Все время что-то читаю... Прочитанное хочется где-то фиксировать, делиться впечатлениями, ассоциациями, искать общее и разное. Я читаю фантастику, триллеры и просто хорошие книги. И оставляю на них отзывы...
Не знаете что почитать? Какие книги интересны? Попробуйте найти ответы здесь, в "Читалке"!

Илья стюарт биография личная жизнь


Трудное счастье Светланы Устиновой

С любовником-режиссёром Бусловым актрису познакомил сводник Листерман

Отца молодого мужа кинозвезды подозревали в связях с мафией

24 июня вся киношная тусовка гуляла на широкой свадьбе. Звезда второй части фильма «Бумер» 35-летняя Светлана УСТИНОВА вышла замуж за продюсера и владельца компании Hype Production 30-летнего Илью СТЮАРТА. Торжество закатили в знаковом для обоих месте - в одном из павильонов «Мосфильма». Да и сама церемония прошла в стиле голливудского фильма. Гости не могли налюбоваться: жених и невеста - красивые, успешные и счастливые, словом, идеальная пара, которая словно всегда была вместе. Но, как выяснилось, за плечами молодоженов уже имеется приличный опыт.

История Светланы Устиновой похожа на Золушкину. Родилась в Северодвинске. Родители проектировали подводные лодки на заводе «Полярная звезда», а после перестройки занялись бизнесом, чтобы обеспечить дочку всем необходимым. Света окончила престижную гимназию и отправилась покорять Москву, оставив на родине свою первую любовь.

С парнем по имени Вова Устинова познакомилась в лагере. Несколько дней и вечеров без учебников и родительского контроля казались влюбленным самыми счастливыми в жизни. А потом Владимир, тяжело переживающий разлуку со Светой, пытался найти ее даже в столице, но Устинова на контакт не вышла.

Фото: Instagram.com

- Прошло много лет с тех пор, как мы познакомились с тобой тем летним вечером, а ты стала еще краше! - написал он на одном из киношных сайтов. - Та неделя, которую мы провели вместе в лагере, останется в моем сердце навсегда. Когда ты уезжала, я хотел взять у тебя адрес, но так и не решился. Тогда я понимал, что больше никогда тебя не увижу...

Подружки УСТИНОВОЙ одобрили её выбор. Фото: Instagram.com

Два Пети

Поначалу Света мечтала стать экономистом. Или на худой конец - моделью. Тем более что еще со школьных времен Устиновой часто отвешивали комплименты, сравнивая ее с Клаудией Шиффер.

Поступив в Финансовую академию, будущая кинозвезда принялась обивать пороги столичных модельных агентств. Именно там на нее вышел известный сводник Петр Листерман, который зарабатывает тем, что знакомит красивых девушек с состоятельными мужчинами. Поговаривают, что предложение дяди Пети Света приняла не раздумывая. И вскоре стала мелькать на лучших тусовках, причем не только в Москве.

- Света - красивая и веселая девушка, - вспоминает подопечную Листерман. - Она никогда не была актрисой, просто на все крутые тусовки я брал ее с собой и знакомил с режиссерами, продюсерами, руководством телеканалов. Вот так и Петя Буслов (режиссер «Бумера». - А. В.) запал на нее и решил сделать из Светы актрису.

Когда на экраны вышел «Бумер», все думали, что у Светы роман с ВДОВИЧЕНКОВЫМ...

Сама же Устинова о начале кинокарьеры рассказывает иначе. Дескать, сидела с подружками в кафе и обсуждала только что вышедший фильм «Троя». Через какое-то время их оживленной беседой заинтересовался мужчина, сидящий за соседним столиком. Им якобы и оказался Буслов.

- Спустя время его кастинг-директор меня разыскал и пригласил на пробы, - делилась Света в одном интервью. - Мне стало интересно, я пришла. Пробы длились два месяца: я читала тексты, репетировала с Владимиром Вдовиченковым (он сыграл главную роль. - А. В.).

Устинова признается, что это было очень нервное время - никакой определенности. Вот только о том, что практически с первых дней знакомства у них с Бусловым завязался бурный роман, она предпочитает не вспоминать. Хотя вся съемочная группа с улыбкой наблюдала за тем, как начинающая артистка по утрам кралась из номера режиссера в свою комнатку.

...на самом деле она жила с режиссёром Петром БУСЛОВЫМ/ Фото с сайта personastars.com

Финт ушами

В 2005 году Света решила бросить учебу в Финансовой академии и окончательно посвятить себя кино. За ее плечами были яркий старт - главная женская роль в «Бумере» и протекция именитого режиссера. Буслов даже сделал ей предложение руки и сердца, но девушка попросила повременить, ведь на тот момент ей было всего 23 года.

Петр помог Свете поступить во ВГИК на курс к Владимиру Грамматикову. Вот только педагоги поначалу не разглядели в белокурой красавице особых талантов, поэтому приняли вольнослушателем с испытательным сроком на полгода.

Для ЛИСТЕРМАНА УСТИНОВА была одной из любимых «тёлочек»...

- Светка очень старалась, ей постоянно нужно было доказывать, что она достойна здесь учиться. Никто ей никогда поблажек не делал, - вспоминает ее однокурсница Яна Крайнова. - Если мы, студенты, пропадали в институте днями, то Устинова там даже ночевала. Естественно, в таком режиме ни о какой личной жизни и речи быть не могло. Максимум, что она успевала, так это ходить на йогу. Тесно общалась только с Васей Шемякинским, но это была лишь дружба. А вот курсе на третьем, когда она уже стала полноправной студенткой, у нее случилась любовь с режиссером Марком Горобцом. Они даже поженились в 2009-м, по окончании института. У них там такие страсти кипели, что в итоге расстались. Причем не очень хорошо.

Вспоминать былое ни Устинова, ни Горобец не захотели. Но знающие люди уверяют: ребята жутко ревновали друг друга и на этой почве постоянно скандалили. А в 2013 году Света сделала финт ушами и ушла от мужа к молодому, но очень перспективному бизнесмену Илье Стюарту. На тот момент актрисе было 31, а ее любовнику - 26.

...на групповом фото вторая слева

Братский круг

Светлана и Илья познакомились на одной из кинопремьер в Москве. Потом еще раз встретились где-то за ужином, а уже на третьем свидании решили, что должны быть вместе. Устинова быстро поняла: Стюарт - именно то, что ей нужно. Парень отучился в престижных заведениях Швейцарии и Англии и уже владел собственным делом. К тому же ручкался с Наоми Кэмпбелл и Тимуром Бекмамбетовым, закатывал громкие гульбища в своем доме на Николиной Горе, куда приходят самые-самые - и все они его друзья.

Оказалось, что успешный старт Илье обеспечила его мама Элла Стюарт - большая шишка в рекламном бизнесе. В Сети гуляет много неожиданных подробностей об этом замечательном семействе. Например, что настоящая фамилия Ильи - Шлыков, а Стюартом он якобы стал после того, как мама вышла за своего начальника - старшего менеджера одной крупной международной компании Дэвида Стюарта. Дескать, до этого она была замужем за своим однокурсником - от него и родила. Поговаривают, что отцом Ильи может быть тот самый Игорь Шлыков, которого вместе с Григорием Лепсом и десятком других крутых парней в октябре 2013-го включили в санкционный список министерства финансов США за предполагаемую связь с мафиозной группировкой «Братский круг».

Нынешний муж Эллы СТЮАРТ... Фото: © РИА «Новости»

После замужества Элла Стюарт стала финансовым директором московского представительства BBDO (20 рекламных компаний, объединенных в крупный международный холдинг), а потом и возглавила его.

Теперь же ее соратником и опорой является другой мужчина - 42-летний бизнесмен Юрий Истомин. Правда, раньше его многие знали как Юру Колыму - исполнителя блатных песен. Если верить Интернету, Элла с нынешним мужем задолжали одной крупной компании по продаже электротехники аж $10 миллионов. И, дескать, получить эту сумму с них никак не могут.

...в прошлом был звездой шансона

Ну, а что же Илья? В загс до Светы он ни разу не ходил. Девчонок-то, конечно, у такого завидного жениха было хоть отбавляй, но все они в основном - избалованные дочки крутых бизнесменов, которые так и не сумели найти общий язык с властной мамой Стюарта.

А «золушка» Устинова смогла поладить не только со свекровью, но и с бабушкой возлюбленного. И ради традиционных семейных обедов, на которых подают фирменные котлеты пенсионерки, даже перестала быть вегетарианкой. На что только не пойдешь ради любви!

Брак с режиссёром Марком ГОРОБЦОМ потрепал актрисе немало нервов/ Фото с сайта personastars.com

www.eg.ru

Илья Стюарт: фото, биография, фильмография, новости - Вокруг ТВ.

Российский продюсер.

Биография Ильи Стюарта

Илья Стюарт родился в семье председателя совета директоров рекламного агентства BBDO Group Аллы Стюарт. Он учился в швейцарской школе Institut auf dem Rosenberg, позже в университете Goldsmiths в Лондоне. Окончив вуз, Илья вернулся в Россию и начал работать в семейной фирме, специализируясь на производстве рекламных роликов. Впоследствии Стюарт создавал музыкальные клипы.

Вместе с фотографом Мурадом Османом основал собственный проект — продюсерскую компанию Hype Production.

«Меня часто спрашивают, почему я не стал заниматься кино где-нибудь на Западе, где это функционирующий бизнес. Я работаю в России не из-за боязни конкурентной среды, а из-за желания быть причастным к этому процессу перерождения, к созданию новой индустрии».

Женат на актрисе Светлане Устиновой.

Творческий путь Ильи Стюарта

Над первой короткометражкой Стюарт начал работать в 2014 году. В 2015 году продюсер выпустил фильм «Холодный фронт» режиссера Романа Волобуева. В 2016 году на экраны вышел фильм Кирилла Серебренникова «Ученик», представленный на кинофестивале в Каннах и получивший приз независимой французской прессы имени Франсуа Шале. Годом позже режиссер и продюсер снова поработали вместе: на сей раз над картиной «Лето» о молодых рок-музыкантах 80-х: Викторе Цое и Майке Науменко. Фильм получил приз Каннского фестиваля за лучшее музыкальное сопровождение и саундтрек.

Следующим проектом Стюарта стал фантастический боевик «Кровь на танцполе», сценарий к которому написала Светлана Устинова.

Фильмография Ильи Стюарта

www.vokrug.tv

«Мы были дешевле и смелее всех — нам нечего было терять» Интервью продюсера Ильи Стюарта — о конфликте с Волобуевым и работе с Бондарчуком — Meduza

Впервые о 30-летнем кинопродюсере Илье Стюарте услышали в мае 2016 года, когда фильм Кирилла Серебренникова «Ученик» (его выпустила компания Стюарта Hype Production) получил в Каннах один из призов параллельной программы фестиваля. До «Ученика» в фильмографии Стюарта была только дебютная работа кинокритика Романа Волобуева «Холодный фронт» — с менее удачной фестивальной судьбой. В 2017-м в конкурсе «Кинотавра» Стюарт представил сразу две картины: второй фильм Романа Волобуева «Блокбастер» (на премьере режиссер заявил, что снимает свое имя с титров из-за разногласий с продюсерами) и «Мифы» театрального режиссера Александра Молочникова. Журналистка «Медузы» Саша Сулим поговорила с Ильей Стюартом о разногласиях с Романом Волобуевым и Hype Production, которая из хипстерского рекламного агентства превратилась в заметного российского производителя авторского кино.

«Блокбастер» и Роман Волобуев

— На «Кинотавре» не часто случаются скандалы, а в этом году перед премьерой фильма «Блокбастер» Роман Волобуев заявил, что хочет убрать свое имя из титров. Расскажите, что у вас с ним произошло?

— К сожалению, так иногда случается в кинематографе. Отношения между режиссером и продюсером вполне можно сравнить с семейной жизнью — как вот сделал Роман на пресс-конференции. Я не считаю корректным публично обсуждать детали нашей ситуации, так как это совсем уж внутренняя кухня производственного процесса. Могу лишь сказать, что решение Романа мы уважаем. По теплой реакции зрителей в зале мы видели, кино случилось — и родилось на «Кинотавре». И это главное.  

—  Как восприняли поступок Романа на фестивале?

— По-моему, возникла по-настоящему бурная дискуссия. И фильм стал безусловным событием.

—  Насколько актуален вопрос, который поднял Роман своим заявлением, — о положении режиссера в российской киноиндустрии?

— Этот вопрос обсуждался и будет обсуждаться безотносительно Романа и его решения. И он, конечно, касается не только российской индустрии.

— В титрах к фильму не будет имени режиссера?

— Это технический момент, мы будем решать это после «Кинотавра». С самого начала мы договорились с Ромой, что не будем продвигать фильм через имя режиссера: если «Холодный фронт» — это авторское высказывание известного критика Романа Волобуева, то «Блокбастер» — более доступная история, которую положительно приняли, в первую очередь, зрители в «Зимнем театре». На это мы и рассчитывали, создавая картину.

— Кому все-таки принадлежит финальный монтаж картины?

— То, что показали на «Кинотавре», — результат совместной работы с режиссером.

— Правда ли, что вам пришлось отказаться от довольно большого количества эпизодов?

— Уже в процессе создания было понятно, что что-то будет работать, а что-то — нет. Кино — это живой организм, и от сценария до монтажа он эволюционирует. Фильм снят в эклектичной, свойственной Роману манере, но жанр этого фильма — ироничная, криминальная комедия.

— Как именно вы планируете продвигать картину и привлекать зрителей?

— Кажется, можно смело заявить, что рекламная кампания началась на премьере! Мне льстит, что есть мнение, будто это наш рекламный ход. Мы выходим в прокат в июле, и на пресс-конференции наша прокатная компания «Вольга» заявила, что расширяет количество залов, потому что после реакции зрителей на показе веры в фильм стало больше. Мы работаем с жанром, который интересен киноходящей публике. Нам очень повезло с актерским составом (в фильме снялись Светлана Устинова, Аня Чиповская, Евгений Цыганов, Юлия Снигирь и другие — прим. «Медузы»), а женский , думаем, вызовет интерес у аудитории. Мы создавали кино, которое сами бы хотели посмотреть.

— Вы решили разыграть российскую версию истории «Тельмы и Луизы»?

— Безусловно, этот фильм звучал во время обсуждений сценария. Еще удачный пример последних лет — фильм «Джой» с Дженнифер Лоуренс, мы говорили о нем как о некой альтернативе «Тельме и Луизе». «Джой» — отличный пример современного женского кино.

— Светлана Устинова и Аня Чиповская участвовали в работе над сценарием, как это было в [первом фильме Романа Волобуева] «Холодном фронте»?

— В гораздо меньшей степени. Но когда Рома работал над драфтами, то постоянно общался с ними, и это помогло ему докрутить образы, сделать их объемнее. В этом смысле у актрис с автором фильма было абсолютное сотворчество.

«Мифы», Александр Молочников, Федор Бондарчук

— А кто является автором идеи фильма «Мифы» Александра Молочникова [в картине Сергей Безруков играет актера, который впадает в депрессию, потому что сыграл уже абсолютно все роли; Иван Ургант — телеведущего, который не может не шутить, Федор Бондарчук — «надежду российского кино»]?

— Сценарий написал Саша Молочников вместе с Еленой Ваниной и Ольгой Семеновной Хенкиной, которая также приняла участие в проекте как креативный продюсер. Их идея снять фильм о греке в известных зрителю, но незнакомых герою обстоятельствах нам показалась достаточно безумной. Тут нам удалось найти балансе между смелостью и коммерцией, и мы, конечно, благодарим звездный актерский ансамбль, который доверился режиссеру.

— Как вы поняли, что молодой режиссер Саша Молочников, дебютант в кино, сможет снять почти сатиру — очень смелую комедию о нашем шоу-бизнесе?

— Саша — совершенно разносторонний, и любой жанр ему по силам. Я влюблен в его спектакли (Молочников — режиссер спектаклей «19.14» и «Бунтари» в МХТ имени Чехова — прим. «Медузы»). Лично у меня была задача попробовать упаковать его энергию в полный метр.

Все актеры, а это огромное количество известных людей, после первой встречи с Сашей были согласны следовать за ним до конца. Саша производит совершено вирусный эффект — и большие актеры с радостью готовы были присоединяться к этой авантюре.

— А были те, кто отказался?

— Были, конечно. У всех свои причины, но удивительно, что у актеров, которые задействованы в картине, такое количество самоиронии. Эта самоирония, на мой взгляд, говорит о масштабе их личности. 

— В какой момент Федор Бондарчук присоединился к проекту не только как актер, но и как продюсер?

— С Федором мы познакомились в Каннах, где представляли «Ученика» [Кирилла Серебренникова], и уже тогда обсудили довольно абстрактно, что было бы неплохо сделать что-то вместе. Компания Федора Бондарчука и Дмитрия Рудовского [«Арт Пикчерз»] — едва ли не единственная студия из самых успешных в нашей стране, которая так системно поддерживает молодых кинематографистов. Это большая удача — работать с такими партнерами. В какой-то момент Федор Сергеевич предложил нам сделать проект вместе, и это счастье: он придал всей затее новый уровень, у нее появился стратегический замысел.

— А что конкретно для вас это изменило?

— В первую очередь, Федор Сергеевич — очень дотошный и профессиональный продюсер. Мы действительно работали над проектом вместе — вплоть до этапов цветокоррекции и озвучания. Любые опасения, связанные с работой с большой студией — мы, например, переживали, что мы и наш режиссер можем потерять право творить, — оказались напрасными. Федор Сергеевич поддерживал автора в том числе и как режиссер с невероятным опытом. Кроме того, имея в партнерах компанию Федора Бондарчука, мы приобретаем вес в глазах зрителя.

Хипстеры и реклама

— Вы строите карьеру и пробиваетесь в России, хотя учились за границей. Почему вы вернулись?

— Я закончил школу и университет в Швейцарии и Англии. Я — человек, получивший полностью международное образование (университет медиа и коммуникаций Goldsmiths в Лондоне, степень бакалавра — прим. «Медузы»), — уже в университете мечтал вернуться. Перед многими моими однокурсниками, тоже из России, стоял выбор: оставаться или возвращаться? Я себе таких вопросов не задавал, у меня сомнений не было: у нас в семье (мама Ильи Стюарта — Элла Стюарт, главный управляющий директор рекламного агентства BBDO Group — прим. «Медузы») очень близкие отношения, и для меня важно проводить с родными как можно больше времени.

И еще было желание делать что-то качественное в профессии, которую я выбрал, но дома. Довольно быстро я понял, что хочу заниматься кино. Вообще после возвращения в Россию у меня начался абсолютно новый жизненный этап. И моя жизнь действительно делится на «до» и «после».

— С чего вы начали здесь?

— Я пришел работать в рекламное агентство BBDO ассистентом продюсерского отдела. Хотел набраться опыта, побывать на больших рекламных съемках, поучаствовать в сложном производстве. Мы снимали ролики с участием международных звезд, например, с Сильвестром Сталлоне в Лос-Анджелесе. Через какое-то время у меня возникло желание убежать от рекламы, заняться музыкальными клипами, более творческим направлением и самостоятельно. Но очень быстро мы вернулись к рекламе, когда поняли, что это единственное, что может приносить настоящую прибыль. С моим другом Мурадом Османном — он также известен по фотопроекту Follow me и является моим партнером — открыли Hype Production. И на какой-то новой, альтернативной волне — мы тогда назвали себя «лоукостерами» — компания стала очень модной. За короткий срок у нас появилась большая клиентская база.

Мы были дешевле и смелее всех — нам нечего было терять. А еще мы собрали вокруг себя целую группу молодых режиссеров со свежими идея. Создание Hype Production совпало с хипстерским бумом, и модные маркетинг-менеджеры стали обращаться за продуктом в нашу компанию. В общем нам повезло.

— Какое место сейчас Hype Production занимает в рекламном бизнесе?

— Мы долго избавлялись от имиджа «хипстерского продакшена». Если какое-то время мы были ребятами, которые могут не взять больших денег, но снять очень красивое, модное видео, то сейчас я понимаю — мы уже достаточно важные игроки. Наши ролики несколько раз становились призерами «Каннских львов». Как и в кино, в рекламе Канны — знак качества, который определяет и имидж компании, и ее клиентскую базу. Мы применили в России западную практику: начали выращивать своих режиссеров или «талантов», как их называют на Западе. И мы до сих пор сохраняем этот принцип работы: хотите, чтобы наш режиссер снял вам ролик — обращайтесь в Hype. По-английски это называется director-driven подход, то есть нацеленный именно на режиссера. Вот и вся бизнес-концепция.

— Получается, есть «авторское кино», а у вас — «авторская реклама»? «Режиссероцентричность» для рекламного бизнеса — редкое явление.

— Я так это формулирую: продюсер — это единственная профессия, где ты сам нанимаешь своего начальника. Нам очень нравится это мышление, особенно когда мы говорим о кино: сначала ты ищешь своего режиссера, тщательно взвешиваешь все за и против, но в дальнейшем ты его слушаешь, а не он тебя, именно режиссер рулит процессом.

Кинокомпания и фестивали

— Почему вы переключились на производство фильмов?

— Так получилось, что мое окружение и моя личная жизнь связана с кино (актриса Светлана Устинова — невеста Ильи Стюарта, — прим. «Медузы»). Во многом это и стало тем толчком, которого я ждал. Сценарий нашего первого фильма «Холодный фронт» принесла нам Света Устинова, она его разрабатывала вместе со своей подругой Дашей Чарушей, а написал и снял его в итоге Роман Волобуев. Нужно сказать, что, имея в качестве фундамента рекламный бизнес, рискнуть и заняться таким проектом было намного легче.

— То есть успешный рекламный бизнес позволяет вам финансировать кинопроекты?

— Мы все-таки не полностью их финансируем самостоятельно, хотя с первым фильмом пошли именно по такому пути. Мы отдаем себе отчет в том, что киноиндустрии в американском понимании у нас пока нет. Рано или поздно ты осознаешь, что нельзя заниматься самофинансированием. После первых двух проектов мы решили строить более классическую кинокомпанию, но тем не менее, я считаю, что продюсер должен рисковать и своими деньгами.

— Сейчас вы претендуете на госфинансирование и участвуете в питчингах Минкульта и Фонда кино. И вы готовы выпускать фильмы в сопродюсерстве с другими крупными кинокомпаниями?

— «Блокбастер» — наш первый опыт работы с госфинансированием, мы получили поддержку Фонда кино. «Мифы» — первый опыт работы с большой студией, мы его выпускаем с «Арт Пикчерз» Федора Бондарчука. Бессмысленно скрывать, что индустрия пока не работает самостоятельно, — без механизмов поддержки молодых кинематографистов, ничего сдвинуть невозможно.

Признаюсь, мы до сих пор ищем баланс. Наш офис разделен на две половины: рекламную, которая последние пять лет отлично функционирует как бизнес в первую очередь; и старт-ап под названием «кино» — там царит полное безумие, которое еще не обрело четкую структуру, не отладило механизм. Наша приоритетная задача — найти его.

— Ваш самый громкий проект — «Ученик» Кирилла Серебренникова. Вы осознанно пошли по пути авторского кино?

— Для меня авторское кино — не исключает того, что фильм может быть нацелен на достаточно широкую аудиторию. Самое важное — следовать за автором, за его видением. Лично у меня никогда не было режиссерских амбиций, и я не думаю, что они появятся, а свое творческое самовыражение я вижу в том, чтобы находить и поддерживать талантливых людей.

— Если к вашей рекламной компании было применимо слово «хипстерская», то как бы вы охарактеризовали кинокомпанию?

— В случае «Холодного фронта» и «Ученика» нам была важна фестивальная история, в итоге с фильмом Кирилла Серебренникова все сложилось идеально. Канны — это вершина фестивального успеха. Нам повезло, что мы так быстро туда попали, но с другой стороны — это только увеличило наш аппетит.

С «Холодным фронтом» мы изначально выбрали не самую правильную фестивальную стратегию и в какой-то момент решили, что выпустить фильм в прокат будет вернее, чем дожидаться следующего круга международных фестивалей.

— Новый фильм Романа Волобуева вы изначально хотели отправить на российский фестиваль?

— Мы безусловно планировали показать картину «Кинотавру». Если Канны отражают состояние кинематографа в мире, то «Кинотавр» совершенно точно — состояние российского кинематографа. В категории «арт-мейнстрима», в которой мы находимся, «Кинотавр» — идеальная площадка для запуска фильма. А приз — очень правильная «галочка» для режиссера, тем более дебютанта.

— Вы можете назвать идеальный пример компании, на которую вы ориентируетесь?

— Это Anonymous Content продюсера Стива Голина. Они тоже начинали как рекламная компания — Propaganda Films — а со временем открыли мировому кинематографу Дэвида Финчера, Спайка Джонса, Алехандро Гонсалеса Иньярриту. Из производителя самых крутых и титулованных рекламных роликов они превратились в крупных кино- и телепродюсеров, сериалы «Мистер Робот» и «Настоящий детектив» — тоже их работа. Для нас это уникальный пример горизонтальной производственной компании, которая покрыла все аспекты медиаконтента.

Кстати, в Америке даже оскароносные режиссеры время от времени снимают рекламу, часто эти ролики выигрывают «Каннские львы». А в России молодым режиссерам говорят во ВГИКе, что реклама — это зло и заниматься ей — значит, отрицать искусство в себе. Я же призываю молодых авторов рассматривать рекламу как один из путей в большой кинематограф, потому что там довольно быстро можно получить колоссальный опыт сложных съемок.

— Вы считаете, что им именно опыта не хватает, чтобы делать фильмы, на которые пойдет зритель?

— По моим ощущениям, российское кино сейчас находится в процессе какого-то перерождения. Происходит смена поколений. Я убежден, что зритель изменит свое отношение к русским фильмам. На «Кинотавре» в этом году интереснейшая программа. Я искренне считаю, что будущее светлее, чем все привыкли считать.

Меня часто спрашивают, почему я не стал заниматься кино где-нибудь на Западе, где это функционирующий бизнес. Я работаю в России не из-за боязни конкурентной среды, а из-за желания быть причастным к этому процессу перерождения, к созданию новой индустрии. У нас же получилось доказать, что в России можно производить приличную рекламу. Об этом говорят не так много, просто в силу того, что рекламный бизнес — очень закрытая история, но в течение последних трех лет клиенты и бренды начали все чаще обращаться к российским режиссерам, им стали доверять. В кино, я надеюсь, мы тоже к этому придем.

— Куда вы хотите двигаться дальше?

— Мы много об этом думаем, и у нас, конечно, есть желание работать с международными проектами. У нас уже была проба пера с Алисой Хазановой, премьера ее режиссерской работы «Осколки» состоится в рамках ММКФ. Это полностью американское кино, на английском языке, не для русского рынка.

Нам интересно заниматься кино, вне зависимости от того, где расположен наш офис. «Ученик» был продан в 25 стран, так что делать международное кино можно находясь и в России. В мире сейчас большой интерес к русским режиссерам, голливудские агенты в последнее время часто просят нас поделиться новыми именами и новыми сценариями. Но паковать чемоданы, уезжать, открывать офис в Лос-Анджелесе было бы, наверное, неинтересно. Интересно попробовать найти какое-то соприкосновение двух рынков.

— Если ввести в поисковую систему ваше имя, она выдаст десятки ссылок на фотоотчеты с мероприятий вроде вручения премии «Самая стильная пара». Как вы относитесь к своему статусу «человека из светской хроники»?

— Никогда об этом не думал. Это неизбежно в связи с публичностью Светы. Но для меня лично это неважно, скорее, я всегда стеснялся и даже переживал на этот счет. И только недавно обрел какой-то комфорт, приняв это как данность. Думаю, странно в целом на это жаловаться.

meduza.io

Светлана Устинова и Илья Стюарт рассказывают историю любви

ГероиВ конце июня самая кинематографичная пара светской Москвы войдет в двери загса. Рассказываем, зачем актрисе и продюсеру штамп в паспорте.

Илья Стюарт и Светлана Устинова

Одна моя подруга-актриса в апреле взяла меня за локоть в Noor Bar: «Так, в чем ты идешь к Стюарту с Устиновой на свадьбу? Что значит «не знаю»? Ты что, дура? Это очень важно. Я уже Светке сказала, чтобы она посадила меня за стол с банкирами».

Света и Илья, услышав сейчас о такой предусмотрительности, переглядываются.

— А у кого из нас друзья-банкиры? У тебя? У меня нет, — не понимает Илья.

— Я об этом первый раз слышу! — Устинова, конечно, актриса, но идее стола с банкирами удивляется, похоже, искренне.

— Свет, у меня нет друзей-банкиров!

— У меня тоже! Не знаю, на кого она рассчитывает.

— Нет, ну конечно, для всех наших друзей и подруг мы сделаем рассадку. Будем заниматься сводничеством, — Илья включает продюсера. — Ты тоже нам сообщи апдейт своего статуса ближе к делу. Зачем еще люди на свадьбы ходят?!

На чужие свадьбы, может, и ходят именно за этим, но вообще всегда гораздо интереснее, зачем люди приходят на свои. И не потому, что, как писал Рабле, «всякий вступающий в брак должен быть судьей собственных намерений». А потому, что сегодня, когда необходимость в браке в юридическом или социальном смысле отходит на второй план, резоны непременно пожениться у каждой пары оказываются свои. Устинову и Стюарта, которые обручились после трех лет отношений и собираются пожениться в конце июня, я допрашивала вместе и по отдельности. Каждый раз их версии сходились: женитьба — это шаг, этап взросления, дань традициям и будущий день рождения семьи.

Стереотип, что большая свадьба — это большая нервотрепка, Илья и Света опровергают. Говорят, до сих пор не поняли, почему некоторые готовятся по полгода.

— Я счастливая невеста, — говорит Устинова. — Илья сказал: «Просто приходи, я все сделаю. Ты, главное, платье сшей и с подружками разберись».

Она разобралась. То, что подружек невесты должно быть столько же, сколько друзей жениха, стало сюрпризом.

— Поэтому она предложила всем своим подругам, мне пришлось соответствовать. А близких друзей у меня не так много, — смеется Илья.

— В тиндере можешь поискать, — предлагает безжалостная Устинова.

— Тут только надо решить, в какой момент уже уместно спросить: «Ты хочешь быть моим best man?» — отвечает Илья.

Свадьбу актриса и продюсер планируют концептуальную, с кинематографическим акцентом. Место заранее выдавать не хотят, но говорят, что, во-первых, все будет происходить в Москве, а во-вторых, эта площадка много значит для всех, кто в России занимается кино.

Со Стюартом мы подружились, уже когда Илья стал встречаться с Устиновой. А вот Свету помню еще по ВГИКу: я оканчивала киноведческий, Устинова, бросив Финансовую академию, поступила на актерский в мастерскую Владимира Грамматикова. Она выделялась даже во вгиковском буфете, где самые красивые девушки страны стояли в очереди за подогретыми тетей Лидой бутербродами с ветчиной и за местным деликатесом — жареной картошкой с расплавленным сыром. Устинова была северной, необычной красавицей — ее часто сравнивают с Бардо, хотя, по мне, Света гораздо больше похожа на звезду фильмов Бергмана, норвежку Лив Ульман. А еще она на тот момент успела сняться в главной роли во втором «Бумере» и числилась музой режиссера Петра Буслова. Но главное — выглядела какой-то подозрительно нормальной. В ней никогда не было обычной для актрис истеричности, привычки без нужды привлекать к себе внимание, включать диву.

До Буслова, который увидел ее в кафе, разыскал через общих знакомых и позвал на пробы, приехавшая из Северодвинска Устинова училась на экономиста и в актрисы не собиралась. Так, поснималась в клипах «Динамита» и «Легального бизнеса» («В семнадцать лет ко мне в метро подошли: «Девочка, не хочешь в клипе сняться? Приходи, нам ангел нужен»). После «Бумера» выбора уже не было: кино мало кого отпускает. Тем более что ее Дашку в красной ветровке и вязаной шапке заметили. Но несмотря на сказочное начало карьеры, Свете долгие годы приходилось доказывать: она профессионал, она может играть, ее приглашают не из-за внешности, она не актриса одного фильма, она может существовать не только перед камерой, но и на сцене. Устинова оказалась стойким солдатиком: в прошлом году снялась у Вадима Перельмана, автора трижды номинированного на «Оскара» «Дома из песка и тумана», а ко мне в «Академию» на интервью «Татлеру» примчалась с репетиций в лаборатории МХТ.

Илью Стюарта «Татлер» четыре года назад назвал «молодым человеком с внешностью скандинавского бога Тора» (от этого определения он до сих пор поеживается: ему этого Тора однажды иронически припомнил на деловой встрече клиент). В светской Москве он обнаружился внезапно, словно эманировался из сказочного королевства Трудхейм: с четырнадцати лет Илья учился не в России, но всегда знал, что вернется домой.

— Глядя на друзей и знакомых, я заметил: самые большие патриоты те, кто жил некоторое время за границей, — рассказывает Стюарт. — Четко помню: в моем окружении тогда у всех было желание вернуться домой. Я три года учился в закрытой школе в Швейцарии, потом в Лондоне, на факультете медиа и коммуникаций университета Goldsmiths. Это известный вуз, там учился Дэмиен Херст и… как звали менеджера Sex Pistols? Да, Малкольм Макларен. Еще группа Blur училась. Они, как почетные выпускники, приезжали и давали концерт в кампусе.

Илья до сих пор не очень понимает, что подразумевается под специальностью «медиа и коммуникации», и справедливо называет его факультетом для неопределившихся. Но именно в Goldsmiths он понял, что хочет заниматься кино.

— Там можно было каждый семестр пробовать разные специальности, и я наобум выбрал кино, — объясняет он. — Помню, в первый день мы все разбились на группы и распределяли, кто кем будет на съемках короткометражки. В моей группе были одни девочки. Все функции распределили, но никто не брал роль продюсера. Я остался последний — и от безысходности поднял руку. Вот так я выбрал свою будущую профессию. Мне надо было найти деньги. Я привлек какого-то одного спонсора, но потом нам всем все равно пришлось скидываться по двести фунтов. Короткометражка называлась Love and War. Это была какая-то драма в стиле нуар — очень, очень плохая. Я пленку спрятал и никогда никому не покажу.

Однако, когда Илья вернулся в Москву, он стал работать не в кино, а в рекламе: его семья связана с рекламным бизнесом. Мама, Элла Стюарт, — председатель совета директоров и главный управляющий директор BBDO Group, ее имя регулярно фигурирует в списках лучших российских менеджеров и самых влиятельных женщин-руководителей. В результате, чем бы ни занимался Илья, обязательно найдется тот, кто скажет, что «это все мама». Даже если речь о попадании спродюсированного Стюартом фильма Кирилла Серебренникова «Ученик» в каннскую программу «Особый взгляд». Вообще есть всего две гадости, которые в тусовке можно услышать про Стюарта и Устинову. В Светином случае: «Снимается, потому что жених — продюсер». В случае Ильи все формулируется короче: «Мама».

— Конечно, я раньше принимал это близко к сердцу, — говорит Стюарт. — Но потом у меня выработался иммунитет. Наверное, такое предвзятое отношение будет всегда. Мама сама в свое время через это прошла. У нее тоже была очень успешная мама, поэтому она мне просто говорит: «Не парься». Я стараюсь.

После работы в BBDO Илья вместе с блогером, создателем проекта #FollowMeTo Мурадом Османном открыл компанию Hype Production. В портфолио —работа с Nike, Google, «Яндексом», «Золотые львы» за ролики для Сбербанка и S7. До появления в жизни Стюарта Светланы Устиновой реклама была бизнесом, ничего личного. Она по-прежнему приносит основной доход, но личное в Hype Production теперь есть — кино.

— Можешь написать, что в кино я попал через постель, — смеется Илья. — Потому что это, конечно, заслуга Светы. У нас успешная конфигурация бизнеса: достаточно большая компания, много сотрудников, поток работы. Кино для нас — как стартап. Благодаря ему мы как продюсеры позволили себе рисковать. Все, что мы делали до сих пор, — это риск.

Началось с того, что Устинова с Дашей Чарушей и Романом Волобуевым написали сценарий триллера и принесли его почитать Стюарту. А Илья с Мурадом «психанули и решили снять все это во Франции». Так появился первый полный метр Стюарта-продюсера — «Холодный фронт». К вопросу о гадостях в жанре «актриса и продюсер»: из шести проектов, которые сейчас на счету у Hype Production, Устинова на самом деле снималась только в двух — «Холодном фронте» и «Блокбастере».

— Света – прекрасная артистка, – говорит Илья. — Но для процесса принятия решения о том, кто будет сниматься, наши отношения не имеют значения. Если она подходит на роль, то пробуется наравне с другими.

Илья и Света познакомились в 2013 году в кинотеатре «Пять звезд» на московской премьере фильма «Падение Олимпа». В нем Джерард Батлер спасает американского президента. Батлер должен был приехать в кинотеатр, но опаздывал так, словно президент он — причем российский. Пока Стюарт с Устиновой ждали, они разговорились. И на фильм уже не остались.

Московская тусовка — токсичная среда для нормальных отношений. Все все видят, все все обсуждают, все со всеми встречались. Даже за то время, что Илья и Света вместе, в их окружении очень многие разбежались.

— Это правда, — говорит Илья. — Может, некорректно говорить за Свету, но, мне кажется, мы оба, несмотря на некоторую разницу в возрасте и бэкграунде, к моменту встречи уже прошли какую-то стадию жизни, когда можно было разбегаться. Я думаю, и у Светы, и у меня период поисков был уже закончен. Мы оба были готовы к следующему уровню взросления. Повезло, что мы совпали.

Они никогда не скрывали своих отношений, более того, на второй день знакомства с Ильей Света уже была представлена его семье. Правда, произошло это случайно. Устинова и Стюарт оказались в гостях у Резо Гигинеишвили и Нади Михалковой — там же были родители Ильи (муж Эллы Стюарт – бизнесмен Юрий Истомин).

— У меня с родителями один круг друзей, — рассказывает Илья. — Граница поколений давно стерлась. Из-за того, что Света с ними познакомилась так рано и случилось это непреднамеренно, не было никаких нервов и всего того, что обычно ассоциируется со знакомством с родителями.

У Стюарта настолько близкие отношения с родными, что вряд ли для Устиновой было так уж легко стать частью этой семьи. Например, свежайшая фамильная легенда гласит, что ради котлет Илюшиной бабушки Света перестала быть вегетарианкой (как тот, кто однажды эти котлеты пробовал, могу сказать, что понимаю эту ее жертву). Наверное, ей, как человеку, который с семнадцати лет живет отдельно, были непривычны и обязательные семейные праздники, и совместные поездки на отдых? Как вообще шла притирка?

— Я достаточно свободолюбивый товарищ, и родители мне всегда доверяли, — отвечает Устинова. — Но с другой стороны, мне сейчас жаль, что у меня не было дома таких отношений, как у Ильи. Папа все время работал, с мамой у нас, к сожалению, близкого контакта не было — я только сейчас пытаюсь это наверстать. То, что теплые доверительные отношения с родителями возможны, я поняла, пожалуй, лишь увидев их в семье Ильи. А что касается притирки… Ты знаешь, я ведь в уже достаточно взрослом возрасте с Ильей познакомилась. Я его старше на пять лет — когда мы встретились, мне уже было тридцать два. Мы сели и просто поговорили. Он объяснил, что в его жизни семья — мама и бабушка — играет очень важную роль и что так будет всегда. Без них он не он. Слава богу, мне хватило тогда ума и опыта это понять. Мама и бабушка Ильи сами помогли мне найти с ними общий язык, они очень мудрые и самодостаточные женщины, мягко и аккуратно ввели меня в семью. Я даже научилась говорить тосты на семейных ужинах! Голос дрожит, мысли путаются, на тебя все смотрят. После этого в жизни вообще мало что страшно, — и Света довольно хохочет.

Помимо котлет и тостов в жизни Устиновой одновременно со Стюартом появилась и мода. Сейчас она — муза Maison Bohemique, посланница IWC и любительница наряжаться. Теперь оказывается, что это для нее скорее необходимость, чем удовольствие. В обычной жизни Света действительно чаще всего ходит в джинсах и серых футболках. Правда, я всегда была уверена: это потому, что они мало кому так идут.

— Нет, ты что! — говорит Света (сейчас, в «Академии», после репетиции в МХТ, она как раз в одной из этих своих футболок). — Мне очень тяжело дается одеваться модно. Я люблю надеть кроссовки, джинсы и маечку, все. Всегда так и ходила бы. Но Илюша мне как-то сказал: «Света, ты же красивая девушка, актриса, ты должна себя подавать». В тот же год я стала сотрудничать с Bohemique. Нельзя же их подводить: меня одевают, красят, причесывают, и позы для красной дорожки мы репетируем — это работа. Как бы глупо это ни звучало, чтобы правильно подать платье, надо репетировать. Не скажу, что я сильно запаривалась по этому поводу, но когда пару раз увидела, что получается на фотографиях, если не подготовиться... Ты же зачем-то пришел на это мероприятие, правда? Не хочешь работать — всегда можно остаться дома.

Неизвестно, репетировала ли Устинова выигрышные ракурсы 16 мая прошлого года в Каннах, когда собиралась на показ фильма Джеффа Николса «Лавинг». Но тот день она запомнила на всю жизнь. На Каннском фестивале они впервые были со Стюартом участниками (в фильме «Ученик» Серебренникова Света выступила сопродюсером). После премьеры остались на фестивале в ожидании решения жюри. Пили розе, встречались с потенциальными зарубежными прокатчиками. 16 мая оказалось, что все это время Илья вынашивал коварный план.

— Когда я только планировал поездку, мне стукнуло в голову, что лучше момента не придумать, — вспоминает Стюарт. — Когда все наши фестивальные гости уехали, я решил сводить Свету в кино, а потом за ужином сделать предложение. Перед фильмом я очень переживал: в Каннах всегда серьезный досмотр на входе в кинотеатры, а тогда меры безопасности были повышены из-за угрозы терроризма. У меня в кармане смокинга лежало кольцо. Я уже придумал какую-то отмазку для охранника, который меня обыскивал, только бы он не выдал меня Свете. Но, слава богу, кольцо он не достал. Мы посмотрели фильм, пошли ужинать. Не в Brun, а в соседнее место, чуть правее на этой же линии. Не могу вспомнить. Сели за свободный столик...

— Я вообще ничего не подозревала, — подхватывает Света. — Илья заказал бутылку какого-то классного вина. Я думаю, ну ладно, отмечаем, наверное, что у нас кино в Каннах. После ужина идем домой, а мы довольно далеко жили, почти в конце набережной, минут двадцать надо было идти от ресторана. На мне платье зеленое Gucci, шпильки. В Каннах, ты же знаешь, надо всегда ходить на каблуках и всегда пешком. На пятый день у меня уже были ноги стерты, я изучила все аптеки, весь ассортимент пластырей. А в тот вечер холодно еще было. В общем, весь набор. Так вот мы подходим к отелю, и Илья говорит: «Пойдем, Свет, прогуляемся еще, смотри, какая красота». Я говорю: «Я тебя умоляю, какие прогулки! Я замерзла, у меня ноги отваливаются, пошли в номер». Он говорит: «Я тебе дам пиджак, пошли». Я, конечно: «Илюша, пожалуйста, идем в номер, я тебя прошу». Поднимаемся, заходим, и тут ни с того ни с сего начинает играть джаз — это, кстати, не было запланировано, музыка включилась совершенно случайно. Илюша заходит вслед за мной в номер и говорит мне в спину: «Ты знаешь, насколько я сомневающийся во всем человек». Я говорю: «Ну да». Думаю, сейчас попросит меня что-нибудь первой сделать. «Но в одном я не сомневаюсь». Я про себя: «Ну конечно, сейчас будет что-нибудь типа «завтра встану и съем на завтрак что-нибудь эдакое». А он говорит: «Я не сомневаюсь в том, что хочу, чтобы ты была моей женой». Я поворачиваюсь, а там человек на коленях с кольцом стоит. Я в полном ступоре, молчу. Он: «Это значит нет, что ли?» И я сразу: «Не, не, не! Да, да, да! Вставай скорее».

Но, как говорил в гоголевской «Женитьбе» Подколесин, «а ты думаешь, небось, что женитьба все равно что «эй, Степан, подай сапоги!». Натянул на ноги, да и пошел? Нужно порассудить, порассмотреть». Поэтому поженятся Стюарт с Устиновой только спустя год после каннской помолвки. Им хотелось, чтобы это было летом, и чтобы все друзья успели вернуться с «Кинотавра», и чтобы было время все организовать. Под запись Света категорически отказывается отвечать на вопросы о платье (мы, конечно, уверены, что это будет Maison Bohemique). Зато они с Ильей точно знают, чего на их свадьбе не будет. Во-первых, гонок на машинах, в которых они недавно приняли участие на свадьбе Мурада Османна в Дагестане (автомобили в кортеже подрезают — чтобы ехать дальше, нужно платить выкуп): «Было весело, но страшно». А во-вторых, им «не хотелось бы делать из свадьбы большое светское мероприятие». «Естественно, — говорю, — поэтому вы и снимаетесь для «Татлера». «Да, — не теряется Устинова. — Мы пришли в журнал «Татлер» до свадьбы, чтобы потом сделать скромную, камерную церемонию для друзей».

www.tatler.ru

Илья Стюарт

Илья Стюарт

Молодой человек с внешностью скандинавского бога Тора и шотландской фамилией Стюарт на светском олимпе появляется редко, но метко: то на церемонии «Сто самых стильных» журнала GQ, то на бодрой вечеринке у друзей в The Kisa, то на «Кастрюлька-пати», которую сам устраивает у себя на даче на Николиной Горе. Сын успешной Эллы Стюарт, предсе­да­теля совета директоров рекламного монстра BBDO, Илья и сам может похвастаться безупречной репута­цией амбициозного карьериста. Он окончил престижную швейцарскую школу Institut auf dem Rosenberg, выбрал один из лучших творческих вузов Европы — лондонский университет Goldsmiths (его окончили Дэмиен Херст и Вивьен Вествуд) и, вернувшись в Москву, организовал собственную производственную компанию Hype Production.

Молодая команда взяла высокую планку: съемки модели Наоми Кэмпбелл, футболиста Андрея Шевченко и завидные клиенты — Nike, Mercedes-Benz, «Газпром», Bacardi. Илья немногословен, в опасных связях замечен не был, женат на работе. Потенциальным соискательницам на заметку: им придется прощать стюартовские конференц-звонки со Штатами в четыре утра и согласиться с тем, что фильм «Сумерки» — не венец кино­творчества.

www.tatler.ru

Илья Стюарт

последнее обновление информации: 27.08.19

Если Вы располагаете дополнительной информацией, то, пожалуйста, напишите письмо по этому адресу или оставьте сообщение для администрации сайта в гостевой книге.Будем очень признательны за помощь.

5 сентября

Режиссер начал подготовку к съемкам.

31 июля

Игорь Поплаухин дебютирует в полнометражном кино картиной «Офелия».

12 июля

Новые проекты Крыжовникова, Хлебникова, Астрахана и Дружининой

26 июня

Гостей было видимо-невидимо, а Дмитрий Астрахан получил специальный приз фестиваля.

Все новости >>
Page 2
Дорога на Джомолунгму (в производстве)

Резервная копия (в производстве)

2018

смотреть онлайн После Лета (документальный) Психотроника (короткометражный)

2017

смотреть онлайн Осколки | Middleground (Россия, США)

2015

смотреть онлайн Холодный фронт | Cold Front, The

последнее обновление информации: 27.08.2019

Если Вы располагаете дополнительной информацией, то, пожалуйста, напишите письмо по этому адресу или оставьте сообщение для администрации сайта в гостевой книге.Будем очень признательны за помощь.

5 сентября

Режиссер начал подготовку к съемкам.

31 июля

Игорь Поплаухин дебютирует в полнометражном кино картиной «Офелия».

12 июля

Новые проекты Крыжовникова, Хлебникова, Астрахана и Дружининой

26 июня

Гостей было видимо-невидимо, а Дмитрий Астрахан получил специальный приз фестиваля.

Все новости >>
Page 3
На странице обсуждения нет ни одного сообщенияВаше будет первым

www.kino-teatr.ru


Смотрите также