Все время что-то читаю... Прочитанное хочется где-то фиксировать, делиться впечатлениями, ассоциациями, искать общее и разное. Я читаю фантастику, триллеры и просто хорошие книги. И оставляю на них отзывы...
Не знаете что почитать? Какие книги интересны? Попробуйте найти ответы здесь, в "Читалке"!

Котовский биография личная жизнь жена дети


Григорий Котовский биография

Биография Григория Ивановича Котовского захватывающая и интересная, да и как  может быть иначе? Котовский  – человек-легенда, прошедший и Революцию, и Гражданскую войну. По биографии Котовского можно изучать историю становления СССР.

Родился Котовский в Молдавии, в небольшом селе  Ганчешты. Его отцом был обрусевший поляк, инженер по образованию. Мать была русской. Кроме него в семье росло еще 5 детей.

Котовский рано лишился родителей. Воспитывал его крестный,  хозяин поместья, в котором работал его отец Григорий Иванович Мирзоян, Манук-Бей. Именно Манук-Бей оплатил обучение Котовского в реальном училище и обещал юноше послать его учиться  в Германию. К сожалению, план так и не был реализован. Манук-бей умер в 1902 году.

Во время учебы Котовский близко сошелся с группой эсеров, пропитался духом революционных идей. С 1902 по 1904 год пытался работать по полученной агротехнической специальности, но его постоянно увольняли и даже несколько раз арестовывали. Постепенно он смог приобрести авторитет в преступном мире и сколотить свою банду, которая занималась мелким разбоем. В 1904 году был арестован и отправлен служить в армию в Житомир, но вскоре дезертировал со службы и вернулся к разбойной деятельности.

В 1906 год был арестован, бежал и снова попался, затем отправлен по этапу в Нерчинск. На каторге сумел добиться определенного положения и даже рассчитывал выйти по амнистии, но этого не произошло, поэтому в 1913 году он снова бежал и вернулся в Бессарабию.

С 1913 по 1915 год пытался вести нормальную жизнь, хотя и срывался от полиции, но потом снова вернулся к разбою, причем грабил теперь он не поместья, а конторы и банки.

В 1916 году его снова арестовали  и приговорили к смертной казни, но он сумел добиться помилования, найдя защитников в лице генерала А. Брусилова. В 1917 году его освободили по личной просьбе главы Временного правительства А. Керенского.

Сразу после освобождения Котовский был отправлен на Румынский фронт. Служил он храбро и даже был награжден Георгиевским крестом. На фронте он примкнул к левым эсерам и даже возглавлял один из многочисленных солдатских комитетов. После завершения боевых действии  по распоряжению Временного правительства был отправлен наводить порядок в Кишинев.

В 1918 году Котовский пытался бороться с иностранной интервенцией в Молдавии, а также воевал с белыми, после нескольких неудач бежал сначала на Донбасс, а потом в Одессу.

В Одессе он свёл знакомство с такими деятелями времен гражданской войны, как Нестор Махно и Мишка Япончик, причем с последним его связывали деловые отношения.

С 1919 года Котовский служил в Красной армии, воевал с Деникиным и Юденичем.  1920 году участвовал в боях против Петлюры в Украине, потом части под его командованием перебросили на польский фронт. После подписания мира с Польшей Котовский вновь оказался под Одессой, где воевал против Украинской Галицийской армии. После взятия Одессы он был направлен большевиками подавлять восстание антоновцев, затем махноцев.

Котовский был убит в августе 1925 года Зайдером Мейером, возможно, приближенным Япончика. Но это не доказано.

  • Личная жизнь Котовского была очень бурной, но женат он был всего один раз на Ольге Петровне Шакиной. У них был единственный сын.
  • Котовский имел очень колоритную внешность (фото представлено), любил дорогую одежду и аксессуары. По воспоминаниям современников, при желании он легко мог выдать себя за аристократа.

Новая функция! Средняя оценка, которую получила эта биография. Показать оценку

obrazovaka.ru

Котовский Григорий Иванович: причина смерти, краткая биография

Революционер и участник гражданской войны, Григорий Иванович Котовский был застрелен возле своего дома 6 августа 1925 года. В преступлении обвинили фуражира Майера Зайдера, а тело Котовского забальзамировали и поместили в небольшой мавзолей. Почему покойному были оказаны такие почести, и как он из мелкого преступника превратился в значимую фигуру?

Партийное руководство СССР раздосадовала весть о смерти красного командира. На вопрос, кто убил Котовского, быстро нашли ответ. Это был Майер Зайдер фуражир кавалерийского корпуса, которым командовал убиенный. Оставалось узнать – за что? А эта задача оказалась посерьёзней. Убийца и жертва были хорошо знакомы. Между ними никто не замечал какой-либо вражды. Вместе с этим, появились нестыковки в деле: от характера огнестрельных ранений до разногласий о месте совершения преступления и его мотивах. Давайте вспомним скандального революционера, где родился, как начинал свой партийный путь и как погиб.

Дата и причины смерти

Летом 1925 года Григорий Иванович Котовский отдыхал с семьёй в Чабанке. Ныне посёлок Черноморское Одесской области. За неделю до окончания отпуска красный командир получил донесение из Москвы от Наркомвоенмора, (ранее председателя Реввоенсовета) М. В. Фрунзе. В послании Котовскому говорилось, что ему следует поскорее прибыть в столицу, где его ожидает новая должность заместителя Михаила Васильевича Фрунзе.

Рис.1 Котовский с членами ЦК ЛКСМУ

Вечером 6 августа семья готовилась к отъезду. Григорий Иванович направился в администрацию местного совхоза и там задержался. На дворе уже было темно. Вдруг, у дома квартирования Котовских раздались три выстрела. Беременная дочкой Ольга Петровна (жена) выбежала на улицу, где обнаружила главу семейства рядом с крыльцом. Он лежал на земле лицом вниз. Прибежали соседи. Вызвали уголовный розыск и военных. Начались поиски убийцы.

Поздно ночью, когда тело Котовского внесли на веранду, в доме появился Зайдер Мейер. Он пал на колени перед Ольгой Петровной и заревел: «Это я убил командира». Откровенность проигнорировали и выгнали Мейера из дома. Однако утром подозреваемого всё же арестовали.

Зайдер Мейер – до революции 1917-го являлся теневым дельцом, получил прозвище Майорчик. Содержал бордель и неплохо преуспел на этом поприще, сколотив солидный капитал.

В один из дней облавы, Мейер прятал у себя Котовского от царской полиции. Так они познакомились. После революции, Зайдер обратился за помощью в трудоустройстве к Григорию Ивановичу. Тот устроил его директором сахарного завода близ Умани.

Суд над сознавшемся в преступлении

Через год после убийства состоялся закрытый судебный процесс. Зайдер объяснил, что убил Котовского из-за нежелания продвигать его по службе. Такая версия устроила следствие и судей. Хотя прокуратура выдвигала ещё одну версию, согласно которой Зайдер выполнял задание румынской контрразведки. Общество без опаски распространяло порочащие слухи, о якобы убийстве Котовского на почве ревности. Виновника осудили всего на 10 лет. Хотя в то время, расстрел применяли даже к мелким грабителям.

Спустя 2 года Мейера выпустили из тюрьмы. Он благополучно устроился на работу сцепщиком железнодорожной станции. «Котовцы» сами вынесли смертный приговор убийце. Осенью 1930 года Зайдер был найден мёртвым на полотне железной дороги недалеко от Харьковского вокзала. Труп имел признаки насильственной смерти, которые злоумышленники неумело законспирировали под несчастный случай.

Где похоронен Котовский

7 августа 1925 года из Москвы в Одесскую область выехала группа специалистов бальзаматоров. Возглавлял бригаду известный профессор, анатом Владимир Петрович Воробьёв. К этому моменту у докторов был опыт бальзамирования Ленина. Церемония прощания с красным 44-летним командиром не уступала по размаху с похоронным ритуалом вождя революции. Гроб с убиенным, в цветах и венках, доставили на Одесский вокзал в сопровождении почётного караула. Советские граждане смогли проститься с Котовским в колонном зале горисполкома.

1 августа 1925 года траурный эшелон доставил гроб с телом Григория Ивановича в Бирзулу (Подольск), областное селение Одесской области, для захоронения. Прибыли партийные работники из Москвы и военные начальники, такие как С. М. Будённый и А. И. Егоров. К этому времени уже был сделан подземный мавзолей. Он был стеклянным, где рядом с телом на подушечках лежали награды революционера.

В 1934 году над подземным стеклянным саркофагом возвели фундаментальный мавзолей, как у Ленина. 6 августа 1941 года, в 16-ю годовщину убийства Котовского, усыпальница была уничтожена немецкими захватчиками. Над телом надругались и выбросили в котлован с расстрелянными местными жителями. Уцелевшие горожане откопали останки Котовского и сохранили их до конца оккупации Украины.

Рис.2 Мавзолей Котовского до 2016 года

В 1956 году мавзолей возвели вновь, но в уменьшенном виде. Останки Котовского лежали в цинковом гробу. В 2016 году на мавзолей напали вандалы и повредили мощи красноармейца. После этого случая Администрация Подольска приняла решение захоронить останки Котовского на городском кладбище № 1.

В период 1935-2016 гг., город Подольск именовался, как Котовск. Изменить название города решила Верховная Рада Украины.

Краткая биография

Григорий Котовский родился 12 (24) июня 1881 года в молдавском селе Ганчешты. Теперь это город Хынчешты. Отец, Иван Николаевич, принадлежал к польской обрусевшей нации, а мать, Акулина Романовна, была русской. Всего у родителей было 6 детей. В возрасте 2-х лет у Григория не стало матери. А в 16 лет Котовский потерял отца. Продолжили воспитывать юношу его крёстные: София Шалль и помещик Григорий Иванович Мирзоян Манук-Бей. Благодаря им Котовский поступил в аграрное училище.

Жизнь до революции

В училище Григорий познакомился с ячейкой эсеров и проникся духом революционизма. После окончания учебного заведения в 1900 году, молодой человек несколько раз устраивался помощником управляющего в разные помещичьи дворы Бессарабии. Но, нигде не мог задержаться надолго, так как был уличён в воровстве или непристойном поведении.

В 1902 году Котовский получил небольшой тюремный срок за защиту рабов Бессарабии. До 1904 года его неоднократно арестовывали за аналогичные выступления и небольшие правонарушения. К этому времени Григорий Иванович набрал вес в криминальном мире. Однако был арестован за уклонение от воинской службы и принудительно отправлен служить в 19-й Костромской пехотный полк, дислоцирующийся в Житомире.

Рис. 3. В роли Котовского Владислав Галкин

Служить Котовский не хотел и предпочёл дезертировать. Организовал свой отряд и принялся нападать на помещичьи имения. Разграбляя, сжигая и уничтожая долговые расписки, он снискал себе хорошую репутацию среди крестьян. Банда была сыта и одета, а благодаря поддержке населения жандармерия долго не могла арестовать налётчиков. Но всё же сам Котовский неоднократно попадал в тюрьму. Несколько раз ему удавалось бежать.

Гражданская война

В конце весны 1917 года Георгия Ивановича освободили условно и отправили воевать на Румынский фронт. Осенью ему присвоили внеочередное звание прапорщика и наградили Георгиевским крестом за отвагу в бою. Инициатором поощрения выступило временное правительство. Будучи в младшей офицерской должности, он возглавил полковой комитет 136-го Таганрогского полка. В дальнейшем был направлен в Кишинёв с отрядом 6-й армии для наведения порядка.

Во времена Гражданской войны Котовский находился в Одесской области, затем его отряд направили под Петроград. В 1920 году он воевал на Украине. Зачастую ему везло, или он применял смекалку, что помогало выкручиваться из самых плохих ситуаций. Он несколько раз попадал в плен, был ранен в руку, болел. Неоднократно совершал рейды в тыл армии Деникина. Он был ловок и удачлив, за что пользовался популярностью у подчиненных.

Рис.3 Котовский с супругой Ольгой Петровной в окружении рабочих города Бирзула

Друзья, знакомые

У Георгия Ивановича было много друзей и врагов в политическом, и криминальном мире. Контраст удивляет, он водил дружбу с Мишкой Япончиком и был в хороших отношениях с Фрунзе. Смерть Котовского называют первым политическим убийством в СССР. Через два месяца после этого расстрела, при не менее загадочных обстоятельствах скончался Михаил Васильевич Фрунзе. Версию о заказном характере и соучастниках большевиках, утвердительно выдвигал Тухачевский с 1936 года. В 1960-е данную версию подтвердил сын Котовского.

Личная жизнь

Будучи прапорщиком, в 1918 году Котовский познакомился в поезде со своей будущей женой Ольгой Петровной Шакиной. К этому моменту избранница успела побывать в первом браке и носила фамилию 1-го мужа. В конце 18-го они поженились. После брака она взяла фамилию нового супруга.

Будучи медиком по образованию, Ольга Петровна всю жизнь отработала в военной медицине и дослужилась до звания майор. В браке у Котовских родился сын, Григорий Григорьевич (30.06.1923 – 2001). День и месяц смерти сына неизвестны. Потомок красного командира прославился работой в области востоковедения и дожил до 78 лет.

Рис.4 Григорий Григорьевич Котовский и Елена Григорьевна Котовская на открытие нового бюста отцу в стеле мавзолея.

В 2010 году на экраны вышел телевизионный сериал о Котовском. В этом фильме главную роль революционера сыграл Владислав Галкин. Сам актер умер в возрасте 38 лет.

Документальный фильм о Котовском

aeternamemoria.ru

Григорий Котовский: «благородный разбойник» или красный командир?

В самом центре молдавской столицы, напротив гостиницы «Космос» в Кишинёве, стоит несколько обветшавшая за последние десятилетия и неухоженная, но всё ещё прекрасная бронзовая конная скульптура – памятник легендарном красному командиру, герою Гражданской войны Григорию Ивановичу Котовскому, родившемуся 24 июня 1881 года в селе Ганчешты, Бессарабской губернии (ныне город Хынчешты, Республика Молдова), погибшему от руки убийцы – своего подчинённого Мейера Зайдера - 06 августа 1925 года, в возрасте всего 44 лет, в совхозе Чабанка, Коминтерновского района, Одесской области (Украина).

Недолгий, но чрезвычайно насыщенный яркими событиями, жизненный путь и героические подвиги Григория Котовского всегда привлекали к себе внимание как серьёзных отечественных историков, так и писателей и журналистов, но, прежде всего, коммунистических партийных пропагандистов и агитаторов, поэтому в разное время о нём снимали кинофильмы, ставили спектакли, писали стихи и песни, печатали книги, призванные воспитывать на его славном примере молодое поколение советского народа.

Однако, ставшие известными после распада в 1991 году СССР и открытия новой, демократической властью в России, Украине и Молдове для исследователей архивов, различные, ранее тщательно скрываемые, документальные материалы достаточно убедительно свидетельствуют, о том, что реальный, намного более сложный и многогранный, образ Григория Котовского был весьма противоречив и далеко неоднозначен.

Во всяком случае, он достаточно далёк от того отлакированного, хорошо известного всем молдавским гражданам старшего и среднего возраста, канонического образа героя Гражданской войны, командира кавалерийского корпуса Красной Армии, «рыцаря без страха и упрека» Григория Котовского, созданного в популярных кинофильмах и книгах о нём в Советском Союзе.

Приобретший при царском режиме, в Российской Империи, действуя на поприще уголовника-налетчика, широкую известность как «благородный разбойник», «бессарабский Робин Гуд», Григорий Котовский лишь после Октябрьской революции 1917 года присоединился к большевикам, решив, что только они могут дать ему всё то, к чему он всегда стремился и чего никак не мог получить ранее – официальную власть, пройдя сложный и извилистый путь от уголовного преступника до члена Союзного, Украинского и Молдавского Центрального Исполнительного Комитета, члена Реввоенсовета СССР, легендарного героя советского фольклора и художественной литературы

Григорий Котовский родился в семье мещанина города Балта Подольской губернии. Кроме него, у родителей было ещё пятеро детей. Отец Григория Котовского был обрусевшим православным поляком, мать — русской. По отцовской линии Григорий Котовский происходил из старинного польского аристократического рода, владевшего имением в Подольской губернии. Дед Котовского за связи с участниками польского национального движения был досрочно уволен в отставку. Позднее он разорился, и поэтому отец Григория Котовского, инженер-механик по образованию, был вынужден перейти в мещанское сословие и выехать в Бессарабию на заработки.

В два года Григорий Котовский потерял мать, а в шестнадцать - отца. Заботу о его воспитании взяла на себя его крёстная мать - София Шалль, молодая вдова, дочь инженера, бельгийского подданного, который работал по соседству и был другом его отца, и крёстный — богатый помещик Манук-Бей, который помог ему поступить в Кукурузенское агрономическое училище и оплатил его учебу и содержание. Здесь Григорий Котовский познакомился с местным кружком эсеров, но вскоре в них разочаровался.

После окончания сельскохозяйственного училища, в 1900 году, Григорий Котовский работал помощником управляющего в различных помещичьих имениях в Бессарабии, но нигде долго не задерживался, постоянно вступая в острые конфликты по различным причинам с хозяевами. К 1904 году, ведя такой «свободный» образ жизни, он периодически арестовывался полицией и попадал в тюрьму по обвинению в мелких уголовных преступлениях, постепенно становясь признанным авторитетом бессарабского уголовного мира.

Во время Русско-японской войны, в 1904 году, Григорий Котовский не явился на призывной пункт и в 1905 году был арестован «за уклонение от воинской службы», после чего направлен служить в 19-й Костромской пехотный полк, расквартированный в городе Житомире.

Однако, он дезертировал, пустился в бега и организовал отряд, во главе которого совершал набеги на помещичьи имения, где захватывал и уничтожал долговые расписки крестьян, которые оказывали его отряду всяческую помощь, укрывали его от жандармов, снабжали продуктами, одеждой, оружием.

Благодаря этому, отряд Григория Котовского долгое время оставался неуловимым, а о дерзости совершаемых им нападений повсюду ходили легенды. 18 января 1906 года Григорий Котовский был, однако, выслежен полицией и арестован, но смог через полгода бежать из Кишинёвской тюрьмы.

Известны нападения отряда Григория Котовского - «атамана Адского» или «Атамана Ада», как он себя называл, на полицейский конвой и освобождение двадцати крестьян, которые были арестованы за аграрные беспорядки; нападение на исправника, который вез 30 винтовок; бой с тридцатью стражниками в Оргеевском лесу. За его поимку полиция объявила в начале 1906 года премию в две тысячи рублей.

Григорий Котовский, как свидетельствуют его современники, был по природе своей очень артистичен и самолюбив, циничен, склонен к позерству и театральным жестам. Он широко распространял о себе легенды, слухи, небылицы, во время своих налетов всегда кричал: «Я - Котовский!», поэтому о нём знали многие не только в Бессарабской и Херсонской губерниях, но и далеко за их пределами, в том числе в Москве и Петербурге, а также в Румынии.

После освобождения арестованных крестьян Григорий Котовский всегда оставлял расписку старшему патрульной команды: «Освободил арестованных Григорий Котовский!» В ответ на заявление помещика Крупенского, что он изловит «атамана Ада», Григорий Котовский оставил однажды в изголовье его постели (пробравшись в спальню, когда помещик спал) записку: «Не хвались идучи на рать, а хвались идучи с рати».

24 сентября 1906 года его вновь арестовали. В Кишиневской тюрьме Григорий Котовский, получивший в уголовном мире кличку «Кот», стал признанным авторитетом. Он менял порядки обитателей тюрьмы, круто расправлялся с неугодными, пытался организовать побег семнадцати уголовных и анархистов из тюрьмы. Они уже обезоружили трех надзирателей, забрали ключи от ворот, но решили выпустить всех уголовных. В тюрьме началась паника, и прибывшая рота солдат и конных стражников водворила 13 беглецов (в том числе Котовского) в камеры. После этого Григорий Котовский еще дважды пытался бежать, но безуспешно.

В 1907 году Григорий Котовский был приговорён к 12 годам каторги и отправлен по этапу в Сибирь через Елизаветградскую и Смоленскую тюрьмы. В 1910 году Григория Котовского доставили в Орловский централ, а затем его в 1911 году этапировали к месту отбытия наказания — в Нерчинскую каторгу. Отбывая каторгу, Григорий Котовский сотрудничал с властями, даже стал десятником на строительстве железной дороги, что делало его кандидатом на амнистию по случаю 300-летия дома Романовых.

Амнистия, однако, не распространялась на «бандитов», по графе которых проходил Григорий Котовский, а потому его не выпустили с каторги. Тогда он 27 февраля 1913 года бежал из Нерчинска. По заснеженной тайге Григорий Котовский шел около семидесяти километров и едва не замерз, но все же вышел к Благовещенску. По подложному паспорту на имя Рудковского он некоторое время работал грузчиком на Волге, кочегаром на мельнице, чернорабочим, кучером, молотобойцем. В Сызрани его кто-то опознал, и по его доносу Котовского арестовали.

Но из местной тюрьмы он также легко бежал и вернулся в Бессарабию, где скрывался, работая грузчиком, чернорабочим, а затем снова собрал и возглавил группу налётчиков. Особо дерзкий характер деятельность его группы приобрела с начала 1915 года, когда от ограблений частных лиц боевики перешли к налётам на конторы и банки. В частности, ими было совершено крупное ограбление Бендерского казначейства, поднявшее на ноги всю полицию Бессарабии и Одессы.

Вот как описывала Григория Котовского секретная депеша, полученная уездными исправниками и начальниками сыскных отделений: «Прекрасно говорит по-русски, румынски, и еврейски, а равно может изъясняться на немецком и на французском языках. Производит впечатление вполне интеллигентного человека, умного и энергичного. В обращении старается быть со всеми изящным, чем легко привлекает на свою сторону симпатии всех имеющих с ним общение.

Выдавать он себя может за управляющего имениями, а то и помещика, машиниста, садовника, сотрудника какой-либо фирмы или предприятия, представителя по заготовке продуктов для армии и прочее. Старается заводить знакомства и сношения в соответствующем кругу. Левша. В разговоре заметно заикается. Одевается прилично и может разыгрывать настоящего джентльмена. Любит хорошо и изыскано питаться…»

Полицейские сводки воспроизводят и портрет Григория Котовского: «рост 174 сантиметра, плотного телосложения, несколько сутуловат, имеет боязливую походку, во время ходьбы покачивается. Обладатель круглой головы, карих глаз, маленьких усов. Волосы на голове редкие и черные, лоб «украшают» залысины, под глазами странные маленькие черные точки — татуировка блатного авторитета, «пахана».

От этих наколок Котовский долго старался избавиться после революции, выжигая и вытравливая их, но так до конца и не вывел. В полицейских сводках указывалось, что Котовский, поскольку он левша, обыкновенно, имея два пистолета, начинает стрелять с левой руки.

В начале июня 1916 года Григорий Котовский объявился на хуторе Кайнары, в Бессарабии. Вскоре выяснилось, что он скрывается под именем Ромашкана и работает надсмотрщиком над сельскохозяйственными работниками на хуторе помещика Стаматова.

25 июня 1916 года полицейский пристав Хаджи-Коли, который уже три раза арестовывал знаменитого бессарабского «гайдука», начал операцию по его задержанию. Хутор был окружен тридцатью полицейскими и жандармами. При аресте Котовский оказал сопротивление, пытался бежать, за ним гнались 12 верст, он прятался в высоких хлебах, но был ранен в грудь двумя пулями, схвачен и закован в ручные и ножные кандалы.

Выяснилось, что за полгода до своего ареста Котовский, чтобы легализоваться, нанялся надсмотрщиком в имение, но часто отлучался с хутора на несколько недель. В эти «отпуска» он и руководил налетами своего отряда. При обыске комнаты в имении, где проживал Котовский, был найден браунинг с единственным патроном в стволе, рядом лежала записка: «Сия пуля при трудном положении принадлежала для меня лично. Людей я не стрелял и стрелять не буду. Гр. Котовский».

В аресте Котовского принимал участие его бывший товарищ по учебе, ставший помощником пристава, Петр Чеманский. Интересно отметить, что через двадцать четыре года, когда войска Красной Армии вошли в Бессарабию, старика Чеманского арестовали, его судил военный трибунал и приговорил к расстрелу за участие в аресте Григория Котовского.

В одесской тюрьме Котовский сошелся с уголовниками. Особая дружба у него завязалась с местными «королями» — Тыртычным («Чертом»), а также Жареновым («Яшей-Железняком»).

В октябре 1916 года проходил суд над «атаманом Ада». Зная, что ему неминуемо грозит казнь, Котовский полностью раскаялся в своей «исповеди» на суде. В свое оправдание он сказал, что всегда большую часть захваченных денег отдавал бедным или в Красный Крест, на помощь раненным на войне. Однако никаких докуметальных доказательств этих благородных деяний не предъявил. Котовский оправдывался тем, что он не только не убивал людей, но и никогда из оружия не стрелял, а носил его ради форса, потому что «уважал человека, его человеческое достоинство... не совершая никаких физических насилий потому, что всегда с любовью относился к человеческой жизни». Просил отправить его «штрафником» на фронт, где он «с радостью погибнет за Царя и Отечество»...

Одесским военно-окружным судом Григорий Котовский был приговорен к смертной казни через повешение. Находясь в камере смертников, Григорий Котовский писал покаянные письма, в которых так именовал себя: «...не злодей, не прирожденный опасный преступник, а случайно павший человек».

Одесский военно-окружной суд находился в подчинении командующего Юго-Западным фронтом прославленного генерала А. А. Брусилова, которому предстояло утвердить смертный приговор. Поэтому одно из своих писем Григорий Котовский направил супруге Брусилова - Надежде Брусиловой-Желиховской, которая была очень впечатлительна и сердобольна, и оно произвело нужный эффект - сначала генерал Брусилов, сообразуясь с убеждениями своей супруги, добился отсрочки казни, а потом грянула Февральская революция.

Узнав о событиях в Петрограде, Григорий Котовский немедленно заявил о своей поддержке Временному правительству, а также попросил об освобождении, чтобы «послужить делу революции», причём за него ходатайствовали министр Гучков и адмирал Колчак, а освободил его из тюрьмы своими личным распоряжением сам Керенский в мае 1917 года. Правда, и до этого Григорий Котовский уже несколько недель разгуливал на свободе, а в день получения официального помилования явился в Оперный театр Одессы, вызвал там бешеные овации и произнеся революционную речь, после чего устроил аукцион по продаже своих кандалов.

Во время аукциона в Оперном театре поэт Владимир Коралл читал стихи, написанные по этому случаю: «Ура! Котовский здесь — сегодня с нами! Его с любовью встретил наш народ. Встречали радостно с цветами - С рабочим классом он идет», а популярный уже тогда Леонид Утесов подбадривал его репризой: «Котовский явился, буржуй всполошился!»

В мае 1917 года Григорий Котовский был направлен в действующую армию на Румынский фронт, в октябре 1917 года указом Временного правительства был произведён в прапорщики и награждён Георгиевским крестом за храбрость в бою. На фронте он стал членом полкового комитета 136-го Таганрогского пехотного полка. В ноябре 1917 года Григорий Котовский примкнул к левым эсерам и был избран членом солдатского комитета 6-й армии. Во главе преданного ему отряда солдат-бессарабцев он был затем уполномочен Румчеродом поддерживать «революционный порядок» в Кишинёве и его окрестностях.

В январе 1918 года Котовский возглавлял красногвардейский отряд, который прикрывал отход большевиков из Кишинёва. В январе—марте 1918 года он командовал кавалерийской группой в Тираспольском отряде вооружённых сил Одесской Советской Республики, воевавшими с румынскими интервентами, оккупировавшими Бессарабию. Но в марте 1918 года Одесская Советская Республика была захвачена и ликвидирована австро-германскими войсками, вошедшими на Украину после заключённого Украинской Центральной Радой сепаратного мира. Красногвардейские отряды ушли с боями на Донбасс, затем в Россию.

В июле 1918 года Григорий Котовский вернулся в Одессу и находился там на нелегальном положении. Одесса в те месяцы была прибежищем состоятельных людей, всевозможных предпринимателей со всей бывшей Российской Империи. Как мухи на мед, слетались туда вымогатели и аферисты, мошенники и налетчики, воры и проститутки.

Наряду с администраторами гетманской Украины и австрийским военным командованием, Одессой правил «король воров» Мишка Япончик. С ним у Котовского наладились тесные отношения. Котовский организовал террористическую, диверсионную дружину, которая, имея связи с большевистским, анархистским и левоэсеровским подпольем, фактически никому не подчинялась и действовала на свой страх и риск. Численность этой дружины в разных источниках разная - от 20 до 100 человек.

Дружина занималась выявлением и убийствами провокаторов, а также добычей денег у крупных спекулянтов и контрабанистов, фабрикантов, хозяев гостиниц и ресторанов. Обычно Котовский присылал им письмо с требованием выдать деньги «Котовскому на нужды революции». О нравах некоторых подпольщиков Одессы можно судить по такому факту: один из командиров одесских анархистов-террористов Самуил Зехцер, в отряде которого в качестве командира подрывной группы в конце 1918 года некоторое время находился Григорий Котовский, в 1925 году был расстрелян ВЧК-ОГПУ за связь с бандитами, растрату государственных денег и организацию налетов.

Однажды Григорий Котовский помог рабочим, которым фабрикант задолжал зарплату. Сначала он отправил фабриканту письменное требование выдать деньги рабочим. Хозяин фабрики решил не платить и вызвал роту солдат для своей охраны и поимки Котовского. Фабрика была оцеплена, однако Котовский в форме белогвардейского капитана проник в кабинет фабриканта. Под угрозой револьвера тот выдал Котовскому всю необходимую сумму, и он вернул рабочим зарплату.

Террористическая дружина Котовского помогла Мишке Япончику утвердиться «королем» одесских бандитов, поскольку его считали революционером-анархистом. Вместе с «людьми Япончика» котовцы нападали на Одесскую тюрьму и освобождали заключенных, их совместное дело - восстание в пригороде Одессы, на Молдованке, в конце марта 1919 года, которое носило ярко выраженную политическую окраску и было направлено против власти в Одессе белогвардейцев и интервентов Антанты. Но каждая из «союзных сторон» имела свои виды на это восстание: люди Япончика стремились экспроприировать ценности, а революционеры надеялись создать хаос и панику в городе, чтобы помочь осадившим Одессу войскам Красной Армии.

Несколько тысяч восставших захватили окраины Одессы и совершали вооруженные рейды в центр города. Против них белогвардейцы направили войска и броневики, но восстановить свою власть на окраинах Одессы они были уже не в силах.

Очевидец рисует картину тех событий: «Отсутствие власти дало свободу преступным элементам, начались ограбления, поражающие своей дерзостью... разбивали пакгаузы, грабили склады, убивали обезумевших от ужаса мирных жителей. В центр города толпами, по 50–100 человек, пытались проникнуть грабители... Центр города опоясывал фронт, за которым царил хаос».

Одесский (подпольный) период жизни Григория Котовского крайне противоречив, лишен достоверных фактов. Его запомнили в Одессе только с ноября 1918 года, причем не как деятеля подполья, а как самодеятельного налетчика-мстителя. Ходили слухи о перебывании Котовского осенью 1918 года в отрядах батьки Махно. Во всяком случае, в документах большевистского подполья имя Григория Котовского не встречалось, на основании чего ему было отказано в восстановлении партийного стажа с 1917 или с 1918 года.

Партийная комиссия в 1924 году сделала вывод, что сотрудничество Котовского с партией началось только с весны 1919 года, хотя сам он утверждал, что в декабре 1918 года, со своим отрядом громил петлюровцев, а осенью 1918 года партизанил в Бессарабии, воюя против румынских полицейских. По одним данным, в последний месяц французской оккупации Одессы Котовский находился в городе, по другим, он находился в 1-м Вознесенском партизанском полку григорьевцев, за сотни километров от Одессы. В биографии Котовского действительность так тесно переплелась с вымыслом, что исследователям часто приходится констатировать «полную тьму» по ряду важных моментов.

В апреле 1919 года, после установления Советской власти в Одессе, Григорий Котовский получил первую официальную советскую должность — военкома Овидиопольского военного комиссариата, и одновременно ему предложили создать группу для подпольной работы в Бессарабии. Вскоре он получил должность командира конного Приднестровского отряда 44-го стрелкового полка 3-й украинской советской армии. Эта боевая единица существовала только на бумаге: не было коней. Григорий Котовский в этой связи предложил увести коней с соседней румынской территории. Сорок котовцев переплыли пограничную реку Днестр, в 15 километрах от границы напали на румынский конный завод и увели с него 90 лучших скаковых лошадей.

Весной - летом 1919 года некоторые командиры Украинской Советской армии: комдивы Григорьев, Зеленый, Махно, Грудницкий изменили Советской Власти и объявили себя «вольными атаманами». В это же время на службу к Советам перешел Мишка Япончик, сформировавший из одесских уголовников свой «Революционный Советский полк имени товарища Ленина».

3-го июня 1919 года Григорий Котовский получил первую крупную должность — командира 2-й пехотной бригады 45-й стрелковой дивизии. Бригада состояла из трех полков и кавалерийского дивизиона. Первое задание для бригады Котовского заключалось в подавлении восстания крестьян-старообрядцев села Плоское, Одесской губернии. Восставшие крестьяне шесть дней обороняли свое село, но в конце концов Котовский успешно справился с заданием. Через две недели Котовский подавил восстание немецких крестьян-колонистов, действовавших в близких от Одессы селах Большая Акаржа и Иозефсталь, а также умиротворил петлюровское село Горячевка.

Вскоре соединение Котовского было переименовано в 12-ю бригаду 45-й дивизии. Сначала она использовалась как прикрытие со стороны Румынии по реке Днестр. Но с наступлением войск Симона Петлюры, с конца июля 1919 года, бригада Котовского удерживала фронт в районе Ямполь — Рахны. В состав этой бригады входило только три тысячи бойцов, часть из которых (полк матроса-анархиста Стародуба), была полностью неконтролируема и отказывалась выступать на позиции. После того, как матросский полк перепился, разведка петлюровцев напала на матросов и перебила тех из них, кто не успел убежать. Разгром полка Стародуба привел к отступлению всей бригады.

На помощь Котовскому был выслан Советский полк имени Ленина, которым командовал Мишка Япончик. Но этот полк позорно бежал с позиций после первого же столкновения с петлюровцами у Вапнярки. После бесславного разгрома полков Стародуба и Япончика, их переформировали, и часть бывших одесских бандитов матросов-анархистов влили в 402-й полк бригады Котовского. В середине июля 1919 года Котовский сражался против многочисленных крестьянских повстанческих отрядов атаманов Зеленого, Ляховича, Волынца, Железного, которые захватили подольские местечки Немиров, Тульчин, Брацлав и угрожали тылу Красной Армии.

Летом 1919-го года появилась еще одна легенда о Котовском, который якобы собирался во главе пяти тысяч конников начать войну против Румынии «за Бессарабию», а после ее захвата прийти на помощь Венгерской революции. Но нет никаких документальных свидетельств, которые подтверждали бы существование подобных планов Советского командования.

В августе 1919 года наступающие белогвардейские части захватили Херсон, Николаев и большую часть Левобережной Украины. Стремительное продвижение белых войск заставило советские части, зажатые под Одессой, искать возможности вырваться из неминуемого окружения. Под Уманью уже стояли петлюровцы, у Елизаветграда — белые, а между ними махновцы, которые были не менее опасны для ослабленных в непрерывных боях красных частей.

Поэтому командующий Южной группой 12-й армии Иона Якир решил вывести советские части из Причерноморья к Киеву, пройдя по тылам петлюровцев и махновцев. В двадцатых числах августа начался этот рейд на север, в котором Котовский командовал левой резервной колонной, состоявшей из двух бригад. На предложения Махно присоединиться к его Повстанческой армии Украины, Григорий Котовский ответил отказом. Когда же командир 3-го Бессарабского полка Козюлич попытался поднять «махновское восстание», Котовский предупредил его рядом арестов и расстрелом изменников и паникеров.

У Кодымы бригады Котовского были окружены петлюровскими войсками, потеряли часть обоза с казной бригады и едва вырвались из кольца. Вместе с другими красными частями, группа Котовского, участвовала в бою с петлюровцами за Цыбулев, в налете на Житомир и Малин, в захвате пригородов Киева, в боях за столицу Украины у Новой Гребли. Котовский схватился тогда с конницей атамана Струка. Только в октябре 1919 года Южная группа, проделав 400-километровый рейд, соединилась с Красной Армией севернее Житомира.

В ноябре 1919 года критическая обстановка сложилась на подступах к Петрограду. Белогвардейские войска генерала Юденича подошли вплотную к городу. Конную группу Котовского, вместе с другими частями Южного фронта, отправили против Юденича, но когда они прибыли под Петроград, выяснилось, что белогвардейцы уже разгромлены. Это было весьма кстати для измотанных в боях котовцев, которые были практически небоеспособны: 70% из них были больны или ранены, да к тому же почти не имели зимнего обмундирования.

В начале 1920 года Григорий Котовский был назначен начальником кавалерии 45-й дивизии, и с этого началась его стремительная кавалерийская карьера. В марте того же года он уже — командир кавалерийской бригады, а в декабре 1920-го — командир 17-й кавалерийской дивизии – по сути, красный генерал, не имеющий никакого военного образования.

В январе 1920 года группа Котовского воевала против деникинцев и махновцев в районе Екатеринослав — Александровск. Логика борьбы поставила Григория Котовского и фанатично преданного анархистской идее батьку Махно по разные стороны баррикад. План окружения махновцев в Александровске силами 45-й дивизии провалился. Большая часть махновцев вырвалась из ловушки, но вскоре была уничтожена бригадой Пархоменко.

В том же январе 1920 года Котовский сочетался браком с Ольгой Шанкиной — медсестрой, которая была переведена в его бригаду. С конца января 1920 года он участвовал в разгроме белогвардейской группы генерала Шиллинга в районе Одессы. Упорные бои развернулись у Вознесенска.

В советском кинофильме «Котовский» (режиссер А. Файнциммер, 1943 г.) показан упорный бой за Одессу и внезапное появление Котовского на сцене Одесского оперного театра, когда все население города считало, что красные ещё очень далеко. В действительности же, 7-го февраля 1920 года котовцы практически без боя вошли в пригороды Одессы — Пересып и Заставу, потому что генерал Сокира-Яхонтов капитулировал и сдал город Красной Армии.

Фильм А. Файнциммера - не единственная кинолента, посвященная подвигам Григория Котовского на фронтах Гражданской войны. Для Одесской киностудии был написан сценарий художественного фильма, в котором сюжетной канвой стало подавление Тамбовского восстания. Котовский сыграл самого себя в художественном фильме, который носил название «Пилсудский купил Петлюру».

Пройдя пригородами Одессы, котовцы начали преследовать отступавших в Румынию белогвардейцев генерала Стесселя и 9–14 февраля 1920 года атаковали противника у села Николаевка, захватили Тирасполь, окружили белых, прижав их к Днестру.

Котовскому удалось пленить часть деморализованных белогвардейцев, которых румынские пограничники отказались пропустить на свою территорию. Румыны встретили беглецов пулеметным огнем, а вот красный командир Григорий Котовский принял некоторых офицеров и рядовых в свою часть, приказав обращаться с ними гуманно. О хорошем отношении котовцев к пленным белогвардейцам пишет, например, В. Шульгин в своих мемуарах «1920».

20 февраля 1920 года Котовский в бою у села Канцель, что под Одессой, разгромил Черноморский конный партизанский полк белогвардейцев, который состоял из немцев-колонистов (командир Р.Келлер). В плен к Котовскому попал тогда «злой гений» его юности, пристав Хаджи-Коли, которого он простил и вскоре отпустил домой.

Советский биограф Григория Котовского М. Барсуков писал, что «в среде котовцев и в поздние годы гражданской войны продолжали жить партизанские настроения, которые грозили увлечь боевой отряд на путь авантюризма. Котовскому приходилось приводить своих бойцов к пониманию общих задач, воспитывать в них сознание общих целей, укреплять ростки революционной идеологии. Но, с другой стороны, Котовский должен был откликаться на те требования, которые предъявлял к нему стан его бойцов. Волей или неволей Котовский соприкасался одним краем с партизанской вольницей».

22 февраля 1920 года Григорий Котовский получил приказ — сформировать Отдельную кавалерийскую бригаду и принять над ней командование. Через две недели эта бригада, выступив против повстанческих отрядов, заняла оборону у Ананьева и Балты. Уже 18 марта он был вынужден повести бригаду против польских войск, которые развивали наступление на Украину.

Весной 1920-го года части Красной Армии с боями отступали под ударами польских войск. Командир 45-й дивизии приказал расстреливать командиров и комиссаров частей, бежавших с фронта. Под Жмеринкой была полностью разгромлена и бригада Котовского. В районе Тульчина Котовскому пришлось обороняться от петлюровских войск под предводительством Тютюнника. Только в июне бригада перешла в контрнаступление в районе Белой Церкви.

16 июля 1920 года в одном из боев в Галиции Котовский был тяжело ранен в голову и живот, контужен и на два месяца выбыл из строя. Когда он снова оказался в войсках, польская армия перехватила к тому времени инициативу и выбила красных из Польши и Галиции. Бригада Котовского была разгромлена и отошла в тыл. В середине ноября она приняла участие в последних боях против армии УНР под Проскуровым.

После ранения и контузии Григорий Котовский отдыхал в Одессе, где ему был предоставлен особняк на Французском бульваре. В Одессе он прославился освобождением из ЧК сына поэта А. Федорова, который в 1916–1917 годах активно боролся за жизнь и свободу Котовского. Григорий Иванович обратился к своему давнишнему товарищу по каторге Максу Дейчу, который стал главой одесского ЧК, и сын поэта, офицер, был немедленно освобожден, избежав расстрела. Эта история легла в основу великолепной повести Валентина Катаева «Уже написан Вертер».

Только в апреле 1920 года Григорий Котовский был принят в Коммунистическую партию - (РКП(б). До 1919 он считал себя то левым эсером, то анархистом, а с апреля 1919 года — сочувствующим большевикам. Коммунисты не спешили принимать в партию бывшего «благородного разбойника», фактически, бандита, который был нужен им только как «революционный топор». Интересно, что жена Котовского в своем дневнике писала: «... ни большевиком, ни тем более коммунистом он (Котовский) никогда не был».

С декабря 1920 года Григорий Котовский — командир 17-й кавалерийской дивизии Червоного казачества. В 1921 году он командовал кавалерийскими частями, в том числе подавлял восстания махновцев, антоновцев и петлюровцев. В сентябре 1921 года Котовского назначили командиром 9-й кавалерийской дивизии, в октябре 1922 года — командиром 2-го кавалерийского корпуса. В Тирасполе в 1920—1921 годах в здании бывшей гостиницы «Париж» располагалась штаб-квартира Котовского. Летом 1925 года нарком военмор Фрунзе (фактически, министр обороны СССР) назначил Григория Котовского своим заместителем, однако, вступить в эту высокую должность он не успел.

Григорий Котовский был убит (застрелен) 6 августа 1925 года во время отдыха в совхозе Чебанка (на черноморском побережье в 30 км от Одессы) Мейером Зайдером по кличке «Майорчик» («Майоров»), адъютантом Мишки Япончика в 1919 году, бывшим владельцем одесского публичного дома, где в 1918 году Котовский скрывался от полиции. Все документы по делу об убийстве Григория Котовского были засекречены.

До сих пор остается загадкой причина убийства Григория Ивановича Котовского, неизвестны и его организаторы. В годы перестройки была популярной тема сталинского террора и тайных убийств. Некоторые публицисты считают, что это было первое политическое убийство в СССР, и организовал его Дзержинский по заданию Сталина. Нарком по военным и морским делам Михаил Фрунзе назначил Григория Котовского своим заместителем, но Дзержинский, располагая обширным компроматом на Котовского, стремился воспрепятствовать этому. Он хотел уволить Котовского из армии и послать на восстановление заводов. Фрунзе, напротив, спорил с Дзержинским, доказывая, что Котовского необходимо сохранить в высшем эшелоне армейских командиров. Кстати, через два месяца после гибели Котовского и сам Михаил Фрунзе, также при загадочных обстоятельствах, погиб на операционном столе. Наркомом по военным и морским делам стал Клим Ворошилов, преданный Сталину. Но всё это, конечно, только предположения, только версии.

Мейер Зайдер не скрывался от следствия и сразу заявил о совершённом преступлении. В августе 1926 года убийца был осуждён к 10 годам заключения. Находясь в заключении, практически сразу же стал начальником тюремного клуба и получил право свободного выхода в город. В 1928 году Зайдер был освобождён с формулировкой «За примерное поведение». Работал сцепщиком на железной дороге. Осенью 1930 года был убит тремя ветеранами дивизии Котовского. У исследователей есть основания полагать, что компетентные органы располагали информацией о готовившемся убийстве Зайдера. Ликвидаторы Зайдера осуждены не были.

Ставшему к тому времени легендарным героем Гражданской войны комкору Григорию Котовскому советскими властями были устроены пышные похороны, сравнимые по размаху только с похоронами Ленина. Утопающий в цветах и венках гроб с телом Котовского прибыл на Одесский вокзал, окружённый почётным караулом.

В колонном зале к гробу открыли широкий доступ всем трудящимся. Одесса приспустила траурные флаги. В городах расквартирования 2-го конного корпуса дали салют из 20 орудий. 11 августа 1925 года специальный траурный поезд доставил гроб с телом Котовского в Бирзулу (ныне – Котовск). Похоронить Котовского на своей территории предлагали Одесса, Бердичев, Балта (тогда столица МАССР).

На похороны Котовского в Бирзулу прибыли видные советские военные лидеры - С. М. Будённый и А. И. Егоров, из Киева прибыли командующий войсками Украинского военного округа И. Э. Якир и один из руководителей украинского правительства — А. И. Буценко.

На следующий день после убийства, 7 августа 1925 года, из Москвы в Одессу срочным порядком была направлена группа бальзаматоров во главе с профессором Воробьёвым. Мавзолей Котовского был изготовлен по типу мавзолея Н. И. Пирогова в Виннице и Ленина в Москве.

6 августа 1941 года, ровно через 16 лет после убийства комкора, захватив Бирзулу (Котовск), румыны надругались над памятью Григория Котовского. Повод не любить его у них был тот же, что и сейчас: Котовский стоял у истоков Молдавской Советской Республики, всю жизнь отстаивал самобытность и уникальность молдавского народа, самобытность молдаван. Из-за этого он был и остается злейшим идеологическим врагом румынских унионистов и их друзей в Кишиневе.

Румынские захватчики взорвали мавзолей, разбили саркофаг, а тело героя Гражданской войны Григория Котовского выбросили в ров с расстрелянными евреями. При этом, по легенде, румынский офицер отсек шашкой голову комкора. Три ордена Боевого Красного Знамени и Почетное революционное оружие были вывезены в Бухарест.

Некоторое время спустя железнодорожники из ближайшего депо, среди которых было много бывших котовцев, раскопали траншею и перезахоронили убитых. Тело Котовского опознал и спрятал у себя дома на чердаке, в большой бочке, залив его спиртом, начальник ремонтных мастерских Иван Скорубский. Там останки Котовского дождались наступления Красной армии в 1944-м.

После освобождения Котовска спецкомиссия во главе с первым секретарем горкома Ботвиновым провела экспертизу останков и приняла решение об их повторном захоронении. Уцелевшее подземелье мавзолея после ремонта было превращено в склеп. Тело Котовского запаяли в цинковый гроб. На месте упокоения героического комкора поставили фанерный памятник, на котором закрепили его портрет.

В 1965 году состоялось торжественное открытие нового мавзолея Котовскому. В наземной его части был установлен бюст комкора. Подземелье мемориала превратилось в мраморный зал с постаментом, на котором стоял гроб, укрытый красно-черным бархатным покрывалом. Мемориал существует и по сей день, правда, сказывается почти полувековое отсутствие ремонта и планомерная работа грунтовых вод. Вход в запущенный склеп закрыт на замок.

Неизвестно, однако, действительно ли в гробу под кумачом покоится Григорий Котовский, или это чьи–то безымянные останки, так как даже после развала СССР никто из его наследников не потребовал захоронить его прах или провести экспертизу ДНК.

Григорий Котовский был награждён Георгиевским крестом 4-й степени, тремя орденами Красного Знамени и Почётным революционным оружием - инкрустированной золотом кавалерийской шашкой с наложенным на эфес знаком ордена Красного Знамени. Три ордена Боевого Красного Знамени и Почётное революционное оружие Котовского были украдены румынскими войсками из мавзолея во время оккупации. После войны Румыния официально передала награды Котовского СССР. Награды хранятся в Центральном музее Вооружённых Сил в Москве.

Жена — Ольга Петровна - Котовская, по первому мужу Шакина (1894—1961) родом из Сызрани, выпускница медицинского факультета Московского университета, была ученицей хирурга Н. Н. Бурденко; член большевистской партии, добровольцем ушла на Южный фронт. Познакомилась с будущим мужем осенью 1918 года в поезде, когда Котовский догонял бригаду после перенесённого тифа, в конце этого же года поженились. Служила врачом в кавалерийской бригаде Котовского. После гибели мужа работала в Киевском окружном госпитале, майор медицинской службы.

У Григория Котовского было двое детей. Сын - Григорий Григорьевич Котовский (1923—2001), известный советский учёный, во время Великой Отечественной войны - лейтенант, командир зенитно-пулемётного взвода. Дочь - Елена Григорьевна Котовская (по первому мужу Пащенко) родилась через пять дней после гибели отца, 11 августа 1925 года. Филолог, работала преподавателем русского языка и литературы в Киевском государственном университете.

В 1939 году в Румынии Ион Ветрилэ создал революционную анархо-коммунистическую организацию «Гайдуки Котовского». Когда советские войска в 1940 году заняли Бессарабию, был найден, осуждён и казнён полицейский чин, который в 1916 году поймал Григория Котовского — бывший пристав Хаджи-Коли, выполнявший в 1916 году свой служебный долг по поимке Григория Котовского.

Имя Григория Котовского было присвоено заводам и фабрикам, колхозам и совхозам, пароходам, кавалерийской дивизии, партизанскому отряду во время Великой Отечественной войны.

ava.md

Г.И. Котовский

 

                                                            Григорий Иванович Котовский

                             

В Одессе, один из самых населенных районов города до сих пор носит имя Котовского. И символично, на мой взгляд, что район этот приобрел славу бандитского: имя обязывает... Еще бы, ведь «пламенный революционер» пятнадцать лет был бандитом и только семь с половиной лет революционером!

Родился Григорий Иванович Котовский 12 июля 1881 года в местечке Ганчешты, Кишиневского уезда Бессарабии, в семье механика винокуренного завода (завод этот принадлежал родовитому бессарабскому князю Манук-Бею). Отец Иван Николаевич и мать Акулина Романовна воспитывали шестерых детей.

   

Интересно, что свою биографию Котовский постоянно фальсифицирует. То указывает иные года рождения — в основном 1887-й или 1888-й, то утверждает, что происходит «из дворян» (в советских энциклопедиях читаем — «из рабочих»). Крайний эгоцентрист и «нарцисс», он всю жизнь не мог смириться с тем, что отец его происходил «из мещан города Балты», а не из «графьев». Даже после революции, когда принадлежность к дворянству только вредила людям, Котовский, указывал в анкетах, что происходил из дворян, а дед его был «полковником Каменец-Подольской губернии». О факте же «омоложения» Григория Ивановича на 6–7 лет, то есть о том, что Котовский родился в 1881 году, стало известно только после его смерти в 1925 году.

Даже в анкетах для вступления в коммунистическую партию Котовский указывал мнимый возраст, скрывая тайны своей юности. А национальность называл несуществующую — «бессарабец», хотя с Бессарабией был связан только местом рождения. Ни отец, ни мать Котовского ни к молдаванам, ни к «бессарабам» себя не относили. Отец его был, очевидно, обрусевшим православным поляком, возможно украинцем, мать — русской.

Приоткрывая завесу над своим малоизвестным детством, Котовский вспоминал, что «был слабым мальчиком, нервным и впечатлительным. Страдая детскими страхами, часто ночью, сорвавшись с постели, бежал к матери (Акулине Романовне), бледный и перепуганный, и ложился с ней. Пяти лет упал с крыши и с тех пор стал заикой. В ранних годах потерял мать...» С тех пор Котовский страдал эпилепсией, расстройствами психики, страхами.

Заботу о воспитании Гриши взяла на себя его крестная мать София Шалль, молодая вдова, дочь инженера, бельгийского подданного, который работал по соседству и был другом отца мальчика, и крестный — помещик Манук-Бей.

В 1895 году от чахотки умирает отец Гриши. Котовский пишет, что отец умер «в бедности. По протекции и на средства владельца поместья «Ганчешты» Григория Ивановича Манук-Бея, крестного Гриши, сирота поступил в 1895 году в Кишиневское реальное училище, пособие на учение было даровано и одной из сестер Котовских.

Во время годичной болезни Ивана Котовского Манук-Бей выплачивал больному жалование и оплачивал визиты врачей. Гриша же, оказавшись без присмотра, в таком крупном городе, как Кишинев, стал прогуливать занятия, хулиганить и через три месяца был изгнан из училища.

Соученик Котовского, Чеманский, ставший полицейским, вспоминает, что Гришу ребята называли «Березой» — так в деревнях зовут смелых, драчливых парней с повадками лидеров. После изгнания из реального училища Манук-Бей устраивает его в Кокорозенское сельскохозяйственное училище и оплачивает весь пенсион.

 

Вспоминая годы учебы, Котовский писал, что в училище он «проявлял черты той бурной, свободолюбивой натуры, которая позднее развернулась во всю ширь... не давая покоя школьным наставникам». Григорий Иванович утверждал, что «уволен из реального училища за плохое поведение». В действительности он закончил Кокорозенское училище в 1900 году. Там он особенно «налегал» на агрономию и немецкий язык, и у него был для этого стимул. Его благодетель Манук-Бей обещал направить Григория на «дообучение» в Германию на Высшие сельскохозяйственные курсы.

В некоторых книгах о Котовском указывалось, очевидно с его слов, что он заканчивает училище в 1904 году. В автобиографии он писал, что в училище в 1903 году знакомится с кружком социал-демократов, за что впервые попадает в тюрьму. В 1900 году Григорий, как практикант, работал помощником управляющего в имении «Валя — Карбуна» у молодого помещика М. Скоповского (в других документах — Скоковского) в Бендерском уезде. Практикант Григорий Котовский был выгнан из имения уже через два месяца своей «практики» за обольщение жены помещика. В том же году молодой практикант оказывается в помощниках управляющего имения Максимовка Одесского уезда помещика Якунина. В октябре он был выгнан из Максимовки за похищение 200 рублей хозяйских денег, так и не закончив своей шестимесячной практики (документов об окончании училища он не получил). Инсценировав кражу со взломом, Котовский растратил деньги в Одессе. Его радужные надежды на продолжение учебы в Германии не оправдались из-за отсутствия документов о прохождении практики и из-за смерти Манук-Бея в 1902 году.

Тогда же Котовский снова нанимается помощником управляющего к помещику Скоповскому, который к этому времени развелся с женой. На этот раз, узнав, что ему грозит скорый призыв в армию, Григорий присваивает 77 рублей, полученных от продажи помещичьих свиней, и ударяется в бега. Во время «разборок» со Скоповским помещик нагайкой отхлестал Котовского, а помещичьи холуи жестоко избили юношу. По словам самого Котовского, его избитого и связанного бросают в февральской степи. 

В это время (март — апрель 1902 года) Котовскнй пытается устроиться управляющим к помещику Семшрадову. Однако помещик соглашается предоставить ему работу только при наличии рекомендательных писем от предыдущих нанимателей. И Котовский подделывает документы о своей «образцовой» работе у помещика Якунина. Однако «низкий» слог и безграмотность этого документа заставили Семиградова перепроверить подлинность рекомендации. Связавшись с Якуниным, Семиградов узнал, что симпатичный молодой агроном — вор и мошенник. За подлог Котовский получил четыре месяца тюрьмы. Отсидев этот срок, Котовский недолго был на свободе. В октябре 1907 года его арестовывают по делу о растрате денег Скоповского. Помещик представил следствию бумагу, в которой подсудимый сознавался в содеянном.

Котовский был посажен в «грабительский коридор» Кишиневской тюрьмы, где, по его словам, содержались «сливки преступного мира». В камере Григорий заболел «нервной горячкой» и попал в тюремный лазарет. Вскоре он освобождается до суда из-под стражи «по болезни».

                    

Котовский возненавидел своих обидчиков и понял, что опороченное имя закрыло ему путь в «приличное общество». Позже, в 1916 году, в «исповеди» на суде он объяснял свое «падение» тяжелым детством и неспособностью общества «подать руку оступившимся». Только оступался Котовский десятки раз...

Практически во всех публикациях, посвященных Григорию Ивановичу, присутствует романтическая история о Грише и молодой жене богатого помещика князя Кантокузино. Котовский вспоминал, что в 1904 году поступил «практикантом по сельскому хозяйству» в экономию Кантакузино, где «крестьяне работали на помещика по 20 часов в день». К «революционному выступлению», по собственным словам Котовского, его подвигли следующие события. Князь узнав, что его жена «увлеклась молодым практикантом», замахнулся на Гришу плеткой. За это Григорий «решает отомстить той среде, в которой вырос, и сжигает имение князя». Григорий работал в это время лесным объездчиком в селе Молешты у помещика Авербуха, а в дальнейшем — рабочим на пивоваренном заводе Раппа. В самом конце 1903 года он снова угодил на два месяца в тюрьму по уголовному делу.

Период с декабря 1903 года по февраль 1906 года — это время, когда Котовский становится признанным лидером бандитского мира.

 

                                                              тюремная фотография Г.И. Котовского

В январе 1904 года началась Русско-японская война, и Григорий прячется от мобилизации в Одессе, Киеве и Харькове. В этих городах он в одиночку или в составе эсеровских террористических групп принимает участие в налетах — экспроприациях. Осенью 1904 года Котовский становится во главе кишиневской эсеровской группы, что занималась грабежами и вымогательствами.

Через год Котовский был арестован — только за уклонение от призыва. Об участии его в налетах и грабежах полиция тогда не догадывалась. Несмотря на судимости, Котовский был отправлен в армию, в 19-й Костромской пехотный полк. Этот полк находился тогда в Житомире на доукомплектации. С мая 1905 для Котовского начались времена «уголовного подполья». За дезертирство тогда «светила» каторга. В «Исповеди» 1916 года Григорий указывает, что первый грабеж он совершил под влиянием революции летом 1905 года.

Итак, бандитская карьера Котовского началась с участия в мелких налетах на квартиры, магазины, помещичьи усадьбы. Но в своей автобиографии он пишет о другом: «...Я с первого момента моей сознательной жизни, не имея тогда еще никакого понятия о большевиках, меньшевиках и вообще революционерах, был стихийным коммунистом...»

В августе 1905 года «стихийный коммунист» входит в группу налетчиков-эксистов эсера Дорончана. Но уже с октября действует самостоятельно как атаман отряда в 7–10 боевиков (З. Гроссу, П. Демянишин, И. Головко, И. Пушкарев и другие). Очевидно, налетчики-эксисты Котовского называли себя анархистами-коммунистами-террористами, так как с этого времени Котовский заявляет, что он анархист-коммунист или анархист индивидуалист.

Отряд Котовского базировался в Бардарском лесу, который находился у родных Ганчешт. Образцом для подражания атаман избрал легендарного молдавского разбойника XIX века Васыля Чумака. С января 1906 года в банде Котовского уже 18 хорошо вооруженных человек, многие из которых действуют на конях. Штаб-квартира банды переместилась в Иванчевский лес на околицах Кишинева. Для Бессарабии это было крупное бандитское формирование, что могло соперничать с самой влиятельной там бандой Бужора, насчитывавшей до сорока бандитов.

Только в декабре 1905 котовцы провели двенадцать нападений на купцов, царских чиновников, помещиков (в том числе на кишиневскую квартиру Семиградова). Январь следующего года был особенно «жарким». Начался он нападением первого числа на купца Гершковича в Ганчештах. Однако сын купца выбежал из дома и поднял крик, на который сбежались полиция и соседи. Отстреливаясь, котовцы едва смогли унести ноги. 6–7 января банда совершила 11 вооруженных ограблений. Всего с 1 января по 16 февраля было совершено 28 ограблений. Случалось, что за один день ограблению подвергались три квартиры или четыре экипажа. Известно нападение Котовского на имение  своего благодетеля, которым владел после смерти Манук-Бея помещик Назаров.

Историки «смакуют» революционные заслуги Григория Ивановича: эпизод нападения на полицейский конвой и освобождение двадцати крестьян, что были арестованы за аграрные беспорядки, нападение на исправника, который вез 30 винтовок, и бой 6 января с тридцатью стражниками в Оргиевском лесу. Все эти эпизоды имели место, но они не меняют бандитской природы «повстанцев-котовцев» и их «атамана Адского» или «Атамана Ада», как величал себя Котовский. За его поимку полиция объявила в начале 1906 года премию в две тысячи рублей.

Котовский был артистичен и самолюбив. Он распространял о себе легенды, слухи, небылицы. Во время своих налетов Григорий частенько устрашающе кричал: «Я Котовский!». Это «Я Котовский!» отозвалось ему на следствии, ведь не требовалось доказывать участия Григория в конкретном налете. Зато о разбойнике Котовском знали многие в Бессарабской и Херсонской губерниях!

 В феврале 1906 года Котовский был опознан и арестован. В Кишиневской тюрьме «Кот» стал признанным авторитетом. Он менял порядки обитателей тюрьмы, расправлялся с неугодными. В мае 1906 года Григорий попытался организовать побег семнадцати уголовных и анархистов из тюрьмы. Они уже обезоружили трех надзирателей, забрали ключи от ворот, но решили выпустить всех уголовных. В тюрьме началась паника и прибывшая рота солдат и конных стражников водворила 13 беглецов (в том числе Котовского) в камеры. После этого Григорий еще дважды пытался бежать, но безуспешно.

Полицейские сводки воспроизводят «портрет» уголовника: рост 174 сантиметра (был он вовсе не «богатырского, двухметрового роста», как писали многие), плотного телосложения, несколько сутуловат, имеет «боязливую» походку, во время ходьбы покачивается. Котовский был обладателем круглой головы, карих глаз, маленьких усов. Волосы на его голове были редкими и черными, лоб «украшали» залысины, под глазами виднелись странные маленькие черные точки — татуировка блатного авторитета, «пахана». От этих наколок Котовский старался избавиться после революции, выжигая и вытравливая их. В полицейских сводках указывалось, что Котовский левша и обыкновенно, имея два пистолета, начинает стрелять с левой руки.

Кроме русского, Котовский владел молдавским, еврейским, немецким языками. Он производил впечатление интеллигентного, обходительного человека, легко вызывал симпатии многих.

Современники и полицейские сводки указывают на огромную силу Григория. С детства он начал заниматься поднятием тяжестей, боксом, любил скачки. В жизни, а особенно в тюрьмах, это ему очень пригодилось. Сила ему давала независимость, власть, устрашала врагов и жертвы. Котовский той поры — это стальные кулаки, бешеный нрав и тяга к всевозможным утехам. Когда он не коротал время на тюремных нарах или на «больших дорогах», выслеживая жертву, он прожигал жизнь на скачках, в публичных домах, в шикарных ресторанах.

В городах он появлялся всегда под личиной богатого, элегантного аристократа, выдавал себя за помещика, коммерсанта, представителя фирмы, управляющего, машиниста, представителя по заготовке продуктов для армии... Он любил посещать театры, любил хвастать своим зверским аппетитом (яичница из 25 яиц!), его слабостью были породистые кони, азартные игры и женщины.

                                           

Вот одна из причин его «хождения в разбойники». К тому же, чтение «героической» литературы, типа «Тарзана», «Пинкертона» и «Благородного Разбойника», пробудило в нем не только тягу к пышным, ходульным фразам,  но и преклонение перед физической силой и веру в силу денег, в случай и удачу. Это позже, в Семнадцатом, он будет рассказывать о том, что все, «отобранное у богатых, раздавал бедным». Хотя вполне возможно, что для создания имиджа «народного мстителя», «бессарабского Робин Гуда», Котовский раздавал деньки местным крестьянам. За первые полгода своих разбойничьих похождений Григорий, очевидно, накопил большую сумму, которая пригодилась ему для организации побегов из тюрьмы. 31 августа 1906 года, закованный в кандалы, он сумел выбраться из одиночной камеры для особо опасных преступников, постоянно охраняемой часовым, попасть на тюремный чердак и, сломав железную решетку, спуститься с него во двор тюрьмы по веревке, предусмотрительно сделанной из разрезанного одеяла и простыни. Тридцать метров отделяло чердак от земли! Потом он перебрался через забор и оказался в ожидавшей его пролетке. Ее заботливо подогнали его «соратники». Столь мастерски исполненный побег не оставляет сомнений в том, что охрана и, возможно, начальство были подкуплены.

5 сентября 1906 года пристав Кишиневского городского участка Хаджи-Коли с тремя сыщиками ловят Котовского на одной из улиц Кишинева. Но тому удается убежать, несмотря на две пули, застрявшие в ноге. Вездесущий пристав Хаджи-Коли, который «специализируется» на поимке Котовского, наконец, 24 сентября 1906 года хватает разбойника, проведя повальную облаву самых злачных районов Кишинева. Очутившись в камере, Котовский вновь готовит побег. В его постоянно охраняемой камере во время обыска обнаруживают револьвер, нож и длинную веревку!

Суд над Котовским в апреле 1907 года поразил многих относительно мягким приговором — десять лет каторги: тогда и за более мелкие преступления казнили. Защитники Котовского убеждали суд в том, что часть награбленного Котовский раздавал бедным. Сам Котовский на суде заявлял, что занимался не грабежами, а «борьбой за права бедных» и «борьбой против тирании». Высшие судебные инстанции были не согласны с мягким приговором и провели повторное рассмотрение дела. Следствие выявило, что банду Котовского «прикрывали» полицейские чины, а один из полицейских даже сбывал награбленное котовцами. Через семь месяцев, при повторном рассмотрении дела, Котовский получил двенадцать лет каторги.

Он побывал в одиночке Николаевской каторжной тюрьмы, «посетил» Смоленскую, Орловскую тюрьмы.

 

                                                                    Орловский тюремный централ

Находясь в заключении, он, обычно, водил дружбу с анархистами и пытался стать «неформальным» лидером «братвы». Его борьба за лидерство однажды вылилась в кровавую стычку между заключенными, в которой Котовский чуть не погиб, а его противник — рецидивист и лидер тюрьмы — распрощался с жизнью. Позже, в сибирской каторге Котовский вышел победителем в столкновении с «тюремным авторитетом» «Ванькой-Козлом». До января 1911 года Котовский, находясь в тюрьмах, фактически не привлекался к каторжным работам. В феврале он попадает на настоящую каторгу в Казаковскую тюрьму (Нерченский уезд Забайкальской губернии), заключенные которой добывали золотоносную руду.

 

                                                   вход в Акатуйскую каторжную тюрьму

Первые несколько лет на сибирской каторге Котовский пытался добиться сокращения срока. Он заслужил доверие у тюремной администрации (со слов самого Котовского в «Исповеди»). Его назначили бригадиром на постройке Амурской железной дороги, куда в мае 1912 года перевели из шахты. В 1913 году, в честь трехсотлетия династии Романовых, по амнистии были освобождены десятки тысяч осужденных. Однако Котовский как опасный бандит под амнистию не попал, хотя очень надеялся на это. Узнав, что амнистия на него не распространяется, он решился на побег. Ему удалось совершить побег 27 февраля 1913 года. В своей «советской» автобиографии Котовский писал, что «при побеге убил двух конвоиров, охранявших шахту». По заснеженной тайге Котовский шел около семидесяти километров и едва не замерз, но все же вышел к Благовещенску. По подложному паспорту на имя Рудковского он некоторое время работал грузчиком на Волге, кочегаром на мельнице, чернорабочим, кучером, молотобойцем. В Сызрани его кто-то опознал, и по доносу Котовского арестовали. Но из местной тюрьмы он легко бежал. Уже осенью 1913 года Котовский возвращается в Бессарабию. К концу года он собрал вооруженную банду в семь человек, а в 1915 году котовцев было уже 16 человек. Сам атаман скрывался по подложным документам на имя Гушана или Рудковского. Жил Котовский тогда в Кишиневе на «малине» вора Кициса на Титовской улице или в дешевом трактире «Лондон», который сами бандиты именовали не иначе, как «трущоба». Некоторое время после возвращения, Котовский работал кочегаром и агрономом, но трудовая жизнь была ему в тягость. Его манили опасности и «приключения»... В банде котовцев выделяются рецидивисты: Загари, Дорончан, Радышевский, Шефер, Кириллов («Байстрюк»), Кицис, Гамарник, беглые солдаты Афанасьев и Перекупке. В «одесском отделении банды» были рецидивисты: братья Гефтман, братья Авербух, Ивченко. Первые налеты Котовский совершил на старого обидчика, помещика Назарова из Ганчешт, С. Руснака, Бандерское казначейство и кассу винокуренного завода. В марте 1916 года котовцы совершили нападение на арестантский вагон, что стоял на запасных путях станции Бендеры. Переодевшись в офицерскую форму, бандиты разоружают охрану и освобождают 60 уголовников, несколько освобожденных остались в банде Котовского. Банда Котовского, как отмечалось в сводке полицмейстеру, действовала обычно по одному сценарию. В налетах на квартиры принимало участие 5–7 человек в черных масках с прорезями для глаз. Бандиты являлись вечером и занимали свои места, действовали по указанию главаря. Сам Котовский постоянно курсировал по трассе Кишинев — Тирасполь — Одесса.

Уголовная статистика свидетельствует, что Котовский в 1913 году успел совершить пять грабежей в Бессарабии. В 1914 году он стал грабить в Кишиневе, Тирасполе, Бендерах, Балте (всего до десяти вооруженных налетов). В 1915 — в начале 1916 года котовцы совершили более двадцати налетов, в том числе три в Одессе.

В сентябре 1915 года Котовский и его «хлопцы» совершили налет на одесскую квартиру крупного скотопромышленника Гольштейна. Вынув револьвер, Котовский предложил купцу внести в «фонд обездоленных на покупку молока десять тысяч рублей, так как многие одесские старушки и младенцы не имеют средств на покупку молока». Арон Голыптейн предложил «на молоко» 500 рублей, однако котовцы усомнились, что в таком богатом доме находится столь малая сумма. Из сейфа и карманов Гольштейна и его гостя барона Штайберга было изъято налетчиками 8838 рублей «на молоко». Юмористом был Григорий Иванович... В 1915 году за такие деньги можно было напоить молоком всю Одессу. Вскоре котовцы ограбили в Одессе владельца магазина готового платья Когана на три тысячи рублей и банкира Финкельштейна на пять тысяч рублей. 1916 год — пик «воровской популярности» Григория Ивановича. Газета «Одесская почта» помещает статью под названием «Легендарный разбойник». Котовского называют «бессарабским Зелем-ханом», «новым Пугачевым или Карлом Моором», «бандитом-романтиком». Он становится героем «желтой» прессы, «лубочным разбойником», о приключениях которого он мечтал в детстве. Причем героем «справедливым», избегающим убивать во время налетов, грабившим только богатых.

«Одесские новости» писали: «Чем дальше, тем больше выясняется своеобразная личность этого человека. Приходится признать, что название «легендарный» им вполне заслужено. Котовский как бы бравировал своей беззаветной удалью, своей изумительной неустрашимостью... Живя по подложному паспорту, он спокойно разгуливал по улицам Кишинева, просиживал часами на веранде местного кафе «Робин», занимал номер в самой фешенебельной местной гостинице». 

Генерал-губернатор Херсонской губернии М. Эбелов бросил на поимку котовцев крупные силы полиции. Ведь продолжалась мировая война, рядом проходил Румынский фронт, а котовцы подрывали надежность тыла. Снова во всех населенных пунктах появились листовки с предложением награды в 2000 рублей за указание места, где скрывается Котовский. С конца января 1916 года начались «провалы» членов банды. Первыми были арестованы: Ивченко, Афанасьев и известный лидер преступного мира Исаак Рутгайзер. При выезде из Тирасполя повозку, в которой ехали эти преступники, нагнала полиция, завязалась перестрелка, и бандиты были захвачены. Помощник начальника одесского сыска Дон-Донцов задержал 12 котовцев, но сам атаман скрылся...

В начале июня 1916 года Котовский объявился на хуторе Кайнары, в Бессарабии. Вскоре выяснилось, что он скрывается под именем Ромашкана и работает надсмотрщиком над сельскохозяйственными работниками на хуторе помещика Стаматова. 25 июня полицейский пристав Хаджи-Коли, который уже три раза арестовывал знаменитого главаря банды, начинает операцию по его задержанию. Хутор был окружен тридцатью полицейскими и жандармами. При аресте Котовский оказал сопротивление, пытался бежать, за ним гнались 12 верст... Он прятался в высоких хлебах, но был ранен в грудь двумя пулями, схвачен и закован в ручные и ножные кандалы. Выяснилось, что за полгода до своего ареста Котовский, чтобы легализоваться, нанялся надсмотрщиком в имение, но часто отлучался с хутора на несколько недель. В эти «отпуска» он и руководил налетами своей банды. При обыске комнаты в имении, где проживал Котовский, был найден браунинг с единственным патроном в стволе, рядом лежала записка: «Сия пуля при трудном положении принадлежала для меня лично. Людей я не стрелял и стрелять не буду. Гр. Котовский».  В одесской тюрьме Котовский сошелся с уголовниками. Особая дружба у него завязалась с местными «королями» — Тыртычным («Чертом»), Жареновым («Яшей-Железняком»), Имерцаки. В октябре 1916 года проходил суд над «атаманом Ада». Зная, что ему неминуемо грозит казнь, Котовский полностью раскаялся в «исповеди» на суде. В свое оправдание он заявил, что часть захваченных денег он отдавал бедным и в Красный Крест, на помощь раненным на войне. Котовский оправдывался тем, что он не только не убивал людей, но и никогда из оружия не стрелял, а носил его ради форса, потому что «уважал человека, его человеческое достоинство... не совершая никаких физических насилий потому, что всегда с любовью относился к человеческой жизни». В середине октября 1916 года он был приговорен к повешенью Одесским военно-окружным судом. Но власти почему-то не спешили исполнить приговор. Он отослал в местную администрацию просьбу заменить повешение расстрелом. Любопытно, что за разбойника хлопотали популярный тогда командующий Юго-Западным фронтом, генерал Брусилов и его жена Надежда Брусилова-Желиховская. Котовский, зная, что мадам Брусилова занимается благотворительностью и опекает осужденных, пишет ей письмо, умоляя спасти его.

Письмо к Брусиловой спасло жизнь обреченному. Госпожа Брусилова была очень впечатлительна и сердобольна, главное же — ее муж, командующий Юго-Западным фронтом, непосредственно утверждал смертные приговоры. По настоянию жены генерал Брусилов сначала просил губернатора и прокурора отложить казнь, а впоследствии своим приказом заменил казнь пожизненной каторгой. Позже, встретившись с мадам Брусиловой, Котовский поблагодарил ее за спасение своей жизни и заявил, что теперь «будет жить для других».

Грянула Февральская революция 1917 года. Ворота тюрем распахнулись для революционеров. Даже анархисты-террористы (Махно) были выпущены на свободу и встречались народом как «буревестники революции». Однако Котовского решили не выпускать на волю. Причем первое решение новой власти касательно судьбы «революционера» и пересмотра приговора было довольно суровым. Вместо пожизненной каторги он «получал» 12 лет каторги с запрещением заниматься общественно-политической деятельностью.  8 марта в Одесской тюрьме вспыхнул бунт заключенных. Во время бунта отличился заключенный Котовский, призывавший уголовников прекратить бунт. Он надеялся, что такой поступок ему зачтется. Результатом этого бунта стали новые тюремные «революционные» порядки. Газеты тогда сообщали: «Все камеры открыты. Внутри ограды нет ни одного надзирателя. Введено полное самоуправление заключенных. Во главе тюрьмы Котовский и помощник присяжного поверенного Звонкий. В конце марта 1917 года газеты сообщали, что Котовский был на время отпущен из тюрьмы. Предложение Котовского рассматривали городские одесские власти и решили отказать ему, оставив его на нарах. Котовский не унимался... Он отправил телеграмму министру юстиции А. Керенскому, которому сообщил об «издевательствах над старым революционером», и просил отправить его на фронт. Эту просьбу начальник штаба округа «революционный» генерал Н. Маркс снабдил своей резолюцией: «Горячо верю в искренность просителя и прошу об исполнении просьбы». А. Керенский, не решаясь сам освободить разбойника, вернул прошение «на усмотрение местных властей».

В апреле Котовский пишет письмо от имени заключенных начальнику тюрьмы и городским властям. В этом письме он предлагает преобразовать тюремную систему и выпустить большинство уголовных на волю «для строительства коммунизма!». Котовский использует свое назначение членом комитета самоуправления тюрьмы для давления на власти. Он добился отставки надзирателей, улучшения быта заключенных и открытия дверей камер «для полноценного общения заключенных». 30 апреля Котовский отослал прокурору новую просьбу — амнистировать его как политического и отправить на фронт.

5 мая 1917 года Котовский наконец-то был условно освобожден, по распоряжению начальника штаба Одесского округа и решению суда, под давлением Румчерода, Совета, причем с условием немедленного «выдворения» на фронт. Однако потом Котовский утверждал, что был освобожден «по личному распоряжению Керенского». Еще до этого Котовский имел «особый статус» заключенного, носил гражданскую одежду, часто приходил в тюрьму только на ночлег! В марте — мае Семнадцатого «вся Одесса» носила «атамана Ада» на руках.

          

                       авторитеты криминала слева направо : Лёва Задов ( Зиньковский ), Даниил Задов ( Зотов )

Одесские «левые», «братишки» чествовали своего героя. В Одесском оперном театре Котовский предлагает на аукцион свои «революционные « кандалы. Ножные кандалы приобрел либеральный адвокат К. Гомберг за огромную сумму в 3 100 рублей и передал их как дар музею театра. Ручные кандалы приобрел хозяин «Кафе Фанкони» за 75 рублей, и они несколько месяцев служили рекламой кафе, красуясь на витрине. 783 рубля, из вырученных за кандалы, Котовский передал в фонд помощи заключенным Одесской тюрьмы.  Летом 1917 года Котовский уже на Румынском фронте — «смывает кровью позор». Он доброволец-вольноопределяющийся 136-го Таганрогского пехотного полка 34-й дивизии, по другим данным — лейб-гвардии уланского полка. В конце 1917 года отряд, в котором служил Котовский, передается в состав Заамурского полка. Был награждён  за храбрость Георгиевским крестом и чином прапорщика. Летом — осенью 1917-го кумиром Котовского был глава Временного правительства Керенский. Котовский полностью одобрял политику последнего и забыл про свой анархизм. Но после Октябрьской революции Котовский снова вспоминает об анархистах, понимая, что добиться успеха можно только ставя на победителей. В ноябре 1917 года его (по рассказам самого Котовского), возможно, избирают в президиум армейского комитета 6-й армии. В начале января 1918 года он, в компании анархистов, помогает большевикам совершить захват власти в Одессе и Тирасполе. Известно, что Котовский становится уполномоченным Румчерода и выезжает в Болград, чтобы предотвратить еврейский погром. В Тирасполе в январе 1918 года Котовский собирает отряд из бывших уголовников, анархистов для борьбы против румынских королевских войск. В то время румыны, перейдя Прут, оккупировали полусамостоятельную Республику Молдова, на которую «имели виды»: Одесская советская республика, Советская Украина и УНР. 14 января отряд Котовского прикрывает отход «красных» войск из Кишинева. Потом он возглавляет южный участок обороны Бендер от румынских войск. 24 января отряд Котовского в 400 бойцов направился под Дубоссары, разбив румынские передовые части.

Котовский становится командиром «Партизанского революционного отряда, борющегося против румынской олигархии» в составе Одесской советской армии. В феврале 1918 года конная сотня Котовского была включена в состав одной из частей Особой советской армии — в Тираспольский отряд. Эта сотня совершает набеги на молдавскую территорию, нападая на мелкие румынские подразделения в районе Бендер. Но уже 19 февраля Котовский, расформировав свою сотню, выходит из подчинения командованию и начинает действовать самостоятельно. В начале марта 1918 года войска Германии и Австро-Венгрии развернули наступление на Украине. Был захвачен Киев, угроза нависла и над Одессой...

 

                                                              Кайзеровские войска в Киеве

Тогда-то судьба и свела Котовского с анархистами — Марусей Никифоровой и Нестером Махно.

  

                         Нестор Иванович Махно                                                             Мария Григорьевна Никифорова

Однако Григорий не пошел их «путем». Он уже сделал выбор, далекий от романтических фантазий анархистов. Дороги Котовского теряются в суматохе отступления Красной Армии из Украины. Вскоре Котовский попадает в плен к белогвардейцам-» дроздовцам», которые маршем по «красным тылам» прошли от Молдовы до Дона. И от белогвардейцев в Мариуполе Котовский бежал, спасшись от очередного неминуемого расстрела.  Ходили слухи, что в начале 1919 года у Котовского завязался бурный роман со звездой экрана Верой Холодной. Эта очаровательная женщина оказалась в гуще политических интриг. Разведки и контрразведки «красных» и «белых» стремились использовать ее популярность и светские связи. В феврале 1919 года она умерла, а возможно, была убита, но тайна ее смерти так и осталась неразгаданной. Одесса в те месяцы была прибежищем состоятельных людей, всевозможных предпринимателей со всей бывшей империи. Как мухи на мед слетались туда вымогатели и аферисты, мошенники и налетчики, воры и проститутки.

Наряду с администраторами гетманской Украины и австрийским военным командованием, Одессой правил «король воров» Мишка Япончик.

         

                                                               Мойше-Яков Вольфович Винницкий ( Мишка Япончик )

 Именно с ним у Котовского наладились тесные «деловые» отношения. Котовский в те времена организует террористическую, диверсионную дружину, которая, имея связи с большевистским, анархистским и левоэсеровским подпольем, фактически никому не подчинялась и действовала на свой страх и риск. Численность этой дружины в разных источниках разная — от 20 до 200 человек. Дружина «прославилась» убийствами провокаторов, вымогательством денег у фабрикантов, хозяев гостиниц и ресторанов. Обычно Котовский присылал жертве письмо с требованием выдать деньги « Котовскому на революцию».

Рассказывают, что однажды Котовский помог рабочим, которым фабрикант задолжал зарплату. Сначала он отправил фабриканту письменное требование выдать деньги рабочим и дать еще «на революцию». Требование подкреплялось угрозами нападения котовцев на фабрику. Хозяин фабрики решил не платить, а вызвал роту солдат для своей охраны и поимки известного бандита. Фабрика была оцеплена, однако Котовский в форме белогвардейского капитана проник в кабинет фабриканта. Под угрозой револьвера тот выдал Котовскому всю необходимую сумму, и Григорий Иванович вернул рабочим зарплату .

Террористическая дружина Котовского помогла Япончику утвердиться «королем» одесских бандитов, ведь Япончика считали революционером — анархистом. Тогда между Япончиком и Котовским не было большой разницы: оба рецидивисты — бывшие каторжане, анархисты. Вместе с «людьми Япончика» котовцы нападают на Одесскую тюрьму и освобождают заключенных, вместе громят конкурентов Япончика, «бомбят» магазины, склады, кассы. Их совместное дело — восстание революционеров и бандитов в пригороде Одессы, на Молдованке, в конце марта 1919 года.

Вооруженное выступление окраин носило ярко выраженную политическую окраску и было направлено против власти в Одессе белогвардейцев и интервентов Антанты. Каждая из «союзных сторон» имела «свои виды» на восстание... Тогда несколько тысяч восставших захватывают окраины Одессы и совершают вооруженные рейды в центр города. Против них белогвардейцы направляют войска и броневики, но восстановить свою власть на окраинах Одессы «белые» были уже не в силах. Когда белогвардейские войска стали покидать город и стягиваться к одесскому порту, дружина Котовского, пользуясь паникой, останавливала на улицах офицеров и убивала их. Засев на склонах над портом, котовцы обстреливали публику, что «грузилась» на пароходы, стремясь покинуть Одессу. В эти часы каким-то неизвестным бандитам  удалось совершить налет на государственный одесский банк и вывезти из него на трех грузовиках денег и ценностей на пять миллионов золотых рублей. Судьба этих ценностей осталась неизвестной. 

По одним данным, в последний месяц французской оккупации Одессы Котовский находился в городе, по другим — в 1-м Вознесенском партизанском полку григорьевцев.

 

 

                                                     французские войска в Одессе.  1919 год

В апреле, после установления советской власти в Одессе, Котовский получает первую официальную советскую должность — военкома Овидиопольского военного комиссариата, и одновременно ему предлагают создать группу для подпольной работы в Бессарабии. Вскоре он получает должность командира конного отряда в 80 человек Приднестровского отряда 44-го стрелкового полка 3-й украинской советской армии.

  Интересны обстоятельства формирования отряда. Эта боевая единица существовала только на бумаге: не было коней. Григорий Иванович вспомнил свою конокрадскую юность и предложил увести коней с соседней румынской территории. Сорок котовцев переплыли пограничную реку Днестр и в 15 километрах от границы напали на конный завод и украли 90 лучших скаковых лошадей.  3 июня 1919 года Котовский получает первую крупную должность — командира 2-й пехотной бригады 45-й стрелковой дивизии. Бригада состояла из трех полков и кавалерийского дивизиона. Вскоре соединение Котовского было переименовано в 12-ю бригаду 45-й дивизии. Сначала она использовалась как и прикрытие со стороны Румынии по реке Днестр. Но с наступлением войск С. Петлюры, с конца июля 1919 года, бригада Котовского удерживала фронт в районе Ямполь — Рахны. В состав этой бригады входило только три тысячи бойцов, часть из которых (полк матроса-анархиста Стародуба), была полностью неконтролируема и отказывалась выступать на позиции. После того, как матросский полк перепился, разведка петлюровцев напала на матросов и перебила тех из них, кто не успел убежать. Разгром полка Стародуба привел к отступлению всей бригады. В середине июля 1919 года Котовский сражается против многочисленных крестьянских повстанческих отрядов атаманов Зеленого, Ляховича, Волынца, Железного, которые захватили подольские местечки Немиров, Тульчин, Брацлав и угрожали тылу Красной Армии. Летом 1919-го Котовский во главе пяти тысяч конников собирался начать войну против Румынии «за Бессарабию», а после ее захвата прийти на помощь Венгерской революции. В августе 1919 года наступающие белогвардейские части захватили Херсон, Николаев и большую часть Левобережной Украины. Стремительное продвижение «белых» заставило советские части, зажатые под Одессой, искать возможности вырваться из неминуемого окружения. Под Уманью уже стояли петлюровцы, у Елизаветграда — «белые», а между ними махновцы, которые были не менее опасны для «красных».

Командующий Южной группой 12-й армии Иона Якир решил вывести советские части из Причерноморья к Киеву по тылам петлюровцев и махновцев.

                          

                                                                         Иона Эммануилович Якир

В двадцатых числах августа начался этот рейд на север, в котором Котовский командовал левой резервной колонной, состоявшей из двух бригад. На предложения Махно присоединиться к его Повстанческой армии Украины Котовский ответил отказом. Командир же 3-го Бессарабского полка Козюлич попытался поднять «махновское восстание», которое предупредил рядом арестов Котовский. У Кодымы бригады Котовского были окружены петлюровскими войсками, потеряли часть обоза с казной бригады и едва вырвались из кольца. Вместе с другими «красными» частями, группа Котовского, участвовала в бою с петлюровцами за Цыбулев, в налете на Житомир и Малин, в захвате пригородов Киева, в боях за столицу Украины у Новой Гребли. Котовский схватился тогда с конницей атамана Струка. Только в октябре 1919 года Южная группа, проделав 400-километровый рейд, соединилась с Красной Армией севернее Житомира.

 

                                                    Котовский ( в центре ) со штабом на физзарядке

                             

В ноябре 1919 года критическая обстановка сложилась на подступах к Петрограду. Белогвардейские войска генерала Юденича подошли вплотную к городу. Конную группу Котовского, вместе с другими частями Южного фронта, отправляют против Юденича, но когда они прибывают под Петроград, выясняется, что белогвардейцы уже разгромлены. Это было весьма кстати для котовцев, которые были практически небоеспособны: 70% из них были больны, да к тому же не имели зимнего обмундирования. В начале 1920 года Котовский был назначен начальником кавалерии 45-й дивизии, и с этого началась его стремительная кавалерийская карьера.

             

                                                                  Г.И. Котовский ( в центре )  1920 год

 В марте того же года он уже — командир кавалерийской бригады, а в декабре 1920-го — командир 17-й кавалерийской дивизии — генерал, не имеющий никакого военного образования. В январе 1920 года группа Котовского воюет против деникинцев и махновцев в районе Екатеринослав — Александровск. Логика борьбы поставила бывшего анархиста-бандита Котовского и фанатично преданного анархистской идее батьку Махно по разные стороны баррикад. План окружения махновцев в Александровске силами 45-й дивизии провалился. Большая часть махновцев вырвалась из ловушки.

В том же январе Котовский сочетался браком с Ольгой Шанкиной-Котовской  медсестрой, которая была переведена в его бригаду.

                                

                                 

                                                                               с сыном  Григорием

С конца января 1920 года он участвует в разгроме белогвардейской группы генерала Шиллинга, в районе Одессы. Упорные бои развернулись у Вознесенска. В фильме  «Котовский» (режиссер А. Файнциммер, 1943 г.) показан упорный бой за Одессу и внезапное, нежданное появление Котовского на сцене Одесского оперного театра, когда все население города считало, что «красные» далеко.

                

                                                               “ Котовцы “ в Одессе.  1920 год

В апреле 1920 года  Г.И. Котовский вступил в РКП(б).

С декабря 1920 года Котовский — командир 17-й кавалерийской дивизии Червонного казачества. В 1921 году командовал кавалерийскими частями, в том числе подавляя восстания махновцев, антоновцев и петлюровцев. В сентябре 1921 года Котовского назначают командиром 9-й кавалерийской дивизии, в октябре 1922 — командиром 2-го кавалерийского корпуса. В Тирасполе в 1920—1921 годах в здании бывшей гостиницы «Париж» располагалась штаб-квартира Котовского (ныне — штаб-музей).

                           

 

                                                            штаб-музей Г.И. Котовского в г. Тирасполь

Там же, согласно легенде, Котовский отпраздновал свою свадьбу. Летом 1925 года нарком Фрунзе назначает Котовского своим заместителем. Вступить в должность Григорий Иванович не успел

В августе 1920 года белогвардейцы и эсеры — агентура империализма — организовали в Тамбовской губернии кулацкий контрреволюционный мятеж против советской власти. Во главе мятежников был поставлен эсер Антонов, бывший начальник уездной милиции.

                              

                                                             Александр Степанович Антонов

Под руководством белогвардейцев и эсеров создавалась многотысячная армия. Антоновцы готовились захватить красный Тамбов и двинуться дальше, к Москве. Кулацкие банды, устраивая налеты на поселки, убивали советских работников, коммунистов, активистов, разоряли богатый хлебный край.

1 мая 1921 года отдельная кавалерийская бригада Котовского выгрузилась на станции Моршанск.

В то время, как части Красной Армии начали наступление, антоновцы в селах и лесах праздновали пасху. Надо было заставить бандитов принять открытый бой. Котовцы сразу же приступили к выполнению боевой задачи. В первом же бою было захвачено много лошадей, пулеметов и пленных. Бандиты пытались прикрыть свое бегство огнем пулемета, установленного на колокольне. Батарея котовцев быстро сбила колокольню. Котовцы очищали уезды Тамбовщины от бандитов. 7 мая котовцами был разбит так называемый «шестнадцатый повстанческий полк» и захвачен его штаб.        17 мая бригада Котовского окружила банду в пятьсот человек. Антоновцы не ожидали встречи с котовцами и не оказали организованного сопротивления. В бою была уничтожена почти вся банда, котовцы же потеряли одну лошадь.

23 мая сводный отряд котовцев, в составе трех эскадронов 1 кавполка и двух эскадронов 2 кавполка, уничтожил одну из основных банд мятежников, которой командовал Селянский — видный антоновский атаман. Изо дня в день котовцы наносили бандитам сокрушительные удары. Рушились планы и надежды эсеров на кулацкую армию, которая должна была привести их к власти. Антонов решил перегруппировать остатки своих полков, уцелевших от разгрома. Он хотел пополнить поредевшие ряды своего войска кулаками и дезертирами в соседних губерниях. Избегая встречи с Красной Армией, антоновцы быстро отступали. Пользуясь отнятыми у крестьян подводами, они делали в сутки переходы по сто — сто пятьдесят километров.

Больше двух недель кавалерийская бригада Котовского, совместно с другими частями Красной Армии, неотступно преследовала части контрреволюционных мятежников. Погоня продолжалась и за границами Тамбовской губернии — по пензенским землям и Нижне-Волжскому краю. Здесь население было особенно враждебно настроено к бандитам-антоновцам. ...Это было время поволжской засухи 1921 года. Люди и кони изнемогали от жажды. После одного большого перехода котовцы сделали привал в селе, расположенном в долине реки Сердоми. Но недолго продолжался отдых. 2 июня стало известно, что антоновцы только что прошли село Бакуры, где расстреляли коммунистов, в том числе одного командира Конной армии, проводившего в селе свой отпуск. — По коням! Через бугры и овраги котовцы понеслись наперерез банде. С другой стороны антоновцев настигал автоброневой отряд. У антоновцев не было иного выхода, как повернуть на котовцев и принять бой. Бандитов было гораздо больше, чем красных. Уже раздавались их торжествующие крики, как вдруг заговорила батарея котовцев. Конница ринулась в атаку сомкнутым строем. Котовский на золотистом Орлике летел впереди 1 полка. С фланга банду охватывал второй полк.

 

Красные кавалеристы шли в атаку под музыку бригадного духового оркестра, расположенного на огневой позиции батареи.

 

Бандиты сбились в кучу, не зная, куда деваться. Видя, что пришел конец, они бросились к реке; некоторые из них отстреливались, прикрывая переправу. Антонову, контуженному в голову, удалось бежать. Бой под Бакурами был решающим. Правда, Антонов успел с небольшой группой бандитов вернуться в тамбовские леса, но основные силы его были разгромлены. Котовцы возвращались в Тамбовскую губернию добивать остатки антоновских банд.

                       

Котовский был застрелен 6 августа 1925 года во время отдыха в совхозе Чебанка (на черноморском побережье в 30 км от Одессы) Мейером Зайдером по кличке Майорчик (Майоров), бывшим в 1919 году адъютантом Мишки Япончика. По другой версии, Зайдер не имел отношения к военной службе и не был адъютантом «криминального авторитета» Одессы, а был бывшим владельцем одесского публичного дома, где в 1918 году Котовский скрывался от полиции. Документы по делу об убийстве Котовского были засекречены.

Мейер Зайдер не скрывался от следствия и сразу заявил о совершённом преступлении. В августе 1926 года убийца был осуждён к 10 годам заключения. Находясь в заключении, практически сразу же стал начальником тюремного клуба и получил право свободного выхода в город. В 1928 году Зайдер был освобождён с формулировкой «За примерное поведение». Работал сцепщиком на железной дороге. Осенью 1930 года был убит тремя ветеранами дивизии Котовского. У исследователей есть основания полагать, что все компетентные органы располагали информацией о готовившемся убийстве Зайдера. Убийцы Зайдера осуждены не были.

                     

                                                               тело Г.И. Котовского

 

            

                                                        памятник Г.И. Котовскому в г. Кишинёв

           

                                  памятник Г.И. Котовскому в г. Тирасполь

Page 2
Page 3

lemur59.ru

Григорий Котовский: биография, фото

Эпоха революций и гражданской войны породила множество советских героев. Одним из них был Григорий Котовский. Биография этого человека полна крутых поворотов: он был уголовником, фронтовиком и революционером.

Детство

24 июня 1881 года в небольшом молдавском селе под названием Ганчешты родился Котовский Григорий Иванович. Краткая биография этого революционера не может обойтись без упоминания о его происхождении. Хотя Котовский родился в молдавском селе, он был русским (его отец являлся обрусевшим поляком, а мать - урожденной русской). Ребенок рано потерял своих родителей и в 16 лет остался сиротой.

Юноша был взят на воспитание своим крестным отцом. Этот человек был богат и влиятелен. Он помог Котовскому получить образование, отправив его учиться в Кокорозенское училище на агронома. Опекун также оплатил все расходы на проживание и обучение.

В уголовном мире

В конце XIX – начале XX в. революционное российское движение переживало свой очередной подъем. Не мог в него не втянуться и Григорий Котовский. Биография его молодости полна эпизодами встреч и сотрудничества с эсерами. Именно они привили Котовскому любовь к авантюрам. В среде революционеров молодой человек решил отказаться от обывательской жизни.

В то же время он не был фанатиком-социалистом. Его, скорее, можно охарактеризовать как очень прагматичного человека, не обремененного принципами. После окончания учебы Котовский некоторое время работал землемером в молдавских и украинских губерниях. Однако начинающий специалист нигде долго не задерживался. Его мечты никак не касались мыслей о блестящей карьере.

С 1900 года за мелкие уголовные преступления регулярно арестовывался Григорий Котовский. Биография этого человека становилась все известнее в преступном мире России. Когда началась русско-японская война, Котовский по возрасту и состоянию здоровья должен был отправиться на фронт. Однако сначала он укрывался от военкомата, а когда, наконец, был схвачен и отправлен в Костромской пехотный полк, благополучно оттуда дезертировал.

Знаменитый налетчик

Так началась жизнь Котовского-налетчика. Он собрал вокруг себя настоящую банду и несколько лет занимался грабежами. Как раз именно в это время в стране полыхала первая революция. Анархия и слабость государственной власти оказались только на руку уголовникам, среди которых был и Котовский Григорий Иванович. Краткая биография преступника была полна эпизодами арестов и ссылок в Сибирь. Каждый раз он бежал с каторги и возвращался в Одессу или близлежащие к ней губернии.

Подобная биография Котовского Григория Ивановича неудивительна. Несмотря на то что преступники и революционеры очерняли царский режим и называли его «палаческим», пенитенциарная система империи была крайне человеколюбивой. Ссыльные и каторжники без труда сбегали из мест заключения. Многие, как Котовский, арестовывались по несколько раз, и все равно оказывались на свободе раньше положенного срока.

Последний арест Котовского в царской России произошел в 1916 году. За грабежи и вооруженные налеты на банки его приговорили к смертной казни. Биография Котовского Григория Ивановича показывает читателю пример человека, каждый раз спокойно выходившего сухим из воды. Но теперь его жизнь оказалась на волоске. Налетчик стал писать покаянные письма властям.

В это время уже шла Первая мировая война. По месту ареста Котовского судил Одесский трибунал. Согласно военному законодательству, он подчинялся командующему близлежащим фронтом знаменитому генералу Брусилову. Именно Алексей Алексеевич должен был подписать приговор о смертной казни.

Котовский не зря был известен своей способностью выбираться из передряг. Он с помощью слезливых писем уговорил жену Брусилова надавить на мужа. Генерал, послушавшись супругу, на время отложил исполнение приговора.

На фронте

Тем временем уже наступил 1917 год, а вместе с ним и февральская революция. Временное правительство принялось за массовую амнистию «жертв режима» царской эпохи. За освобождение Котовского выступили даже некоторые министры, в том числе Гучков. Когда премьер Керенский собственноручно подписал указ об амнистии знаменитого налетчика, тот уже несколько дней устраивал кутежи в Одессе.

Этот город был близок к фронту. Наконец, после долгих лет бегства от военкоматов, на нем оказался и Григорий Котовский. Биография бывшего преступника пополнилась очередными перестрелками – на этот раз с немцами и австрийцами. За мужество на фронте Котовский был произведен в прапорщики и получил Георгиевский крест. На войне он вновь сблизился с эсерами и стал солдатским депутатом.

В годы гражданской войны

Но недолго в армии пребывал Григорий Котовский. Краткая биография этого человека в советскую эпоху была больше всего известна именно как образец революционного мужества. Когда в октябре 1917 года в Петрограде произошел переворот большевиков, прапорщик оказался в эпицентре гражданской войны. Котовский был эсером, но те первое время считались союзниками новой власти.

Сначала бывший налетчик воевал в отряде, который принадлежал Одесской советской республике. Это «государство» просуществовало считанные месяцы, так как вскоре было захвачено румынскими войсками. Котовский ненадолго бежал в Россию, но уже через год вновь оказался в Одессе. На этот раз он был здесь на нелегальном положении, так как город перешел в руки украинского правительства, враждебного Советской власти в Москве.

Позже Котовский возглавил конную группу. Он воевал против армий Деникина на юге и Юденича на севере. На заключительном этапе гражданской войны бывший грабитель подавлял крестьянские и украинские восстания уже на территории, полностью принадлежавшей советскому правительству.

Смерть

За годы службы со многими высшими большевистскими руководителями познакомился Котовский Григорий Иванович. Фото революционера часто попадали в коммунистические газеты. Несмотря на туманное прошлое, он стал героем. Михаил Фрунзе (нарком по военным делам) предлагал сделать его своим заместителем.

Однако на тот момент жить Котовскому осталось уже недолго. Он был застрелен во время отдыха на черноморском побережье 6 августа 1925 года. Убийцей оказался член преступного мира Одессы Мейер Зайдер.

На похоронах Котовского присутствовали герои гражданской войны и будущие маршалы Советского Союза Буденный и Егоров. Погибшему сделали мавзолей по подобию ленинского (вождь мирового пролетариата умер за год до того). Котовский стал известным персонажем народного фольклора. В советское время его именем часто называли улицы, населенные пункты и т. д.

fb.ru

Глава 14 ПОСЛЕ СМЕРТИ: ЖИЗНЬ СЕМЬИ - Котовский

Жизнь вдовы Котовского, оставшейся с сыном Гришей и родившейся уже после смерти Григория Ивановича дочерью Лелей (Еленой), отнюдь не была безоблачной. Ведь никакого материального наследства или денежных накоплений он им не оставил.

Второго мая 1936 года Ольга Петровна сообщала Шмерлингу: «Гриша учится в русской 13-й школе. Ни одного все отлично. Кончает 6-ой класс. Леля — всё отлично, в 3-м классе русской 25 школы. Оба пионеры, звеньевые пионер, отряда им. Котовского. Гриша в Учкоме — уважаемое лицо. У Гриши масса работы, сочинение он перешлет позднее. Сообщаем Вам большую новость — у нас с 20/IV рояль Шрёдера. Купили за 3500 руб. Две тысячи внесли, а остат. в рассрочку. На полгода закабалилась, продать нечего, чтобы сколотить тысчонку. Лелечка всё свое время свободное проводит за роялем. В балете занимается, а как не знаю, очевидно хорошо, если она переведена в числе 3-х из 40 во вторую группу еще с самого начала». Вдова Котовского и ее сестра Елизавета делали всё, чтобы дать детям хорошее образование и воспитать их в любви к своей родине и к своему отцу, которого они не могли помнить.

На долю Григория Григорьевича Котовского выпали тяжелые испытания. Перед Великой Отечественной войной он поступил на исторический факультет МГУ и специализировался по истории России. Когда началась война, его призвали в армию и направили в Ленинградское училище ВМФ, эвакуированное в город Энгельс Саратовской области — бывшую столицу Республики немцев Поволжья. После окончания училища лейтенанта Г. Г. Котовского направили командиром зенитно-пулеметного взвода в Севастополь. Тяжелораненым, он при взятии немцами Севастополя был захвачен в плен. О дальнейшем пусть расскажут его письма.

Девятнадцатого мая 1945 года, освобожденный из немецкого лагеря, Григорий Григорьевич писал семье Шмерлингов из города Бодё в Северной Норвегии: «Я жив! Благодаря Великой Победе я возвращен к жизни, спасен на краю пропасти. Много писать не могу. В Севастополе в звании лейтенанта ВМФ командовал взводом. Там 2.7.42 раненый попал в плен. Лагерь-лазарет Кировоград — Смела — Германия (Штаргард) — с 15.3.43 Норвегия — мой путь в плену. С 1.4.45 в особом (штрафном) лагере в Бодё.

Жизнь сейчас удовлетворительна. Горю желанием снова обнять Маму, Тюшку и Лёличку».

А 13 июля 1945 года он писал Шмерлингу и его жене Галине уже из эшелона, остановившегося под Москвой: «Кратенько о себе: 15.7.41 г. я по мобилизации] уехал в Ленинград, где был направлен в Уч[илище] ПВО ВМФ, по окончании которого 5.5.42 г. получил звание лейтенанта и был направлен на фронт в Севастополь, куда прибыл 28.5.42 г. Там всю оборону командовал пульвзводом.

30.6.42 г. был ранен в ногу и привезен в эвакогоспиталь в Камышовой бухте (Севастополь). 2.7.42 г. госпиталь был занят немцами. Я попал в плен. До конца 42 г. находился в различных лазаретах военнопл. на Украине.

15.1.43 вывезли с этапом в Германию, откуда 21.3.43 попал в транспорте 1000 чел. в Сев. Норвегию под Нордкап, где пробыл до конца 44 г.

За антинемецкую работу в июле 44 г. был направлен в штрафную команду и приговорен к расстрелу, но вследствие капитуляции Финляндии нас штрафников вместе с остальными в/п привезли в г. Бодэ (так в письме. — Б. С.), где 1.4. 45 г. я был отправлен в Штрафлагерь. 10–14.5.45 80 штрафников должны были быть расстреляны, но 7.5. немцы капитулировали.

7.5–4.7.45 — жизнь уже свободным в Норвегии. 4.7.45 выехали через Нарвик — Швецию — Финляндию — Выборг — в тыл в запасную дивизию, где пройдем „дезинфекцию“ и формирование. Что дальше — не знаю. Немедленно напишу с места.

В плену жил под чужой фамилией (Ассовский — это фамилия погибшего товарища, документы которого оказались у Григория Григорьевича. — Б. С.). Сообщите маме и Лёличке, пожалуйста, обо мне».

А в следующем письме Шмерлингам от 18 июля, уже из запасного батальона, сын Котовского жаловался на жизнь: «Чувство радости „второго рождения“ [отравляется] горечью положения бывшего пленного. Ведь мои сверстники уже капитаны, их грудь в орденах. Сверстники окончили в этом году МГУ и другие вузы, а у меня 3 года вычеркнуты из жизни. Плен это кошмар, это самая суровая школа жизни. Это испытание Человека, ибо там он гол как перст без „чинов и регалий“.

Вот еще одна глава жизни человечества, прочтенная несколькими миллионами русских людей. Но ничего. Если будут драться с японцами, то, если возьмут, пойду туда».

Из следующего письма от 21 августа стало ясно, что с японцами повоевать Григорию Григорьевичу так и не довелось: «Наше пребывание здесь задерживается от того, что Москве приходится решать по материалам допросов судьбу десятков тысяч таких же, как я, репатриированных офицеров.

Однако, если дело повернется так, как мама предполагает, то я надеюсь быть в Москве и снова видеть вас!

Тяжело, конечно, после почти трех лет плена не видеть некоторое время близких и друзей, однако такова необходимость. Как говорят, ум воспринимает, но сердце нет.

Наше пребывание здесь вполне удовлетворительное, если не считать того, что нечего читать. Иногда ходим в лес по ягоды. Но местность здесь некрасивая, климат тоже довольно скверный. Ну ничего, так как я думаю, что долго мы здесь не пробудем».

Тридцать первого июля, хлопоча о сыне, Ольга Петровна обратилась с письмом к маршалу Буденному: «Я — вдова героя Гражданской войны, погибшего комкора 2-го кав[алерийского] Котовского Григория Ивановича, обращаюсь к Вам с великой просьбой.

Мой сын Котовский Григорий — студент исторического факультета МГУ — в апреле 42 г. окончил ПВО ВМФ, получил звание лейтенанта и был направлен на фронт в Севастополь, куда прибыл 28/V 42 г. и всю оборону командовал пулеметным взводом. 30/VI был ранен в ногу и привезен в эвакогоспиталь в Камышовой бухте (Севастополь). 2/VII 42 г. госпиталь был занят немцами.

До половины января 43 г. находился на лечении в различных госпиталях и по выписке вывезен этапом в Германию, откуда в марте 43 г. попал в транспорте 1000 чел. в Сев. Норвегию под Нордкап, где пробыл до конца 44 г.

За антинемецкую работу в июле 44 г. был направлен в штрафную команду и приговорен к расстрелу, но вследствие капитуляции Финляндии их штрафников вместе с остальными военнопленными привезли в г. Бодэ, где снова 1 /IV 45 г. был отправлен в штрафлагерь.

Изменник Власов вербовал из наших военнопленных в свою армию, распускал версию, что всех в/пленных лишили советского гражданства и вернуться на родину можно будет только с его армией. Котовский проводил разъяснительную работу и спас многих от такого способа возвращения на родину.

Ему удавалось читать немецкие газеты, догадываться о действительном положении и сообщать т. т. по лагерю. В Нордкапе он организовывал побег, кот. не удался, т. к. лопари выдали их.

Немцы ожидали открытия второго фронта высадкой англо-американских войск в Норвегии. Сын приступил к организации вооруженного побега к союзным войскам — предатель из их организации выдал. Сыну были предъявлены обвинения:

1) антинемецкая пропаганда;

2) саботаж;

3) организация побега;

4) подготовка к вооруженному восстанию.

Как потом видно было из материалов, 10/V сын должен был быть расстрелян, но 7/V Германия капитулировала и стража в тот же день сбежала.

Будучи ранен в левое бедро, он был доставлен в тяжелом состоянии на перевязочный пункт товарищем, кот. отобрал у него оружие и лишил его возможности застрелиться в момент пленения.

16/VI 42 г. он по боевой характеристике был принят в члены ВКП(б), но кандидатской карточки еще не получил. Комсомольский билет он спрятал в Севастополе в камни скалы и надеется, что найдет его.

В настоящее время 17/VII с.г. он прибыл и находится в Суслонгере в запасной дивизии на проверке. В плену был под чужой фамилией. 27/VII я встретилась с ним. У него слепое осколочное ранение нижней 1/3 лев. бедра — осколок не удален. Часто наблюдается обострение воспаления сустава — осколок подлежит удалению. У него отморожены обе стопы и отсутствуют фаланги всех пальцев, т. к. он и зиму и лето был обут босый в деревян. колодки. Лысеет голова.

[Как и у всех смертников, как было и у его отца] (эта фраза зачеркнута. — Б. С.), у него повышенная нервная возбудимость. По его словам, он не плохо воевал, за месяц с небольшим, имея 2 зен. пулемета, он сбил 4 неприятельских самолета, не раз отражал вражеские атаки.

Фашистские прихвостни из-за угла убили Котовского — отца. Фашистские изверги мучили его сына. Дорогой Семен Михайлович, во имя памяти о бывшем товарище Григории Ивановиче, спасите мне сына. Он гордился, что попал в ряды защитников города-героя. Тяжело раненный он был доставлен в госпиталь (зачеркнуто: брошен. Только память об отце поддерживала его. — Б. С.).

Любовь к родине, преданность, образ волевого отца сохранили в нем непоколебимую стойкость (далее зачеркнуто: По вине других, его мучает сейчас мысль, что печать пленного будет всю жизнь его преследовать. — Б. С.).

Я бы просила Вас, если возможно, уволить его из армии, чтобы он мог в семейной обстановке восстановиться, продолжить учебу в университете (далее зачеркнуто: Если же он не подлежит демобилизации (вариант: найдете невозможным), то прошу направить его на учебу в высшее военное учебное заведение. — Б. С.).

Годы и горе надломили меня. После смерти Григория Ивановича я 18 лет работала врачом в Киевском Окружном госпитале. В личной жизни у меня одно желание — видеть детей уже с законченным высшим образованием и работающими на благо родины.

Майор м/с Котовская».

В начале сентября, очевидно, благодаря хлопотам Буденного, сына Котовского привезли на Лубянку, о чем он сообщил в письме от 5 сентября: «Пишу уже не из далекой Марийской республики, а из Москвы, с пл. Дзержинского! Совсем рядом!

1/IX я приехал в Москву в сопровождении одного ст. лейтенанта. В тот же день он передал меня подполковнику из союзного НКВД, так что я пока сижу при наркомате и жду свидания с ним (2 и 3 были нерабочими днями).

Условия неплохие. Сплю в библиотеке и читаю, читаю за 3 с половиной года! Маме первого же послал в Киев срочную телеграмму. Ст. лейтенант сообщил мне, что скоро поеду к матери. Я уже решил всё перетерпеть, ибо то, что я пережил, огромно по сравнению с сегодняшним днем».

Очевидно, благодаря хлопотам Буденного, сына Котовского уволили из армии и позволили получить гражданское высшее образование. Он вернулся в МГУ, но теперь уже занялся востоковедением, новой и новейшей историей Индии, стал крупнейшим специалистом в этой области, доктором исторических наук, профессором.

Елена Григорьевна Котовская стала филологом, специалистом по русскому языку и литературе, преподавала в Киевском университете.

Ольга Петровна скончалась в 1961 году, а Григорий Григорьевич — в 2001 году.

www.e-reading.by


Смотрите также