Все время что-то читаю... Прочитанное хочется где-то фиксировать, делиться впечатлениями, ассоциациями, искать общее и разное. Я читаю фантастику, триллеры и просто хорошие книги. И оставляю на них отзывы...
Не знаете что почитать? Какие книги интересны? Попробуйте найти ответы здесь, в "Читалке"!

Гаяне бреиова биография муж семья


Московский ресторатор Гаяне Бреиова: «Для наших мужчин армянская женщина – это святость, к которой больше требований»

Известный московский ресторатор Гаяне Бреиова находится сейчас в Ереване. Гаяне решила немного отдохнуть от московской суеты, а уж потом заняться своими делами как здесь, так и в российской столице. И NEWS.am STYLE не мог не побеседовать с Гаяне, и на этот раз мы решили вообще не затрагивать тему кухни, а побеседовали о женщинах и мужчинах.

Гаяне, я за вами очень долго слежу в соцсетях и пришла к выводу, что вы очень противоречивая личность: с одной стороны – вы истинная армянка, а с другой – абсолютно не типичная.  Вы всегда были такой открытой и искренней, что слегка чуждо для армянских женщин?

Сколько себя помню, я всегда была такой – жизнерадостной, открытой, искренней. Такова моя суть. Я никогда не боялась говорить о своих желаниях, чувствах, потребностях. Со временем, наверное, изменилось только то, что я стала уметь различать чувства и эмоции. Если сейчас я осознаю, что это явление чувство, то оно имеет право на существование, оно непременно должно быть искренним и честным, даже если оно не очень приятное. За наши чувства мы должны нести ответственность.  А эмоции нужно уметь контролировать.  Нельзя свои сиюминутные эмоции вываливать на человека.

А какая ваша черта характера помогла вам пережить переломные моменты в жизни, добиться успеха?

Я очень рискованная! Даже когда мне страшно я делаю шаг вперёд. Были ситуации, когда  из-за своих амбициозных решений теряла деньги, вкладывая в бизнес, но все равно я принимала и осознавала, что это невероятно полезный опыт и радовалась этому. На мой взгляд, именно это качество мне помогало и помогает в жизни больше всего.

Гаяне, вы часто рассказываете о своей личной жизни, о ваших отношениях, о ваших мужьях. Первый ваш муж – армянин, второй – чех, можно ли как-то сравнивать мужчин и сказать, кто вам больше помогал, а кто мешал развиваться…?

Есть такое понятие «либо он твой мужчина, либо – нет», и национальность тут не причем. Хотя если говорить открыто, то конечно, есть отличия! В тот период, когда я встречалась со своим первым мужем, будучи совсем юной, были ситуации, которые для меня были неправильными, ненормальными. Но я шла на компромисс с самой собой и думала, что потом все изменится, что я не так подумала, он не так понял. К сожалению, порой он был жестоким и болезненно ревнивым. Мне казалось, что своей любовью, нежностью я смогу сгладить углы. Не смогла! А есть обратная сторона медали. И это мой второй муж, который, в свою очередь, давал мне столько свободы, что я не знала, что с ней делать, в таком количестве мне это не нужно было! Потому что чудес в жизни не бывает. На половину беременной невозможно быть. Вы или беременны, или нет. И дав мне столько свободы, он и не нёс за меня такой ответственности. И в данном случае женщина должна честно себе ответить, что она сама действительно хочет - заботы и ответственности, которые даёт армянский мужчина, и при этом с ним рядом ты не имеешь такой свободы,  или наоборот.

Армянским мужчинам нравятся сильные женщины?

Нравятся! Яркие, красивые живые женщины не могут не нравиться, просто мужчины не всегда могут справиться со своей ревностью. Это не есть хорошо, и не есть плохо. Зато у них прекрасное чувство юмора!

Вы считаете, что армянские мужчины зачастую пренебрегают преданностью и трудолюбием армянских женщин?

Конечно, нет! Я очень трепетно и с большим уважением и почтением всегда относилась к мужчинам. Ведь согласитесь, что могут быть и такие армянские женщины, которые некорректно себя ведут. Но все-таки в основном армянские мужчины, преданы своей семье, своим женам, традициям. С другой стороны у каждого свои обязанности. Вы же ждёте, что мужчина защитник и добытчик, который решает все вопросы, а почему удивляетесь, если он ожидает от вас выполнения ваших прямых обязанностей? Вообще мне нравится история о служении мужчине. Я считаю это очень естественным. В этом наша миссия. Ни один мужчина не обязан вам делать что-либо, если вы в ответ не готовы делиться своей любовью, заботой и преданностью!

Самый животрепещущий вопрос! Почему армянские мужчины готовы, например, русским женщинам прощать даже измены, а армянкам даже мелкую оплошность – нет?

Наверное, потому что для наших мужчин армянская женщина – это святость, к которой больше требований. Наверное! Вообще не прощать, на мой взгляд  – это очень невзрослая и немудрая позиция. Не прощать – это позиция слабого человека.

Как вы думаете, почему до сих пор в Армении существует тот стереотип, что красивая, молодая, открытая, успешная девушка, не могла всего добиться без чьей-либо помощи?

Серьезно!? Для меня это очень удивительная ситуация, если в Армении до сих пор так думают. На мой взгляд, женщины сейчас настолько образованные, целеустремленные, сильные, самостоятельные, что не должно возникать каких-либо вопросов. Это пережитки прошлого. Вообще сегодня эпоха женщин. Мужчины «почти» свыклис  с тем, что женщины могут развивать бизнес, занимать высокие должности, зарабатывать больше денег…  А женщинам в свою очередь нужно еще больше любить своих мужчин, обволакивать заботой, чтобы они так болезненно не реагировали на все изменения, происходящие в обществе. Женщина более открытая и гибкая и может сделать больше ради благополучия и счастья семьи.

По-вашему, чего не хватает армянским мужчинам и женщинам в отношениях?

Наверное, не только армянам, но и многим людям не хватает искренности в отношениях.

Маргарита Авакян

Page 2

Логично предположить, что внеземную жизнь получится найти на земном двойнике. То есть, следует отыскать внесолнечную планету, которая по своим характеристикам напоминает Землю. Что ж, исследователи уже обнаружили такой мир, но есть ли у него шансы на обитаемость?

День Воскресения Христова встречают более чем в 60 странах.

Что составляет суть независимой внешней политики и что для неё неприемлемо.

Page 3

Недавно писатель Сергей Чибисов опубликовал свою “армянскую историю” в журнале “Самиздат”. Бесхитростные воспоминания также просто и названы — “Моя Родина Армения”.

В ряде азербайджанских СМИ появилась информация о том, что Сейм Литвы, якобы, сожалеет о создании Группы дружбы с Нагорным Карабахом, что из нее в буквальном смысле бегут депутаты, и она вот-вот прекратит свое существование.

На днях в Армении впервые отмечался международный день дипломата. По этому случаю министр иностранных дел дал праздничное интервью Общественному телевидению, в котором попытался раскрыть трудные и зачастую невидимые нюансы дипломатической работы.

В столице Венесуэлы Каракасе прошли государственные похороны скончавшегося лидера страны Уго Чавеса. Занимавший пост вице-президента Николас Мадуро накануне принял присягу и стал следующим президентом латиноамериканского государства.

Вице-президент Венесуэлы Николас Мадуро после смерти Уго Чавеса заявил о развертывании в стране военных и полицейских подразделений. По его словам, это делается для того, чтобы «защитить население и обеспечить мир», передает Publico.

Кирк Керкорян, который на протяжении долгих лет считался первым богатейшим бизнесменом армянского происхождения, уступил звание самого богатого армянина в мире бизнесмену, развернувшему бурную деятельность в России, Самвелу Карапетяну.

Петиции на сайте Белого дома, которые время от времени пытаются сделать фактором внутриполитической жизни тех или иных стран, все чаще попадают в крайне неудачный информационный контекст. Абстрактно-благие (это в лучшем случае) пожелания тех, кто их подписывает, все чаще вступают в негативный резонанс с политикой Америки на территориях... На сайте Белого дома был открыт к подписанию документ, непосредственно касающийся Армении и трагической судьбы армянского меньшинства в Сирии.

9 января 2018 г. исполняется 100 лет со дня одного из омерзительнейших преступлений в истории России. Оно получило свое название как Шамхорская резня. Это преступление является чудовищным фактом массового уничтожения людей: зверская расправа над возвращавшимися с Кавказского фронта русскими офицерами и солдатами в Шамхоре в январе 1918 г., совершенная вооруженными азербайджанскими бандами. В результате подлого нападения, по разным данным было вырезано свыше 5000 русских солдат. Об этих событиях в Азербайджане, естественно, предпочитают не вспоминать.

В последнее время власти Турции возобновили уже ставшие традиционными для них нападки на Израиль и внешнюю политику еврейского государства.

russia-armenia.info

Гаяне Бреиова: «Армяне дают мне силу»

Я приехала покорять Москву в 1994 году. Мне было девятнадцать лет, на руках у меня был полуторагодовалый ребенок. Начиналось все так: я окончила школу в Ереване, вышла замуж и перебралась в Чехословакию. Мой муж был художником, писал картины и выставлялся там. Потом мы развелись и я оказалась в Москве. Я приехала сюда, потому что внутренне не была готова отправиться в Ереван.

В Ереване, в отличие от российской столицы, ты не можешь сказать родственнику или знакомому: «Тебя это не касается! Молчи и не задавай лишних вопросов».

Сейчас я понимаю, что это был серьезный и рискованный шаг, но тогда я была юна и бесстрашна. Мама, узнав, что я переезжаю в Россию, вынуждена была оставить прекрасную работу, забрать брата из школы и переехать ко мне. Таким образом наша семья оказалась в Москве без гражданства, денег и родственников.

Мне очень хотелось получить высшее образование, но я понимала, что нужно зарабатывать на жизнь. Однажды мы с мамой гуляли по городу и наткнулись на «Словацкий дом», который включал в себя гостиничный комплекс и ресторан. Мама осталась на улице, а я решила зайти внутрь. Там был охранник. Я заговорила с ним на словацком языке, однако он ничего не понял, потому что был русским. Я умоляла его впустить меня, но он долго отказывался. Объяснял, что вход открыт только для дипломатического корпуса и граждан Чехии и Словакии. В итоге он пропустил меня на ресепшн. Там была словачка, которая удивилась тому, как свободно я владею языком, и назначила мне встречу с директором прямо на следующий день.

Это было мое первое собеседование в Москве. Я была воодушевлена предстоящим событием и не понимала, что нужно одеться поскромнее. Я напялила на себя самую короткую юбку, ярко накрасилась и, полная эмоций, двинулась в «Словацкий дом». На встрече я сказала директору на словацком языке, что готова на все, что угодно. А он посмотрел на меня и сказал: «Боже мой, где ты была все это время? Даже если все посольство и министерство иностранных дел будет против, я тебя возьму. Неважно, есть у тебя гражданство или нет. Завтра выходишь на работу». Так что не прошло и двух недель моего пребывания в Москве, как я начала работать в «Словацком доме» в качестве официантки. Я была безумно счастлива.

У меня было четкое понимание того, что ресторанный бизнес гармонирует с моей натурой. Он мне сразу понравился. Это была естественная для меня среда, поскольку я с десяти лет много готовила. У меня прекрасные рецепторы и я  этим гордилась. Я пекла торты, делала всякие десерты, готовила необыкновенно вкусную долму. Поскольку у меня все хорошо получалось, мама делегировала эту важную миссию мне. Ко всему прочему, я выросла в собственном доме, у нас был огромный двор и дом. Всегда накрыт стол. Мы жили вместе с дядиной семьей в одном доме. Нас было пятеро детей. Я очень хорошо помню, как мы все время накрывали на стол, как ждали гостей.

Для меня ощущение настоящего гостеприимства было естественным еще с детства.

В Москве я не смогла устроиться в театральный вуз и быть обычным студентом, потому что мне нужно было искать обучение на вечерних курсах и совмещать их с работой. Я с семнадцати лет привыкла к тому, что не могу думать и заботиться только о себе. Несмотря на то, что моя мама была рядом и помогала мне, у меня был ребенок и мне нужно было более ответственно относиться к жизни. 

Мои родственники стеснялись моей работы, ругали маму за то, что я работаю официанткой, и мне пришлось сменить род деятельности. Я пошла на Московскую центральную фондовую биржу. Два года я проработала там в качестве брокера. Продавала векселя, облигации. Мне эта работа тоже нравилась, поскольку она была эмоциональной. Но главный минус такого рода деятельности — работа в офисе. Мне приходилось иметь дело с документами, которые я панически ненавижу. В 1998 году, когда случился дефолт и закрылась биржа, я вспомнила, что делало меня счастливой: работа в ресторане. Я устроилась работать менеджером в армянское заведение «Ноев ковчег». К тому времени я успела окончить институт и  получить диплом. Мне было очевидно, что я больше никуда из этого бизнеса не уйду.

Шел 2001 год. Мы со вторым моим супругом — чехом — нашли  помещение на Самотечной, вложили в стартовый капитал 33%. Остальные деньги дали два других партнера. Мой первый собственный проект назывался ресторан «На лестнице». Он отличался от всех.

Я всегда усложняла себе жизнь, чтобы развиваться. Если я не разбиралась в музыке, то начинала ходить по разным барам и клубам, слушать разных диджеев. То же самое с коктейлями, которые я не особо люблю. Мне приходилось ходить по разным заведениям и изучать барную культуру, чтобы потом достойно применить новые знания в своем ресторане. В 2014 году я закрыла ресторан «На лестнице» и открыла вместо него  кафе-бар «Панаехали».

К ресторану «Gayane’s» я отношусь с особым трепетом, потому что это армянский ресторан. Нужно было пойти на большой риск, чтобы после пятнадцати лет работы в ресторанном бизнесе иметь храбрость подписаться под проектом своим личным именем. Пять лет назад я открыла этот ресторан, в основе символа и логотипа которого лежит генеалогическое дерево моей семьи. Раньше на этом месте располагался антикварный магазин: я взяла у хозяйки в аренду помещение, все там сломала и построила ресторан.

Когда я открывала этот проект, армянская кухня, в отличие от грузинской, не была представлена в Москве. Все боялись называть вещи своими именами. Делали проще — говорили, что кухня кавказская. Я всегда, где бы ни была, стараюсь пропагандировать армянскую кухню, армянский способ приготовления еды.

Благодаря этим усилиям, открытости и готовности спорить, слышать и слушать своих гостей, презентовать кухню и с трепетом относиться к национальным традициям, мы пришли к тому, что армянская кухня постепенно становится успешной, интересной и модной. 

Быть армянином значит иметь гибкость. Необходимо понимать, что все, чем мы обладаем – доброта, культура, тысячелетние традиции — все это божий дар. Я очень радовалась одной фразе, сказанной некогда Владимиром Познером: «Когда на меня смотрят маленькие армянские дети, складывается ощущение, что при смерти я буду знать меньше, чем они при рождении». Мне кажется, очень важно воспитывать в себе скромность, стараться не выпячивать свое армянство. Наша гордость очень мощная на уровне генов. Мы иногда не можем с нею справиться и хвалимся, к примеру, известными армянами. Но чем выше мы стоим, тем ниже кланяемся. Имея за спиной тысячелетнюю историю, мы должны себя вести снисходительно.

Мне кажется, что только человек, по-настоящему знающий и уважающий свою культуру, способен уважать чужую. Мы, армяне, очень правильно и грамотно интегрируемся в другие культуры. Во-первых, потому что были вынуждены это делать из-за стечения исторических обстоятельств. Во-вторых, как народ-созидатель умели преподносить свою культуру с правильной точки зрения, грамотно, не агрессивно.

Каждому армянину, независимо от того, где он живет, обязательно нужно сохранять свою самобытность, чтобы быть гармоничным человеком.

У меня было волшебное детство. Благодаря большой семье оно было очень активным. Я выросла во дворе: быстро справлялась с домашними заданиями и бежала на улицу. Отучилась шесть лет в театральной школе, с детства много снималась. У меня есть еще и танцевальное образование ­— я десять лет танцевала армянские народные танцы и ездила с гастролями по многим советским городам. Я была уверена, что когда вырасту, стану актрисой. Все главные роли в спектаклях  были мои. Я телегеничная, меня любит камера, а я — ее. Но когда я родила ребенка, то мой первый муж, будучи ревнивым человеком, даже в магазин не отпускал меня одну. Мне все время приходилось сидеть в спальне.

Самые яркие воспоминания связаны с бабушкой с маминой стороны. Она всегда была рядом и подавала фантастический пример женственности, любви, самоотверженности. Я все время смотрела ей в глаза и понимала  без слов, что нужно делать.

Я читаю своих друзей в социальных сетях и четко осознаю, что все проблемы начинаются из-за комплексов. Понимание того, что я самая красивая, замечательная, успешная и родилась совершенно точно для счастья, у меня сформировалось именно в детстве. Это важно и бесценно. Несмотря на то, что мои  родители была в разводе, я получила от них абсолютную любовь. Они сумели сохранить прекрасные отношения и своим примером показать, как правильно разводиться.

Я не жалею, что так и не стала актрисой. Сегодня благодаря гастрономии, основной страсти своей жизни, я все равно пришла к телевидению. Я очень много снимаюсь. Особенно мне нравятся документальные съемки, где никто тобой не руководит и не нужно играть выдуманные роли.

Больше всего я скучаю по армянскому солнцу и языку.

Где бы я ни была, меня обязательно должны окружать армяне. Они делают меня сильнее. Когда я приезжаю в Ереван, то понимаю, что мне не хватает темпа. Я безумно люблю свой родной город, но все-таки большую часть  жизни я прожила в Москве. Я пыталась сделать один проект в Ереване. Он был успешным, но мне казалось, что люди там работают в десять раз медленнее, чем нужно. Сегодня я намеренно не открываю бизнес в Ереване, потому что это единственная точка на земле, где я восполняю свою энергию. В остальных местах я ее отдаю.

В каждом армянине сидит сознание факта непризнания Геноцида армян в Османской империи. Именно поэтому нет настоящего прощения. Я говорила на эту тему со своей двоюродной сестрой, которая живет во Франкфурте и работает психотерапевтом. Я жаловалась ей на то, что мы зациклены, что нам следовало бы забыть об этом несчастье и идти вперед. Но она говорит, что с точки зрения психологии необходимо признание  и прощение. Если весь мир признает Геноцид армян, мы станем сильнее. Никогда не сможем забыть эту страницу нашей истории, но будем психологически здоровее.

auroraprize.com

Гаяне Бреиова: «Я продолжаю хулиганить в ресторанном бизнесе»

Сейчас она владелица двух популярных столичных заведений — ресторана Gayane's и кафе-бара «Панаехали». А начинался ее путь к нынешнему успеху в индустрии гостеприимства в 1994 году в ресторане при посольстве Чешской Республики с должности официанта. На большее тогда, по собственному признанию Гаяне Бреиовой, рассчитывать просто не приходилось.

О рестораторе Гаяне Бреиова родилась в Ереване. Училась в театральной школе, танцевала, играла в театре, снималась в кино. С 1994 года, занявшись ресторанным бизнесом, Гаяне Бреиова много времени проводила с европейскими шеф-поварами, изучая непосредственно технологию приготовления различных блюд. В 2001 году Гаяне с партнерами реализовала первый собственный ресторанный проект. В 2004 году ею было создано кафе «На лестнице», а в 2008-ом в Праге она открыла ресторан «Космополит». В 2010 году первых гостей принял ресторан Gayane’s, в меню которого Гаяне собрала любимые блюда своего детства. Два с половиной года назад открылось еще одно заведение Гаяне Бреиовой – кафе-бар «Панаехали».

На сегодняшний день в своих ресторанах Гаяне развивает новые грани гастрономии, сочетая такие культуры, как армянская, азиатская, индийская, русская и другие.

История современной Золушки

— Я приехала в Москву из Еревана, 19‑летней девчонкой, с маленькой дочкой на руках, без гражданства, регистрации, знакомств и практически без денег. В багаже разве что знание трех языков — английского, чешского и словацкого (до этого два года жила в Словакии, в Кошице) и огромное желание выжить в мегаполисе. Понятно, что в таких обстоятельствах вакансия официанта в ресторане при посольстве, имевшего дипломатический статус и соответствующий уровень, стала настоящим подарком судьбы. Получить эту работу помогли лингвистические способности и уверенность в себе. Вот так, по воле счастливого случая, буквально через две недели после приезда в Москву я, сама того не подозревая, сделала свой первый шаг в ресторанном бизнесе. Конечно, все могло сложиться иначе. Не исключаю, например, что со временем оказалась бы в каком-нибудь офисе, став секретарем. Но даже для этой должности требовались опыт и рекомендации, в отличие от ресторанного бизнеса, куда, кстати, по сей день, к сожалению, берут без рекомендаций. По крайней мере, на позицию официанта. Но именно это обстоятельство когда-то сыграло мне на руку.

— Долго оставались официантом?

— Не очень, приблизительно полтора-два года. Одновременно получала высшее образование в области экономики. Помню, моя дипломная работа была посвящена фондовому рынку и организации фондовой биржи. По понятной причине в итоге стала брокером на Московской фондовой бирже. Продавала векселя, акции, облигации, диверсифицировала риски и, признаться, достаточно неплохо во всем этом разбиралась. Правда, не чувствовала себя счастливой, даже несмотря на солидное положение и достойную зарплату. А в 1998 году произошел дефолт, и фондовая биржа закрылась. Я попала под сокращение. И вот тогда, по совету друзей, доверившись собственной интуиции, решила уже в качестве менеджера пойти в ресторанный бизнес. И с тех пор уже из него больше никуда и никогда не уходила. Ни на день. Меня тогда пригласили на должность менеджера в ресторан «Ноев ковчег». В моем ведении был зал, контролировала работу кухни, барменов, официантов, отвечала за прием гостей. И так каждую смену. По графику два через два. Естественно, получила бесценный практический опыт. Неудивительно, что два года спустя меня снова пригласили в ресторан при посольстве Чешской Республики, где я начинала карьеру официантом.

«Доверившись собственной интуиции, решила пойти в ресторанный бизнес.»

К успеху шаг за шагом

— В каком качестве?

— На сей раз на должность управляющего отеля, в котором было 120 номеров и пять ресторанов. Предложили весьма достойные условия. И все же из «Ноева ковчега» я уходила тяжело, правда, оставив после себя профессиональную команду менеджеров. Работа на новом месте оказалась нелегкой и интересной одновременно. Но даже тогда я понимала: хочу двигаться дальше.

— Что предприняли?

— Мне удалось найти партнеров, и вместе с супругом в 2001 году мы открыли ресторан «Итальянец», в котором владели долей в 33%.

— Когда сделали свой первый самостоятельный шаг как ресторатор?

— Это случилось три года спустя, уже когда реализовала проект city-кафе «На лестнице».

— С какими трудностями поначалу столкнулись и как их преодолевали?

— Самая большая трудность, с которой я столкнулась тогда и сталкиваюсь, кстати, по сей день, — это ведение документов. Я их ненавижу, не умею с ними управляться, теряю буквально через секунду (улыбается). Это была самая некомфортная для меня составляющая ресторанного бизнеса. Ведь приходилось работать со множеством проверяющих органов, общаться с соседями-доброжелателями. Они по странному стечению обстоятельств до сих пор живут напротив наших ресторанов. А вот с креативной, созидательной частью проблем никаких не было. Это всегда приносило радость. Впрочем, даже работа с документами воспринималась мною как необходимая составляющая рабочего процесса.

— К моменту открытия city-кафе «На лестнице» вы наверняка имели представление о том, каким оно должно быть?

— Честно говоря, единственное, в чем я тогда четко отдавала себе отчет, — то, что пришла в ресторанный бизнес надолго, а точнее, навсегда. И у меня не возникало вопросов, будет ли проект, например, рентабельным или нет. Подход был не мужской. Для меня собственное кафе стало источником вдохновения и абсолютного счастья. На тот момент мне нравились все направления ресторанного бизнеса. В 29 лет я безумно кайфовала от того, что влезла в эту сферу, хотя, признаться, не так хорошо в ней разбиралась в те годы. Мне было просто важно поставить перед собой более сложную задачу и решить ее. Однако единственное, в чем я тогда более или менее знала толк, — приготовление блюд, чего не с кажешь о работе бара или, например, клубной музыке. Но, повторюсь, это был вызов самой себе. К тому же мне нравилась такая жизнь. Я тусовалась в своем кафе. Не поверите, за девять лет оно не закрывалось ни разу даже на технический перерыв, принимая гостей 24 часа в сутки. Да, рядом со мной, бок о бок, была команда, но и я могла оказаться в кафе и в 4, и в 5 утра. Принимала звонки в любое время дня и ночи. Для того чтобы создать дружескую атмосферу, даже сама танцевала, работала за барной стойкой, что мне тоже пришлось по душе.

Кафе «На лестнице» стало источником вдохновения и абсолютного счастья

Gayane’s — это воплощение мечты

— Почему же тогда вы решили поменять концепцию заведения, а точнее, радикально ее изменить? — Просто настал момент, когда захотелось двигаться дальше. В итоге появилось кафе-бар «Панаехали» — еще более осознанный проект, а чуть позже открыла Gayane's, реализовав, таким образом, свою мечту. В нем удалось воплотить в жизнь все задумки и идеи, которые мне как человеку взрослому, думающему хотелось донести до своих гостей. Так что за этим рестораном уже была история.

— То есть в city-кафе «На лестнице» вы пробовали свои силы?

— Там я хулиганила, готовила много интересного, работала с разными шеф-поварами. Мне интересны были блюда азиатской, индийской кухни, а также европейские кулинарные традиции — чешские, немецкие, итальянские. Даже с суши экспериментировала. Кстати, после кафе «На лестнице» в 2008 году в Праге я участвовала в открытии ресторана «Космополит».

— В какой момент возникла мысль создать Gayane's?

— Городское кафе «На лестнице» проработало больше девяти лет, и на десятом году его жизни мне совсем уже не хотелось заниматься ни клубным проектом с танцами, ни барной культурой. Наоборот, стала ближе и интереснее гастрономия. Я понимала, что уже хочу спать ночью, причем физически, а потому решила начать новый проект (улыбается). К тому времени в Москве уже и субкультура постепенно становилась другой. Я это интуитивно почувствовала, ориентируясь в том числе и на собственное мироощущение. Почувствовала и оперативно приняла решение о смене концепции, даже несмотря на то, что проект «На лестнице» был моей гордостью, очень успешным заведением. У нас каждый день перед входом стояла длинная очередь. В числе посетителей было много звезд шоу-бизнеса и известных бизнесменов. Они всегда приходили и наслаждались вкусной едой, которая всегда была моим приоритетом и сильной стороной. Поэтому не могу сказать, что для меня он менее ценен, нежели Gayane's или «Панаехали». Но сегодня гости уже хотят посидеть в спокойной обстановке, выпить качественного вина, вкусно поесть, а не тусоваться, не спать и пить коктейли. Одновременно у меня появилось осознание себя, стало понятно, что я готова делиться с людьми еще большим — своим внутренним миром, воспоминаниями из детства. Тогда-то и состоялось открытие Gayane's. В основе проекта — история моей семьи, начавшаяся в 1726 году, подтверждением чему генеалогическое древо нашего рода.

— То, что вы назвали ресторан своим именем, — дополнительная ответственность…

— Согласна. Это было моим осознанным, важным решением. И оно не связано с желанием удовлетворить собственное тщеславие, как можно было бы подумать. Gayane's — своего рода подпись под проектом. Таким образом я подчеркнула, что отвечаю за него собственной репутацией.

— Оба ваши заведения находятся под одной крышей…

— Скорее, по одному адресу, но у каждого из них отдельный вход. Более того, попадая в «Панаехали», гость может даже не знать, что через дверь есть еще и Gayane's. То есть мы говорим о двух самостоятельных, не похожих дуг на друга проектах.

«Ресторан про армян»

— Что они собой представляют?

— Gayane's — это ресторан армянской кухни для семейного отдыха, работающий уже пять лет. Раньше на его месте был антикварный салон. Кстати, от него нам в наследство достались очень красивые двери и лестница. Мы предлагаем достаточно консервативную, аутентичную, самобытную и в то же время понятную еду. Именно такие блюда подадут и в Ереване. К слову, у нас те же продуты, та же рецептура. Практически все сотрудники армяне. Так что с уверенностью могу сказать, что это настоящая армянская кухня. Она весьма популярна и пользуется спросом у наших гостей. Gayane's — «ресторан про армян», но не только для армян. Поэтому здесь проводится очень много событий с акцентом на армянскую культуру. Проходили, например, вечера, посвященные творчеству Арно Бабаджаняна, Фрунзика Мкртчяна. У нас выступают интересные фольклорные музыканты из Армении, звучит джаз, состоялось настоящее яркое событие под названием «Царство Ани», мы сделали большой кулинарный фестиваль, пригласив шеф-повара из Армении, а еще совместно с известным этнографом организовали мероприятие, посвященное кулинарным традициям моей родины.

— Впечатляет!

— Спасибо! Но меня интересует не только история вопроса. Не меньше вдохновляет и другое направление — новые грани армянской кухни. Я беру армянские продукты и готовлю их не так, как принято, а в авторской интерпретации, придаю им другой вкус, даже блюда подаю иначе.

— С поставками продуктов проблем не возникает?

— Слава Богу, ни разу не было даже малейших вопросов. Поставщики нас не подводят. Наоборот, сегодняшняя ситуация позволила нам убедиться: у нас прекрасные партнеры. Так что имрпортозамещение нас не коснулось. Ту же самую рыбу или мясо я получаю гарантированно два раза в неделю — по вторникам и четвергам. Причем привозят все непосредственно в ресторан. Да, это дороже, но такие расходы оправданны. Считаю, что в ресторанном бизнесе должны зарабатывать все: и рестораторы, и поставщики. Это правильно. Скажу больше: возможно, если бы занималась логистикой сама, мы зарабатывали бы больше. Но я бы уже с ума сошла!

Ресторан с самоиронией и питерским духом

— Давайте теперь поговорим о кафе-баре «Панаехали». Судя по его названию, вы снова решили пошутить?

— Так оно и есть. Я продолжаю хулиганить в ресторанном бизнесе, и слава Богу (улыбается)! Но при всем том, «Панаехали», которому два с половиной года, — считаю, очень интересный профессиональный проект, одновременно и ресторан, и бар, где гостям предлагается разнообразная еда. Когда закрывала кафе «На лестнице», у меня уже была в голове идея, что хочу сделать дальше на его месте. Вот так появился кафе-бар «Панаехали». Кстати, по моим ощущениям, он получился абсолютно питерским.

О ресторанах Гаяне Бреиовой (2-ой Смоленский переулок, 1/4) Ресторан Gayane's рассчитан на 80 посадочных мест. Имеет два уровня с открытой кухней. Средний чек —2000 рублей.

Кафе-бар «Панаехали» рассчитан на 100 посадочных мест. Имеет три уровня. Средний чек —1500 рублей.

—??? — Думаю, в Северной столице он бы тоже стал популярным. Это своего рода вызов Москве и тем москвичам, которые часто поизносят слово «понаехали», что, отчасти, правда. Ведь в свое время я, армянская девочка, действительно «понаехала» (улыбается). Но все равно люблю этот город, осознанно решила остаться именно здесь, хотя могла отправиться в любую европейскую страну или вернуться в родную для меня Армению. Но живу в столице России. Здесь родила ребенка, здесь влюбляюсь, здесь творю. И таких, как я, очень много. А потому мне очень хотелось придать злобному «понаехали» другой оттенок, показать, что мы относимся к нему и к себе с самоиронией. Вдруг возникло ощущение, что могу так посмеяться над собой и не обижаться на подобные вещи. И не секрет, что в таком мегаполисе, как Москва, живет очень много «понаехавших».

— Вы сказали, что «Панаехали» — петербургская история. В чем тогда ее отличие от московской?

— Мне кажется, что петербуржцы очень интеллигентны (улыбается). Они менее агрессивны, обладают более тонким чувством юмора, который отличается от московского. И кафе-бар «Панаехали» всеми этими качествами обладает. Он не чужд самоиронии, знает себе цену. Но при этом такой же открытый, как Москва, и словно говорит снисходительно: «Понаехали? Понаоставались? Ладно, так и быть, оставайтесь!»

— То есть два ваши ресторана еще и отличаются по духу?

— Совершенно верно. И каждый по-своему отражает мою суть, показывает, насколько я разная.

— Расскажите, пожалуйста, о концепции «Панаехали» подробнее.

— Этот ресторан — площадка для талантливых людей, которые творят в различных направлениях. Здесь я сумела продемонстрировать, что армянская кухня не кавказская, как многие считают, а закавказская. К тому же, у России есть свой Кавказ — Северный. Благодаря этому мы сделали прекрасное предложение по кухне Северного Кавказа. Кроме того, наши гости узнали, что существуют прекрасные кулинарные традиции Узбекистана, уже интегрированные в российскую культуру. Мы также добавили интересные блюда европейской кухни, которая стала частью русской культуры и популярна на постсоветском пространстве.

— Что помимо логистики и общего дома объединяет два ваши ресторана?

— Отвечу так: «Панаехали» и Gayane's — похожие проекты. Но если Gayane's — это осознание своей национальной культуры и желание делиться ею, то «Панаехали» — кросс-культурная история, и она никуда не делась. В ней выражается мое советское прошлое, в котором была доброта, накрытый стол, объединяющий всех…

Кафе-бар «Панаехали» получился абсолютно питерским.

Бизнес-процесс и кадровый вопрос

— То, что ваши два ресторана расположены в одном здании, удобно с точки зрения построения бизнес-процессов?

— Безусловно. И с точки зрения общего контроля, и в плане управления. Это позволяет оптимизировать работу с персоналом, финансовую систему, работу PR-службы. Во всем остальном, повторюсь, Gayane's и «Понаехали» — два самостоятельных проекта со своими командами. Да, они взаимозаменяемы. Но кухня, зал для приема гостей, менеджмент у каждого ресторана свои. Так что экономии в этом смысле не получается. Но у нас один закупщик, и по отдельным позициям мы можем перекрывать потребности сразу двух заведений.

— Как выстраиваются бизнес-процессы в ваших ресторанах? Готовы ли вы, например, делегировать полномочия сотрудникам?

— Знаете, кто-то из умных людей сказал: «Мы берем людей не для того, чтобы учить их, что делать, а для того, чтобы учиться у них». И если до 30 лет я все контролировала, считая себя лучшей, то сейчас таких «комплексов» у меня нет. Я стала мягче, снисходительнее, больше разрешаю ошибаться, причем за мои деньги, позволяю людям принимать решения. Мне нравится их рост, нравится то, что вокруг меня единомышленники, моя команда. Конечно, я делегирую полномочия, но не могу похвастаться тем, что не вмешиваюсь в происходящее. Это случается, когда чувствую, что могу сделать работу быстрее и эффективнее подчиненных.

— Говорят, вы и на кухне сами стоите.

— Причем очень часто. Создаю свои авторские блюда. Я готовящий ресторатор, чем отличаюсь от большинства коллег. По большому счету, в ресторане я всегда там, где нужна. Если необходимо, чтобы я вместе со своими официантами обслуживала гостей, то стану официантом. Если помощь нужна поварам, иду на кухню.

— А кто гости ваших ресторанов?

— Как я уже сказала, Gayane's — ресторан для отдыха всей семьей, куда приходят и взрослые, и дети. А в «Панаехали» приходят состоявшиеся, самостоятельные люди, которые сами зарабатывают на жизнь, те, кому нравится общаться. У нас они встречаются, делятся опытом.

— Гаяне, насколько важна концепция для заведения?

— Думаю, это основное, с чего нужно начать. Стоит показать, чего ты хочешь, показать, о чем ты сам и для чего. Вот почему концепция имеет определяющее значение, как и понимание того, кто твои гости и по какой причине они должны прийти именно к тебе. Этот вопрос нужно честно себе задать. И честно на него ответить.

Я готовящий ресторатор.

Телевидение не для пиара

— Вы регулярно появляетесь в различных телепередачах. Это веление времени или внутренняя потребность?

— Я радуюсь, когда приглашают на съемки, потому что мне это нравится. Я никогда не ходила на передачи, чтобы пропиариться или потешить самолюбие. Во всяком случае, это не было самоцелью. Знаете, я даже никогда не спрашиваю, в какое время будет эфир. Просто снимаюсь и снова бегу на работу в ресторан. Скорее, меня зовут, потому что знают как ресторатора. Вероятно, помогло и мое театральное образование, которое я получила когда-то в Ереване, мечтая стать актрисой. Мне всегда это нравилось. И замечательно, что благодаря ресторанному делу, гастрономии я стала сниматься. Таким образом, я реализовала мечту детства — попасть на телевидение, где я себя, кстати, очень органично чувствую.

— Кстати, о мечтах. Например, на сайте ресторана Gayane's написано, что это ваша сбывшаяся мечта.

— На тот момент было именно так. Но я мечтаю постоянно. Однако и без этого порой в моей жизни случаются совершенно неожиданные вещи. Так, никогда не думала, что напишу книгу, которая будет издана. И сегодня, когда держу ее в руках, получаю колоссальную радость от того, что теперь могу поделиться еще и своей книгой.

— Расскажите, как пришла идея написать книгу.

— В силу своего характера я ничего никогда особенно не планирую. Как бы громко это ни звучало, но Вселенная всегда дает мне возможности. Может быть потому, что я сама много отдаю людям. Отдаю и получаю в ответ. Так и с книгой. Мне поступил заказ от издательства. Хотя я ни к кому не обращалась и книг писать не хотела. Сначала издатель мне написал, а потом приехал и предложил создать книгу, объяснив это тем, что существует интерес к моей персоне. Через два месяца после той встречи, даже не подписав договора (просто забыла о нем), я отдала готовый текст. Надо сказать, родители воспитали во мне ответственность. К тому же я привыкла и умею делать все быстро.

— Итак, книгу написали…

— Теперь надо писать вторую (улыбается). — А говорили, что нет планов! — Их и правда нет. Да, я знаю, что буду делать в первой половине завтрашнего дня, а что во второй — уже нет. Я не планирую все заранее. Скорее, живу, следуя интуиции.

Слагаемые успеха

— Гаяне, как вы думаете, каковы слагаемые успеха в ресторанном бизнесе?

— Важно быть честным по отношению к себе самому. Нужно понимать, насколько ты готов к тому, что ресторанный бизнес — круглосуточный по своей сути. Это в офисе можно выключить компьютер в шесть часов вечера и закончить работу. В ресторане так не получится. Поэтому заниматься ресторанным делом можно только тогда, когда ты внутренне, психологически и физически готов мало того что работать круглосуточно, так еще и думать постоянно о своем заведении. Это самое сложное. Часто слышу: «Все, больше не хочу работать на дядю!» Хотя на самом деле наемный сотрудник — счастливый человек. Он свободен. Надоело — может написать заявление и ровно через две недели встать и уйти. В отличие от владельца компании, который себе такую роскошь позволить не в состоянии. А я уже в юном возрасте понимала, что готова работать по 24 часа и не жалеть себя. Важно искренне любить свое дело. Нужно по-настоящему кайфовать от того, чем занимаешься, и, конечно, необходим профессионализм.

Ресторанный бизнес — круглосуточный по своей сути.

— Гаяне, что является самой большой проблемой в современном российском ресторанном бизнесе? — На мой взгляд, это низкая рентабельность. Что связано и с импортозамещением, и с высокими ставками аренды, по крайней мере, в Москве, и с персоналом, который не обладает достаточной квалификацией и не очень любит свою работу, не считая ее престижной — но при этом люди привыкли хорошо зарабатывать. Я же считаю, что в ресторане должны работать профессиональные люди, знающие и любящие (что очень важно) свое дело. Без любви в ресторанном бизнесе оставаться невозможно. Любовь нужна во всем — от приготовления блюд до обслуживания.

— Коль скоро мы заговорили о персонале, расскажите, как решаете кадровый вопрос?

— Мы продаем эмоции, поэтому персонал подбираем по принципу «профессиональный и гостеприимный». Этим занимается моя помощница через определенные сайты по подбору персонала. Кроме того, к нам очень часто приходят по рекомендации. Я провожу тренинги, собрания. Очень важно, чтобы сотрудники чувствовали и понимали, что и я, и они — мы все делаем вместе и думаем в одном направлении. Я делюсь с ними своим опытом, помогаю им развиваться и расти. С претендентами на позицию топ-менеджера (управляющие, PR-специалисты) собеседование провожу сама.

— Гаяне, вы рассказали о том, что мешает ресторанному бизнесу. А какие положительные моменты заметили?

— Открываются монопроекты, в отдельных заведениях делается акцент на шеф-поваров. Перестали появляться обезличенные проекты, которых раньше был миллион! Гости уже знают хозяина заведения, понимают, куда и зачем туда идут. Все это мне очень нравится.

— Насколько ресторан вообще является бизнесом в России, в традиционном смысле слова?

— Скажу так: во многих городах мира (и Москва не исключение) ресторанный бизнес не всегда приносит владельцам те доходы, на которые они рассчитывают. Но в то же время есть проекты, приносящие прибыль. Они рентабельны, эффективны. А есть просто очень душевные заведения, обеспечивающие одну маленькую семью. Все очень индивидуально. И потом, многое зависит о того, что считать бизнесом. Если рассчитываешь на прибыль 40–50%, тогда ресторан — это не бизнес, а если, условно, 15–20% — то вполне себе бизнес.

— Что бы вы посоветовали начинающим рестораторам?

— Не открывать заведение (смеется)!

— Что главное в жизни?

— Главное — никогда не останавливаться, быть в движении и всегда себя преодолевать. И еще удивлять себя. Не других, а именно себя. Вот это самое важное.

— Какие книги читаете в свободное время?

— Сейчас — книгу армянского поэта и философа Григора Нарекаци, а еще литературу по психологии и бизнесу, в частности, по маркетингу.

— Музыку слушаете?

— Конечно! Как настоящая армянка, обожаю джаз.

— Гаяне, что такое счастье?

— То, что мы родились в этой вселенной.

— Счастливы ли вы?

— Я счастлива. Счастлива. Счастлива. И всегда буду счастлива. Это однозначное внутреннее ощущение. И по-другому быть не может. Ведь я рождена, чтобы быть счастливой.

Любовь нужна во всем — от приготовления блюд до обслуживания.

Беседовал Алексей Журавлев

Опубликовано в журнале «РесторановедЪ» №4 2016 года

restoranoved.ru

Гаяне Бреиова: «Армяне дают мне силу»

Я приехала покорять Москву в 1994 году. Мне было девятнадцать лет, на руках у меня был полуторагодовалый ребенок. Начиналось все так: я окончила школу в Ереване, вышла замуж и перебралась в Чехословакию. Мой муж был художником, писал картины и выставлялся там. Потом мы развелись и я оказалась в Москве. Я приехала сюда, потому что внутренне не была готова отправиться в Ереван.

В Ереване, в отличие от российской столицы, ты не можешь сказать родственнику или знакомому: «Тебя это не касается! Молчи и не задавай лишних вопросов».

Сейчас я понимаю, что это был серьезный и рискованный шаг, но тогда я была юна и бесстрашна. Мама, узнав, что я переезжаю в Россию, вынуждена была оставить прекрасную работу, забрать брата из школы и переехать ко мне. Таким образом наша семья оказалась в Москве без гражданства, денег и родственников.

Мне очень хотелось получить высшее образование, но я понимала, что нужно зарабатывать на жизнь. Однажды мы с мамой гуляли по городу и наткнулись на «Словацкий дом», который включал в себя гостиничный комплекс и ресторан. Мама осталась на улице, а я решила зайти внутрь. Там был охранник. Я заговорила с ним на словацком языке, однако он ничего не понял, потому что был русским. Я умоляла его впустить меня, но он долго отказывался. Объяснял, что вход открыт только для дипломатического корпуса и граждан Чехии и Словакии. В итоге он пропустил меня на ресепшн. Там была словачка, которая удивилась тому, как свободно я владею языком, и назначила мне встречу с директором прямо на следующий день.

Это было мое первое собеседование в Москве. Я была воодушевлена предстоящим событием и не понимала, что нужно одеться поскромнее. Я напялила на себя самую короткую юбку, ярко накрасилась и, полная эмоций, двинулась в «Словацкий дом». На встрече я сказала директору на словацком языке, что готова на все, что угодно. А он посмотрел на меня и сказал: «Боже мой, где ты была все это время? Даже если все посольство и министерство иностранных дел будет против, я тебя возьму. Неважно, есть у тебя гражданство или нет. Завтра выходишь на работу». Так что не прошло и двух недель моего пребывания в Москве, как я начала работать в «Словацком доме» в качестве официантки. Я была безумно счастлива.

У меня было четкое понимание того, что ресторанный бизнес гармонирует с моей натурой. Он мне сразу понравился. Это была естественная для меня среда, поскольку я с десяти лет много готовила. У меня прекрасные рецепторы и я  этим гордилась. Я пекла торты, делала всякие десерты, готовила необыкновенно вкусную долму. Поскольку у меня все хорошо получалось, мама делегировала эту важную миссию мне. Ко всему прочему, я выросла в собственном доме, у нас был огромный двор и дом. Всегда накрыт стол. Мы жили вместе с дядиной семьей в одном доме. Нас было пятеро детей. Я очень хорошо помню, как мы все время накрывали на стол, как ждали гостей.

Для меня ощущение настоящего гостеприимства было естественным еще с детства.

В Москве я не смогла устроиться в театральный вуз и быть обычным студентом, потому что мне нужно было искать обучение на вечерних курсах и совмещать их с работой. Я с семнадцати лет привыкла к тому, что не могу думать и заботиться только о себе. Несмотря на то, что моя мама была рядом и помогала мне, у меня был ребенок и мне нужно было более ответственно относиться к жизни. 

Мои родственники стеснялись моей работы, ругали маму за то, что я работаю официанткой, и мне пришлось сменить род деятельности. Я пошла на Московскую центральную фондовую биржу. Два года я проработала там в качестве брокера. Продавала векселя, облигации. Мне эта работа тоже нравилась, поскольку она была эмоциональной. Но главный минус такого рода деятельности — работа в офисе. Мне приходилось иметь дело с документами, которые я панически ненавижу. В 1998 году, когда случился дефолт и закрылась биржа, я вспомнила, что делало меня счастливой: работа в ресторане. Я устроилась работать менеджером в армянское заведение «Ноев ковчег». К тому времени я успела окончить институт и  получить диплом. Мне было очевидно, что я больше никуда из этого бизнеса не уйду.

Шел 2001 год. Мы со вторым моим супругом — чехом — нашли  помещение на Самотечной, вложили в стартовый капитал 33%. Остальные деньги дали два других партнера. Мой первый собственный проект назывался ресторан «На лестнице». Он отличался от всех.

Я всегда усложняла себе жизнь, чтобы развиваться. Если я не разбиралась в музыке, то начинала ходить по разным барам и клубам, слушать разных диджеев. То же самое с коктейлями, которые я не особо люблю. Мне приходилось ходить по разным заведениям и изучать барную культуру, чтобы потом достойно применить новые знания в своем ресторане. В 2014 году я закрыла ресторан «На лестнице» и открыла вместо него  кафе-бар «Панаехали».

К ресторану «Gayane’s» я отношусь с особым трепетом, потому что это армянский ресторан. Нужно было пойти на большой риск, чтобы после пятнадцати лет работы в ресторанном бизнесе иметь храбрость подписаться под проектом своим личным именем. Пять лет назад я открыла этот ресторан, в основе символа и логотипа которого лежит генеалогическое дерево моей семьи. Раньше на этом месте располагался антикварный магазин: я взяла у хозяйки в аренду помещение, все там сломала и построила ресторан.

Когда я открывала этот проект, армянская кухня, в отличие от грузинской, не была представлена в Москве. Все боялись называть вещи своими именами. Делали проще — говорили, что кухня кавказская. Я всегда, где бы ни была, стараюсь пропагандировать армянскую кухню, армянский способ приготовления еды.

Благодаря этим усилиям, открытости и готовности спорить, слышать и слушать своих гостей, презентовать кухню и с трепетом относиться к национальным традициям, мы пришли к тому, что армянская кухня постепенно становится успешной, интересной и модной. 

Быть армянином значит иметь гибкость. Необходимо понимать, что все, чем мы обладаем – доброта, культура, тысячелетние традиции — все это божий дар. Я очень радовалась одной фразе, сказанной некогда Владимиром Познером: «Когда на меня смотрят маленькие армянские дети, складывается ощущение, что при смерти я буду знать меньше, чем они при рождении». Мне кажется, очень важно воспитывать в себе скромность, стараться не выпячивать свое армянство. Наша гордость очень мощная на уровне генов. Мы иногда не можем с нею справиться и хвалимся, к примеру, известными армянами. Но чем выше мы стоим, тем ниже кланяемся. Имея за спиной тысячелетнюю историю, мы должны себя вести снисходительно.

Мне кажется, что только человек, по-настоящему знающий и уважающий свою культуру, способен уважать чужую. Мы, армяне, очень правильно и грамотно интегрируемся в другие культуры. Во-первых, потому что были вынуждены это делать из-за стечения исторических обстоятельств. Во-вторых, как народ-созидатель умели преподносить свою культуру с правильной точки зрения, грамотно, не агрессивно.

Каждому армянину, независимо от того, где он живет, обязательно нужно сохранять свою самобытность, чтобы быть гармоничным человеком.

У меня было волшебное детство. Благодаря большой семье оно было очень активным. Я выросла во дворе: быстро справлялась с домашними заданиями и бежала на улицу. Отучилась шесть лет в театральной школе, с детства много снималась. У меня есть еще и танцевальное образование ­— я десять лет танцевала армянские народные танцы и ездила с гастролями по многим советским городам. Я была уверена, что когда вырасту, стану актрисой. Все главные роли в спектаклях  были мои. Я телегеничная, меня любит камера, а я — ее. Но когда я родила ребенка, то мой первый муж, будучи ревнивым человеком, даже в магазин не отпускал меня одну. Мне все время приходилось сидеть в спальне.

Самые яркие воспоминания связаны с бабушкой с маминой стороны. Она всегда была рядом и подавала фантастический пример женственности, любви, самоотверженности. Я все время смотрела ей в глаза и понимала  без слов, что нужно делать.

Я читаю своих друзей в социальных сетях и четко осознаю, что все проблемы начинаются из-за комплексов. Понимание того, что я самая красивая, замечательная, успешная и родилась совершенно точно для счастья, у меня сформировалось именно в детстве. Это важно и бесценно. Несмотря на то, что мои  родители была в разводе, я получила от них абсолютную любовь. Они сумели сохранить прекрасные отношения и своим примером показать, как правильно разводиться.

Я не жалею, что так и не стала актрисой. Сегодня благодаря гастрономии, основной страсти своей жизни, я все равно пришла к телевидению. Я очень много снимаюсь. Особенно мне нравятся документальные съемки, где никто тобой не руководит и не нужно играть выдуманные роли.

Больше всего я скучаю по армянскому солнцу и языку.

Где бы я ни была, меня обязательно должны окружать армяне. Они делают меня сильнее. Когда я приезжаю в Ереван, то понимаю, что мне не хватает темпа. Я безумно люблю свой родной город, но все-таки большую часть  жизни я прожила в Москве. Я пыталась сделать один проект в Ереване. Он был успешным, но мне казалось, что люди там работают в десять раз медленнее, чем нужно. Сегодня я намеренно не открываю бизнес в Ереване, потому что это единственная точка на земле, где я восполняю свою энергию. В остальных местах я ее отдаю.

В каждом армянине сидит сознание факта непризнания Геноцида армян в Османской империи. Именно поэтому нет настоящего прощения. Я говорила на эту тему со своей двоюродной сестрой, которая живет во Франкфурте и работает психотерапевтом. Я жаловалась ей на то, что мы зациклены, что нам следовало бы забыть об этом несчастье и идти вперед. Но она говорит, что с точки зрения психологии необходимо признание  и прощение. Если весь мир признает Геноцид армян, мы станем сильнее. Никогда не сможем забыть эту страницу нашей истории, но будем психологически здоровее.

auroraprize.com

История

Ресторатор, бренд-шеф, телеведущая, автор кулинарных книг, обладательница золотой медали имени Арама Пирузяна «За вклад в продвижение и сохранение армянской кулинарной традиции» и просто красавица Гаяне Бреиова родилась в Ереване. Училась в театральной школе, танцевала, играла в театре и не собиралась связывать жизнь с ресторанами, хотя готовить любила с детства. Все получалось так легко и вкусно, что дома мама с радостью передавала ответственность за приготовление еды дочери. После школы Гаяне уехала в Прагу, но затем переехала в Москву, где устроилась работать официанткой при ресторане в Чешском посольстве, одновременно учась на экономиста. В 2001-м Гаяне с партнерами открыла свой первый ресторанный проект, в 2004-м было создано «Кафе на Лестнице», в 2008-м - ресторан «Космополит» в Праге.

В 2010 году открылся «Gayane's», в меню которого Гаяне собрала любимые блюда своего детства, а тремя годами позже - кафе-бар «Панаехали», место для «панаехавших» со всего мира. С тех пор Гаяне написала уже две кулинарных книги (и на подходе третья), по-прежнему руководит бизнесом и кухней, встречает гостей, рассказывает истории и создает на основе армянских традиционных продуктов новые вкусы, новую армянскую кухню.

gayanes.ru

Есть, трудиться, любить

— Гаяне, как начался ваш бизнес?

— В 1994 году в 19-летнем возрасте с ребенком на руках я приехала в Москву, сбежав от первого мужа. Устроиться на хорошую работу в столице я не могла — у меня не было высшего образования, гражданства и прописки. Но я знала английский, словацкий и чешский языки, поэтому устроилась официанткой в «Чешский дом» — ресторан при посольстве, где работали дипломаты. И с первой минуты влюбилась в свою работу!

— Что вас в ней привлекало?

— Во-первых, она позволяла реализовать качества, которыми обладает каждая девушка, выросшая в Армении: готовить и принимать гостей так, чтобы они уходили счастливыми.

А во-вторых, я была счастлива от сознания, что могу зарабатывать деньги: я была жизнерадостна и искренне любила своих гостей, а они оставляли мне большие чаевые.

— Долго вы работали в этом ресторане?

— Не очень. Получив высшее экономическое образование, я пошла работать на Московскую центральную фондовую биржу брокером. Дело в том, что я всегда была отличницей, которая стеснялась получать «четверки».

И мои многочисленные армянские родственники считали, что такой волшебной девочке, которая должна была выйти замуж как минимум за сына министра, стыдно работать официанткой. Поэтому, несмотря на то, что ресторанный бизнес меня вдохновлял, я понимала: нужно искать более престижную работу. Отработала я на бирже брокером два года, а затем в 1998 году произошел дефолт, биржа закрылась. И я устроилась в армянский ресторан — только уже на позицию менеджера. Тогда я и поняла, что хочу иметь свой ресторан. И в 2001 году мы с партнерами открыли ресторан «Итальянец» на Цветном бульваре.

И вот тут начались проблемы.

— С чем они были связаны?

— Я не была полноправной хозяйкой ресторана. А создать и сохранить уют в бизнесе с совладельцами, наверное, даже сложнее, чем сохранить уют в семье. Это был тяжелый период в жизни, хотя в семейной у меня все складывалось удачно: я стала мамой во второй раз.

Еще одна трудность — это обязательства: несмотря ни на что, каждое первое число месяца ты должен выплатить своим сотрудникам зарплату.

И ты за это отвечаешь! Я постоянно говорю своим подчиненным, что они счастливые люди. Ведь они могут в любую секунду написать заявление и через две недели уйти. Они — свободны. Владелец — несвободен.

Я первого ребенка родила в 17 лет и поняла, что с этого момента я никогда больше не смогу думать только о себе. Мама — это работа 24 часа сутки. Так же и с рестораном. Впрочем, в 2004 году я уже самостоятельно открыла кафе «На лестнице», которое отработало 10 лет. А потом появились проекты Gayane’s и «Панаехали».

— Как вы выбираете персонал?

— Сердцем! Конечно, мне очень важны профессиональные навыки, но главное — это понимание того, мой это человек или нет. Я стараюсь найти тех, кто умеет любить людей по-настоящему. Мы, женщины, обладаем уникальным даром от Бога, но не всегда им пользуемся и почемуто иногда начинаем доверять своей голове вместо того, чтобы доверять своему сердцу.

— Сердце никогда не подводило?

— Всякое бывало, но к 40 годам я поняла, что не бывает плохих людей. Бывают те, которые мне не подходят.

10 августа 2015 года. Гаяне Бреиова встречает гостей в своем ресторане Gayane's, который она называет любимым детищем.

— Вы жесткий руководитель?

— Со мной сложно работать, потому что я эмоциональная, могу очень жестко сказать все, что я думаю.

Но ребята, которые работают со мной, привыкают, что нужно смотреть на суть, а не на форму. Если кому-то важна форма — он должен уйти от меня. Я меняться не буду. Правда, с возрастом я становлюсь мягче, что удивительно. Раньше была жестче. Сегодня я могу закрыть глаза на некоторые вещи. Так что, кроме цифры «40», мне в моем возрасте все нравится.

— Есть ли у вас определенный принцип управления проектами?

— В бизнесе очень важно принимать быстрые решения и четко делегировать полномочия. Конечно, я все сделаю лучше всех — это даже не обсуждается! Но у предприятия есть определенные жизненные циклы. В тот момент, когда ты «фаундер» — только начинаешь проект, нужно все делать самому — по-другому бизнес не выживет. На стадии его становления ты должен уметь делегировать полномочия, дать возможность людям самим делать ошибки и открытия. А главная задача владельца — воодушевлять, направлять и контролировать.

— Не страдает семья от вашей чрезмерной занятости?

— Страдает. И я переживала из-за этого, потому что у меня уникальная мама: от нее я получила абсолютную любовь, уверенность, тыл и стержень! Я думала, что если буду похожа на нее, мои дети будут счастливы. Я на нее не похожа. Но мои дети счастливы, потому что никогда не сомневались в моей любви.

Я не верю, что бизнес мешает семье, просто ты должна регулировать все процессы, и тогда все будут довольны.

СЕКРЕТЫ УСПЕХА ОТ ГАЯНЕ БРЕИОВОЙ

Для того чтобы идти вперед — нужно вернуться к своим истокам.

Ресторанный бизнес — история любви к людям, а не к еде.

В бизнесе очень важно принимать быстрые решения и четко делегировать полномочия.

Один из критериев успешного бизнеса — правильный выбор делового партнера.

Бизнес должен вдохновлять владельца! Только в этом случае он будет развиваться.

moscvichka.ru


Смотрите также