Все время что-то читаю... Прочитанное хочется где-то фиксировать, делиться впечатлениями, ассоциациями, искать общее и разное. Я читаю фантастику, триллеры и просто хорошие книги. И оставляю на них отзывы...
Не знаете что почитать? Какие книги интересны? Попробуйте найти ответы здесь, в "Читалке"!

Сергей головкин маньяк биография


Сергей Головкин, маньяк: фото, биография, суд

Появление серийного убийцы всегда шокирует общественность и наводит панику на целые города. И это в наши дни, когда общество давно не удивляется проявлениям жестокости, а криминальные сериалы выходят в дневном эфире федеральных каналов. Но в середине 80-х годов прошлого столетия все было иначе. Газеты и телевидение убеждали людей в том, что «в СССР все хорошо, а будет только лучше». И любое, даже самое незначительное преступление, считалось нонсенсом. Именно в то время на кровавую охоту вышел Сергей Головкин – один из самых известных маньяков СССР, которого знали также под прозвищами Фишер и Удав.

Жестокость родом из детства

В 1959 году в Москве появился на свет мальчик Сережа. Его родители выглядели «самой обычной» супружеской парой: достаточно строгая и требовательная мать и отец, запойный алкоголик. С раннего детства мальчик много болел, при этом в семье не получал достаточного внимания и поддержки. Родители чаще ругали его, чем хвалили за успехи. В подростковом возрасте, несмотря на крепкое телосложение и высокий рост, Сергей считался непривлекательным - сильно сутулился, а лицо его было покрыто угревой сыпью. По некоторым версиям в детстве мальчик подвергался насилию, в том числе и сексуальному, со стороны отца. А садистские процедуры вроде ледяного душа были обычными методами воспитания. Известно также, что в подростковом возрасте Сергей Александрович Головкин страдал энурезом и очень сильно переживал по этому поводу.

Многие судебные психиатры верят в правдивость теории «триады будущего уголовника». Речь идет о совокупности признаков и наклонностей, проявляющихся в детском/подростковом возрасте у многих криминальных и антисоциальных личностей. Это непроизвольное мочеиспускание, склонность к совершению насилия в отношении животных и пиромания. Диагноз «энурез» стоял в карточке Головкина до 17 лет. После задержания признался маньяк и в самых первых своих преступлениях. Его жертвой номер 1 стала кошка, пойманная на улице: ее он задушил, после чего снял шкуру и изучил строение внутренних органов. Пробовал Сергей Головкин и варить в кастрюле с водой на огне рыбок из аквариума. К несчастью, данным проявлениям садизма родители будущего преступника отнеслись без подобающего внимания.

Краткая биография маньяка

В школе Сергей Головкин учился не очень хорошо и был непопулярен среди одноклассников. Однако, к удивлению всех, вместе с аттестатом он получил серебряную медаль. После получения среднего образования Сергей поступил в сельскохозяйственную академию, которую успешно закончил с дипломом ветеринара. Во время учебы с будущим преступником произошел неприятный инцидент. Головкин был избит компанией подростков-хулиганов и получил серьезные травмы. Ему выбили несколько зубов, сломали ребра и нанесли серьезные ушибы. По мнению некоторых специалистов, именно после этого происшествия Сергей стал всерьез фантазировать о возмездии. При этом еще в подростковом возрасте грезы о насилии над обидчиками перемежались с сексуальными фантазиями. Впрочем, все свои необычные наклонности Сергей Головкин успешно скрывал.

После окончания учебы он устроился зоотехником на Московский конный завод № 1. Сослуживцы описывают Сергея как симпатичного внешне и спокойного человека. Однако и на этой работе он проявил некоторые странности. При проведении осеменения и обследования лошадей Головкин отличался особо выраженным интересом к половым органам животных. Но, несмотря на это, никто из коллег на ветеринара не жаловался, а в 1989 году он даже получил медаль ВДНХ за достигнутые успехи в развитии коневодства.

Удав выходит на охоту

Московский конный завод № 1 находится в Одинцовском районе, в окрестностях данного предприятия раскинулись леса и луга, среди которых немало учреждений для детей – преимущественно летние пионерские лагеря. Сразу после приема на работу Головкин стал изучать местность и попытался совершить свое первое преступление. Он поймал мальчика, отдыхающего в одном из лагерей, но тот сумел вырваться и убежать. Такая неудача сильно потрясла преступника, но отказываться от выбранного жизненного пути он не стал. Через 2 года, в 1984 году, Головкин повстречал в лесу мальчика, покинувшего территорию лагеря, для того чтоб покурить. В этот раз маньяк начал душить свою жертву. Но как только мальчик потерял сознание, преступник испугался и ушел. Выжившая жертва в будущем опознает своего мучителя.

Кто такой Фишер?

В 1986 году серийный маньяк Сергей Головкин совершил свое первое убийство. На железнодорожной станции преступник познакомился с пятнадцатилетним подростком и угрозами заманил его в лес. Уже там преступник изнасиловал и убил мальчика, а затем надругался над трупом. Спустя два месяца маньяк расправился со своей второй жертвой - отдыхающим одного из местных летних лагерей. Окрыленный тем, насколько легко прошло первое убийство, Головкин издевается над трупом намного изощреннее – пытается расчленить тело, вырезает некоторые внутренние органы. Спустя 4 дня в Одинцовском районе был обнаружен труп еще одного подростка со схожими повреждениями, однако сам Головкин своей вины по данному эпизоду не признал.

Разумеется, в то время никто не мог подумать, что ужасные преступления в Подмосковье совершает спокойный и тихий ветеринар Сергей Головкин. Фишер – вот наиболее популярное имя для маньяка-изувера. Еще долгие годы школьники по ночам в пионерских лагерях будут рассказывать ужасные страшилки об этом убийце. Что интересно, Фишера как личность придумал совершенно случайно один из свидетелей этого уголовного дела. Друг одного из убитых мальчиков рассказал милиционерам, что якобы видел, как товарища уводит в лес незнакомый мужчина с татуировкой на руке. И упомянул, что помимо декоративных элементов набито было также слово «Фишер».

Ход расследования

Искать преступника сыщики начали, ориентируясь на показания свидетеля. Татуировку он описал как изображение кинжала на руке, обвитого змеей с надписью. Больше всего заинтересовало милиционеров само слово «Фишер» - что это, фамилия? Или прозвище, полученное в криминальном мире? В СССР граждан с иностранными фамилиями, тем более успевших побывать в «местах не столь отдаленных», было совсем немного. Сначала были проверены все Фишеры (в том числе и законопослушные), затем обладатели «рыбацких» фамилий. Позже в поле зрения оперативников попали все обладатели наколок с кинжалами – а это достаточно популярный в уголовной среде рисунок. Все эти проверки не принесли никаких результатов.

Тогда следствие стало разрабатывать еще одну версию. Сергей Головкин – маньяк, совершавший свои преступления в одно время с другим известным кровавым монстром – Андреем Чикатило. Так как в 1986 году убийства резко прекратились (убийца узнал о своей славе и испугался разоблачения), версия о том, что преступник приезжий, была вполне логична. Разумеется, ее разработка также не принесла никаких результатов. Смутило оперативников и то, что среди жертв Чикатило были женщины и дети обоих полов, а Головкин отдавал предпочтение только мальчикам-подросткам.

Логово Удава

Сергей Александрович Головкин в 1988 году становится владельцем нового автомобиля ВАЗ-2103. Столь солидную покупку он решает «отметить» человеческой кровью. Уже в 1989 году он совершает новое убийство, подобрав подростка-попутчика и предложив его подвезти. В то же время автолюбителю Головкину, которого все по-прежнему знают как спокойного и ответственного ветеринара, разрешают построить личный гараж на территории конезавода, где он все еще работает. В своем новом владении преступник копает погреб, который старательно оборудует под личную камеру пыток. Сергей Головкин – маньяк с внушительным стажем к тому времени. Для себя он сделал вывод, что убивать на нейтральной территории неинтересно. Ведь, имея место, где можно действовать свободно и без ограничений по времени, можно продлить получаемое удовольствие на часы вместо сжатых минут, а быть может, и сутки. Специально для своих целей маньяк делает в погребе качественную звукоизоляцию, приобретает детскую ванночку, в которую позже будет собирать кровь своих жертв и целый арсенал пыточных инструментов.

Новые жертвы

В конце лета и осенью 1991 года в бункер под гаражом попали первые жертвы. Преступник специально выбирает неблагополучных на вид подростков, которых, по его мнению, долго не будут искать. Головкин Сергей Александрович – маньяк, не постеснявшийся рассказать следователям в полной мере о совершенных преступлениях. Выдержки из протоколов его допроса приводят в шок даже повидавших многое милиционеров. В своем подземном логове Удав, он же Фишер, не только насиловал жертв, но и расчленял их, пробовал внутренности на вкус, совершал сложные манипуляции с частями тел и отдельными органами. Как признается позже сам преступник, от всех этих действий он получал двойное удовольствие. Ему нравилось «наказывать» тех подростков, что казались ему «плохими», и от самого процесса он получал сексуальное удовлетворение.

Всего почти за год, с августа 1991-го по сентябрь 1992-го маньяк расправился с 8 мальчиками, возраст которых составлял 10-15 лет. К тому времени убийца чувствовал полную безнаказанность, и однажды он похитил сразу троих подростков и убил их. И все же кое в чем просчитался Головкин Сергей Александрович. Фишер и Удав долгое время считались двумя разными преступниками. Но, столкнувшись с необходимостью избавления от останков, убийца не придумал ничего лучше, чем закапывать их в том самом лесу, где совершал когда-то первые убийства. Следователи объединили два дела в одно, ориентируясь на схожесть повреждений, наносимых жертвам и телам после смерти, а также географический фактор.

Скандальное разоблачение

Новый ход расследование получило, как только было установлено, что после убийства расчлененные останки перемещаются для сокрытия с места совершения преступления в места, где их обнаруживают. Оперативники предположили, что маньяк проживает где-то поблизости в Одинцовском районе, имеет автомобиль и некое место, где может незаметно от окружающих совершать свои зверства. Попал в поле зрения милиции и Сергей Головкин, фото его как возможного подозреваемого было прикреплено к делу, однако всерьез этого спокойного и тихого человека никто не проверял. В значительной мере роль сыграла московская прописка преступника, в первую очередь сыщики занимались теми, кто зарегистрирован и постоянно проживает в Одинцовском районе.

Своих последних жертв в количестве троих человек Головкин встретил на железнодорожной станции. Стоит отметить, что преступник убивал только «плохих» мальчиков, и новым знакомым он сейчас же предложил вместе ограбить склады на конезаводе. Подростки согласились, но успели рассказать об этом интересном деле случайно встреченному товарищу, тот отказался. Когда тела мальчиков были найдены и опознаны, милиция проверила все их окружение. Четвертый возможный участник «ограбления» рассказал о последней встрече с погибшими и с уверенностью указал на фото Головкина. После этого за подозреваемым было установлено наблюдение, а затем проведен обыск в его гараже.

Суд и приговор

После осмотра подвала, ставшего пыточной камерой для восьми подростков, сомнений в виновности Головкина у оперативников не осталось. Сам же маньяк испытал шок от визита милиции и замолчал. Достаточно быстро Сергей Головкин, Удав и Фишер для которого стали наиболее известными псевдонимами, заговорил. Спокойно и без капли волнения он сознался в 11 совершенных убийствах и не поленился вспомнить их со всеми деталями. Выслушав столь откровенный и шокирующий рассказ, следователи назначили судебно-медицинскую экспертизу. Результат поразил всех, специалисты диагностировали только некоторые признаки шизоидной психопатии, в целом же преступник был признан вменяемым и отдающим себе отчет во всех совершаемых действиях.

Суд над маньяком Сергеем Головкиным решено было провести в закрытом режиме, вся эта история была нонсенсом для страны в целом. А те, кто о ней знали не понаслышке, порывались «разобраться» с преступником без суда и следствия. Несмотря на все ухищрения защиты, маньяк был приговорен к смертной казни. Приговор привели в исполнение в 1996 году. Существует версия, что Головкин – последний преступник, в отношении которого была применена данная мера наказания.

Необычные факты о «скромном» маньяке

Внезапному аресту маньяка удивились не только мать и сестра Сергея Головкина, но и все, кто его знал лично. Ветеринар прилежно работал, жил один и был непримечательным во всем. Коллеги-мужчины считали Головкина «немного странным», а некоторые и вовсе называли «недомужиком», но только за отсутствие вредных привычек, семьи и бурных любовных романов.

Что примечательно, во время допросов маньяк сам признался, что не помнит, был ли у него хотя бы раз в жизни успешный половой акт с лицом другого пола и привлекали ли его женщины в принципе. Говорил Головкин и о том, что сознательно отказался от идеи заводить семью, хотя в зрелом возрасте он пользовался успехом у женщин. Больше всего убийцу страшила сама мысль о том, что у него родятся сыновья и когда-нибудь он сделает с ними то же самое, что и со всеми чужими убитыми детьми.

Как только все жертвы Сергея Головкина были опознаны, а вина преступника доказана, родственники маньяка отказались общаться с журналистами и общественностью. Вполне возможно, что они просто опасались мести со стороны семей погибших.

Вынесенный приговор сам Головкин воспринял спокойно. По словам соседа по камере, он вообще вел себя отрешенно, лишь изредка говоря, что сожалеет о «причинах, по которым оказался в камере смертников».

Факт расстрела маньяка не был широко освещен в СМИ, по неизвестным мотивам не комментировали его и должностные лица. Но даже после того как Головкин прекратил свое земное существование, легенды о Фишере пугали еще не одно поколение подростков, отдыхавших в летних лагерях.

fb.ru

Сергей Головкин, маньяк: фото, биография, суд

Появление серийного убийцы всегда шокирует общественность и наводит панику на целые города. И это в наши дни, когда общество давно не удивляется проявлениям жестокости, а криминальные сериалы выходят в дневном эфире федеральных каналов. Но в середине 80-х годов прошлого столетия все было иначе. Газеты и телевидение убеждали людей в том, что «в СССР все хорошо, а будет только лучше». И любое, даже самое незначительное преступление, считалось нонсенсом. Именно в то время на кровавую охоту вышел Сергей Головкин – один из самых известных маньяков СССР, которого знали также под прозвищами Фишер и Удав.

Жестокость родом из детства

В 1959 году в Москве появился на свет мальчик Сережа. Его родители выглядели «самой обычной» супружеской парой: достаточно строгая и требовательная мать и отец, запойный алкоголик. С раннего детства мальчик много болел, при этом в семье не получал достаточного внимания и поддержки. Родители чаще ругали его, чем хвалили за успехи. В подростковом возрасте, несмотря на крепкое телосложение и высокий рост, Сергей считался непривлекательным - сильно сутулился, а лицо его было покрыто угревой сыпью. По некоторым версиям в детстве мальчик подвергался насилию, в том числе и сексуальному, со стороны отца. А садистские процедуры вроде ледяного душа были обычными методами воспитания. Известно также, что в подростковом возрасте Сергей Александрович Головкин страдал энурезом и очень сильно переживал по этому поводу.

Как распознать маньяка в детстве?

Многие судебные психиатры верят в правдивость теории «триады будущего уголовника». Речь идет о совокупности признаков и наклонностей, проявляющихся в детском/подростковом возрасте у многих криминальных и антисоциальных личностей. Это непроизвольное мочеиспускание, склонность к совершению насилия в отношении животных и пиромания. Диагноз «энурез» стоял в карточке Головкина до 17 лет. После задержания признался маньяк и в самых первых своих преступлениях. Его жертвой номер 1 стала кошка, пойманная на улице: ее он задушил, после чего снял шкуру и изучил строение внутренних органов. Пробовал Сергей Головкин и варить в кастрюле с водой на огне рыбок из аквариума. К несчастью, данным проявлениям садизма родители будущего преступника отнеслись без подобающего внимания.

Краткая биография маньяка

В школе Сергей Головкин учился не очень хорошо и был непопулярен среди одноклассников. Однако, к удивлению всех, вместе с аттестатом он получил серебряную медаль. После получения среднего образования Сергей поступил в сельскохозяйственную академию, которую успешно закончил с дипломом ветеринара. Во время учебы с будущим преступником произошел неприятный инцидент. Головкин был избит компанией подростков-хулиганов и получил серьезные травмы. Ему выбили несколько зубов, сломали ребра и нанесли серьезные ушибы. По мнению некоторых специалистов, именно после этого происшествия Сергей стал всерьез фантазировать о возмездии. При этом еще в подростковом возрасте грезы о насилии над обидчиками перемежались с сексуальными фантазиями. Впрочем, все свои необычные наклонности Сергей Головкин успешно скрывал.

После окончания учебы он устроился зоотехником на Московский конный завод № 1. Сослуживцы описывают Сергея как симпатичного внешне и спокойного человека. Однако и на этой работе он проявил некоторые странности. При проведении осеменения и обследования лошадей Головкин отличался особо выраженным интересом к половым органам животных. Но, несмотря на это, никто из коллег на ветеринара не жаловался, а в 1989 году он даже получил медаль ВДНХ за достигнутые успехи в развитии коневодства.

Удав выходит на охоту

Московский конный завод № 1 находится в Одинцовском районе, в окрестностях данного предприятия раскинулись леса и луга, среди которых немало учреждений для детей – преимущественно летние пионерские лагеря. Сразу после приема на работу Головкин стал изучать местность и попытался совершить свое первое преступление. Он поймал мальчика, отдыхающего в одном из лагерей, но тот сумел вырваться и убежать. Такая неудача сильно потрясла преступника, но отказываться от выбранного жизненного пути он не стал. Через 2 года, в 1984 году, Головкин повстречал в лесу мальчика, покинувшего территорию лагеря, для того чтоб покурить. В этот раз маньяк начал душить свою жертву. Но как только мальчик потерял сознание, преступник испугался и ушел. Выжившая жертва в будущем опознает своего мучителя.

Кто такой Фишер?

В 1986 году серийный маньяк Сергей Головкин совершил свое первое убийство. На железнодорожной станции преступник познакомился с пятнадцатилетним подростком и угрозами заманил его в лес. Уже там преступник изнасиловал и убил мальчика, а затем надругался над трупом. Спустя два месяца маньяк расправился со своей второй жертвой - отдыхающим одного из местных летних лагерей. Окрыленный тем, насколько легко прошло первое убийство, Головкин издевается над трупом намного изощреннее – пытается расчленить тело, вырезает некоторые внутренние органы. Спустя 4 дня в Одинцовском районе был обнаружен труп еще одного подростка со схожими повреждениями, однако сам Головкин своей вины по данному эпизоду не признал.

Разумеется, в то время никто не мог подумать, что ужасные преступления в Подмосковье совершает спокойный и тихий ветеринар Сергей Головкин. Фишер – вот наиболее популярное имя для маньяка-изувера. Еще долгие годы школьники по ночам в пионерских лагерях будут рассказывать ужасные страшилки об этом убийце. Что интересно, Фишера как личность придумал совершенно случайно один из свидетелей этого уголовного дела. Друг одного из убитых мальчиков рассказал милиционерам, что якобы видел, как товарища уводит в лес незнакомый мужчина с татуировкой на руке. И упомянул, что помимо декоративных элементов набито было также слово «Фишер».

Ход расследования

Искать преступника сыщики начали, ориентируясь на показания свидетеля. Татуировку он описал как изображение кинжала на руке, обвитого змеей с надписью. Больше всего заинтересовало милиционеров само слово «Фишер» - что это, фамилия? Или прозвище, полученное в криминальном мире? В СССР граждан с иностранными фамилиями, тем более успевших побывать в «местах не столь отдаленных», было совсем немного. Сначала были проверены все Фишеры (в том числе и законопослушные), затем обладатели «рыбацких» фамилий. Позже в поле зрения оперативников попали все обладатели наколок с кинжалами – а это достаточно популярный в уголовной среде рисунок. Все эти проверки не принесли никаких результатов.

Тогда следствие стало разрабатывать еще одну версию. Сергей Головкин – маньяк, совершавший свои преступления в одно время с другим известным кровавым монстром – Андреем Чикатило. Так как в 1986 году убийства резко прекратились (убийца узнал о своей славе и испугался разоблачения), версия о том, что преступник приезжий, была вполне логична. Разумеется, ее разработка также не принесла никаких результатов. Смутило оперативников и то, что среди жертв Чикатило были женщины и дети обоих полов, а Головкин отдавал предпочтение только мальчикам-подросткам.

Логово Удава

Сергей Александрович Головкин в 1988 году становится владельцем нового автомобиля ВАЗ-2103. Столь солидную покупку он решает «отметить» человеческой кровью. Уже в 1989 году он совершает новое убийство, подобрав подростка-попутчика и предложив его подвезти. В то же время автолюбителю Головкину, которого все по-прежнему знают как спокойного и ответственного ветеринара, разрешают построить личный гараж на территории конезавода, где он все еще работает. В своем новом владении преступник копает погреб, который старательно оборудует под личную камеру пыток. Сергей Головкин – маньяк с внушительным стажем к тому времени. Для себя он сделал вывод, что убивать на нейтральной территории неинтересно. Ведь, имея место, где можно действовать свободно и без ограничений по времени, можно продлить получаемое удовольствие на часы вместо сжатых минут, а быть может, и сутки. Специально для своих целей маньяк делает в погребе качественную звукоизоляцию, приобретает детскую ванночку, в которую позже будет собирать кровь своих жертв и целый арсенал пыточных инструментов.

Новые жертвы

В конце лета и осенью 1991 года в бункер под гаражом попали первые жертвы. Преступник специально выбирает неблагополучных на вид подростков, которых, по его мнению, долго не будут искать. Головкин Сергей Александрович – маньяк, не постеснявшийся рассказать следователям в полной мере о совершенных преступлениях. Выдержки из протоколов его допроса приводят в шок даже повидавших многое милиционеров. В своем подземном логове Удав, он же Фишер, не только насиловал жертв, но и расчленял их, пробовал внутренности на вкус, совершал сложные манипуляции с частями тел и отдельными органами. Как признается позже сам преступник, от всех этих действий он получал двойное удовольствие. Ему нравилось «наказывать» тех подростков, что казались ему «плохими», и от самого процесса он получал сексуальное удовлетворение.

Всего почти за год, с августа 1991-го по сентябрь 1992-го маньяк расправился с 8 мальчиками, возраст которых составлял 10-15 лет. К тому времени убийца чувствовал полную безнаказанность, и однажды он похитил сразу троих подростков и убил их. И все же кое в чем просчитался Головкин Сергей Александрович. Фишер и Удав долгое время считались двумя разными преступниками. Но, столкнувшись с необходимостью избавления от останков, убийца не придумал ничего лучше, чем закапывать их в том самом лесу, где совершал когда-то первые убийства. Следователи объединили два дела в одно, ориентируясь на схожесть повреждений, наносимых жертвам и телам после смерти, а также географический фактор.

Скандальное разоблачение

Новый ход расследование получило, как только было установлено, что после убийства расчлененные останки перемещаются для сокрытия с места совершения преступления в места, где их обнаруживают. Оперативники предположили, что маньяк проживает где-то поблизости в Одинцовском районе, имеет автомобиль и некое место, где может незаметно от окружающих совершать свои зверства. Попал в поле зрения милиции и Сергей Головкин, фото его как возможного подозреваемого было прикреплено к делу, однако всерьез этого спокойного и тихого человека никто не проверял. В значительной мере роль сыграла московская прописка преступника, в первую очередь сыщики занимались теми, кто зарегистрирован и постоянно проживает в Одинцовском районе.

Своих последних жертв в количестве троих человек Головкин встретил на железнодорожной станции. Стоит отметить, что преступник убивал только «плохих» мальчиков, и новым знакомым он сейчас же предложил вместе ограбить склады на конезаводе. Подростки согласились, но успели рассказать об этом интересном деле случайно встреченному товарищу, тот отказался. Когда тела мальчиков были найдены и опознаны, милиция проверила все их окружение. Четвертый возможный участник «ограбления» рассказал о последней встрече с погибшими и с уверенностью указал на фото Головкина. После этого за подозреваемым было установлено наблюдение, а затем проведен обыск в его гараже.

Суд и приговор

После осмотра подвала, ставшего пыточной камерой для восьми подростков, сомнений в виновности Головкина у оперативников не осталось. Сам же маньяк испытал шок от визита милиции и замолчал. Достаточно быстро Сергей Головкин, Удав и Фишер для которого стали наиболее известными псевдонимами, заговорил. Спокойно и без капли волнения он сознался в 11 совершенных убийствах и не поленился вспомнить их со всеми деталями. Выслушав столь откровенный и шокирующий рассказ, следователи назначили судебно-медицинскую экспертизу. Результат поразил всех, специалисты диагностировали только некоторые признаки шизоидной психопатии, в целом же преступник был признан вменяемым и отдающим себе отчет во всех совершаемых действиях.

Суд над маньяком Сергеем Головкиным решено было провести в закрытом режиме, вся эта история была нонсенсом для страны в целом. А те, кто о ней знали не понаслышке, порывались «разобраться» с преступником без суда и следствия. Несмотря на все ухищрения защиты, маньяк был приговорен к смертной казни. Приговор привели в исполнение в 1996 году. Существует версия, что Головкин – последний преступник, в отношении которого была применена данная мера наказания.

Необычные факты о «скромном» маньяке

Внезапному аресту маньяка удивились не только мать и сестра Сергея Головкина, но и все, кто его знал лично. Ветеринар прилежно работал, жил один и был непримечательным во всем. Коллеги-мужчины считали Головкина «немного странным», а некоторые и вовсе называли «недомужиком», но только за отсутствие вредных привычек, семьи и бурных любовных романов.

Что примечательно, во время допросов маньяк сам признался, что не помнит, был ли у него хотя бы раз в жизни успешный половой акт с лицом другого пола и привлекали ли его женщины в принципе. Говорил Головкин и о том, что сознательно отказался от идеи заводить семью, хотя в зрелом возрасте он пользовался успехом у женщин. Больше всего убийцу страшила сама мысль о том, что у него родятся сыновья и когда-нибудь он сделает с ними то же самое, что и со всеми чужими убитыми детьми.

Как только все жертвы Сергея Головкина были опознаны, а вина преступника доказана, родственники маньяка отказались общаться с журналистами и общественностью. Вполне возможно, что они просто опасались мести со стороны семей погибших.

Вынесенный приговор сам Головкин воспринял спокойно. По словам соседа по камере, он вообще вел себя отрешенно, лишь изредка говоря, что сожалеет о «причинах, по которым оказался в камере смертников».

Факт расстрела маньяка не был широко освещен в СМИ, по неизвестным мотивам не комментировали его и должностные лица. Но даже после того как Головкин прекратил свое земное существование, легенды о Фишере пугали еще не одно поколение подростков, отдыхавших в летних лагерях.

autogear.ru

«Фишер»-потрошитель: история маньяка Сергея Головкина

На счету кровавого «Фишера» более 40 жертв, хотя доказать смогли лишь 11 убийств. Все жертвы — мальчики в возрасте 10–17 лет, которых Сергей Головкин сначала насиловал, а потом убивал. В течение восьми лет закомплексованный и тихий на вид мужчина жестоко убивал детей: расчленял, поджигал, снимал скальпы и кожу. «Фишер» был невероятно осторожен, поэтому правоохранительные органы никак не могли выйти на след «зверя». В 1992 году Головкин допустил роковую ошибку.

С чего начинал один из самых жестоких серийных убийц-педофилов, и что помогло поймать потрошителя? Фактрум собрал самые жуткие факты из жизни Сергея Головкина.

Яблочко от яблони

Сергей Головкин — классический маньяк, имеющий признаки «триады будущего уголовника». Так психологи называют отклонения, наличие которых позволяет говорить о наклонностях серийного убийцы. К ним относятся энурез, жестокое обращение с животными и пиромания. В кровать юный Головкин мочился до 17 лет, чем вызывал жуткие приступы агрессии отца. Первой жертвой маньяка стала кошка, которую Сергей убил, а потом отрезал голову. Скрытую любовь к огню маньяк никогда не отрицал. Впоследствии пиромания проявит себя полноценно.

Отец Сергея Головкина сильно пил и во время запоев избивал сына. Также считается, что мужчина прибегал к сексуальному насилию. В периоды трезвости отец превращался в дотошного педанта, чем сводил с ума Сергея. Мать срывала свою злость на ребёнке вместе с отцом. Внешне родители Головкина выглядели как обычные люди, строго воспитывающие сына. Постоянные побои и унижения изменили личность Головкина. С раннего детства он был замкнутым и закомплексованным ребёнком и остался таким на всю жизнь. С женщиной Сергей никогда не был.

Рождение «Фишера»

Первые преступления Головкин совершал неуверенно. Сначала он пытался задушить мальчика, которого обманом увёл в лес. Однако ребёнок, подвешенный на ветке за горло, выжил и смог добраться до людей. Первое полноценное преступление Головкин совершил через два года: напал на мальчика, добывающего берёзовый сок. Угрожая ножом, Сергей изнасиловал ребёнка, после чего убил и закопал. В этот момент маньяк осознал, что наслаждение ему приносит издевательство над «плохими» детьми. Позже следствие подтвердило, что обычных детей Сергей не трогал.

Через три месяца новая жертва — мальчик 13 лет, на теле которого обнаружили 35 ножевых ранений. У преступления даже был свидетель, который отметил, что на руке у маньяка есть татуировка в виде змеи и ножа с надписью «Фишер». Как выяснилось позже, свидетель историю придумал. Но кличка крепко прицепилась к Головкину.

Собственная камера пыток

Наиболее зверские преступления «Фишер» совершил в своём кровавом гараже. В то время Сергей проживал на территории подмосковного конезавода, где работал селекционером. За хорошую работу его наградили жилплощадью и небольшим гаражом, из которого Головкин сделал камеру пыток. С этих пор преступник действовал по новой схеме: находил неблагополучных детей, привозил их в гараж, насиловал и убивал, после чего тела закапывал в лесу.

У преступника был своеобразный тест для жертв. Он предлагал мальчишкам совершить преступление и, если они соглашались, увозил их в гараж. Именно развязанные дети, нарушающие закон, возбуждали маньяка. Годы жестокой практики раскрыли в Головкине настоящего зверя. Маньяк отрезал жертвам головы и половые органы, извлекал кишечники, скальпировал. Однажды он попытался выдубить кожу, снятую с убитого мальчика. Для этого он использовал непищевую соль. Расчленённые трупы маньяк начал закапывать по частям, что свидетельствует о хладнокровии убийцы.

Роковой свидетель

В 1992 году «Фишер» допустил ошибку, которую он не мог предотвратить. На одной из железнодорожных станций он встретил трёх мальчишек и предложил им ограбить близлежащий склад. Подростки отошли, чтобы посовещаться. В это время к ним подошёл четвёртый мальчик, который участвовать в ограблении отказался. Головкин не видел его, а вот ребёнок отлично запомнил машину и водителя. Через 72 часа правоохранительные органы уже чётко понимали, что случилось с пропавшими детьми.

Обнаружив гараж «Фишера», следователи пришли в ужас. Помещение было заполнено инструментами для пыток — щипцами, ножами, скальпелями, повсюду виднелись следы крови. С последними жертвами Головкин поступил наиболее зверски: отрезал головы и конечности, одному выжег на груди матерное слово, а другого сжёг до костей. Арест стал для маньяка неожиданностью. Через два года «Фишера», признавшего только 11 убийств, расстреляли, отклонив его прошение о помиловании. Александр Головкин стал последним маньяком, в отношении которого была приведена в действие смертная казнь.

www.factroom.ru

СЕРГЕЙ ГОЛОВКИН «УДАВ» — «ФИШЕР»

СЕРГЕЙ ГОЛОВКИН

«УДАВ» — «ФИШЕР»

Страшный след Удава тянулся шесть лет. Первый труп задушенного и изрезанного мальчика был обнаружен в апреле 1986 г. В июле — опять зверское убийство подростка, через несколько дней — новое. И везде тот же почерк — лишение жизни и глумление над трупом. Почерк сексуального маньяка.

Затем трехлетний перерыв. Новые жертвы. Мальчик, с которого маньяк снял кожу. Очередная серия, завершившаяся тремя убийствами в 1992 г.

Те, кто его искал, по сей день должны мучиться: как же так случилось, что они не могли найти его хоть годом раньше, хоть месяцем. Могли, если бы после первого покушения милиция немедленно обратилась к населению и прямо сказала: случилось страшное. Неизвестный в зеленой штормовке пытался задушить паренька из первого отряда пионерского лагеря. А это означает, что вызрел очередной сексуальный садист, которого можно вычислить только благодаря сигналам тех, кто мог видеть его в лицо. А вот вам для ориентировки словесный портрет.

Его видели у пионерских лагерей, возле лужаек, где мальчишки играли в футбол, возле речки, где купалась ребятня. Чаще всего он высматривал свою добычу в бинокль. Но нередко терял над собой контроль, подходил совсем близко, и тогда подростки (если бы знали, что разыскивается маньяк) могли исхитриться, позвать на помощь взрослых и задержать подозрительного типа.

Потом, когда в лесу начнут находить расчлененные тела мальчиков, розыскникам станет ясно, что садист знаком с анатомией, но не обязательно медик по профессии. Может быть, специалист по животным. И поразительно, что конезавод № 1, где работал Головкин, так и не попал в поле зрения сыщиков.

А если бы попал, то они услышали бы о Головкине немало интересного. Живет один, женщинами не интересуется. При обследовании и осеменении лошадей слишком долго задерживает руку в прямой кишке животного, при этом глаза у него становятся мутными. К нему обращаются, но он будто не слышит. Ощупывая половые органы кобылы что-то напевает. Некоторым женщинам бывало стыдно за его возбужденный вид.

17-летний Иванов, которого Головкин заманил в свое жилище, оборудованное прямо на территории конезавода, и напоив спиртом, пытался склонить к гомосексуальной связи, тоже мог навести розыскников на след маньяка, но… куда обращаться?

Если бы со слов первого потерпевшего был составлен фоторобот, и если бы этот фоторобот был опубликован во всех газетах и попал на глаза Иванову, а Иванов знал, куда можно позвонить без опасения, что его имя будет предано огласке, Головкин был бы задержан, его жилище подвергнуто осмотру. И стало бы ясно, к чему так тщательно готовится зоотехник, какой чудовищной страстью одержим. И не было бы искромсанных в куски 11 мальчиков.

Головкин сделал две осечки, но на этих двух осечках его не поймали. Лишь спустя 8 лет после первых промахов, он допустил третий, оставив в живых свидетелей. Благодаря этому, страшный счет наконец оборвался.

В деле есть 2 фотографии Головкина. Первая сделана в 1976 г., когда ему было 17 лет. В этом возрасте его угнетало несколько недостатков: впалая грудь, прыщи на теле и лице, непроизвольное мочеиспускание, а также опасение, что окружающие ощутят исходящий от него запах Спермы.

Во время мастурбацией он мысленно представлял, что совершает половой акт с одноклассниками. При этом мучает их, жаря голыми на сковороде, сжигая на костре. Во время обследования он признался психиатрам, что в более раннем возрасте представлял себя в роли фашистов, которые мучили пионеров-героев.

В 13 лет он поймал кошку, повесил, затем отрезал голову и впервые ощутил, что у него «наступила разрядка, ушло напряжение, возникло душевное облегчение». После этого появились «мечты об эксгумации трупа и его расчленении».

Во время садистских грез постепенно сформировался идеальный образ мальчика — худенький, среднего роста, не старше 16 лет. В общем такой, который не окажет серьезного сопротивления. Со временем захотелось перейти от грез к действию. Начались поиски объектов для нападения. Походы вокруг пионерских лагерей были почти ежедневными — до ощущения усталости.

Наблюдения подсказывали ему, что удобнее всего совершать нападения на тех подростков, которые выходят за пределы лагеря, чтобы покурить. И стал караулить возле лазов в заборе.

Как садист и сексуальный маньяк он уже состоялся, но судя по первой попытке нападения на мальчика, ему не хватало злобы. В нем оставалось что-то человеческое: последние крохи жалости к жертве.

Сам он, вероятно, еще долго избавлялся бы от этой помехи. Но ему помогли. Когда он учился в сельхозакадемии, на него напала группа подростков, ему выбили передние зубы, повредили хрящи носа. Он не находил себе места, пытаясь найти хулиганов. Они стояли у него перед глазами. И он представлял, как расправляется с ними, вешая на деревьях, отрезая головы, вырезая внутренности, снимая кожу.

Он избегал смотреться в зеркало, знал, как стремительно и резко меняется и чернеет его лицо. Иногда он был страшен даже самому себе.

Вторую фотографию Головкина отделяют от первой 8 лет. На ней Головкин снят через несколько месяцев после первого покушения. Накануне второй — во всех отношениях удачной — попытки.

После второго убийства Головкин почувствовал «жажду новых ощущений», а в лесу, где за каждым деревом мог скрываться грибник, не было ощущения полной свободы. Кроме того, мучителю требовался комфорт, полный набор инструментов для истязаний. Он также считал, что уже достаточно поднаторел, чтобы осуществлять убийства сразу нескольких мальчиков. А самое главное — ему хотелось, чтобы его удовольствия тянулись не минуты — часы.

Головкин купил «Жигули», получил под гараж место на территории конезавода, вырыл в гараже подвал, забетонировал пол, обложил стены бетонными плитами, провел свет, в стенах закрепил кольца, купил детскую оцинкованную ванну. Готовя живодерню, «испытывал предвкушение радости», уверенный, что «теперь-то будет делать, что хочет» не боясь, что кто-то прервет, помешает.

Теперь, когда у него появилась машина, он мог перенацелиться на совсем другую категорию мальчиков. На тех, кто сбежал из дома, кого не сразу хватятся родители, кого могут даже не искать. Он подъезжал к железнодорожной платформе и часами терпеливо ждал, когда с поезда сойдет какой-нибудь пацан и выйдет на дорогу с поднятой рукой. К таким он и подкатывал.

Теперь он мог выбирать, к кому испытывает наибольшую «симпатию». Бывало, что чувство симпатии буквально захлестывало. Это можно назвать его любовью. «Чем больше жертва нравилась мне, тем больше хотелось манипулировать с ней, больше резать, вырезать».

Теперь его удовольствия длились с вечера до утра. Самых «любимых» он оставлял напоследок, истязал, убивал медленно, заставляя смотреть, что он вытворяет с другими мальчиками. Даже заставлял участвовать в пытках и процедуре убийства.

Наслаждение доставляло не только испытание на боль, но и клятвенные обещания выполнить любое его поручение, даже привести кого-нибудь вместо себя, только бы он отпустил их живыми. Что ни говори, в подвале было лучше, чем в лесу. Здесь он чувствовал не только половое, но и моральное удовлетворение.

После каждого убийства «у меня было такое приятное чувство, будто я сделал что-то хорошее, как бы выполнил свой долг», — скажет он психиатрам.

И все же, добавит он, у него никогда не было полного удовлетворения. Например, ему не понравилось на вкус человеческое мясо.

Закопав труп очередного мальчика, он часами созерцал оставленную на память какую-нибудь его вещь. Это успокаивало, когда ему хотелось получить удовольствие от очередной жертвы, но не было такой возможности.

Самым любимым сувениром был череп, сделанный из головы одного мальчика, которым он «совершенно насытился».

Дело Головкина занимает 95 томов. 150-страничное обвинительное заключение зачитывалось несколько часов.

На вопрос, почему не заводил семью, Гловкин ответил: «Боялся, что сделаю с собственным сыном то же самое, что и с теми мальчиками».

И еще маньяк рассказывал: «Я сказал подвешенному на крюке Е., что сейчас буду выжигать паяльной лампой у него на груди нецензурное слово. Во время выжигания Е. не кричал, только шипел от боли.

Я сказал этим троим, что вместе с ними на моем счету будет одиннадцать мальчиков, я установил очередность, сообщив детям, кто за кем будет умирать. Ш. я расчленял на глазах у Е., при этом показывал внутренние органы и давал анатомические пояснения. Мальчик все это пережил спокойно, без истерики, иногда только отворачивался».

Старший следователь по особо важным делам при Генеральном прокуроре Российской Федерации, старший советник юстиции Евгений Бакин рассказывает о задержании этого страшного маньяка. Он его называет Удавом.

«Я принял это дело к производству 2 апреля 1992 г. Вновь была создана следственно-оперативная группа, в состав которой вошли в основном свежие люди. Розыск возглавил старший оперуполномоченный ГУУР МВД России майор милиции Владимир Цхай.

Это были десятки томов уголовного дела, которое включало три эпизода — убийства подростков в 1986 году. Но были еще похожие убийства — в 1989, 1990, 1991 гг. 3 апреля я соединил эти все дела.

По первым трем убийствам работали очень много. Дело не приостанавливалось, но активный розыск шел до 1988 г. Потом работа утихла. Но и Удав затих.

Кроме того, по периоду одинцовский убийца совпадал с ростовским маньяком. Методы — убийства, расчленения, глумления над трупом — тоже во многом совпадали, правда, направленность была разной. Если ростовский Чикатило был „комбайном“ — он нападал и на женщин, и на мальчиков, и на девочек, то здесь избирательность была очевидной. По имеющимся данным, Удав выбирал только мальчиков определенного возраста.

В тот период расследование велось параллельно. Не исключалась версия, что в Ростовской области и в Одинцовском районе Московской области действовал один и тот же преступник.

Оперативники называли его Удавом, но ориентировки давались на „Фишера“. Судимость, татуировки — ничего общего с реальным преступником.

„Фишера“ подарил следствию мальчик, которого допрашивали в качестве свидетеля по убийству подростка около пионерского лагеря „Звезда“. Показания юного романтика, с массой несуществующих подробностей, всякий раз отличались друг от друга. Там были леденящие душу детали, напоминающие кадры из фильмов ужаса, а также угрожающего содержания записка и жуткие намеки.

Естественно, вымысел просеивался через следовательское сито, но на донышке оставались лишь незначительные крупицы правды. Возможно, мальчик был напуган до бесчувствия. Но дядя Фишер с наколкой на руке в виде увитого змеей меча, со шрамом на лице, окающим говором и толстым животом был похож на реального преступника, как удав на слона.

Когда я изучал дело и имеющуюся информацию по совершенным преступлениям в Одинцовском районе в отношении подростков, у меня возникла версия, что последние убийства совершены тем же лицом. Кроме того, становилось ясно, что в жизни преступника произошли серьезные изменения. В восемьдесят шестом у него не было „стационара“ — постоянного места, где он мог разделывать трупы. Он шел охотиться на детей, но в этом был элемент случайности. Удав никогда не знал заранее, кто будет его жертвой, он „снимал“ любого, практически первого встречного. Он мог стоять и караулить того, кто попадется.

Он выжидал. Мальчик появился. Его нашли, вернее то, что от него осталось, в нескольких десятках метров от лагеря. Тогда, в восемьдесят шестом, Удав убивал там, где нападал. Первые мертвые тела практически не прятал. Его союзником был лес, который не сразу открывает свои тайны.

„Стационар“ у него появился в 1989 г. И там он мог спокойно расчленять трупы, не опасаясь, что его застигнут врасплох. Потом Удав вывозил останки в лес. Он знал глухие, гибельные места. Было ясно, что убивал он не там, т. е. место захоронения не было местом убийства и последующего расчленения. В девяносто первом его можно было арестовать по горячим следам.

Местожительство Удава было вычислено стопроцентно. Что касается возраста, то он попадал в наш диапазон. Я основывался на материалах дела. Если говорить о профессии, мне ближе медицинский аспект. Я подозревал, что он фельдшер, медбрат, возможно, работает в морге. Уж больно хорошо он знал определенную специфику. Но не исключался и вариант, что Удав связан с сельским хозяйством, точнее — с животноводством. Один из эпизодов убийства вписывался в эту версию. Были другие находки, которые свидетельствовали, что преступник умеет разделывать тела. Мы уже знали, что в этом районе находится единственное предприятие — конный завод… Специфика работ допускала правильность версии.

15 сентября 1992 г. Удав убил и растерзал сразу троих подростков. Вот эти-то три убийства и подвели черту. Круг сузился.

Как ни цинично это, возможно, звучит, но каждое убийство — Это след… Последний случай показал, что он начал нас уводить в сторону, стало ясно, что у него личный автотранспорт, так как иным способом он бы не вывез останки — тяжело. Причем трупы он развез по старым местам, вернулся к 1986 году.

Круг замкнулся окончательно. Кроме того мы понимали, что не будь у него автотранспорта — мотоцикла или машины, он бы не смог увезти мальчиков. Все трое жили в Горках, в тот день они возвращались домой, до станции Жаворонки, оттуда до Горок можно добраться автобусом. Но электрички ходят чаще автобусов. Интервалы не совпадают. Если бы ребята дождались автобуса, с ними бы ничего не случилось. Ясно было — они добирались на попутном транспорте. Мальчики не вернулись, и родители сразу стали их искать.

Когда обнаружили трупы, стало очевидно, что они стали жертвами того же преступника — почерк совпадал. Было установлено, что за день до исчезновения мальчики общались с молодым мужчиной.

Удав читал публикации о своих преступлениях, знал, что ищут некоего Фишера. Ареста не ждал. Был уверен, что его не возьмут. А если бы ждал ареста, не оставил бы доказательств.

Внешне у Удава все было нормально. Высшее образование. Закончил академию, старший лейтенант запаса. На работе все его характеризуют исключительно положительно. Не судим, высокий, стройный парень. Многие сочтут его красивым.

После ареста реакция была шоковой. Он ошалел, когда его начали допрашивать. Давал однозначные ответы. Не возмущался, не говорил: „Зачем вы меня допрашиваете?“, „На каком основании?“ Удав словно отупел: „Да — нет — да — нет“.

На утро следующего дня после ареста он начал давать показания. Описал эпизод убийства, которого мы не знали, сделали проверку показаний на месте и нашли останки трупа.

Наступил момент истины.

Раскаяния Удав не испытывает. Он считает себя суперменом, которому все позволено».

(Еремин В. «Версия-плюс». № 1, 1995; Светлова Е. «Совершенно секретно», 1992, № 11)

Следующая глава

info.wikireading.ru

Маньяк

ТЮРЬМА МАТРОССКАЯ ТИШИНА, СПЕЦБЛОК, ИЗ № 99/1

«МАНЬЯК»

Тогда Ирод весьма разгневалсяи послал избить всех младенцевв Вифлееме и всех пределах егоот двух лет и ниже...Новый Завет

 1. Причинение физических или психических страданий путем систематического нанесения побоев либо иными насильственными действиями, если это не повлекло последствий, указанных в статьях 111 и 112 настоящего Кодекса,  —  наказывается лишением свободы на срок до трех лет.

2. То же деяние, совершенное:

а) в отношении двух или более лиц;

б) в отношении лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга;

в) в отношении женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности;

г) в отношении заведомо несовершеннолетнего или лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии либо в материальной или иной зависимости от виновного, а равно лица, похищенного либо захваченного в качестве заложника;

д) с применением пытки;

е) группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой;

ж) по найму;

з) по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды,  —  наказывается лишением свободы на срок от трех до семи лет.

Статья 117 УГОЛОВНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Фобий, или страхов, бывает великое множество.

Сергей Головкин знал об этом еще со школьных времен, с начала семидесятых...

Раннее утро, теплая постель, из которой так не хочется вылезать, ощущение покоя и защищенности... И тут  —  безжалостное тарахтение будильника: «Дзи-и-и-и-инь-ь!..» А это означает, что пора покидать теплый кокон одеяла и, наскоро позавтракав, идти по обледеневшим тротуарам московской улицы Планетной в постылую школу.

Головкин не любил школу. И не только потому, что там надо было напрягать мозг, а потому, что в школе над ним, нескладным прыщавым переростком, издевались все кому не лень. «Головкин козел!», «Головкин вонючка!», «Головкин онанист!»  —  то и дело писалось на грязной от меловых потеков классной доске.

И откуда они узнали?

По ночам, когда в гостиной гасло электричество и родные наконец засыпали, Сергей натягивал на голову одеяло. Вжимаясь тщедушным телом в жесткий матрас кровати, он мычал мучительно и сладострастно, жадно скулил от усердия, и дергал, ласкал, терзал свою несчастную подростковую плоть, и, насытив похоть, брезгливо вытирал слизь с багровых ладошек о подушку.

Он очень боялся огласки и потому, отправляясь в свою комнату, тщательно зашторивал окна и закрывал двери на щеколду. Но на школьной доске то и дело появлялась позорящая его надпись.

Так появилась первая в его жизни фобия  —  страх возможного разоблачения. Отсюда и первый урок, усвоенный на всю жизнь: если хочешь сделать что-нибудь порочное и предрассудительное  —  делать это следует скрытно.

Страх разоблачения был первым, но далеко не последним.

В десятом классе на школьной дискотеке Сергею приглянулась девушка из параллельного класса. Превозмогая врожденную робость, он подошел к ней и пригласил потанцевать. Удивительно, но она не отказала  —  видимо, его слава онаниста еще не стала достоянием всей школы. Плывя по залу под блюз популярных в те времена «Смоуки», Головкин несмело прижимался впалой грудью к ее упругим сиськам, осторожно проводил ладонью по округлым плечам, поглаживал рельефные шлейки лифчика и, ощущая напряжение в штанах, тихо балдел. После дискотеки, замирая от собственной смелости, он вызвался проводить ее домой  —  девушка согласно кивнула. Уже в темном подъезде они закурили, и Головкин, держа на отлете тлеющую сигарету, робко протянул к спутнице дрожащую ручонку, чтобы полапать налитые груди, а если получится, то и все остальное... От нахлынувшего желания молодого человека могла спасти только мгновенная кастрация.

Но произошло нечто более ужасное, чем кастрация.

«Фи, пацан!  —  брезгливо вскрикнула девушка, отстраняясь.  —  Так это от тебя, оказывается, воняет! А я думала  —  в зале такой запах... Ты, наверное, не моешься никогда... Да убери грабки, козел, куда лезешь! Трахаться с такими, как ты, можно только за деньги. А у тебя их нет и не будет никогда...»

Страх, что ему откажет женщина, которую он хочет, стал вторым в его жизни. Отсюда и вывод: с женщинами лучше не связываться вообще. Или удовлетворяться в тоскливом одиночестве ванной, включив воду, чтобы родители не засекли, или...

Тогда он еще не сформулировал для себя альтернативу, но темный, животный инстинкт всеми гонимого существа подсказывал: замена самоудовлетворению наверняка существует, и замена эта, наверное, ничем не хуже, а наоборот  —  во сто крат приятней.

В 1977 году, после окончания школы, он поступил в Тимирязевскую сельскохозяйственную академию, на факультет зооинженерии, отделение коневодства.

Лошадей он любил с детства. С седьмого класса бегал на ипподром, выносил навоз, менял соломенную подстилку, занимался выездкой, выискивал по библиотекам дефицитный журнал «Коневодство»... Но больше всего Головкина интересовали физиологические моменты  —  случка и искусственное осеменение. С горящими глазами наблюдал он, как конюх, запустив в лошадиное влагалище руку в резиновой перчатке, манипулировал, священнодействовал, колдовал... Подросток смотрел на действо не отрываясь: влажные ломти губ раздвигались, в уголках рта бритвенной пеной закипала слюна. Редкое зрелище приносило ему удовлетворение ничуть не меньшее, чем ежедневная мастурбация.

На третьем курсе Сергей Головкин познал еще одну разновидность страха: физической боли. Однажды поздно вечером на выходе с ипподрома он наткнулся на компанию пьяных гопников. Они были моложе его, но их было много, и осознание силы собственной кодлы, подогретое портвейном, слепо толкало гопников на подвиги. У него попросили закурить, он отказал. И тогда  —  началось... Сперва на Сергея налетела свора малолеток. Чувствуя безмолвную поддержку старших, они старались на совесть, отпихивали друг друга, чтобы ударить побольней. Головкин попытался сопротивляться. И тогда в дело вступили старшие хулиганы...

Он отделался сравнительно легко: сотрясение мозга средней тяжести, перелом переносицы, выбитые передние зубы и ссадины по всему телу.

Страх физической боли, полученный при избиении, оказался самым стойким из всех. Ответный рефлекс возник мгновенно: никогда не связываться с теми, кто сильней тебя, всегда сторониться толпы. А уж если хочешь получить ответное удовлетворение, мсти только тому, кто не способен оказать сопротивления.

После окончания Тимирязевки с красным дипломом отличника и квалификацией зооинженера Сергей Головкин распределился на Первый Московский конный завод, находящийся в поселке Горки-X, что в Одинцовском районе, километрах в пятнадцати от Московской кольцевой. Помощник наездника МКЗ № 1 быстро заработал репутацию грамотного специалиста и безотказного человека. Он охотно брался за самую грязную работу: убирал навоз, принимал роды кобылиц, разделывал лошадиные туши... Особенно любил Сергей проводить искусственное осеменение кобыл  —  в этом деле у него не было равных. Обычный конюх осеменял две-три кобылы, Головкин же успевал по четыре-пять. Засунув во влагалище руку в резиновой перчатке, зооинженер с удовольствием напевал: «Кипучая, могучая, никем не победимая, страна моя, Москва моя, ты самая любимая!..»

В этот момент ему было очень хорошо.

Несмотря на столичное происхождение, Головкин очень не любил Москву. Огромный мегаполис таил в себе множество скрытых опасностей. Бешеный ритм жизни пугал. Замкнутое бетонными коробками пространство, вонь, смог, грязь, утренние автобусы с невыспавшимися согражданами... Да и столичное многолюдье стойко ассоциировалось с давешним избиением на ипподроме. А потому, оставаясь прописанным в Москве у родителей, молодой специалист переселился в Горки, в служебную квартиру. В деревенской глуши не было шума, суеты, а чудные подмосковные ландшафты и свежий воздух склоняли к созерцательности и размышлениям.

На новом месте зооинженер быстро стал любимцем местных пацанов. В кабинетике дяди Сережи всегда можно было покурить, а то и выпить самогонки местного разлива. Конюхи, как правило, не пускали посторонних на случки и искусственное осеменение, а он, Сергей Головкин, пускал, и даже советовал посмотреть, как лошадки трахаются. Для взрослых он был тихим безобидным юродивым, блаженным, одержимым любовью к лошадям. Его  —  грязного, одинокого и несчастного  —  старались поддержать, накормить, приободрить.

Женщины без опаски оставляли на него своих сыновей. Мужчины же при упоминании о Головкине лишь презрительно хмыкали: мол  —  тихий и безобидный, ни футболом, ни водкой, ни бабами не интересуется; все лошади да лошади. Псих, короче говоря.

Зато местные пацаны навещали дядю Сережу едва ли не каждый день. Головкин присматривался к каждому, а присмотревшись, все более и более утверждался в мысли: эти малолетки ничем не отличались от тех, которые избили его на ипподроме. И он с трудом подавлял в себе желание кого-нибудь ударить, лягнуть ногой, тихо придушить вожжами в углу...

И уж наверняка никто из подростков не догадывался, чем занимается дядя Сережа в своей служебной квартирке по вечерам.

Сидя на унитазе, он мечтал, как будет мучать, терзать, резать этих пацанчиков, так похожих на тех, с ипподрома... Кулак до хруста в суставах сжимал напрягшийся член, липкая перламутровая слизь сочилась между пальцами, и Головкин, закатывая глаза, сладострастно и томно поскуливал.

Так, в замкнутом пространстве туалета он наконец осознал, чего ему не хватало все это время: зрелища чужой крови и чужих мучений.

Однако уроки, данные жизнью, не пропали даром. Молодой человек понимал: во-первых, ни в коем случае нельзя трогать местных  —  страх перед возможным разоблачением стойко въелся в его душу. Умная лисица никогда не полезет в ближний курятник. Во-вторых, связываться с малолетними девочками, которые тоже иногда наведывались в его каморку, не стоит: женщины, какого бы возраста они ни были, слишком непредсказуемы. В-третьих, жертва обязательно должна быть одна. Это гарантирует безнаказанность.

В конце зимы 1986 года Сергей купил массивный стальной нож с кровостоком и ограничителем. В магазине «Охота и рыболовство» приобрел прочную капроновую леску, а в аптеке  —  баночку вазелина. Поглаживая округлые лошадиные крупы, зооинженер ощущал в себе приятную дрожь, словно это были не лошади, а подростки.

19 апреля двадцатисемилетний Сергей Александрович Головкин выехал в лес в районе Катуара. Где встретил свою первую жертву.

Молодой темноволосый паренек неторопливо катил по лесной дорожке на велосипеде. Он был весел и беспечен  —  весна, рыжее солнце, свежий воздух... На худеньком плече болталась кожаная сумка, в которой что-то позвякивало: видимо, подросток отправлялся на сбор березового сока.

Взгляд Головкина зафиксировал одинокого велосипедиста. Сергей еще не успел подумать, станет ли этот пацанчик его жертвой, но уже через минут пять увидел велосипед, прислоненный к березе, и его обладателя. Подросток, сидя под кустиком, жадно затягивался сигаретой. Рядом стояла трехлитровая банка.

Сергей всегда был человеком импульсивным, и первым же импульсом стало желание получить плотское удовольствие.

Он подошел поближе, взглянул в лицо подростка. Головкин никогда прежде не видел этого мальчика, но лицо его напоминало одно из тех, с ипподрома...

 —  Я в весеннем лесу пил березовый сок...  —  с показной беспечностью промурлыкал зоотехник и, подойдя к пацану, миролюбиво спросил спичек.

Пацан доверчиво протянул зажигалку, но, едва подняв взгляд, увидел перед собой блестящее лезвие ножа, зеркально отсвечивающее в ярком апрельском солнце.

Головкин очень боялся возможного отпора и потому сразу же возбудил в себе зверя. Зловещие придыхания, парализующий взгляд  —  все это, по мнению насильника, должно было лишить жертву способности сопротивляться. Он приказал мальчику пройти в глубь леса. Тот, бледный от ужаса, даже не пытался бежать. В зарослях орешника маньяк расстегнул свои штаны, усадил мальчика на колени и, ткнув членом в его губы, приказал коротко и властно: «Соси!..»

Подросток выполнял минет вяло и неумело. Как ни напрягался привыкший к рукоблудию Головкин, но получить оргазм ему не удалось. Тогда он решил пойти другим путем: приказал мальчику стянуть с себя джинсы, лечь на живот и сложить на спине руки, что и было исполнено. Насильник хотел было овладеть подростком анально, однако и тут его ждало разочарование  —  из-за неопытности ничего не вышло. Раздосадованный неудачей Головкин перерезал мальчику горло, а затем принялся кромсать промежность жертвы... Почему-то больше всего запомнилась кровь первой жертвы  —  темная, густая и липкая. Отерев нож снегом, еще сохранившимся в лощине, Сергей хотел было уйти, но неожиданно ощутил в себе дикий, звериный позыв проонанировать. Усевшись на проталину, Головкин судорожным движением расстегнул ширинку...

Столь сильного блаженства он не испытывал за всю свою жизнь.

Обезображенный труп сборщика березового сока был найден родителями лишь на следующий день. Рядом, на утоптанном ноздреватом снегу, виднелись четко отпечатанные следы сапог 43-го размера. Тело перевезли в областной морг, а Одинцовская прокуратура возбудила уголовное дело по 102-й статье тогдашнего Уголовного кодекса («Умышленное убийство с отягчающими обстоятельствами»)...

ЗАКЛЮЧЕНИЕ СУДЕБНО-МЕДИЦИНСКОЙ ЭКСПЕРТИЗЫ:

(...)

...прижизненные повреждения  —  странгуляционная борозда на шее длиной восемь сантиметров, полосовидный кровоподтек на лучезапястных суставах правой и левой рук (возможно связывание жертвы); посмертные повреждения  —  две резаные раны у основания полового члена, четыре аналогичные раны на мошонке, одно повреждение в паховой области, рана на внутренней поверхности бедра, ссадина на коленях и лице...

Первая кровь опьянила. Легкость, с которой было совершено убийство, наводила на мысль о такой же легкости последующих. А необычайно сильное удовлетворение, полученное при мастурбации на лесной проталине рядом с окровавленным трупом, вновь звало на охоту...

Следующей жертвой стал четырнадцатилетний пионер из лагеря «Звездный». На этот раз Головкин не ограничился одним лишь перерезанием горла. Насильник наконец осуществил свою давнюю мечту  —  изнасиловал мальчика в задний проход. Затем, отрезав жертве голову, вспорол живот, вывалив наружу внутренности, отхватил ножом член с мошонкой... Голову он отфутболил в недалекий кустарник, а половые органы унес с собой. Положил в трехлитровую банку, чтобы не испортились, посыпал солью и, вожделенно глядя на кровавое месиво, воскрешал в памяти подробности и онанировал, онанировал, онанировал до умопомрачения.

Тогда насильнику дьявольски повезло: один из друзей убитого, двенадцатилетний пацанчик, поведал следователям прокуратуры весьма правдоподобную историю  —  мол, гуляли они с убитым в роще, познакомились с одним интересным дядькой. Бывший зэк, двухметрового роста, в милицейской рубашке, в широкополой шляпе, в ухе серебряная сережка, а на плече татуировка в виде змеи. Звали обладателя татуировки дядя Фишер. Они ему якобы и бутерброды носили, и за пивом бегали, а бывший зэк их за это сигаретами угощал... А накануне убийства дядя Фишер сказал: «Пусть завтра придет один из вас». Малолетний свидетель поведал, что он пошел вместе с другом, но спрятался в кустах, откуда видел, и как страшный дядя Фишер насиловал, и как голову и все остальное отрезал, и как живот вспарывал...

Милиция и прокуратура деятельно принялись за поиски мифического «дяди Фишера». Всех арестованных так или иначе «прокатывали» на это убийство. В СССР были «пробиты» все подходящие мужчины, носившие такую фамилию, проверены все психически больные и лица, склонные к подобным преступлениям. Подмосковные пионерские лагеря брались под охрану нарядов милиции, окрестные леса прочесывались крепкими парнями из ДНД.

Но все было тщетно  —  следователям и оперативникам, ухватившимся за версию о зэке мертвой хваткой как за самую удобную, невдомек было, что друг убитого просто фантазировал: ему так приятно было оказаться в центре внимания взрослых!

О поисках суперманьяка «Фишера» Сергей Головкин узнал из газет. И, естественно, обрадовался; следствие пошло по ложному пути.

В 1988 году зооинженер, сдав на водительское удостоверение, купил автомобиль  —  скромные подержанные «Жигули»-»тройку» бежевого цвета, зарегистрировав ее по месту прописки, в ГАИ Ленинградского района столицы под государственным номером Д 61-25 МО. Собственная машина давала преимущество мобильности, а это существенно расширяло зону охоты. К тому же, имея автомобиль, всегда можно было предложить пацану прокатиться до ближайшего города.

Очередным приобретением стал кооперативный гараж. Гараж возводился на отшибе, подальше от остальных. Это, в свою очередь, означало, что гараж можно использовать не только для ремонта «тройки»... Зоотехник значительно углубил и расширил смотровую яму, оборудовав там настоящую пыточную: крюки и кольца, вделанные в бетонные стены, пассатижи, набор ножей и бритв, капроновые удавки, паяльная лампа... Такому набору мог бы позавидовать и испанский инквизитор, и следователь НКВД.

Следующей жертвой стал тщедушный четвероклассник, которого добрый дядя Сережа подобрал на проселке неподалеку от железнодорожной станции. Силой заткнул мальчика в багажник, предусмотрительно обложенный войлоком, завез в гараж и, спустив в подвал-пыточную, насиловал и мучил, мучил и насиловал, насиловал, мастурбировал и вновь мучил... Сколько хотел.

Затем был пятнадцатилетний пацанчик, приехавший на каникулы из Перми к бабушке.

Затем  —  еще двое подростков... Головкин вытворял с ними абсолютно все: одновременно и по очереди. Пацаны даже не пытались бежать. Зловещий вид пыточной и жуткие глаза дяди Сережи, словно затянутые болотным паром безумия, начисто парализовали их волю.

После умерщвления жертв маньяк расчленял трупы. Очень кстати пришелся опыт разделки павших животных. Разрозненные части тела он вывозил в лес и закапывал в неглубокой яме неподалеку от дорожного указателя «Звенигородское лесничество». Иногда трупы находили, но чаще всего  —  нет.

А прокуратура и милиция тем временем искали «Фишера». К концу 1991 года литерное дело «Удав» составляло несколько десятков томов. Следствие не сомневалось, что все восемь трупов, найденных с 1986 года,  —  дело рук одного и того же серийного убийцы. Но поиски по-прежнему оставались тщетными...

А «закрыли» Сергея Александровича Головкина, убийцу уже одиннадцати детей, 19 октября 1992 года.

За неделю до задержания насильник познакомился с очередными жертвами  —  тремя пареньками двенадцати-тринадцати лет. Усадил их в «жигуль», пообещал добросить до горкинского конезавода. Он уже знал, что сделает с этими ребятами, он уже ощущал в себе кураж безнаказанности, он уже чувствовал на нёбе вкус свежей крови...

Опьяненный собственной неуловимостью, маньяк утратил чувство осторожности и потому пренебрег собственным правилом не оставлять свидетелей: по дороге домой, по просьбе подростков, он подобрал их товарища, рослого шестнадцатилетнего пацана... Попутчик был соседом Сергея, к тому же он очень спешил, и потому задуманное пришлось отложить до более благоприятного дня.

Таким днем стал следующий: Головкин вновь встретил ту самую троицу, но уже без старшего. И вновь вызвался подбросить ребят домой на машине. По дороге он предложил юным попутчикам незамысловатую игру, смысл которой обещал раскрыть чуть позже: мол, пусть самый маленький из вас залезет в багажник, а остальные останутся в салоне...

А дальше  —  по привычному сценарию: завез в гараж, закрыл изнутри дверь, вывел из машины первого, заклеил рот скотчем, связал руки, столкнул в подвал и подвесил на крюк. Второго подвесил сбоку. На глазах пацанов изнасиловал самого маленького. Затем пришла очередь остальных...

Наверное, он чувствовал, что эти жертвы у него последние, и потому изощрялся как только мог: заставлял мальчиков делать друг другу минет, затем, пресытившись зрелищем, принялся заживо разделывать самого старшего ребенка на глазах его друзей, демонстрируя изъятые органы и попутно объясняя их назначение.

Расчлененные трупы всех троих были выброшены в яму неподалеку от дорожного указателя «Звенигородское лесничество».

Это было сделано 12 октября, и через три дня следователи прокуратуры вышли на того самого шестнадцатилетнего подростка, который был с погибшими за сутки до убийства. Он и сообщил следователям, что 11 октября дядя Сережа с конезавода подвозил их на своем «жигуле» в Горки-X.

Установить личность «дяди Сережи», владельца «Жигулей» третьей модели, не составляло труда: в небольших Горках-Х все прекрасно знали друг друга.

19 октября Головкин, заправив полный бак бензина, выехал из поселка. Но уже спустя пятнадцать минут его «тройка» была остановлена на московской трассе патрульным инспектором ГАИ. Насильника, наводившего ужас на Москву и Подмосковье, взяли буднично: в гаишном пикете сержант проверил права и техпаспорт, потом потребовал документы, удостоверяющие личность, затем долго переговаривался по рации с начальством... Спустя полчаса Головкин, стараясь не терять самообладания, сидел в следовательском кабинете Одинцовского УВД.

Старший советник юстиции Евгений Бакин, возглавлявший оперативно-поисковую группу, «колол» задержанного семь часов кряду, однако насильник упрямо стоял на своем: ничего не знаю, ничего не видел. Да, 11 октября действительно подвозил каких-то пацанов: я соседей часто подвожу, наведите справки. Правда, в салоне «тройки» были найдены три ножа со следами крови, но Головкин поспешил откреститься от них: не знаю, не мои. И задержанного оставили ночевать в одиночной камере ИВС при Одинцовском УВД. Маньяк понял: это конец. А поняв, попытался покончить жизнь самоубийством, вскрыв себе вены осколком стекла. Не получилось: коридорный, заметив попытку суицида, вызвал врача.

А на следующий день областная прокуратура вынесла постановление: учитывая тяжесть преступления и возможность скрыться от следствия, избрать в качестве меры пресечения С. А. Головкину заключение под стражу и направление в СИЗО № 48/1.

И уже 20 октября 1992 года, после совершения необходимых формальностей, арестованного повезли в Москву, в следственный изолятор № 1, именуемый чаще Матросской Тишиной, но не в общий корпус, а в бывший кагэбэшный спецкорпус № 9, то есть на «спец».

Комплекс мрачных сооружений без архитектурных излишеств неподалеку от набережной Яузы невольно привлекает к себе внимание и жителей этого района, и людей, попавших туда впервые. Это  —  следственный изолятор № 1, более известный в народе как «Матросска».

Правда, вряд ли кто из рядовых граждан знает, что в «Матросске» существует целых две тюрьмы. Во-первых  —  эмвэдэшный СИЗО № 1, известный не менее, чем Бутырка. Во-вторых  —  так называемый внутренний корпус № 9, который до ноября 1991 года относился к компетенции сперва КГБ. Он-то и считается самым серьезным; порядки в «девятке» куда строже, чем почти во всех столичных тюрьмах.

ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА:

До начала девяностых годов прошлого столетия советские спецслужбы располагали в Москве четырьмя тюрьмами: Областной внутренней КГБ СССР, что на Лубянке, 14; Центральной внутренней, что на Лубянке, 2; СИЗО Лефортово и внутренним режимным корпусом № 9, примыкавшим к СИЗО № 1.

Местоположение последнего выглядело странным из-за соседства с СИЗО № 1 ГУВД Москвы  —  как известно, отношения между двумя силовыми структурами складывались непросто, а к началу восьмидесятых обострились до предела (шеф КГБ Ю. Андропов и шеф МВД Н. Щелоков параллельно разрабатывали планы физической ликвидации друг друга). Обоюдная неприязнь милиции и ФСБ во многом сохранилась и поныне.

До 1991 года персонал внутреннего режимного корпуса № 9 состоял в штате КГБ, что сказывалось на строгости режима. В отличие от СИЗО № 1, расположенного рядом, или СИЗО № 2 (Бутырка), случаи внеслужебных контактов контролеров, с одной стороны, и подследственных, их адвокатов или родственников  —  с другой, фиксировались во внутреннем корпусе № 9 крайне редко.

Строгий кадровый отбор, атмосфера взаимного доносительства и более высокая, чем в СИЗО ГУВД, зарплата, свели коррумпированность охраны практически на нет.

Начальник внутреннего режимного корпуса № 9 напрямую подчинялся Следственному управлению КГБ СССР.

Арестанты, ожидавшие окончания следствия в «девятке», наверняка помнят, что «хозяин», имея звание майора, обычно ходил на службу не в форме, а в гражданской одежде  —  видимо, подчеркивая таким образом свое привилегированное положение.

В 1991 году, после августовской попытки государственного переворота, КГБ постигла полная реорганизация. Следственное управление было ликвидировано. С потерей Следственного управления, естественно, КГБ, переименованный в СБ, потерял и следственный изолятор Лефортово, и, естественно, внутренний режимный корпус № 9. «Девятка» перешла в распоряжение МВД. Кадровики из ГУИТУ (Главное управление исправительно-трудовых учреждений (ныне  —  ГУИН) провели тщательную чистку персонала  —  в отличие от Лефортова, где костяк старых кагэбэшных кадров сохранился.

Видимо, именно поэтому члены ГКЧП были помещены во внутренний режимный корпус № 9, а не в Лефортово  —  кураторы следственной бригады опасались, что экс-чекистский персонал может оказать какое-нибудь содействие своему бывшему шефу Владимиру Крючкову.

Условия содержания во внутреннем режимном корпусе и поныне значительно отличаются от тех, что предусмотрены в следственных изоляторах, подчиненных МВД РФ. Значительно лучше питание подследственных.

Администрация старается по возможности соблюдать санитарные нормы  —  количество арестантов в одной камере, как правило, не превышает восьми-десяти человек. Предусмотрены и специальные камеры: несмотря на то что в каждой из них имеется от двух до четырех спальных мест («шконок»), в таких камерах обычно содержится по одному арестанту.

В настоящее время внутренний режимный корпус № 9 (недавно переименованный в следственный изолятор № 4) располагает отдельной картотекой, отдельным входом в следственные кабинеты, отдельным хозяйственным блоком и отдельными помещениями для свиданий.

Среди именитых узников  —  члены ГКЧП Крючков, Янаев, Павлов, Стародубцев, организатор финансовой пирамиды «МММ», бывший депутат Госдумы Мавроди, почитаемые российским криминалитетом воры в законе Черкас, Дзэ, людоед Джумагалиев.

Забегая вперед, следует отметить, что в 1995 году в режимном спецкорпусе, в камере № 938, ожидал окончания следствия Александр Солоник  —  самый известный наемный убийца в российской криминальной истории. В ночь с 5 на 6 июля Солоник при помощи коррумпированного постового контролера мл. сержанта Сергея Меньшикова совершил побег из режимного корпуса. После этого ЧП во всех следственных изоляторах Москвы и Подмосковья была проведена тщательная проверка на предмет внедрения в тюремный персонал ставленников организованной преступности.

Обычный контингент СИЗО № 4  —  криминальные лидеры уровня выше среднего, воры в законе, а также бывшие сотрудники прокуратуры, ГАИ, РУОПа, МУРа и ФСБ, обвиняемые в коррупции, вымогательстве, похищении людей, устойчивых связях с мафией и злоупотреблении служебным положением (для таких предусмотрены отдельные камеры).

В настоящее время спецкорпус Матросской Тишины имеет репутацию одного из образцово-показательных следственных изоляторов Российской Федерации.

Сидя в милицейском воронке, маньяк тупо смотрел на свою перебинтованную руку, думая лишь об одном: только бы оперативники не догадались заглянуть в гараж. Орудия пыток, следы крови и череп одного из убитых выдали бы преступника с головой.

Выход, единственный в такой ситуации, напрашивался сам по себе: уйти в полный отказ. Мол  —  не видел, не слышал, не знаю.

А что касается гаражного подвала...

Человеку всегда свойственно надеяться на лучшее. Даже если положение его полностью безнадежно.

* * *

Головкин никогда прежде не сталкивался с пенитенциарной системой. ИВС, СИЗО и ИТК любого из четырех режимов для него, человека непосвященного и далекого от тюремного быта, были одним и тем же  —  тюрьмой. А про тюрьму он знал лишь то, что туда лучше не попадать.

Но попав за решетку, маньяк стал настоящим вместилищем страхов. Страхи эти неотступно душили, терзали и мучили его. Страхи были подобны огромным безжалостным змеям: подползали незаметно, невидимо, чтобы ужалить, укусить, кольцом сдавить тонкую шею  —  так сильно, чтобы голова, оторвавшись от позвонков, покатилась по цементу пола.

Еще по дороге в Москву один из милицейских конвоиров как бы между делом сообщил: да, несладко тебе, Головкин, придется  —  братва за твои подвиги очко на британский флаг порвет, сделает из тебя общедоступную девочку, а то и завалят. И поделом, поделом...

И этот страх, животный ужас неминуемой расправы стал самым кошмарным из всех.

ИЗ МАГНИТОФОННОЙ ЗАПИСИ ЧАСТНОЙ БЕСЕДЫ С А. К-ЫМ, ИНСПЕКТОРОМ ГУИНа РФ (ГЛАВНОГО УПРАВЛЕНИЯ ИСПОЛНЕНИЯ НАКАЗАНИЙ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ)  (по просьбе собеседника авторы не называют его фамилию)

 —  ...а вообще, тюремный суд братвы, надо отдать ей должное, часто куда справедливей, чем официальный. Обвиняемых «по мохнатке» (А. К-ОВ ИМЕЛ В ВИДУ ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПРОТИВ ПОЛОВОЙ НЕПРИКОСНОВЕННОСТИ И ПОЛОВОЙ СВОБОДЫ ЛИЧНОСТИ, С 131-й ПО 135-ю НЫНЕШНЕГО УГОЛОВНОГО КОДЕКСА.  —  Авт.) в следственных изоляторах обычно «опускают», то есть делают из насильников пассивных педерастов. Правда, в последнее время милицейские следователи часто подставляют «по мохнатке» тех, кого не могут раскрутить за действительно совершенные ими преступления. Мол, или берешь на себя старый «висяк», или мы сейчас «заяву» на тебя организуем. Кстати, во многих РОВД знают и используют семьи алкоголиков, в которых есть несовершеннолетние девочки. За «фуфырик» парфюма такие папа с мамой не только дочь научат «заяву» написать, но и подпишутся, что и их во все дыры трахнули...

(...)

А уж если не просто «мохнатка», а малолетняя... Тогда  —  все, готовь вазелин. И на зону потом пойдет «петухом», весь срок очком подмахивать будет да крыльями махать...

Особо отличившихся могут и убить. Был такой насильник из Солнечногорска, Черных  —  недели в камере не прожил. Недавно в «Матросске» еще один маньяк-насильник сидел, кличка Студент, за малолетними девочками охотился. Сперва его всей камерой изнасиловали, одновременно  —  это у братвы «вертолет» называется. Затем побили хорошенько, а затем «мойку» (ЛЕЗВИЕ.  —  Авт.) дали: мол, сроку тебе до рассвета. Был еще в Клину такой Грязнов, бомж с тремя судимостями. Закрыли его, бросили в камеру ИВС, а на следующий день нашли повешенным. Я сам в тот ИВС выезжал, сокамерников допрашивал. Спали, говорят, никто ничего не видел. Так самоубийцей и оформили...

(...) Что значит «адвокат», «защита», «презумпция невиновности»?! Да я бы этих маньяков и тех, кто малолеток да пацанчиков насилует, сам бы передушил, этими вот руками...

(ПУБЛИКУЕТСЯ С СОБЛЮДЕНИЕМ РЕЧЕВЫХ ОСОБЕННОСТЕЙ СОБЕСЕДНИКА.)

20 октября 1992 года подследственный Головкин переступил порог тюремной камеры.

Камера была небольшой: четыре «шконки», унитаз, раковина... Три «шконки» были заняты. Внимание первохода сразу привлек к себе пожилой мужчина, сидевший слева от двери. Землистое лицо, какое обычно бывает у людей, долго не видевших солнечного света, брыластые щеки, высокий лоб, огромные руки с причудливыми татуировками-перстнями на пальцах... Но больше всего впечатляли глаза: пронзительно-голубые, льняные, с белым накрапом гноя в воспаленных красных уголках. И под взглядом этих глаз Головкин невольно опустил голову.

 —  И тебе того же... Ты кто?  —  спокойно, почти без интонации спросил пожилой, выслушав торопливое «здрасте».

 —  Я... человек.

 —  А право так называться еще доказать надо,  —  неожиданно вставил его собеседник  —  плотный мужчина лет сорока.  —  «Закрыли» тебя за что?

 —  Как это «закрыли»?  —  язык Сергея прилип к небу, и фраза прозвучала невнятно.

 —  Да ладно, не кошмарь его, не видишь  —  первоход?  —  неожиданно в голосе пожилого засквозили нотки доброжелательности.  —  Давай к нам подгребай, не бойсь, не обидим...

Головкин несмело подошел поближе, осторожно поднял глаза на пожилого. Взгляд его  —  гипнотический, завораживающий  —  придавливал, точно бетонная плита. Но голос звучал на удивление ровно. Сперва новичку было предложено представиться: кто, откуда, чем на «вольняшке» занимался. Затем  —  рассказать, по какой статье тихий и скромный зооинженер с подмосковного конезавода попал в привилегированный специальный корпус № 9, предназначенный для особо опасных преступников.

 —  Ты кто такой?  —  пожилой пытливо взглянул на Головкина.  —  Не пидар? Не сука? И вообще  —  можно ли тебе рядом со мной стоять?

 —  А вы... кто?  —  ворочая пересохшим от страха языком, спросил арестант.

 —  Жулик,  —  последовало на редкость спокойное.  —  Вор. В законе я.  —  Удивительно, но несмотря на то что настоящие законники почти никогда не говорят о себе  —  мол, я «вор в законе», пожилой представился именно так.  —  А зовут меня...

* * *

Головкин не знал: его неудачная попытка вскрыть себе вены в камере ИВС Одинцовского УВД сильно всполошила следствие. Доказано: если человек твердо настроился на суицид, то его уже ничто не остановит. А уж если такой человек серийный убийца с явно ущербной психикой, то и подавно. Кто знает, что у него на уме?!

Смерть подозреваемого поставила бы на ходе следствия крест, оставив без ответов многочисленные вопросы: сколько трупов на совести маньяка, в одиночку он действовал или нет, а главное  —  существует ли «дядя Фишер», которого до сих пор искали оперативники?

К тому же для успокоения населения Головкина следовало судить образцово-показательным открытым процессом, как в свое время Чикатило.

А для этого надо было во что бы то ни стало вселить в него надежду  —  мол, если сам признаешься, поможешь следствию, то и в живых останешься...

Для подобных случаев правоохранительными органами наработано немало приемов...

ИЗ МАГНИТОФОННОЙ ЗАПИСИ ЧАСТНОЙ БЕСЕДЫ С А. К-ЫМ, ИНСПЕКТОРОМ ГУИНа РФ (ГЛАВНОГО УПРАВЛЕНИЯ ИСПОЛНЕНИЯ НАКАЗАНИЙ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ)

 —  В оперативно-следственной практике существует множество способов расколоть подозреваемого  —  особенно в СИЗО, особенно  —  первохода. Его только что взяли, он еще не знает ничего, боится неизвестности. Для таких лучше всего подходит грамотно подстроенная провокация.

Типовая ситуация: подозреваемый есть, косвенные улики есть, но прямых доказательств никаких. И сам в глухом отказе  —  даже на «пресс-хате» не ломается. Такого подозреваемого обычно «прокатывают» при помощи тюремной агентуры. Самое простое  —  отправляют в камеру, где сидит «наседка», то есть сексот, работающий на нас. Если сексот  —  профи, с грамотно разработанной легендой, с весом в криминальных кругах, он расколет подозреваемого дня за два, максимум  —  за пять.

Спрашиваешь, есть ли сексоты из числа авторитетов или воров?

Ссученные воры, конечно, есть, но их мало  —  из тех, которых еще в семидесятые на «Белом лебеде», что под Соликамском, ломали. (ИТУ АМ-244, СОЗДАННОЕ В КОНЦЕ ПЯТИДЕСЯТЫХ СПЕЦИАЛЬНО ДЛЯ СОДЕРЖАНИЯ ТАМ ВОРОВ В ЗАКОНЕ.  —  Авт.) Правда, братва стукачей быстро вычисляет... Был такой вор в законе Лымарь, он же Микола. Был, и нет его. Есть ли такие в московских СИЗО? Может быть, и есть. То есть по логике должны быть. Но мне о таких слышать не приходилось.

(ПУБЛИКУЕТСЯ С СОБЛЮДЕНИЕМ РЕЧЕВЫХ ОСОБЕННОСТЕЙ СОБЕСЕДНИКА.)

У следствия было слишком мало времени. Именно потому Головкина определили не в одиночную камеру, где обычно и содержат маньяков. Именно потому одним из его сокамерников стал милицейский осведомитель, работавший под легендой тюремного «вора в законе»...

* * *

Пожилой мужчина с фиолетовыми татуировками-перстнями на пальцах смотрел на Головкина строго, не мигая.

 —  Ну, так что там у тебя случилось? Ты не менжуйся, мы ведь тут все свои... Расскажи, как оно на самом-то деле было?!  —  Говоривший на миг приподнял набрякшие веки, будто бритвой полоснув собеседника по лицу ясным взглядом ярко-голубого цвета.

 —  Да убийство какое-то на меня вешают.

 —  Убийство? Кого?

 —  В лесу расчлененный труп обнаружили, мальчишки из нашего поселка,  —  произнес Сергей немного окрепшим голосом, сглотнув так некстати набежавшую слюну.

 —  И что? А ты тут при чем?

 —  Да ни при чем я. Не убивал я, ничего не знаю, никого не видел.

Головкин уже пожалел о сказанном, уже решил для себя  —  все, хватит, зачем перед незнакомым человеком открываться, в каком бы «законе» тот ни был... Но взгляд жулика словно прожигал его насквозь. Человека с таким взглядом нельзя было одернуть: мол, не твое дело. Такому мимо воли расскажешь...

 —  Три ножа у меня в машине нашли,  —  сипло произнес Сергей, стараясь не смотреть в лицо собеседнику.

 —  А ножи тут при чем?

 —  Да ни при чем! Чистые они.

При слове «чистые» вор насторожился.

 —  А что  —  значит, и «грязные» есть?

Насильник промолчал.

Жулик закурил неторопливо и, выпустив через нос струйку сизеватого дыма, произнес внушительно:

 —  Вот что: ты не в прокуратуре и не в мусорне, так что под дурака не коси. Хочешь, расскажу, что менты теперь с тобой сделают?

Головкин затравленно взглянул на собеседника и тут же отвернулся.

 —  Что?

 —  Сейчас следак твой поедет к Генеральному прокурору, возьмет санкцию и сделает «разморозку». Убийство как-никак  —  сам понимаешь.

 —  А что такое «разморозка»?  —  дрогнувшим голосом спросил Сергей.

Вор улыбнулся:

 —  Ну, типа лекарства такого. И не хочешь говорить, а все расскажешь. Ты о Чикатило слыхал?

 —  Ну да.  —  Головкин немного оживился, и это оживление не осталось незамеченным собеседником.  —  Я о его деле из газет узнал, следил, что и как...

 —  На нем пятьдесят три трупа было,  —  перебил вор.  —  Думаешь, он вообще в голову раненный, чтобы столько жмуров на себя брать? Это же «вышак», конкретный... «Разморозили» его, вот и раскололся.

После этих слов Сергей почувствовал: волна страха накрыла его с головой. Язык мокрым кляпом залепил гортань, в голове шумело, колени предательски задрожали...

 —  Так что же мне делать?

 —  Послушай,  —  неожиданно в голосе татуированного собеседника зазвучали нотки приязни,  —  а Чикатило-то не расстреляли.

 —  Как? А в газетах писали...

 —  Ты еще о телевизоре расскажи. Он теперь или в Сычевке, или в Казани.

 —  А что там?

 —  В Сычевке  —  специальная психбольница для особо опасных преступников. Понимаешь  —  по приговору суда они как бы преступники, но расстреливать их по закону нельзя, потому что они еще и вроде как психи. В Казани  —  тоже психбольница. И тоже для таких.

 —  И что?

 —  А то: если ты признаешься в одном или в двух убийствах  —  тебя точно расстреляют. Потому что выходит, что ты здоров. А если признаешься во всем, что на тебе висит,  —  может быть, и выживешь. Так что пиши явку с повинной на имя Генерального прокурора: мол, не ведал, что творил, рассудок потерял. И в конце обязательно укажи: помогите мне излечиться, я еще могу быть полезным для нашего общества... Да и «явка с повинной» тебе зачтется.

* * *

Допросы начались уже с двадцать первого октября. За день до этого Головкин действительно написал в Генпрокуратуру «явку с повинной», в которой детально описал: когда убивал, где убивал, чем убивал, что вытворял с живыми и мертвыми.

Следователя прокуратуры по особо важным делам трудно чем-нибудь удивить. Но признания маньяка-садиста звучали столь откровенно, что даже самые опытные следаки с трудом удерживались, чтобы не придушить мерзавца прямо в кабинете.

ИЗ ПОКАЗАНИЙ ОБВИНЯЕМОГО ГОЛОВКИНА С.А. НА ДОПРОСЕ ОТ 28.10.1992 ГОДА:

(...)

...продолжая удерживать труп в прежнем положении, сделал надрезы кожи в области плечевых костей рук, голеней ног и стал снимать с него кожу. Местами я кожу изнутри подрезал, а местами просто сдирал. В общем, снял кожу единым лоскутом и изнутри посыпал солью, которую специально для этой цели принес с конюшни манежа. Это я сделал для того, чтобы подольше сохранить кожу, просто решил попробовать, что получится. До этого таким образом я снимал шкуры с павших лошадей.

(...)

...чем больше жертва вызывала у меня симпатию, тем больше мне хотелось манипулировать с ней, с ее телом, больше резать, вырезать...

Его отвезли в Горки, в гараж  —  он сам вызвался продемонстрировать свою пыточную. Видеокамера оператора следственной группы тщательно фиксировала предметы, выносимые из подвала: топоры, молотки, шила, ножи с причудливо изогнутыми лезвиями, хирургические ножницы, шприцы, ремни, веревки, детские вещи со следами засохшей крови. Затем появились человеческий череп с подсохшими лоскутами мяса и небольшое цинковое корыто с какой-то темной массой на дне.

Головкин, правая кисть руки которого была пристегнута наручниками к руке омоновца, словно завороженный, смотрел на корыто.

 —  Что это?  —  удивленно спросил один из оперативников.

 —  Кровь,  —  спокойно ответил маньяк.  —  Я ее с последних пацанов, со всех троих, в корыто нацедил, а потом паяльной лампой выжег... Просто хотел узнать, что из этого получится.

ИЗ МАТЕРИАЛОВ УГОЛОВНОГО ДЕЛА  № 18/58373-86:

(...)

...после нескольких насильственных половых актов Головкин связал подростку руки и удушил его, перекинув веревку с петлей через ступеньку лестницы.

Затем, убедившись в смерти ребенка, подвесил его за ноги на вделанный в стену крюк, отрезал нос и уши, отчленил голову, нанес множество ударов ножом по туловищу, вырезал внутренние и половые органы. При помощи анатомических ножей и топора расчленил труп, вырезал мягкие ткани, поджарил их на паяльной лампе и съел. Части тела, кроме головы, вывез в лес и закопал. Отчлененную голову убийца хранил в гараже.

Он вскрыл черепную коробку, выжег паяльной лампой мозг, отсепарировал мягкие ткани, а в дальнейшем демонстрировал череп Сергея П. другим жертвам для запугивания...

В тот же день маньяк отвез оперативников и следователей к путевому указателю «Звенигородское лесничество», где показал яму  —  ту самую...

Он больше не отпирался, не пытался покончить жизнь самоубийством. Его даже перевели в одиночную камеру, и об этом маньяк сильно жалел: ему так не хватало того самого «вора», который помог советом написать «явку с повинной»...

В глазах Головкина засветилась надежда. Он рассказывал все, что только мог вспомнить, пытливо заглядывал в глаза оперов и следаков, с трудом удерживаясь, чтобы не спросить: ведь теперь, когда я все сказал, меня точно не расстреляют? Ведь психов вроде меня не расстреливают, правда? Куда меня повезут: в Сычевку или в Казань?

ИЗ ПОКАЗАНИЙ ОБВИНЯЕМОГО ГОЛОВКИНА С.А. НА ДОПРОСЕ ОТ 22.10.1992 ГОДА:

Закончив с расчленением одного, я заставил другого пососать еще раз мой половой член и, по-моему, пытался совершить с ним акт мужеложества. Перед тем как совершить убийство, я повесил его с помощью веревки за руки на крюке. При этом я использовал и кольцо металлическое, которое затем обнаружили в моем рыбацком ящике. Я его надел на крюк, сделал петлю, накинул мальчику на шею и пропустил веревку через это кольцо. Все это я сделал с тем, чтобы придушить его, если вдруг он вздумает кричать. Закончив все эти приготовления, я сообщил, что буду на груди его выжигать нецензурное слово...

(...)

Во время выжигания этого слова он не кричал, а только шипел от боли. Затем я повесил его на веревке сине-белого цвета...

(...)

2 июня 1993 года произошло событие, которого маньяк и ждал, и боялся одновременно. Он был направлен в Институт общей и судебной психиатрии имени В. П. Сербского.

Увы!  —  надеждам «закосить под психа», которые он так лелеял, не суждено было сбыться. Согласно закону, главным критерием определения невменяемости является «невозможность отдавать отчет в своих действиях или руководить ими». Сергей Александрович Головкин был признан вменяемым. А решение медицинского консилиума, в отличие от судебного, обжалованию не подлежит.

Литерное дело «Удав» было почти закончено. Расстрел шел однозначно. Но до суда, как ни странно, было еще далеко.

В октябре 1993 года в России была предпринята попытка очередного государственного переворота, и «одиночки» спецкорпуса Матросской Тишины потребовались для более высокопоставленной публики; в то время в бывшем кагэбэшном режимном корпусе № 9 бывших защитников Белого дома содержалось не меньше, чем высокопоставленных воров и бандитов. И подследственного перевели в СИЗО № 2, в Бутырку, но тоже на «спец».

Конечно же, тюремная администрация прекрасно понимала, что могут сделать с маньяком в общей камере: слух о заезде на «спец» знаменитого «Фишера» мгновенно разлетелся по «блатному телеграфу». Понимала администрация и другое: Головкина непременно следует оставить в живых  —  для будущего судебного процесса.

Именно потому маньяка довольно долго продержали в «одиночке», подыскивая подходящих сокамерников. И лишь спустя неделю таковые были подобраны: восемь первоходов, без связей и веса в уголовном мире, с соответственными статьями обвинения: «Незаконное получение банковского кредита», «Хищения в особо крупных размерах», «Получение взятки»...

Новая «хата» находилась на так называемом «большом спецу», который традиционно предназначается для серьезного контингента, но тем не менее была «лунявой», то есть без «дорог». Воры, державшие на Бутырке масть, не имели с этой камерой связи и, следовательно, не могли свершить правосудие.

Последнее обстоятельство и позволило маньяку дожить до суда.

* * *

Суд состоялся в октябре 1994 года.

В последний момент было решено переиграть  —  судебный процесс был закрытым. Слишком кровавые подробности, выплывшие во время следствия, могли бы привести к непредсказуемым последствиям, вплоть до поджога здания суда и линчевания подсудимого.

Головкин сидел в металлической клетке под охраной четырех конвоиров, опасливо глядя в зал: матери и отцы погибших детей пытались дотянуться до убийцы через стальные прутья.

В одной из смежных с судебным залом комнат дежурила бригада «Скорой помощи»  —  трижды родителям убитых становилось плохо с сердцем.

Защищал маньяка опытный адвокат Пашков. Виновность Головкина в совершении чудовищных преступлений не вызывала сомнений, и потому адвокат мог лишь попытаться убедить суд заменить исключительную меру наказания пожизненным заключением. Мол  —  в быту и на работе характеризуется положительно, имеет поощрения, за успехи в коневодстве награжден Большой серебряной медалью ВДНХ, активно помогал следствию, написал «явку с повинной», ранее не был судим...

«Оставьте ему годы для молитвы»,  —  попросил адвокат в конце процесса.

Однако для суда такой аргумент показался неубедительным.

19 октября 1994 года судья Дзыбан наконец огласил приговор.

По совокупности всех вмененных подследственному обвинений он получал 28 лет лишения свободы. Однако 102-я статья тогдашнего УК («Умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах») поглотила все остальные.

В тишине судебного зала сухо и бесстрастно прозвучал голос судьи:

 —  Именем Российской Федерации... приговорить Головкина Сергея Александровича к исключительной мере наказания  —  расстрелу.

Осужденному предоставили последнее слово. Поднявшись, он взглянул сквозь прутья решетки сперва на судью, а затем в зал и, откашлявшись в кулак, глухо произнес:

 —  Я виноват. Мне нечего сказать в свою защиту. Расстреляйте меня...

www.karishev.ru

От живодера к маньяку. Сергей Головкин ("Фишер")

animals4future

Российский серийный убийца Сергей Головкин (известен под прозвищами Фишер и Удав) (26 ноября 1959 — 2 августа 1996), жертвами которого стали 11 мальчиков и подростков в 1986—1992 годах в Московской области, отличался особой жестокостью, в том числе при групповых (до 3 лиц) пытках и убийствах детей. Головкин насиловал мальчиков, подвергал своих жертв пыткам, а после убийства проводил с трупами различные манипуляции. Последнюю жертву, прежде чем убить, маньяк мучил 12 часов.

В переходном возрасте его одолевали прыщи на теле и лице, непроизвольное мочеиспускание, а также опасение, что окружающие ощутят исходящий от него запах спермы. Именно тогда, в переходном возрасте, все и началось – как водится, с животных. В 13 лет он поймал кошку, повесил, затем отрезал ей голову и впервые ощутил, что у него “наступила разрядка, ушло напряжение, возникло душевное облегчение”. После этого появились “мечты об эксгумации трупа и его расчленении”. Мастурбируя, он воображал, что совершает половой акт с одноклассниками, мучая их при этом, жаря голыми на сковороде, сжигая на костре.

Головкин работал на одинцовском конезаводе № 1 зоотехником. Для сотрудников он долгое время оставался прекрасным специалистом и неконфликтным человеком. Однако не без странностей: женщинами не интересовался, не был женат, жил один. Многие замечали, что, выполняя свои обязанности по работе, он иногда слишком увлекался: при обследовании и осеменении лошадей слишком долго задерживал руку в прямой кишке животного, при этом глаза у него становились мутными. Если в такой момент к нему обращались с вопросом, он будто ничего не слышал. Когда ощупывал половые органы кобылы, некоторым женщинам бывало просто стыдно за его возбужденный вид.

Позднее, проходя обследование, он признавался психиатрам, что в раннем возрасте представлял себя в роли фашистов, которые пытали пионеров-героев. Во время садистских грез у него постепенно сформировался идеальный образ желаемого мальчика - худенький, среднего роста, не старше 16 лет. Расстроенное сознание требовало перейти от грез к действиям. Поиски объектов для удовлетворения извращенных желаний стали почти ежедневными. За шесть лет в Одинцовском районе Московской области были найдены останки 11 расчлененных и искромсанных мальчиков. Первый труп был обнаружен в апреле 1986 года, в июле этого же года - опять зверское убийство подростка, через несколько дней - новое. И везде тот же почерк. После этой череды леденящих кровь преступлений последовал трехлетний перерыв. Очередная серия завершилась тремя убийствами уже в 1992 году.

Прозвище “Фишер” Головкин получил по показаниям одного подростка, который позже сообщил оперативникам, что видел, как с его друзьями (останки трупов которых позже были найдены) на улице разговаривал мужчина двухметрового роста с татуировкой “Фишер” на плече. Этот факт заставил оперативников терять драгоценное время, т.к. долгое время отрабатывалась версия беглого зека. Что в данной ситуации понятно - любые факты нельзя было упускать из вида. После первых убийств Головкин почувствовал “жажду новых ощущений”, а в лесу, где в любой момент мог появиться грибник или просто прохожий, не было ощущения полной свободы. Кроме того, хотелось комфорта для истязаний. А самое главное - ему хотелось, чтобы его удовольствия тянулись не минуты - часы. Так у него появился “стационар”. Головкин купил “Жигули”, получил под гараж место на территории конезавода, вырыл в гараже подвал, забетонировал пол, обложил стены бетонными плитами, провел свет, в стенах закрепил кольца, купил детскую оцинкованную ванну

Готовя живодерню, “испытывал предвкушение радости”, уверенный, что “теперь-то будет делать, что хочет”, не боясь, что кто-то прервет, помешает. Стали сбываться мечты маньяка. Сначала ему удалось заманить в машину двоих, а потом даже троих. Старший следователь по особо важным делам при Генеральном прокуроре Российской Федерации, старший советник юстиции Евгений Бакин поведал о задержании этого страшного маньяка, которого называет Удавом. Бакин проследил, что в жизни преступника произошли серьезные изменения. В восемьдесят шестом у него не было “стационара” - постоянного места, где он мог разделывать трупы. В первых “охотах” на детей был элемент случайности: Удав “снимал” любого, практически первого встречного. Тогда, в восемьдесят шестом, Удав убивал там, где нападал.

Первые мертвые тела практически не прятал. Его союзником был лес. Следствие вычислило, что “стационар”, где убийца мог спокойно расчленять трупы, не опасаясь быть застигнутым врасплох, появился в 1989-м году. Останки вывозились в лес и закапывались в глухих местах. Таким образом, место захоронения не было местом убийства и расчленения. Удовольствия маньяка теперь длились с вечера до утра. По его позднейшим признаниям, именно тогда он понял, что такое любовь: когда чувство симпатии к какой-либо жертве буквально захлёстывало его. Но проявлялось это чувство самым кощунственным образом: “Чем больше жертва нравилась мне, тем больше хотелось манипулировать ею, больше резать, вырезать”. Самых “любимых” он оставлял напоследок, истязал, убивал медленно, даже заставлял участвовать в пытках и процедуре убийства. Моральное удовлетворение доставляло сознание своей силы, превосходства, могущества. Удовольствие получал от клятвенных обещаний жертвы выполнить любое его поручение, даже привести кого-нибудь вместо себя. После каждого убийства “у меня было такое приятное чувство, будто я сделал что-то хорошее, как бы выполнил свой долг”, - скажет он психиатрам.

И все же Удав, по его признаниям, никогда не испытывал полного удовлетворения. Например, ему не понравилось на вкус человеческое мясо. После того, как с очередной жертвой было покончено, он оставлял на память о ней какую-нибудь вещь, часами ее созерцал - это успокаивало, когда хотелось получить новые ощущения, но не было такой возможности. Воображение рисовало все новые и новые картинки, которые будут превращены в реальность в следующий раз. Самым любимым сувениром был череп мальчика, которым он “совершенно насытился”.

…Ареста Удав не ждал. Был уверен в своей безнаказанности. Когда же на его запястьях защелкнулись наручники, реакция была шоковой. Когда его начали допрашивать, давал однозначные ответы: “Да - нет - да - нет”. На утро следующего после ареста дня он начал давать показания. Однако раскаяния, по его собственным признаниям, он не испытывал. На вопрос, почему не заводил семью, Головкин ответил: “Боялся, что сделаю с собственным сыном то же самое, что и с теми мальчиками”.

По мотивам: http://serialmaniak.ru/bio/rus/38-sergey-golovkin.html

Page 2

Кировский районный суд Саратова вынес решение по иску зоозащитницы Оксаны Семык, просившей признать незаконными действия муниципального предприятия СпецАТХ. Работники МУПа отстреливали бродячих животных при помощи духовых ружей, заряженных шприцами с ядом. Как доказала заявительница, такой способ регулирования численности городской фауны опасен для людей.

В суд обратилась жительница Саратова Оксана Семык (она возглавляет местное общество защиты животных, но в данном процессе действовала как частное лицо). По словам истицы, бригада СпецАТХ уничтожает собак и кошек в людных местах в дневное время: «Переживания, вызванные таким жестоким зрелищем, могут спровоцировать у меня стресс, тяжелую депрессию, обострение хронических заболеваний».

Работники предприятия используют духовые ружья, заряженные шприцами с ветеринарным препаратом «Адилин». Согласно инструкции к препарату, это вещество вызывает паралич дыхания и остановку сердца. Как сказано в письме Минсельхоза, «Адилин» предназначен «для массового убоя скота и птицы в очагах особо опасных болезней», но не для работы на городских улицах. При случайном уколе необходимо ввести противоядие, подготовиться к проведению искусственного дыхания и переливанию крови.

Рабочие СпецАТХ, проводящие манипуляции с отравляющим веществом, не имеют ветеринарного образования.Шприцы заправляют ядом прямо на улице, как отмечает Оксана, стеклянный флакон с «Адилином» может случайно разбиться. Четверо горожан рассказали в суде, что сотрудники предприятия вели стрельбу «в опасной близости» от прохожих. Еще одна свидетельница сообщила, что рабочие угрожали выстрелить в нее, если она помешает выполнению заказа.

За уничтожение одной собаки предприятие получает 498 рублей. Всего за прошлый год было ликвидировано более 1,2 тысячи собак.

Page 3

Previous Entry | Next Entry

animals4futureЗнаменитый блогер Навальный красуется на фото рядом с губернатором Кировской области Никитой Белых с охотничьими трофеями. Комментарии излишни.

Оригинал взят у vlad_semenovв Чтобы знать их в лицо

Отвратительное чувство! Как-то не ожидал. Я понимаю, что список людей с повернутой психикой огромен, и огромное же место среди них занимают те, кто бегает с ружьем по лесу и находит радость от того, что убивает живых существ. Но эти же люди еще любят потом все это заснять на пленку! Вот с этими самыми трупами в руках!Вот, как это ни странно - истинное лицо Навального и губернатора Белых, как говорится - без комментариев! И ведь эти люди, получающие реальное удовольствие от такой забавы на что-то претендуют в обществе. Ужас!

 

Какую-то неприятную и жутковатую ассоциацию вызывают эти фотки с жертвами охоты – с такой же гордостью и уверенностью в себе фотографировались фашисты во время войны на фоне расстрелянных партизан и мирных жителей, надсмотрщики в концлагерях, да и сегодня американские наемники с зомбированными напрочь мозгами в зоне военных действий.При этом то, что у человека с нормальной еще непораженной убийством живого существа душой вызывает только дикое отвращение и ужас, у этих граждан вызывает первобытную радость. Именно первобытную, потому что как бы ни рассказывали сторонники охоты про этот «природный азарт», он абсолютно низкого и самого животного происхождения. При этом, что показательно, сами животные, охотясь и убивая друг друга, делают это не с целью развлечения и сомнительного отдыха, а всего лишь пропитания ради, и даже не про запас.
Tags:

animals4future.livejournal.com


Смотрите также