на преступнике действие холодной камеры. Директор лечебницы распорядился посадить Тер-Петросяна на семь дней в холодный подвал, куда пациент и был отведен в белье и босой. Но арестант как будто не чувствовал холода. Он целыми часами стоял у стены, неподвижный, как статуя. Директор лечебницы не мог допустить, чтобы нормальный человек мог выдерживать холод так равнодушно, и заключил, что Камо – сумасшедший. Красин вспоминал об этом эпизоде жизни Камо: «Он арестован в Берлине и сидит в таких условиях, что, наверное, его песня спета. Сошёл с ума. Между нами — не совсем сошёл, но это его едва ли спасёт. Русское посольство требует его выдачи как уголовного. Если жандармам известна хотя бы половина всего, что он сделал, - повесят Камо». Возможно, его спасла не только искусная симуляция, но и голос европейской прессы: «Как же можно выдавать кого-то в Россию, когда его там ждет виселица?»В качестве неизлечимого больного Камо в конце 1909-го года был выдан России. Там его предали военному суду и заключили в Метехский замок. Позже, в 20-ые годы, после личного знакомства с Камо Горький рассказывал об этом эпизоде его жизни: «Он симулировал безумие в течение трёх лет…- Что скажу? Они меня щупают, по ногам бьют, щекотят, ну, всё такое... Разве можно душу руками нащупать? Один заставил в зеркало смотреть; смотрю: в зеркале не моя рожа, худой кто-то, волосами оброс, глаза дикие, голова лохматая — некрасивый! Страшный даже. Зубы оскалил. Сам подумал: «Может, это я действительно сошёл с ума?» Очень страшная минута! Догадался, плюнул в зеркало. Они оба переглянулись, как жулики, знаешь. Я думаю: это им понравилось — человек сам себя забыл! Помолчав, он продолжал тише:— Очень много думал: выдержу или действительно сойду с ума? Вот это было нехорошо. Сам себе не верил, понимаешь? Как над обрывом висел. А за что держусь — не вижу.И, ещё помолчав, он широко усмехнулся:— Они, конечно, своё дело знают, науку свою. А кавказцев не знают. Может, для них всякий кавказец — сумасшедший? А тут ещё большевик. Это я тоже подумал тогда. Ну, как же? Давайте продолжать: кто кого скорей с ума сведёт? Ничего не вышло. Они остались при своём, я — тоже при своём. В Тифлисе меня уже не так пытали. Видно, думали, что немцы не могут ошибиться.Из всего, что он рассказывал мне, это был самый длинный рассказ. И, кажется, самый неприятный для него».В Тифлисе, в Метехском замке, Камо провел еще около полутора лет. Только когда его признали безнадежно помешанным, Камо был переведен в психиатрическую больницу при тюрьме, откуда и бежал. 15 августа 1911 года в полдень находящийся на освидетельствовании Тер-Петросян попросился, как обычно, в уборную. Служитель выпустил его из камеры, проводил до уборной и вернулся к другому буйному больному. Из уборной Камо спустился по веревке. На берегу Куры его ждали сообщники. В трюме парохода Камо добрался до Франции. Затем вернулся на Кавказ. 10 января 1913 г. он был арестован в Тифлисе при подготовке очередной экспроприации. Тогда экспертиза признала его абсолютно здоровым. Преступления, совершенные Камо, были настолько многочисленны и опасны для общества и государства, что ему было не избежать виселицы. Но по случаю трехсотлетия дома Романовых объявили амнистию и смертный приговор Камо, вынесенный окружным судом, заменили двадцатью годами каторги. Видный борец с царизмом встретил 1917 год в Харьковской каторжной тюрьме. Его освободила Февральская революция. После революции Камо партизанил в тылу войск генерала Деникина на Южном фронте, был снова арестован в Тифлисе – уже меньшевистским правительством и выслан. Он устанавливал советскую власть в Баку, а в конце мая 1920 угомонился и решил заняться самообразованием. Приехал в Москву, учился в Военной академии, работал в системе Внешторга. После Гражданской войны Камо вернулся в Тифлис, где в это время находился Сталин, служил в Наркомфине Грузии.

14 июля1922 года в Тбилиси он ехал по улице на велосипеде и попал под колеса грузовика, принадлежавшего местной ЧК. Автокатастрофа, оборвавшая его жизнь, была странным происшествием – едва ли в городе нашлось бы больше десятка автомобилей. Скорее всего, слишком много знавшего Камо устранили чекисты по заданию Сталина. Смерть Камо вызвала в стране скорбь и разноречивые толки. Многие считали этот наезд неслучайным. Об этом косвенно свидетельствуют и последующие события. Когда Коба стал Великим Сталиным, он лично приказал снести памятник Камо в Тбилиси, а его родную сестру арестовать. Что и было сделано. Так вождь убирал свидетелей своих темных дел.

Лиана Минасян

Всего проголосовало 163 человека

noev-kovcheg.ru

Камо, подельник и первая жертва Сталина – марка

Год выпуска: 1972

Страна: СССР

Симон Тер-Петросян подружился с Иосифом Джугашвили еще в детстве в родном Гори: юный грузин натаскивал юного армянина по русскому языку. После того, как Симона выгнали из училища за плохое поведения на уроках закона божьего, он занялся революционной работой в Закавказье. Партийную кличку ему дал Сталин, помнивший, что его ученик частенько на уроках вместо «Чему» спрашивал «Кому».

Камо организовывал подпольные типографии, изыскивал и перевозил оружие, но главной его задачей был поиск средств для партийной кассы большевиков. Сталин и Камо организовали несколько экспроприаций, то есть банальных ограблений, самой громкой из которых стало нападение на инкассаторскую карету в Тифлисе 13 июня 1907 года. При этом погибли и получили ранения несколько десятков человек, включая случайных прохожих. Добыча составила в пересчете по современному курсу около пяти миллионов долларов США. Деньги переправили в Европу Ленину, однако истратить их полностью не удалось. Часть добычи была в 500-рублёвых банкнотах, номера которых российские власти разослали во все европейские банки. При попытке разменять пятисотрублёвки в Париже, Женеве и других городах были задержаны будущие советские наркомы Литвинов и Семашко, а также ряд других революционеров. По воспоминаниям Крупской, на всякий случай остаток крупных купюр попросту сожгли.

9 ноября 1907 года немецкая полиция взяла Камо с грузом оружия и взрывчатки. Во время отсидки он так убедительно имитировал сумасшествие, что обманул именитых немецких психиатров. Выданный России он угодил в Метехский тюремный замок в Тифлисе. Хотя за несколько лет до того он уже бежал из этого заведения, теперь попытка побега провалилась, и Камо отбывал срок до свержения самодержавия.

Камо участвовал в революционных событиях в Закавказье, работал в ЧК и министерстве внешней торговли Грузии. Вечером 13 июля 1922 года на катившего на велосипеде Камо налетел грузовик. Революционер погиб, а шофера так и не нашли. В Тифлисе поговаривали, что набиравший партийный вес Сталин избавился от человека слишком много знавшего о его криминальном прошлом. Сталин мстил другу детства и после его смерти. По его приказу был снесен памятник Камо и репрессированы члены его семьи.

diletant.media

КАМО

Настоящее имя – Симон Аршакович Тер-Петросян (род. в 1882 г. – ум. в 1922 г.)

Известный революционер, в молодости бывший сподвижником Сталина, руководитель боевой группы социалистов, террорист, специализировавшийся на грабежах для пополнения партийной кассы большевиков. Находясь в заключении, в течение четырех лет столь удачно симулировал безумие, что обвел вокруг пальца светил европейской и российской психиатрии, благодаря чему сумел избежать смертной казни. Ушел из жизни в 40-летнем возрасте в результате нелепого несчастного случая. По утверждению современных историков, Камо был устранен по личному указанию Сталина.

Симон Аршакович Тер-Петросян родился в 1882 году в Гори, в семье торговца мясом. Образования получить не смог: даже из трехклассного училища его отчислили за неуспеваемость и полную неспособность к учебе. О дальнейшей судьбе мальчишки «позаботился» его земляк и друг Иосиф Джугашвили, который свел Симона с социал-демократами. Их дома – богатый дом Тер-Петросяна и жалкая лачуга Джугашвили – стояли по соседству. Эти двое ребят дружили с малолетства.

Тер-Петросян, не отличавшийся спокойным и покладистым нравом даже в общении с родными, среди ровесников был известен как изворотливый, хитрый и жестокий человек. К тому же он обладал значительной физической силой, абсолютным бесстрашием и какой-то гипертрофированной гордостью. В общем, Симон рос признанным лидером среди ребят. Однако когда рядом с ним появлялся Сосо, мальчишка моментально терялся, попадая в странную зависимость от своего приятеля, и превращался в безропотную тень, исполнительного вассала при властном Иосифе. Сосо прощались все выходки, даже насмешки; при этом остальные очень жестоко расплачивались за значительно меньшие провинности. Отец Тер-Петросяна не раз злился, видя безропотную покорность сына нищему соседу. Он не мог понять: что нашел его наследник в этом голодранце, если в Гори предостаточно достойных людей? И каждый раз, увидев мальчишек вместе, вздыхал: не доведет этот Сосо сына до добра. Однако всякие увещевания были бесполезны: стоило появиться Джугашвили, как все нравоучения отца тут же забывались.

Именно Сталин подметил у Симона, считавшегося безнадежным учеником, совсем другие способности: как никто другой, он мог организовать людей для проведения демонстрации, создать подпольную типографию, вооружить и обучить боевиков. Кроме того, этот прирожденный террорист был незаменим в вопросе пополнения партийной кассы. Его не смущали ни разбои, ни грабежи. И хотя официально считалось, что большевики получают деньги исключительно из добровольных пожертвований, на деле все обстояло далеко не так безобидно; Ленин сам дал «добро» на проведение многих терактов, осуществленных товарищем Камо.

Своим партийным прозвищем Тер-Петросян был также обязан издевательской шутке Сталина. Однажды Коба, у которого оказалась серьезно повреждена рука в локтевом и плечевом суставе, из-за чего началось воспаление и сильный жар, поручил свою миссию – доставить пакет – давнему приятелю, на чью честность и изворотливость он мог вполне положиться. В пакете находились деньги, добытые в ходе ограбления, которые было необходимо срочно передать Ленину. Симон, который плохо говорил по-русски и часто коверкал слова, спросил: «К камо отнести?» Это искаженное «кому» вызвало злое издевательство Кобы, принявшегося передразнивать друга. И если даже за намек на насмешку любой другой человек поплатился бы жизнью, то все, что исходило от Иосифа, Симон безропотно терпел. Так что с этого момента Тер-Петросян стал называться Камо. Позже, правда, это прозвище попытались соотнести с названием травы, растущей в Крыму и на Кавказе: не могли же официальные идеологи коммунизма признать, что имя одного из лидеров революционного движения – обыкновенная злая ирония вождя!

Итак, с легкой руки Кобы Симон получил новое имя и начал жизнь борца за революцию. Постепенно он превратился в личность почти легендарную, одно упоминание о которой вызывало страх и раздражение у полицейских чиновников. Неоднократно Камо подвергали арестам, но ему всегда удавалось сбежать из заключения, какой бы неприступной ни считалась очередная тюрьма. Наибольшую известность приобрел случай побега из батумской тюрьмы в июле 1904 года, до этого инцидента в течение 15 лет имевшей репутацию самой надежной в Закавказье. Побег, совершенный из нее среди бела дня, во время прогулки, фактически на глазах тюремной охраны, – был совершенно невероятным и нелепым! Причем это происшествие случилось именно в тот день, когда должен был приехать прокурор из Тифлиса, чтобы лично допросить Камо. Но этот заключенный умудрился испариться с тюремного двора, полного охраны, со стенами высотой в пять аршин. Теоретически такую преграду могла преодолеть разве что птица. Оказалось, что арестант использовал небольшой выступ на внешней стене, и, воспользовавшись моментом, когда часовой отвернулся, вспрыгнул на него и перебрался через ограду. Чтобы совершить такое, нужно было обладать не только завидной ловкостью, но и изрядной наглостью.

Вскоре по всем станциям и портам Черного моря, по полицейским управлениям побережья были разосланы сообщения о побеге важного политического преступника, 22-летнего уроженца Гори Симона Тер-Петросяна. В сводках приводились приметы разыскиваемого. Но все старания оказались напрасными: Камо как сквозь землю провалился. Оказалось, что он под видом грузинского князя сел в скорый поезд, направлявшийся из Батума в Москву. Причем ехал беглый арестант в одном купе с тем помощником прокурора, который как раз и собирался беседовать с ним в тюрьме по поводу числившихся за молодым человеком «геройских» дел. К тому времени Камо успел провести экспроприацию в Квирилах, организовать три подпольных типографии в Тифлисе, совершить подкоп под казначейство в Гори, организовать контрреволюционную деятельность в среде революционеров, собственноручно ликвидировать нескольких провокаторов. Особой жестокостью отличался случай с мальчишкой-рассыльным, в котором этот боевик заподозрил шпиона: Симон спустил ребенка живым под лед на реке.

Имя Камо вновь всплыло в декабре 1905 года в связи с рабочими собраниями в Нахаловке, предместье Тифлиса. Здесь, явно не без помощи этого террориста, начала действовать таинственная подпольная типография, появились отряды рабочей дружины, возникли слухи о контрабандных транспортах оружия и появлении большой партии революционной литературы. В это же время наместник императора на Кавказе получил доклад особого отдела управления, в котором сообщалось, что национальная вражда в Тифлисе может вскоре вылиться в анархию. В связи с этим необходимо было прекратить игру с межнациональной резней: она дала возможность революционерам заявить, что правительство сознательно проводит политику натравливания. Начальник особого отдела предложил выдать рабочим 600 берданок. Это должно было сразу поднять престиж правительства, успокоить общественное мнение и морально разоружить рабочих. Нахаловка получила оружие под поручительство демократических лидеров. Однако и после прекращения погромов рабочие не спешили возвращать оружие. В конце концов им был послан ультиматум, в ответ на который Нахаловка взбунтовалась. Это произошло, как оказалось, под влиянием выступления Камо, который позднее был захвачен казаками во время столкновения. Вахмистр решил повесить бунтовщика. Но на выручку пленному пришел Его Величество Случай: под рукой попросту не оказалось веревки. Так что Симона доставили в тюрьму. Здесь ему неожиданно помог местный фармацевт, схваченный по ошибке. Он много слышал о Камо, откровенно восхищался им и поэтому решился на аферу: выдал себя за Тер-Петросяна, а революционер воспользовался его фамилией, чтобы ускользнуть от жандармов. Подлог обнаружили только на следующий день.

Вскоре на товарной станции были обнаружены ящики с пометкой «электрические принадлежности». Полицейский агент нашел в них патроны. Следствие установило, что груз отправил Камо. Несколько позднее трое неизвестных пытались получить по квитанции багаж, на котором стояла пометка «мандарины». На одном из ящиков оказалась оторвана доска, и железнодорожный агент заметил, что в нем находятся винтовки. Чересчур внимательный служащий подвергся нападению, но в багажное отделение зашли пассажиры, и неизвестные вынуждены были скрыться. Человеком, совершившим нападение на агента, был опять-таки Камо. После небольшого затишья это имя снова всплыло: Симон организовал побег 32 политических преступников из Метехского замка через подземный ход, подведенный к камерам заключенных.

Задержать Тер-Петросяна было невероятно сложно, поскольку он был великолепным актером, наделенным совершенно фантастическим даром перевоплощения. Позже, обучая молодежь искусству маскировки, он говорил, что любую роль нужно играть так, чтобы совсем забывать, кто ты есть на самом деле. Под началом этого террориста находилась группа молодых революционеров. Из них Симон растил закаленных бойцов. При этом методы, которыми пользовался Тер-Петросян, были жестокими: чаще всего он инсценировал налет полиции, угрожал пытками и расстрелом, чтобы добиться «признания». Некоторые «террористы» в ходе таких проверок сходили с ума или умирали от разрыва сердца. Кроме работы с молодежью, Камо выполнял еще многие другие поручения революционного комитета. То он умудрялся спрятать подпольную типографию на свалке, вывезя ее под видом мусора, то снимал с поездов грузы оружия под носом у охранки, то при помощи либерального князя Дадиани выписывал фальшивые паспорта для своих людей. Ему удалось наладить контакт с писарем жандармского управления, что давало возможность оттискивать печати на заготовленных пустых бланках. Камо не раз снабжал офицерской формой своих товарищей, ездивших по делам революции в Баку. Удивительно, но этот человек научился даже не спать. Он доказывал, что человеческий организм вполне способен без ущерба для себя обходиться без отдыха четыре месяца. Дальнейшие события продемонстрировали, что Тер-Петросян говорил совершенно серьезно. Вскоре в Тифлис поступило сообщение из Петербурга: в Турции кто-то закупает оружие для проведения революционных мятежей в городе и губернии. Посредником, совершавшим сделки, оказался агент кавказского социал-демократического союза Камо. Но на этот раз удача отвернулась от него. Транспорт с оружием (маленький старый пароход, приобретенный им в Болгарии) затонул во время бури у берегов Румынии. А через две недели Симон дал отчет товарищам по организации. Некоторые члены группы заявили, что к катастрофе привела мелочность посредника, который купил развалину вместо нормального парохода. Другие участники встречи возмущались, говоря, что экономить приходилось исключительно из-за того, что не хватало денег. Сам же Камо потребовал от комитета санкции на террористический акт: он обещал вернуть двойную сумму в компенсацию за потерянное оружие. Тер-Петросян доказывал, что революция не просит, а требует. Так что другого пути не существует, а если при нападении пострадают невинные люди, то в бою приходится жертвовать всем.

Через несколько дней из Тифлиса должен был идти денежный транспорт. Два экипажа под охраной казаков в 8 часов утра отправились в путь, а уже в три часа дня было получено сообщение о попытке ограбления. Но охрана открыла по нападавшим огонь, так что деньги удалось сохранить. В этот же день в одну из больниц города поступил техник железнодорожных мастерских Акакий Дадвадзе с тяжелыми ранениями и обширными ожогами тела (пострадали даже стенки желудка!). Больной сказал, что на него упал кусок раскаленного железа, сорвавшийся с неисправного крана. Состояние Дадвадзе было очень тяжелым, ночью ему стало плохо, у него начался бред. Врач решил, что пациент не доживет до утра. Но спустя неделю «безнадежный» больной начал садиться, а еще через 10 дней он уже ходил. Через месяц и 9 дней Дадвадзе выписали из больницы. Это был не кто иной, как Камо, пострадавший от взрыва неудачно брошенной во время попытки ограбления бомбы. Он был полон решимости наверстать упущенное время и пополнить-таки партийную кассу.

Через сутки члены группы узнали, что Тифлисский городской банк должен получить 250 тыс. рублей. Группа тут же оживилась и приняла решение перехватить эти деньги. Экспроприация была тщательно спланирована и проведена блестяще. Камо пришлось по ходу дела сыграть роль полицейского пристава. Боевикам удалось захватить деньги и скрыться; после этого ЧП полицмейстер Тифлиса покончил жизнь самоубийством. На этот раз были подняты на ноги все силы закавказского сыска.

В конце концов Камо был арестован в Германии в августе 1907 года. Он изображал из себя страхового агента, но в его чемодане с двойным дном обнаружили взрывчатые вещества. Симона доставили в тюрьму Альт Моабит, но следователю не удалось добиться от него вразумительных ответов. На вопрос о национальной принадлежности террорист заявил, что он одновременно является армянином, русским, грузином, немцем, французом, англичанином, малайцем и даже. негром! Это заставило следователя всерьез задуматься о психическом здоровье арестованного. Странности в поведении Камо, сидевшего в одиночной камере, убедили надзирателей, что под их присмотром оказался умалишенный. Следователь потребовал, чтобы в тюрьму прислали врачей-психиатров. Специалисты подтвердили мнение тюремщиков, выдав заключение о сумасшествии поднадзорного. Но прокурор все же считал, что подобное состояние заключенного – лишь попытка избежать смертной казни. Для проверки Камо (в одном белье и босиком) посадили на семь дней в подвал с минусовой температурой. Ни один нормальный человек не мог бы вести себя так, как он, – с полным безразличием простаивая часами в углу и совершенно не реагируя на холод. Переведенный обратно в камеру, он вдруг отказался от пищи, и его пришлось кормить принудительно. Кроме того, заключенный в течение двух недель обходился без сна. Однажды он едва не повесился, а после этого умудрился вскрыть себе вену костью из супа. В общем, директор клиники считал дальнейшую проверку бессмысленным издевательством над душевнобольным человеком. Но прокурор все же перевел Камо в клинику в Бухе, под наблюдение светил психиатрии. На седьмые сутки персонал был уверен в том, что Тер-Петросян страдает умопомешательством анестетической формы, при котором человек полностью теряет чувствительность к боли. Перед тем как дать такое заключение, было проведено испытание на чувствительность: под ногти пациенту загонялись иглы, к телу прикладывалось раскаленное железо. Камо продолжал оставаться неподвижным, равнодушным к происходящему, отчужденным и удивительно спокойным. Только на лбу у него выступили крупные капли пота. Во время проверки один из врачей наблюдал за его глазами. Наука утверждает, что если зрачки человека остаются в нормальном состоянии, то это свидетельствует об отсутствии болевых ощущений. При попытке же скрыть боль они расширяются. Врач несколько раз отметил, что зрачки Камо действительно изменились в размере. Но при этом лицо его все равно оставалось спокойным, тело – неподвижным, а мышцы – расслабленными. Врачи были в недоумении: кто обманывает – пациент или наука? Они впервые усомнились в правильности теории. Прокурор же получил уведомление о том, что русское правительство просит выдать Камо, сославшись на необычайную тяжесть совершенных им преступлений. Немецкой стороной было дано согласие, но от клиники в Бухе затребовали медицинское свидетельство о состоянии террориста. Согласно утверждению психиатров, Тер-Петросян был человеком с недостаточными умственными способностями, находящимся в состоянии явного помешательства. Кроме того, в свидетельстве говорилось о том, что ни о какой симуляции со стороны больного не может быть и речи. Вердикт врачей был однозначен: Камо не способен принимать участие в судебном процессе в настоящее время и не будет способен к этому уже никогда. В связи с этим больной не способен нести наказание ни в настоящем, ни в будущем. Его психическое состояние было признано безнадежным.

21 сентября 1909 года Камо под охраной был доставлен на границу и передан представителям русской жандармерии. Немецкие социал-демократические газеты тут же набросились на правительство, обвиняя его в выдаче русской охранке героя революционного движения, которого германские лечебницы довели до сумасшествия. Симон в кандалах был препровожден в Метехский замок. В тот же день он был предан военно-окружному суду по законам военного времени, что было полнейшим абсурдом: в 1909 году Россия ни с кем не воевала. Но вскоре выяснилось, что повесить обвиняемого вряд ли удастся. Он действительно был помешан. Кроме того, Столыпин уведомил судей, что смертная казнь Камо может привести к нежелательным последствиям в отношениях с Германией. Во всяком случае, впредь на высылку русских анархистов при подобном повороте событий рассчитывать не приходится.

В тюрьме Симон вел себя так же, как и в немецких клиниках. Происходящее вокруг он, кажется, почти не воспринимал; вскоре было принято решение подвергнуть его длительному наблюдению в психиатрической лечебнице. Камо отправили в Михайловскую больницу, в изолятор для буйнопомешанных. Здешние врачи в который раз заявили о том, что он – безнадежный душевнобольной. А через четыре года после ареста в Германии, 15 августа 1911 года Тер-Петросяну удалось совершить побег, сняв решетку с окна уборной и спустившись вниз по веревке. Правда, она внезапно оборвалась, и мнимый сумасшедший полетел вниз с высоты двух саженей. Но он отделался лишь сильным ушибом ноги. Внизу Симона ждал его товарищ. Тревогу объявили почти сразу, Тифлис оцепили, были вызваны собаки, но все бесполезно. Камо, следуя своей традиции, будто испарился. Только через год на Коджорском шоссе произошло очередное нападение на почтовый транспорт, перевозивший большую партию денег. В ходе террористической акции четыре человека были убиты, два – получили тяжелые ранения. Но экспроприаторам все же не удалось захватить деньги. Следствие точно установило, что среди нападавших был Камо. 10 января 1913 года его все же задержали и вновь водворили в Метехский замок, проведя очередное переосвидетельствование. Врачи не обнаружили у арестанта никаких следов душевного расстройства; четырехлетнее «помешательство» Тер-Петросяна оказалось все-таки симуляцией. Дело поручено было вести как раз тому юристу, с которым террорист ехал в поезде после побега из батумской тюрьмы. Из бесед с заключенным стало ясно, что он понимает неизбежность смертной казни, ни о чем не жалеет и ни в чем не раскаивается. Дело слушалось при закрытых дверях, защитник просил лишь о «снисхождении и милости», а сам подсудимый подтвердил все обвинения и вновь сказал, что не ждет помилования. Камо приговорили к повешению. Приговор должен был быть приведен в исполнение не позднее чем через месяц. Но во время очередной встречи с террористом в камере смертников прокурор сказал, что через полмесяца будет праздноваться 300-летие царствующего дома, и по этому поводу уже получен проект закона об амнистии. Юрист сознательно задержал исполнение приговора, за что впоследствии был понижен в должности до помощника прокурора. Самому же Тер-Петросяну повешение заменили 20 годами каторжных работ. По дороге к месту заключения он все же попытался сбежать, угостив конвой пирогами со снотворным, но у него сломалась пилка, которой он перепиливал кандалы.

Харьковская тюрьма оказалась достаточно надежной, так что Камо просидел там вплоть до революции 1917 года. После освобождения он вновь включился в активную работу. А в 1919 году предложил организовать в тылу белых ряд террористических актов. Когда разрешение было получено, он снова применил свою излюбленную тактику проверок молодежи. Но начать активные действия на этот раз не успел: белые начали отступление на юг. И террористу пришлось привыкать к мирной жизни: Симон был назначен начальником учреждения. А вскоре друзья узнали, что он начал изучать предметы школьной программы: Ленин распорядился, чтобы этот опытный террорист готовился к поступлению в Академию Генерального Штаба.

Его жизнь оборвалась внезапно и нелепо. 14 июля 1922 года Камо ехал на велосипеде по Верийскому спуску, ведущему к Куре. Позади него появился грузовик, который на середине дороги ускорил ход. Водитель утверждал впоследствии, что заметил человека на велосипеде только тогда, когда машину сильно тряхнуло. Через 10 минут пострадавший, находившийся без сознания, был доставлен в ближайшую больницу, а через два часа врач доложил спешно прибывшему члену Совнаркома, что состояние раздавленного безнадежно. Вскоре Камо умер. Ему было 40 лет.

Современные историки склонны думать, что Тер-Петросян не был жертвой несчастного случая. Скорее всего, его смерть была необходима Сталину, всего три месяца назад выбранному генсеком ЦК РКП(б). Дело в том, что Камо принимал участие во всех грабежах, организованных в свое время Кобой, и знал о «вожде народов» то, что его бывший приятель хотел бы скрыть от окружающих. Ведь и знаменитое нападение на Эриванской площади, и захват парохода «Николай II», и убийство диктатора Грузии генерала Грязного были спланированы именно Сталиным, а Камо являлся лишь исполнителем. Коба принимал деятельное участие во многих террористических актах. Но партия приняла решение о запрещении террористической деятельности. И вообще, разве мог оказаться вождем государства жестокий грабитель и убийца? Именно поэтому он тщательно скрывал свою деятельность боевика, хотя о ней и без того было многим известно. Еще в 1918 году меньшевик Мартов заявил, что Сталин не имеет права занимать руководящие посты в партии, будучи отчислен из рядов большевиков за терроризм и грабежи. Вождь возмущался, называя это обвинение гнусной клеветой. Но утверждать, что он совершенно непричастен к террору, все же не стал. Его оппоненты приводили веские доказательства и требовали вызова свидетелей. Дело заглохло лишь потому, что все лица, причастные к нему, находились на Кавказе, где в этот момент шли военные действия. А вскоре все, кто участвовал вместе с Кобой в разбойных нападениях, погибли в тюрьмах. Камо, главный партнер вождя по терактам, ушел из жизни первым. Да и о каком несчастном случае можно говорить, если он попал под автомобиль, бывший большой редкостью в городе, да при этом на совершенно пустой дороге? Получается, что не только водитель грузовика не увидел велосипедиста, но и велосипедист «не заметил» машину с включенными фарами. И вообще, в одних публикациях говорилось, что Камо ехал перед машиной, а в других – навстречу ей. Как можно понять это расхождение в описании аварии? Кстати, невольно обращает на себя внимание тот факт, что Тер-Петросян погиб сразу же после того, как друзья уговорили его написать мемуары, а чтоб дело пошло скорее, приставили к нему стенографистку. Уж очень вовремя для его прежнего приятеля произошел «несчастный случай»! Да и удар автомобиля был такой силы, что Камо отлетел на несколько метров и потерял сознание от удара о тротуар; в больнице врач констатировал у него наличие тяжелейшей черепной травмы и других серьезных увечий. С какой же скоростью шла машина? Камо скончался, так и не придя в сознание, и унес с собой тайну ночного наезда. По крайней мере, он умер быстро, в отличие от других «коллег» Кобы по терактам. Может, это был последний подарок бывшего друга?

Следующая глава

history.wikireading.ru

Камо (большевик) - это... Что такое Камо (большевик)?

Симо́н Арша́кович Тер-Петрося́н, известный под партийной кличкой Камо́ (15(27) мая 1882, Гори — 14 июля 1922, Тифлис) — профессиональный революционер, один из организаторов подпольных типографий, транспорта оружия и литературы, денежных экспроприаций. Неоднократно сбегал и организовывал побеги из мест лишения свободы. Попав в Берлин и спасая свою жизнь, искусно симулировал сумасшествие и нечувствительность к боли, чем озадачил лучших врачей Европы того времени и вызвал огромную поддержку со стороны многих социалистических газет, прозвавших его «героем революции», а также лично Карла Либкнехта. Четыре раза приговаривался к смертной казни, замененной согласно амнистии по случаю Трехсотлетия дома Романовых заключением. Вышел на свободу после Октябрьской революции. В 1918-1920 годах организатор партийного подполья на Кавказе и юге России.

Владимир Ленин характеризовал его как «человека совершенно исключительной преданности, отваги и энергии». (См. Ленин В.И. Полн. собр. соч., 5 изд., Т. 51. С. 42)

Биография

Родился в Гори Тифлисской губернии в грузиноязычной семье состоятельного подрядчика. С семи лет учился в армянской школе, а одиннадцати лет перешел в городское училище. В 1898 году был исключён за плохое поведение (вольнодумство в законе божьем), после чего уехал в Тифлис к тётке с целью готовиться на вольноопределяющегося. Вскоре по причине разорения отца и болезни матери возвращается в Гори, а после её смерти увозит сестёр в Тифлис.

С детства близкий знакомый, а затем соратник своего земляка Сталина. Под влиянием Сталина и Вардаянца знакомится с марксизмом. В 1901 году вступил в РСДРП, два года исполнял технические поручения и получил имя «Камо». В 1903 году вошёл в союзный кавказский комитет РСДРП. Организатор подпольных типографий, денежных «экспроприаций», доставки из-за границы пропагандистской литературы и оружия, в чём ему помогал Борис Стомоняков[1]. Активно участвовал в отправке делегатов на II съезд РСДРП. В 1904 году примкнул к большевикам.

В ноябре 1903 года был арестован, но спустя 9 месяцев бежал из тюрьмы. В декабре 1905 года во время восстания в Тифлисе был ранен, избит и арестован. Просидев в тюрьме два с половиной месяца и поменявшись фамилией с неким грузином, сумел скрыться. Участвовал в организации побега 32 заключённых из Метехского замка. В 1906 году закупал оружие для дружинников партии за границей, однако пароход с оружием из Болгарии затонул по пути. В 1907 году под именем князя Дадиани ездил в Финляндию, был у Ленина и вернулся с оружием и взрывчатыми веществами в Тифлис. Участвовал в нашумевшем в своё время ограблении филиала Государственного банка в Тифлисе (13 июня 1907 года), организованном Сталиным. В августе 1907 года уехал в Берлин.

Предложенная Камо программа чистки большевистской партии от действительных и потенциальных полицейских осведомителей была жесткой. Суть предложения Камо состояла в идее переодеть в форму жандармерии нескольких боевиков и самого Камо и произвести ложные аресты ведущих большевистских активистов в России:

Придем к тебе, арестуем, пытать будем, на кол посадим. Начнёшь болтать: ясно будет, чего ты стоишь. Выловим так всех провокаторов, всех трусов[2][3].

.

Уехал через Батум за границу. Был в Париже у Ленина, который снабдил его деньгами. Из Парижа поехал в Константинополь, а оттуда в Болгарию. При попытке вернуться на Кавказ арестовывался турецкими властями, но сумел добиться освобождения, назвавшись турецким агентом. Вернувшись в Россию, предпринял в 1912 году попытку устроить экспроприацию денежной почты на Каджорском шоссе. Ограбление не удалось, Камо был ранен, арестован и опять помещён в Метехский замок. Приговорён к смертной казни по каждому из четырёх инкриминируемых дел. Прокурор суда Голицынский, симпатизировавший Камо, затянул посылку приговора на утверждение, дотянув до объявления амнистии по случаю трёхсотлетия дома Романовых. Приговор Камо был заменён двадцатилетней каторгой. С 1915 года отбывал заключение в Харьковской тюрьме.

Освободился из тюрьмы во время Февральской революции, уехал в Москву, затем в Петроград. Работал в Бакинском совете и ЧК, затем в Москве готовил группу для борьбы в тылу у Деникина.

Осенью 1919 года доставил в Баку по морю оружие и деньги для подпольной партийной организации и партизан Северного Кавказа. В январе 1920 года был арестован в Тбилиси меньшевистским правительством и выслан. В апреле 1920 года принимал активное участие в подготовке вооружённого восстания за власть Советов в Баку.

В мае 1920 года приехал в Москву, учился в Академии Генштаба. В 1921 году работал в системе Внешторга, в 1922 году — в Наркомфине Грузии.

Награждён орденом Красного Знамени Грузинской ССР[4].

13 июля, в 11 часов вечера Камо ехал на велосипеде по Верийскому спуску Тифлиса , где столкнулся со встречным автомобилем. Получил тяжёлую черепно-мозговую травму, без сознания был доставлен в ближайшую Михайловскую больницу, где скончался через несколько часов 14 июля 1922 года.

Камо был погребён в Пушкинском сквере Тифлиса. Однако в связи с приходом в 1991 году к власти в Грузии Звиада Гамсахурдиа возникла угроза сохранности захоронения известного большевика, и родственники перенесли прах Камо на Вакийское кладбище, к могиле его родной сестры Джаваир.

История псевдонима

Сам Камо на одном из политических допросов в 1909 г. о происхождении своего нового имени говорил: «Ещё тогда, я учился в горийском городском училище, меня товарищи в насмешку называли «Каму» за то, что я неудачно отвечал один раз по-русски, на вопрос учителя вместо «чему», я сказал «каму»». (Из протокола №28 допроса Камо в Тифлисе 19.10.1909г.)

Память

Посмертная слава «художника революции», как называл Камо Максим Горький, как локально, в советском Закавказье, так и на широких просторах Союза была огромной и неоспоримой. Ему посвящались книги и статьи, стихи и поэмы. Его партийно-боевым псевдонимом называли улицы и площади, школы и предприятия, совхозы и районы. Его именем называли мальчиков в Армении и Нагорном Карабахе. С 1982 года и до распада СССР в городе Гори функционировал и музей Камо — две комнатки в небольшом здании. До этого неофициальный музей был устроен в квартире сестры Камо — Джаваир Хутулашвили в доме 3/5 по улице Галактиона Табидзе в Тбилиси.

С 1959 по 1996 г. имя Камо носил город Нор-Баязет в Армении, нынешний Гавар.

Роль в революционной борьбе

Секретарь Политбюро ВКП(б) в 1920-х годах Б. Г. Бажанов, бежавший в Париж в 1928 году, в своих воспоминаниях писал[5]:

Лидеры в эмиграции (были) постоянно заняты поисками средств. … Анархисты и часть социалистов-революционеров нашли способ добывать нужные средства — просто путём вооружённых ограблений капиталистов и банков. Это на революционном деловом жаргоне называется «экс-ами» (экспроприациями). Но братские социал-демократические партии, давно играющие в респектабельность и принимающие часто участие в правительствах, решительно отвергают эту практику. Отвергают её и русские меньшевики. Нехотя делает декларации в этом смысле и Ленин. Но Сталин быстро соображает, что Ленин только вид делает, а будет рад всяким деньгам, даже идущим от бандитского налёта. Сталин принимает деятельное участие в том, чтобы соблазнить некоторых кавказских бандитов и перевести их в большевистскую веру. Наилучшим завоеванием в этой области является Камо Петросян, головорез и бандит отчаянной храбрости. Несколько вооружённых ограблений, сделанных бандой Петросяна, приятно наполняют ленинскую кассу (есть трудности только в размене денег). Натурально Ленин принимает эти деньги с удовольствием. Организует эти ограбления петросяновской банды товарищ Сталин. Сам он в них из осторожности не участвует.

Образ Камо в кинематографе

Советская киностудия «Арменфильм» сняла трилогию о приключениях Камо[6][7][8], главную роль в которой исполнил актёр Гурген Тонунц:

Ссылки

Литература

  • Арутюнян А.Б., Камо: жизнь и революционная деятельность. - Ер.: Издательство Ереванского университета, 1957;
  • Бибинеишвили В. Е., Камо, - М., 1934
  • Горький А. М. Камо.— Полное собрание сочинений, Т. 20. - М., 1974;
  • Дубинский- Мухадзе И.М. КАМО. – М.: Молодая гвардия, 1974
  • Медведева-Тер-Петросян С.В. Герой революции. –М.: Истпарт, 1925;
  • Орджоникидзе В. Тифлисский рассвет. – М.: Молодая гвардия, 1959;
  • Таланов А. В. Бессменный часовой (Товарищ Камо). - М.: Политиздат, 1968;
  • Шаумян Л. С. Камо. Жизнь и деятельность профессионального революционера С. А. Тер-Петросяна. – М.: Государственное издательство политической литературы, 1959.

Примечания

dic.academic.ru

«Безумный Камо»: почему так прозвали легендарного революционера

Особенно тепло о Камо отзывался писатель Максим Горький. В его мемуарах есть строки, описывающие собрания революционеров в его квартире на пересечении улиц Моховой и Воздвиженки. Периодически, как писал Горький, на них нападали черносотенцы, которых очень ловко и грамотно рассеивала небольшая боевая дружина кавказской молодежи под предводительством лихого Камо. Причем об армянском революционере писатель слышал столько удивительного, что если бы не знал его лично, то никогда не поверил бы в подобную смелость и везение. Соратники по партии называли Камо безумным, но считали его невероятно удачливым террористом.

Однажды Ленин поручил ему закупить и привезти в Россию оружие из-за рубежа. Поскольку средств у партии не было, Камо решил добыть их у властей. В 1907 году в Тифлисе группа боевиков Камо ограбила казачий конвой, перевозивший деньги казначейства. Казаков закидали бомбами, а улов революционеров составил 300 тыс. рублей золотом (примерно 5 млн долларов в современном эквиваленте). Учитывая, что полиция знала номера купюр, их для обмена вывезли в Финляндию к Ленину, а оттуда в Европу для закупки оружия.

russian7.ru

Камо: самый «безумный» революционер

Особенно тепло о Камо отзывался писатель Максим Горький. В его мемуарах есть строки, описывающие собрания революционеров в его квартире на пересечении улиц Моховой и Воздвиженки. Периодически, как писал Горький, на них нападали черносотенцы, которых очень ловко и грамотно рассеивала небольшая боевая дружина кавказской молодежи под предводительством лихого Камо. Причем об армянском революционере писатель слышал столько удивительного, что если бы не знал его лично, то никогда не поверил бы в подобную смелость и везение. Соратники по партии называли Камо безумным, но считали его невероятно удачливым террористом.

Однажды Ленин поручил ему закупить и привезти в Россию оружие из-за рубежа. Поскольку средств у партии не было, Камо решил добыть их у властей. В 1907 году в Тифлисе группа боевиков Камо ограбила казачий конвой, перевозивший деньги казначейства. Казаков закидали бомбами, а улов революционеров составил 300 тыс. рублей золотом (примерно 5 млн долларов в современном эквиваленте). Учитывая, что полиция знала номера купюр, их для обмена вывезли в Финляндию к Ленину, а оттуда в Европу для закупки оружия.

russian7.ru


Смотрите также