Все время что-то читаю... Прочитанное хочется где-то фиксировать, делиться впечатлениями, ассоциациями, искать общее и разное. Я читаю фантастику, триллеры и просто хорошие книги. И оставляю на них отзывы...
Не знаете что почитать? Какие книги интересны? Попробуйте найти ответы здесь, в "Читалке"!

Вор в законе монгол биография национальность


Он наводил ужас на Москву и презирал воровские понятия

«Лента.ру» продолжает цикл публикаций о ворах в законе — генералах преступного мира. Появившись в начале XX века, они очень скоро встали во главе организованной преступности СССР, а затем России. В предыдущей статье мы рассказывали о Владимире Бабушкине по кличке Вася Бриллиант: он стал примером безупречного следования воровским законам и за всю жизнь ни разу не запятнал свою воровскую честь. Полной противоположностью Бриллианту был Геннадий Карьков — Монгол: в 70-х годах он создал банду беспринципных разбойников, наводившую ужас на подпольных миллионеров Москвы. Бандиты Монгола в погоне за нетрудовыми доходами цеховиков наряжались в милиционеров и изощренно пытали своих жертв. Их главаря Карькова называли «дедушкой российского рэкета».

Понятиям вопреки

Геннадий Карьков родился 5 декабря 1930 года в городе Кулебаки Нижегородской области. Преступной общественности он станет известен под кличкой Монгол: ею, по слухам, его одарил сокамерник — знаменитый законник Владимир Бабушкин (Вася Бриллиант). И произошло это якобы во Владимирском централе, куда Карьков угодил в 1972 году, а Бриллиант — годом позже. Впрочем, по другой версии к тому времени «погоняло» уже закрепилось за Карьковым и было получено им в предыдущую ходку. Как бы там ни было, внешность у авторитета действительно была азиатская, что неудивительно, учитывая его казахские корни.

О детстве и юности Монгола известно немного. В послевоенное время он прибыл в столицу. Получением профессии новоиспеченный москвич не озаботился и подался в обычные воры, промышляя на городских улицах, рынках и в общественном транспорте. Щипачом Карьков был талантливым и довольно везучим — действовал настолько незаметно, что долгое время не попадался. Однако в 1966 году его все-таки схватили сотрудники Кировского районного отдела милиции. Вскоре после этого Монгол отправился на зону отбывать назначенное судом наказание — три года лишения свободы.

Оказавшись в Кизеловском ИТЛ (исправительно-трудовом лагере) в Пермской области, шустрый новичок быстро втерся в доверие сидевшим там авторитетным ворам. Правда, несмотря на все его старания, в законники его не приняли, а вот за «козырного фраера» — представителя низшей ступени воровской иерархии — он сошел. В аккурат к выходу Монгола на свободу воры сочинили «маляву», где просили находящихся на воле законников оказать своему протеже помощь и поддержку.

Те волю «коллег» исполнили и взяли Карькова под свое крыло. При этом Монгол, хоть и имел виды на статус законника, нередко нарушал воровской кодекс и обзавелся официальным местом работы — в строительной организации. Получал копейки, зато не переживал, что в один прекрасный момент его привлекут за тунеядство, тем более что стражи порядка теперь не оставляли его без внимания.

Оставаться на подхвате у боссов криминального мира Карьков не собирался. Он мечтал не только обрести безусловный авторитет среди уголовников, но и сказочно разбогатеть, поэтому сколотил свою банду, которая занялась разбоями. Однако зажиточные граждане Монгола не привлекали. Его целью стали те, кто и сам имел доход от незаконной деятельности: спекулянты, подпольные предприниматели, именуемые цеховиками, антиквары, наркоторговцы и нечистые на руку милиционеры.

Монгол отлично понимал, что своим стремлением к обогащению он в очередной раз попирает воровской кодекс, но это его нисколько не смущало. Более того, он считал, что время «законников в чистом виде» безвозвратно уходит, а жить надо, максимально подстраиваясь под новые реалии. В своем деле Карьков настолько преуспел, что его называли «дедушкой рэкета» и признавали: банда жестокого казаха стала прообразом организованных преступных группировок, заявивших о себе в конце 80-х — начале 90-х годов.

Джентльмены удачи

Фактически группировка Карькова активно действовала на протяжении одного только 1971 года, но за это время успела совершить несколько десятков налетов. При этом причастность Монгола и компании к этим преступлениям удалось доказать лишь в нескольких эпизодах, ведь пострадавшие не желали откровенничать с сотрудниками милиции. На это и был расчет Монгола: у самих жертв рыльце в пушку, сами в случае обращения в органы должны будут ответить за свои доходы и махинации, а поэтому им будет проще поделиться с бандитами и снова приступить к обогащению.

Компанию Монгол подобрал под стать своей беспринципности. Уголовник Владимир Быков (Балда) был славен тем, что при каждом задержании весьма успешно косил под психически больного и вместо зоны отправлялся отлеживаться в психушку «Белые Столбы», а его собратья по ремеслу каждый раз выделяли из общака деньги врачам, чтобы те не кололи Балду тяжелыми лекарствами.

Психопат-садист Виктор Аникеев (Битумщик), с которым Карьков познакомился на зоне, был известен тем, что выполнял заказные убийства, и организовывал их весьма нетривиальными способами. Например, одну жертву Аникеев облил бензином и поджег, другой брызнул в лицо кипящий битум, который перед этим растопил в алюминиевой кружке на плите (как раз за это он получил свою кличку и 500 рублей). Физическую ликвидацию жертвы он оценивал скромнее: за каждое убийство брал всего 100 рублей (средняя зарплата молодого специалиста с высшим образованием в то время была 140 рублей).

Не уступал Битумщику в беспощадности и еще один член банды — наркоман по кличке Палач. Тот применял к жертвам разбоя собственную методику: укладывал бедолагу в гроб, закрывал крышку и начинал, как фокусник, пилить его пополам. До кровопролития обычно не доходило — испуганные до безумия граждане предпочитали не ждать чуда и сразу же отдавали рэкетирам все, что требовали.

Выделялся на фоне этого сброда любитель восточных единоборств Вячеслав Иваньков (знаменитый Япончик). Кстати, по одной из версий, свое знаменитое прозвище Иваньков получил именно за увлечение джиу-джитсу. Карьков очень ценил Япончика за способность к быстрому принятию правильных решений и ловкость в выполнении заданий. Например, Иваньков, на радость всей бригаде, раздобыл подлинное милицейское удостоверение. Документ Япончик вместе с подельниками вытащил у младшего лейтенанта по фамилии Чухров, которого предварительно напоили до беспамятства в гостинице «Северная» на Сущевском Валу. Чуть позже Япончик принес в банду еще и два комплекта милицейской формы.

Просчитав все ходы будущих операций, Иваньков предложил приобрести два автомобиля «Волга» и грузовик, куда впоследствии рэкетиры грузили гробы с живыми жертвами внутри. А однажды Япончик принес Карькову целый сценарий, достойный голливудского боевика, благодаря которому разбойникам удалось сломить очередную жертву — антиквара Вольдемара Миркина.

Театральный разбой

На предложение Монгола поделиться нечестно нажитым имуществом Миркин, директор знаменитого на всю Москву антикварного магазина, ответил жестким отказом и даже рассмеялся в лицо рэкетиру. Впрочем, на следующий день Вольдемару стало не до смеха. В роковое для него утро антиквар, как обычно, ехал на работу, как вдруг дорогу его «Волге» перегородил грузовик.

Возмущенный Вольдемар выскочил из машины и принялся было кричать, но двое крепких парней заломили ему руки за спину и ловко впихнули в фургон грузовика. Внутри находился пустой гроб, куда и уложили Миркина. Приколотив крышку гвоздями, молодчики дали сигнал водителю, и грузовик отправился в путь. Куда его везут, антиквар не понимал и, казалось, потерял дар речи — на требование отморозков выдать местонахождение тайника с деньгами ничего не отвечал.

Внезапно в фургоне появился сотрудник ГАИ, который потребовал открыть гроб. После этого грянул выстрел, и сквозь небольшую щель Миркин увидел, как сотрудник милиции, сраженный пулей в голову, рухнул рядом с гробом. Бандиты принялись обсуждать, что же теперь делать со случайным свидетелем.

Единственно верным решением всей компании виделось погрузить труп стража порядка в тот же гроб, набросать туда камней и утопить вместе с Миркиным. Заслышав такое, антиквар принялся кричать, что выполнит все требования преступников, а когда крышка гроба наконец открылась, протянул им маленький ключик от сейфа, который находился в его квартире.

И тут же обомлел от страха: лежавший рядом мертвый гаишник поднялся и засмеялся. Это был переодетый Япончик, который исполнил главную роль в придуманном им самим спектакле. Впрочем, Миркину уже было все равно: он был страшно напуган и жалел об одном: что не пошел на контакт с Монголом в день его первого визита.

Оставив жертву в конспиративной квартире на Большой Почтовой улице, разбойники поспешили в его жилище, где без труда нашли сейф. Однако сумма внутри хранилища Карькова не устроила. Забирать раритеты, коими была полна квартира Миркина, бандиты не решились — слишком уж высок был риск попасть в руки органов при попытке сбыта таких специфических ценностей.

Надавив на Вольдемара, бандиты вынудили его написать письмо сестре в Харьков и без объяснения причин попросить собрать 20 тысяч рублей, огромные по тем временам деньги. Та собрала половину требуемой суммы — 10 тысяч. Однако Монголу, который в роли посыльного лично прибыл за мздой, этого показалось мало: по его сигналу подчиненные «раздели» испуганную женщину — сняли с нее все украшения, которые беспечная дама надела на встречу с «посыльным». После этого антиквара наконец отпустили восвояси, строго наказав держать рот на замке.

Страсти по шашлыкам

Еще одной жертвой банды Монгола стала в мае 1971 года Антонина Ломакина, директор шашлычной на Ленинградском проспекте. О том, что дама умудрилась сколотить на своем месте целое состояние, Монголу сообщил один из сотрудников забегаловки. Карьков сначала думал, что совладать с женщиной будет проще простого, но на деле все оказалось иначе.

В назначенный день разбойники подстерегли Ломакину у шашлычной, впихнули в «Волгу» и повезли кататься по городу. Во время крайне неприятной поездки сидящий на переднем пассажирском сиденье Монгол сообщил, что в курсе всех ее махинаций, и потребовал отдать часть ценностей. А находящийся рядом Балда демонстрировал заточку, которой периодически тыкал ей в бок.

Ломакина продержалась пару часов, после чего дала согласие на сотрудничество и пообещала отдать для начала пять тысяч рублей. Довольные собой разбойники сопроводили женщину до ее квартиры на Бескудниковском бульваре, в дверях которой произошло непредвиденное: Антонина изо всех сил принялась звать на помощь. Монгол дал команду к отступлению, и бандиты, бросив жертву, быстро ретировались.

У Ломакиной был только один шанс избежать новой встречи с вымогателями — сообщить о происшествии в милицию. Но женщина понимала, что в этом случае внимания Управления по борьбе с хищениями социалистической собственности (УБХСС) ей не избежать, и за помощью к стражам порядка не обратилась. Позже она горько пожалела об этом решении.

Повстречав через пару дней людей Монгола, Ломакина попыталась было бежать, но те настигли жертву и снова погрузили в автомобиль. В этот раз в салоне стояла гробовая тишина — никто Антонину делиться не уговаривал, и от этого становилось еще страшнее. Прибыв в пункт назначения — лесополосу в Подмосковье, разбойники вытащили упирающуюся женщину, накинули ей на шею петлю и подвесили на дереве. Отсчет времени вел Палач: на 15 секунде, когда в мозгу еще не начались необратимые процессы, веревку подрезали, и задыхающаяся Ломакина рухнула на землю.

После такого перепуганная до смерти дама протянула ключи от своей квартиры и назвала садистам все места, где прятала деньги: она прекрасно понимала, что ни о каком дележе теперь речь не идет, разбойники заберут все, но жизнь была дороже. Бандиты и впрямь не оставили в жилище Ломакиной ничего ценного: помимо наличных вытащили все, вплоть до дивана.

Кошмар наркоторговцев

Любопытно, что в банде Монгола была и женщина — дорогая проститутка Татьяна Модэ, которая промышляла в ресторане «Узбекистан». Как-то раз она оказалась в объятиях Япончика и попросила о содействии в разборках с наркоторговцами: мол, девушка она бедная, приходилось подрабатывать сбытом травки, а хозяева ей не заплатили. Карькову, которому Япончик сообщил о просьбе новой знакомой, идея прижать наркоторговцев показалась удачной.

К первому обидчику Модэ — посреднику, который передавал ей зелье, — бандиты заявились в милицейской форме и, бегло сверкнув ксивой, попросили следовать с ними. Испуганный наркоторговец подчинился — и вскоре оказался в кузове грузовика, где дожидался новой жертвы гроб. Мужчине хватило нескольких минут в роли мертвеца, и он согласился на все условия разбойников: отдать им пять тысяч рублей, все имеющиеся у него наркотики и золото.

Оказавшись в безопасности, дилер сразу понял, кто сдал его банде Монгола, и решил отомстить. Заявился на квартиру к Модэ, где, к его ужасу, находились Япончик и Балда. На этот раз платой за жизнь для мужчины было рассекречивание всех его контактов в наркосфере. И выяснилось, что основным поставщиком «дури» была узбечка Фатима Берсанукаева. С ней бандиты Карькова отработали ту же схему: под видом сотрудников правоохранительных органов проникли в ее жилище и при обыске нашли ценности, деньги и наркотики. Припугнув Фатиму расправой, бандиты вынудили ее собрать и отдать им еще десять тысяч рублей. Та была согласна на все.

Но и на этом бандиты не остановились. Прокутив все вырученные деньги, они снова решили тряхнуть старую знакомую, и в этом им помогла Модэ. Представившись клиенткой, она заманила Берсанукаеву на свою квартиру, где ее ждала засада. Разбойники вывезли жертву на дачу в деревню Маклино Калужской области. Там за дело взялся Палач: он бил и душил женщину до потери сознания, в итоге измученная Фатима отдала им все, что у нее было.

Вор вору враг

Прокол, который привел бригаду Монгола к краху, был допущен участниками группировки летом 1971 года. Разбойники решились на беспрецедентный шаг: обчистить своих же «коллег» — воров-домушников. Незадолго до набега бандитов Карькова те совершили очень удачную кражу из квартиры богатого цеховика. Все ценности вывезли на квартиру родственницы одного из воров.

Туда и нагрянули люди Монгола, переодетые в милицейскую форму. Однако домушники, в отличие от неопытных в этом деле наркоторговцев, оказались ребятами бывалыми и сразу же раскусили маскарад. Но сопротивляться не решились и отдали налетчикам всю ценную добычу — около 200 золотых монет царской чеканки и гору драгоценностей.

Немного позже воров задержали уже настоящие стражи порядка и после титанических усилий раскололи, пообещав смягчение приговора. Так оперативникам стало известно, что в регионе работает банда переодетых в милиционеров преступников. Дальнейшее было делом техники. По некоторым данным, в банду Монгола был подослан сотрудник под прикрытием, и ему удалось в короткие сроки собрать компромат на своих «коллег».

Арестовали разбойников в начале 1972 года — 27 человек с Карьковым во главе. Иванькову единственному удалось избежать даже минимального наказания: Монгол, который прочил Япончика в преемники, дал указания подельникам максимально выгораживать его.

К слову, Карьков на допросах поначалу вел себя нагло и отказывался признавать свою вину: он думал, что никто из жертв не осмелится пойти на контакт с милицией. Но, увидев показания Миркина, Ломакиной и Берсанукаевой, позицию поменял и согласился содействовать следствию.

Надо отметить, что по совокупности всех эпизодов, которые стали известны следствию, Карькову и его подельникам грозила смертная казнь. Но так получилось, что свидетельствовать против разбойников согласились лишь пятеро потерпевших.

По приговору суда от июля 1972 года Карьков получил 15 лет колонии, большинство его подельников — сроки от 10 до 12 лет. Балда же, как обычно, отправился на принудительное лечение в психбольницу.

Оказавшись на зоне, Карьков сразу угодил на воровскую сходку, где ему были предъявлены претензии за его трудоустройство, разбойную деятельность в отношении своих и сотрудничество с милицией. Но Монгол сумел переломить ситуацию в свою пользу, доступно объяснив ворам, что действовал согласно законам нового времени. «Козырной фраер» пояснил, что при нынешнем положении вещей доскональное следование воровскому кодексу сулит скорую гибель всей касте законников, и свод правил пора модернизировать.

Монгол был настолько убедителен, что бывалые воры признали его правоту и не только не применили штрафных санкций, но и вскоре короновали его. Еще через несколько лет, в 1979 году, идеи Монгола действительно обрели «законную» силу на воровской сходке в Кисловодске, где воры встретились с цеховиками и убедили их платить в воровской общак 10 процентов своей прибыли.

Карьков в этой сходке не участвовал — ему оставалось сидеть еще шесть лет. Но в 1981 году он преступил еще одну воровскую заповедь и вышел на свободу по УДО. Впрочем, как выяснилось, к этому времени здоровье Монгола было основательно подорвано, поэтому в полной мере насладиться лаврами коронованного законника ему не удалось. На «заработанные» деньги он купил шикарный особняк во Франции, где бывал наездами вплоть до своей смерти в 1994 году.

В деньгах Монгол не нуждался, а посему в больших делах больше не участвовал, предпочитая спокойное существование куратора братков из разнообразных ОПГ и смотрящего в криминальной среде. Умер преступный генерал новой воровской формации в Москве, в онкоцентре имени Блохина на Каширском шоссе, после долгой и безуспешной борьбы с циррозом печени.

Больше важных новостей в Telegram-канале «Лента дня». Подписывайтесь!

lenta.ru

Вор в законе Карьков-Монгол

Вор в законе Геннадий Карьков — Монгол

В тюремных застенках до сих пор ходит немало легенд про главаря первой рэкетирской банды, которую возглавлял вор в законе Монгол. Монгол одно время считался чуть ли не прообразом истинного законника, которые были бессеребрянниками и жили лишь за счет карманных краж и хищений. Так и Геннадий Карьков, в будущем ставший тем самым Монголом, начал потрошить карманы зазевавшихся сограждан на вокзалах и рынках Москвы, куда прибыл из Нижегородской области. Время тогда было послевоенное, страна только вставала с колен, и о бедном населении, которое составляло наверное 90%, никто не заботился. Поэтому наиболее смышленые стали заботиться о себе и своих родных сами.

В те времена и появились карманники, тащившие все подряд из карманов горожан. Времена этому способствовали. Как правило, свою жертву выбирали по одежде — чем богаче казался внешний облик, тем больше шансов, что в кармане такого человека окажется что-то ценное. Воры были уже с малолетства опытными психологами в выборе жертвы, так как голод не давал шансов на ошибку. Если ошибешься — попадешь на малолетку, а оттуда уже не прокормишь свою семью.

Карьков практически ежедневно занимался карманными кражами. Его это даже завлекало, нравилось. Видимо именно поэтому он долгое время оставался незамеченным — ему нравился процесс кражи, он бывало забывал, что крадет ради того, чтобы выжить. Но удача не могла сопутствовать преступнику все время, и через несколько лет, Карьков был пойман милицией и отправлен в колонию на три года.

Находясь в Кизеловском трудовом лагере, Геннадий Карьков и получил свое прозвище Монгол — за азиатский разрез глаз. Здесь же он набрался необходимого для урок опыта — постоянно общался с блатными, которые приняли его в свой круг. Монгол соответствовал практически всем требованиям как кандидат в законники. Однако коронацию воры проводить не спешили, так как времена были другие, и чтобы стать вором в законе требовался большой опыт тюремной жизни. Но Монголу и без воровского статуса жилось на зоне неплохо.

Когда Монгол вышел на свободу, то его взяли под свое шефство Московские блатари, наслышанные о его «порядочности». Монгол принимал участие в ограблениях под руководством «старших» товарищей. Но вскоре быть пешкой ему надоело, Монгол хотел самостоятельности, поэтому после дележа очередного куша, попрощался со своими товарищами. Как правило из банды выхода нет, но с Карьковым была иная ситуация — он создал свою банду, и никто не мог предъявить ему за это.

Первый рэкетир

Говорят, что идею насчет рэкета Монгол позаимствовал не в историях про американских бандитов, которые в те времена с ужасом рассказывали друг другу граждане СССР, а он сам увидел эту перспективу, находясь в ресторане. В те времена ресторан посещали в основном зажиточные люди и бандиты, сорвавшие куш. Так и Монгол сидел с компанией за одним из столиков и подмечал, что некоторые люди заказывают довольно много дорогих блюд. От них веяло деньгами и большим достатком. Естественно, что честный гражданин так кутить в ресторане не мог, поэтому Геннадий Карьков решил немного «потрясти» подпольных миллионеров.

Вор в законе Геннадий Карьков — Монгол в молодости

В то время, а речь идет о конце 60-х годов, как таковой официальной преступности не было. Власти старались не замечать, что страну просто трясет от деятельности банд, а отдельные личности занимаются незаконной торговой деятельностью. Вот Карьков и решил, что если вымогать деньги у этих барыг, то никто из них не станет бежать в милицию, так как не смогут объяснить происхождения своих капиталов.

Монгол сделал правильное решение, и вскоре его банда численностью 30 человек стала вымогать деньги и ценности у подпольных коммерсантов. Никто не жаловался на них, и поэтому вскоре они расширили свою сеть, заставляя каждую жертву выдавать минимум еще 2-х подобных коммерсантов. Что интересно, некоторые несмотря на незаконную коммерческую деятельность, пытались противостоять бандитам, однако недолго. Их вывозили в лес, подвешивали вверх ногами на деревья, закапывали заживо, после чего все становились сговорчивыми.

Именно в банде Монгола были преступники, ставшие в итоге влиятельными ворами в законе. Первым на ум приходит Вячеслав Иваньков, знаменитый Япончик, который как раз и разрабатывал все сценарии по запугиванию жертв. Еще были такие в дальнейшем известные воры, как Павел Быков и Сиська.

Уже доказано правоохранительными органами, что помимо вымогательства и грабежей, банда Монгола занималась и разбоями, а также заказными убийствами. На дворе были застойные времена, люди не понимали, что существуют профессиональные убийцы, которые убивают за деньги. Но это происходило, и таким киллером был член банды Виктор Аникеев по прозвищу Битумщик. Он получал настоящее удовольствие от убийства. Причем чем изощреннее оно было, тем большее удовольствие получал Битумщик, являющийся по своей сути психопатом-садистом.

Непризнанный вор

Банда Монгола взяла под свой контроль Марьину Рощу, Мазутный проезд (Мазутку), Останкино и Сокольники. Они постоянно вымогали деньги у местных подпольных коммерсантов, занимались грабежами, разбоями, осуществляли изощренные пытки жертв. А между тем, число этих самых жертв росло. У Монгола везде были свои наводчики — проститутки и официанты рассказывали про богатых клиентов. Даже в гардеробах лучших заведений Москвы у Монгола были свои источники, снабжающие его банду информацией о подпольных миллионерах.

Вор в законе Сво Раф

Сам Монгол говорят был богат, а вот рядовые участники банды влачили жалкое существование, получая лишь небольшой процент от каждого дела. Зато близкие к Карькову люди жили в достатке. В свою банду он принимал с удовольствием освободившихся воров в законе и криминальных авторитетов. Так, в свое время с Монголом действовали воры в законе Валет Арбатский, Рафик Багдасарян и Гиви Резаный. Вхож в банду был и Амиран Квантришвили, брат Отари Квантришвили.

В определенный момент, оставаясь безнаказанным, Монгол потерял чувство меры. Его бандиты переодевались в милицейскую форму для совершения преступлений, что вызвало небывалый резонанс как в обществе, так и у силовых структур. Однако верхом безрассудства можно считать налет на квартиру Фатимы Берсанукаевой, у которой часто отдыхали грузинские воры в законе. Для своих почетных гостей, Фатима всегда держала здесь наркотики. Монгол естественно, прекрасно знал про это, и в один из дней, он вместе с членами банды — Япончиком, Стропилой, Вальтом и Сливой ворвались в этот элитный притон под видами стражей порядка.

Бандиты ограбили Фатиму, забрав более 100 тысяч рублей и наркотики. Такое преступление не могло остаться незамеченным. В скором времени Монголу была забита стрелка грузинскими ворами. Местом для толковища выбрали подвальное помещение небольшого кафе «Вареники», что на Трубной площади. Карьков зачем-то явился сюда также в милицейском облачении. А здесь его уже ждали 10 воров, среди которых присутствовали и его друзья — Гия Кутаисский и Юра Лакоба.

Ограбление Фатимы было расценено как крысятничество, а милицейская форма, в которую был одет стремящийся вор, вообще вызвала шок у присутствующих. Было решено Монгола тут же зарезать. Однако он заранее просчитал все ходы, и вытащил из милицейской шинели два пистолета, затем навел их на воров. Поговаривают, что затем Монгол им также предъявил за то, что на эту встречу они пришли находясь под наркотой, что не подобает ворам, а значит не могут выносить каких либо решений, касательно судеб людей. После этой речи, Монгол спокойно развернулся и ушел. На улице его поджидала машина с водителем.

Беспредел когда-то заканчивается. Так и в истории с Монголом. В 1971 году сыщики наконец то смогли собрать большую доказательную базу против его банды. Арестовали всех, кроме Япончика, которого Монгол всячески выгораживал. Ему требовался человек на свободе, способный продолжить его дело.

Монгол на допросе

В 1972 году прошел суд над бандитами. Все получили крупные сроки заключения. В том числе и Карьков был вынужден на 14 лет отправиться в колонию. Здесь ему пытались предъявить за вымогательства и другие преступления, не свойственным ворам. Однако Геннадий Карьков довольно четко объяснил свою позицию, сказав, что за вымогательствами будущее, что именно так можно наполнить быстро воровской общак крупными суммами. Его доводы были приняты блатными, а уже через несколько лет Монгола посвятили в воры в законе, причем не последнюю роль в его коронации сыграл Вася Бриллиант, который говорят и сделал подход к Карькову.

Вор в законе Япончик

Между тем время шло, и в 1981 году Геннадий Карьков освободился из колонии по УДО. Япончик был уже в колонии за другие преступления, и у Карькова не осталось на воле более верного человека. Поэтому он собрал небольшую банду рэкетиров, которые взяли под свой контроль нескольких коммерсантов. Никто не пытался залезть на землю Монгола, одни его почитали, другие боялись, третьи просто не трогали, так как старый Монгол не мешал им работать.

Благодаря тому, что общак банды сохранился, Карьков смог себе позволить покупку загородного дома во Франции. В последние годы жизни он порывался уехать из России, особенно после того, как практически сразу по освобождению его раскороновали из-за выхода по УДО, что не подобает ворам. Во Франции он был всего несколько раз, и то наездами, так как московские дела требовали его постоянного присутствия — несмотря на лишение «имени», Монгол был поставлен смотрящим за несколькими московскими районами, разруливая местные криминальные дела.

14 октября 1994 года 63-х летний Геннадий Карьков умер в Подольской онкологической больнице от рака. Похороны были скромные под конец жизни Монгол растерял свой былой авторитет.

compromat.ws

Вор в законе Монгол | Банда Монгола | КРИМИНАЛЬНЫЕ АВТОРИТЕТЫ ВОРЫ В ЗАКОНЕ |

Вор в законе Монгол (Геннадий Карьков)

Геннадий Карьков родился 5 декабря 1930 года в городе Кулебаки Нижегородской области. Преступной общественности он станет известен под кличкой Монгол: ею, по слухам, его одарил сокамерник — знаменитый законник Владимир Бабушкин (Вася Бриллиант). И произошло это якобы во Владимирском централе, куда Карьков угодил в 1972 году, а Бриллиант — годом позже. Впрочем, по другой версии к тому времени «погоняло» уже закрепилось за Карьковым и было получено им в предыдущую ходку. Как бы там ни было, внешность у авторитета действительно была азиатская, что неудивительно, учитывая его казахские корни.

О детстве и юности Монгола известно немного. В послевоенное время он прибыл в столицу. Получением профессии новоиспеченный москвич не озаботился и подался в обычные воры, промышляя на городских улицах, рынках и в общественном транспорте. Щипачом Карьков был талантливым и довольно везучим — действовал настолько незаметно, что долгое время не попадался. Однако в 1966 году его все-таки схватили сотрудники Кировского районного отдела милиции. Вскоре после этого Монгол отправился на зону отбывать назначенное судом наказание — три года лишения свободы.

Оказавшись в Кизеловском ИТЛ (исправительно-трудовом лагере) в Пермской области, шустрый новичок быстро втерся в доверие сидевшим там авторитетным ворам. Правда, несмотря на все его старания, в законники его не приняли, а вот за «козырного фраера» — представителя низшей ступени воровской иерархии — он сошел. В аккурат к выходу Монгола на свободу воры сочинили «маляву», где просили находящихся на воле законников оказать своему протеже помощь и поддержку.

Те волю «коллег» исполнили и взяли Карькова под свое крыло. При этом Монгол, хоть и имел виды на статус законника, нередко нарушал воровской кодекс и обзавелся официальным местом работы — в строительной организации. Получал копейки, зато не переживал, что в один прекрасный момент его привлекут за тунеядство, тем более что стражи порядка теперь не оставляли его без внимания.

Оставаться на подхвате у боссов криминального мира Карьков не собирался. Он мечтал не только обрести безусловный авторитет среди уголовников, но и сказочно разбогатеть, поэтому сколотил свою банду, которая занялась разбоями. Однако зажиточные граждане Монгола не привлекали. Его целью стали те, кто и сам имел доход от незаконной деятельности: спекулянты, подпольные предприниматели, именуемые цеховиками, антиквары, наркоторговцы и нечистые на руку милиционеры.

Монгол отлично понимал, что своим стремлением к обогащению он в очередной раз попирает воровской кодекс, но это его нисколько не смущало. Более того, он считал, что время «законников в чистом виде» безвозвратно уходит, а жить надо, максимально подстраиваясь под новые реалии. В своем деле Геннадий Карьков настолько преуспел, что его называли «дедушкой рэкета» и признавали: банда жестокого казаха стала прообразом организованных преступных группировок, заявивших о себе в конце 80-х — начале 90-х годов.

Фактически группировка Карькова активно действовала на протяжении одного только 1971 года, но за это время успела совершить несколько десятков налетов. При этом причастность Монгола и компании к этим преступлениям удалось доказать лишь в нескольких эпизодах, ведь пострадавшие не желали откровенничать с сотрудниками милиции. На это и был расчет Монгола: у самих жертв рыльце в пушку, сами в случае обращения в органы должны будут ответить за свои доходы и махинации, а поэтому им будет проще поделиться с бандитами и снова приступить к обогащению.

Компанию Монгол подобрал под стать своей беспринципности. Уголовник Владимир Быков (Балда) был славен тем, что при каждом задержании весьма успешно косил под психически больного и вместо зоны отправлялся отлеживаться в психушку «Белые Столбы», а его собратья по ремеслу каждый раз выделяли из общака деньги врачам, чтобы те не кололи Балду тяжелыми лекарствами.

Слева воры в законе : Витя Калина и Владимир Быков — Балда

Психопат-садист Виктор Аникеев (Битумщик), с которым Карьков познакомился на зоне, был известен тем, что выполнял заказные убийства, и организовывал их весьма нетривиальными способами. Например, одну жертву Аникеев облил бензином и поджег, другой брызнул в лицо кипящий битум, который перед этим растопил в алюминиевой кружке на плите (как раз за это он получил свою кличку и 500 рублей). Физическую ликвидацию жертвы он оценивал скромнее: за каждое убийство брал всего 100 рублей (средняя зарплата молодого специалиста с высшим образованием в то время была 140 рублей).

Не уступал Битумщику в беспощадности и еще один член банды — наркоман по кличке Палач. Тот применял к жертвам разбоя собственную методику: укладывал бедолагу в гроб, закрывал крышку и начинал, как фокусник, пилить его пополам. До кровопролития обычно не доходило — испуганные до безумия граждане предпочитали не ждать чуда и сразу же отдавали рэкетирам все, что требовали.

Монгол и Япончик

Выделялся на фоне этого сброда любитель восточных единоборств Вячеслав Иваньков (знаменитый Япончик). Кстати, по одной из версий, свое знаменитое прозвище Иваньков получил именно за увлечение джиу-джитсу. Карьков очень ценил Япончика за способность к быстрому принятию правильных решений и ловкость в выполнении заданий.

Вор в законе Япончик

Например, Иваньков, на радость всей бригаде, раздобыл подлинное милицейское удостоверение. Документ Япончик вместе с подельниками вытащил у младшего лейтенанта по фамилии Чухров, которого предварительно напоили до беспамятства в гостинице «Северная» на Сущевском Валу. Чуть позже Япончик принес в банду еще и два комплекта милицейской формы.

Просчитав все ходы будущих операций, Иваньков предложил приобрести два автомобиля «Волга» и грузовик, куда впоследствии рэкетиры грузили гробы с живыми жертвами внутри. А однажды Япончик принес Карькову целый сценарий, достойный голливудского боевика, благодаря которому разбойникам удалось сломить очередную жертву — антиквара Вольдемара Миркина.

На предложение Монгола поделиться нечестно нажитым имуществом Миркин, директор знаменитого на всю Москву антикварного магазина, ответил жестким отказом и даже рассмеялся в лицо рэкетиру. Впрочем, на следующий день Вольдемару стало не до смеха. В роковое для него утро антиквар, как обычно, ехал на работу, как вдруг дорогу его «Волге» перегородил грузовик.

Возмущенный Вольдемар выскочил из машины и принялся было кричать, но двое крепких парней заломили ему руки за спину и ловко впихнули в фургон грузовика. Внутри находился пустой гроб, куда и уложили Миркина. Приколотив крышку гвоздями, молодчики дали сигнал водителю, и грузовик отправился в путь. Куда его везут, антиквар не понимал и, казалось, потерял дар речи — на требование отморозков выдать местонахождение тайника с деньгами ничего не отвечал.

Вольдемар Миркин

Внезапно в фургоне появился сотрудник ГАИ, который потребовал открыть гроб. После этого грянул выстрел, и сквозь небольшую щель Миркин увидел, как сотрудник милиции, сраженный пулей в голову, рухнул рядом с гробом. Бандиты принялись обсуждать, что же теперь делать со случайным свидетелем.

Единственно верным решением всей компании виделось погрузить труп стража порядка в тот же гроб, набросать туда камней и утопить вместе с Миркиным. Заслышав такое, антиквар принялся кричать, что выполнит все требования преступников, а когда крышка гроба наконец открылась, протянул им маленький ключик от сейфа, который находился в его квартире.

И тут же обомлел от страха: лежавший рядом мертвый гаишник поднялся и засмеялся. Это был переодетый Япончик, который исполнил главную роль в придуманном им самим спектакле. Впрочем, Миркину уже было все равно: он был страшно напуган и жалел об одном: что не пошел на контакт с Монголом в день его первого визита.

Оставив жертву в конспиративной квартире на Большой Почтовой улице, разбойники поспешили в его жилище, где без труда нашли сейф. Однако сумма внутри хранилища Карькова не устроила. Забирать раритеты, коими была полна квартира Миркина, бандиты не решились — слишком уж высок был риск попасть в руки органов при попытке сбыта таких специфических ценностей.

Надавив на Вольдемара, бандиты вынудили его написать письмо сестре в Харьков и без объяснения причин попросить собрать 20 тысяч рублей, огромные по тем временам деньги. Та собрала половину требуемой суммы — 10 тысяч. Однако Монголу, который в роли посыльного лично прибыл за мздой, этого показалось мало: по его сигналу подчиненные «раздели» испуганную женщину — сняли с нее все украшения, которые беспечная дама надела на встречу с «посыльным». После этого антиквара наконец отпустили восвояси, строго наказав держать рот на замке.

Женщина — жертва банды Мангола

Еще одной жертвой банды Монгола стала в мае 1971 года Антонина Ломакина, директор шашлычной на Ленинградском проспекте. О том, что дама умудрилась сколотить на своем месте целое состояние, Монголу сообщил один из сотрудников забегаловки. Карьков сначала думал, что совладать с женщиной будет проще простого, но на деле все оказалось иначе.

В назначенный день разбойники подстерегли Ломакину у шашлычной, впихнули в «Волгу» и повезли кататься по городу. Во время крайне неприятной поездки сидящий на переднем пассажирском сиденье Монгол сообщил, что в курсе всех ее махинаций, и потребовал отдать часть ценностей. А находящийся рядом Балда демонстрировал заточку, которой периодически тыкал ей в бок.

Ломакина продержалась пару часов, после чего дала согласие на сотрудничество и пообещала отдать для начала пять тысяч рублей. Довольные собой разбойники сопроводили женщину до ее квартиры на Бескудниковском бульваре, в дверях которой произошло непредвиденное: Антонина изо всех сил принялась звать на помощь. Монгол дал команду к отступлению, и бандиты, бросив жертву, быстро ретировались.

Антонина Ломакина

У Ломакиной был только один шанс избежать новой встречи с вымогателями — сообщить о происшествии в милицию. Но женщина понимала, что в этом случае внимания Управления по борьбе с хищениями социалистической собственности (УБХСС) ей не избежать, и за помощью к стражам порядка не обратилась. Позже она горько пожалела об этом решении.

Повстречав через пару дней людей Монгола, Ломакина попыталась было бежать, но те настигли жертву и снова погрузили в автомобиль. В этот раз в салоне стояла гробовая тишина — никто Антонину делиться не уговаривал, и от этого становилось еще страшнее. Прибыв в пункт назначения — лесополосу в Подмосковье, разбойники вытащили упирающуюся женщину, накинули ей на шею петлю и подвесили на дереве. Отсчет времени вел Палач: на 15 секунде, когда в мозгу еще не начались необратимые процессы, веревку подрезали, и задыхающаяся Ломакина рухнула на землю.

После такого перепуганная до смерти дама протянула ключи от своей квартиры и назвала садистам все места, где прятала деньги: она прекрасно понимала, что ни о каком дележе теперь речь не идет, разбойники заберут все, но жизнь была дороже. Бандиты и впрямь не оставили в жилище Ломакиной ничего ценного: помимо наличных вытащили все, вплоть до дивана.

Кошмар наркоторговцев

Любопытно, что в банде Монгола была и женщина — дорогая проститутка Татьяна Модэ, которая промышляла в ресторане «Узбекистан». Как-то раз она оказалась в объятиях Япончика и попросила о содействии в разборках с наркоторговцами: мол, девушка она бедная, приходилось подрабатывать сбытом травки, а хозяева ей не заплатили. Карькову, которому Япончик сообщил о просьбе новой знакомой, идея прижать наркоторговцев показалась удачной.

Девушки из банды Монгола

К первому обидчику Модэ — посреднику, который передавал ей зелье, — бандиты заявились в милицейской форме и, бегло сверкнув ксивой, попросили следовать с ними. Испуганный наркоторговец подчинился — и вскоре оказался в кузове грузовика, где дожидался новой жертвы гроб. Мужчине хватило нескольких минут в роли мертвеца, и он согласился на все условия разбойников: отдать им пять тысяч рублей, все имеющиеся у него наркотики и золото.

Оказавшись в безопасности, дилер сразу понял, кто сдал его банде Монгола, и решил отомстить. Заявился на квартиру к Модэ, где, к его ужасу, находились Япончик и Балда. На этот раз платой за жизнь для мужчины было рассекречивание всех его контактов в наркосфере. И выяснилось, что основным поставщиком «дури» была узбечка Фатима Берсанукаева. С ней бандиты Карькова отработали ту же схему: под видом сотрудников правоохранительных органов проникли в ее жилище и при обыске нашли ценности, деньги и наркотики. Припугнув Фатиму расправой, бандиты вынудили ее собрать и отдать им еще десять тысяч рублей. Та была согласна на все.

Но и на этом бандиты не остановились. Прокутив все вырученные деньги, они снова решили тряхнуть старую знакомую, и в этом им помогла Модэ. Представившись клиенткой, она заманила Берсанукаеву на свою квартиру, где ее ждала засада. Разбойники вывезли жертву на дачу в деревню Маклино Калужской области. Там за дело взялся Палач: он бил и душил женщину до потери сознания, в итоге измученная Фатима отдала им все, что у нее было.

Прокол банды Монгола

Прокол, который привел бригаду Монгола к краху, был допущен участниками группировки летом 1971 года. Разбойники решились на беспрецедентный шаг: обчистить своих же «коллег» — воров-домушников. Незадолго до набега бандитов Карькова те совершили очень удачную кражу из квартиры богатого цеховика. Все ценности вывезли на квартиру родственницы одного из воров.

Туда и нагрянули люди Монгола, переодетые в милицейскую форму. Однако домушники, в отличие от неопытных в этом деле наркоторговцев, оказались ребятами бывалыми и сразу же раскусили маскарад. Но сопротивляться не решились и отдали налетчикам всю ценную добычу — около 200 золотых монет царской чеканки и гору драгоценностей.

Немного позже воров задержали уже настоящие стражи порядка и после титанических усилий раскололи, пообещав смягчение приговора. Так оперативникам стало известно, что в регионе работает банда переодетых в милиционеров преступников. Дальнейшее было делом техники. По некоторым данным, в банду Монгола был подослан сотрудник под прикрытием, и ему удалось в короткие сроки собрать компромат на своих «коллег».

Арестовали разбойников в начале 1972 года — 27 человек с Карьковым во главе. Иванькову единственному удалось избежать даже минимального наказания: Монгол, который прочил Япончика в преемники, дал указания подельникам максимально выгораживать его.

К слову, Карьков на допросах поначалу вел себя нагло и отказывался признавать свою вину: он думал, что никто из жертв не осмелится пойти на контакт с милицией. Но, увидев показания Миркина, Ломакиной и Берсанукаевой, позицию поменял и согласился содействовать следствию.

Монгол на допросе

Надо отметить, что по совокупности всех эпизодов, которые стали известны следствию, Карькову и его подельникам грозила смертная казнь. Но так получилось, что свидетельствовать против разбойников согласились лишь пятеро потерпевших.

По приговору суда от июля 1972 года Карьков получил 15 лет колонии, большинство его подельников — сроки от 10 до 12 лет. Балда же, как обычно, отправился на принудительное лечение в психбольницу.

Последние годы жизни Монгола

Оказавшись на зоне, Карьков сразу угодил на воровскую сходку, где ему были предъявлены претензии за его трудоустройство, разбойную деятельность в отношении своих и сотрудничество с милицией. Но Монгол сумел переломить ситуацию в свою пользу, доступно объяснив ворам, что действовал согласно законам нового времени. «Козырной фраер» пояснил, что при нынешнем положении вещей доскональное следование воровскому кодексу сулит скорую гибель всей касте законников, и свод правил пора модернизировать.

Монгол был настолько убедителен, что бывалые воры признали его правоту и не только не применили штрафных санкций, но и вскоре короновали его. Еще через несколько лет, в 1979 году, идеи Монгола действительно обрели «законную» силу на воровской сходке в Кисловодске, где воры встретились с цеховиками и убедили их платить в воровской общак 10 процентов своей прибыли.

Карьков в этой сходке не участвовал — ему оставалось сидеть еще шесть лет. Но в 1981 году он преступил еще одну воровскую заповедь и вышел на свободу по УДО. Впрочем, как выяснилось, к этому времени здоровье Монгола было основательно подорвано, поэтому в полной мере насладиться лаврами коронованного законника ему не удалось. На «заработанные» деньги он купил шикарный особняк во Франции, где бывал наездами вплоть до своей смерти в 1994 году.

В деньгах Монгол не нуждался, а посему в больших делах больше не участвовал, предпочитая спокойное существование куратора братков из разнообразных ОПГ и смотрящего в криминальной среде. Умер преступный генерал новой воровской формации в Москве, в онкоцентре имени Блохина на Каширском шоссе, после долгой и безуспешной борьбы с циррозом печени.

www.mzk1.ru

Вор в законе монгол биография национальность. Первый рэкетир ссср геннадий карьков (он же монгол) - Закон24

Вор в законе Геннадий Карьков — Монгол

В тюремных застенках до сих пор ходит немало легенд про главаря первой рэкетирской банды, которую возглавлял вор в законе Монгол. Монгол одно время считался чуть ли не прообразом истинного законника, которые были бессеребрянниками и жили лишь за счет карманных краж и хищений.

Так и Геннадий Карьков, в будущем ставший тем самым Монголом, начал потрошить карманы зазевавшихся сограждан на вокзалах и рынках Москвы, куда прибыл из Нижегородской области. Время тогда было послевоенное, страна только вставала с колен, и о бедном населении, которое составляло наверное 90%, никто не заботился.

Поэтому наиболее смышленые стали заботиться о себе и своих родных сами.

В те времена и появились карманники, тащившие все подряд из карманов горожан. Времена этому способствовали.

Как правило, свою жертву выбирали по одежде — чем богаче казался внешний облик, тем больше шансов, что в кармане такого человека окажется что-то ценное.

Воры были уже с малолетства опытными психологами в выборе жертвы, так как голод не давал шансов на ошибку. Если ошибешься — попадешь на малолетку, а оттуда уже не прокормишь свою семью.

Карьков практически ежедневно занимался карманными кражами. Его это даже завлекало, нравилось. Видимо именно поэтому он долгое время оставался незамеченным — ему нравился процесс кражи, он бывало забывал, что крадет ради того, чтобы выжить. Но удача не могла сопутствовать преступнику все время, и через несколько лет, Карьков был пойман милицией и отправлен в колонию на три года.

Находясь в Кизеловском трудовом лагере, Геннадий Карьков и получил свое прозвище Монгол — за азиатский разрез глаз. Здесь же он набрался необходимого для урок опыта — постоянно общался с блатными, которые приняли его в свой круг.

Монгол соответствовал практически всем требованиям как кандидат в законники. Однако коронацию воры проводить не спешили, так как времена были другие, и чтобы стать вором в законе требовался большой опыт тюремной жизни.

Но Монголу и без воровского статуса жилось на зоне неплохо.

Когда Монгол вышел на свободу, то его взяли под свое шефство Московские блатари, наслышанные о его «порядочности». Монгол принимал участие в ограблениях под руководством «старших» товарищей.

Но вскоре быть пешкой ему надоело, Монгол хотел самостоятельности, поэтому после дележа очередного куша, попрощался со своими товарищами.

Как правило из банды выхода нет, но с Карьковым была иная ситуация — он создал свою банду, и никто не мог предъявить ему за это.

Первый рэкетир

Говорят, что идею насчет рэкета Монгол позаимствовал не в историях про американских бандитов, которые в те времена с ужасом рассказывали друг другу граждане СССР, а он сам увидел эту перспективу, находясь в ресторане. В те времена ресторан посещали в основном зажиточные люди и бандиты, сорвавшие куш.

Так и Монгол сидел с компанией за одним из столиков и подмечал, что некоторые люди заказывают довольно много дорогих блюд. От них веяло деньгами и большим достатком. Естественно, что честный гражданин так кутить в ресторане не мог, поэтому Геннадий Карьков решил немного «потрясти» подпольных миллионеров.

Вор в законе Геннадий Карьков — Монгол в молодости

В то время, а речь идет о конце 60-х годов, как таковой официальной преступности не было.

Власти старались не замечать, что страну просто трясет от деятельности банд, а отдельные личности занимаются незаконной торговой деятельностью.

Вот Карьков и решил, что если вымогать деньги у этих барыг, то никто из них не станет бежать в милицию, так как не смогут объяснить происхождения своих капиталов.

Монгол сделал правильное решение, и вскоре его банда численностью 30 человек стала вымогать деньги и ценности у подпольных коммерсантов.

Никто не жаловался на них, и поэтому вскоре они расширили свою сеть, заставляя каждую жертву выдавать минимум еще 2-х подобных коммерсантов.

Что интересно, некоторые несмотря на незаконную коммерческую деятельность, пытались противостоять бандитам, однако недолго. Их вывозили в лес, подвешивали вверх ногами на деревья, закапывали заживо, после чего все становились сговорчивыми.

Именно в банде Монгола были преступники, ставшие в итоге влиятельными ворами в законе. Первым на ум приходит Вячеслав Иваньков, знаменитый Япончик, который как раз и разрабатывал все сценарии по запугиванию жертв. Еще были такие в дальнейшем известные воры, как Павел Быков и Сиська.

Уже доказано правоохранительными органами, что помимо вымогательства и грабежей, банда Монгола занималась и разбоями, а также заказными убийствами.

На дворе были застойные времена, люди не понимали, что существуют профессиональные убийцы, которые убивают за деньги. Но это происходило, и таким киллером был член банды Виктор Аникеев по прозвищу Битумщик. Он получал настоящее удовольствие от убийства.

Причем чем изощреннее оно было, тем большее удовольствие получал Битумщик, являющийся по своей сути психопатом-садистом.

Непризнанный вор

Банда Монгола взяла под свой контроль Марьину Рощу, Мазутный проезд (Мазутку), Останкино и Сокольники. Они постоянно вымогали деньги у местных подпольных коммерсантов, занимались грабежами, разбоями, осуществляли изощренные пытки жертв.

А между тем, число этих самых жертв росло. У Монгола везде были свои наводчики — проститутки и официанты рассказывали про богатых клиентов.

Даже в гардеробах лучших заведений Москвы у Монгола были свои источники, снабжающие его банду информацией о подпольных миллионерах.

Вор в законе Сво Раф

Сам Монгол говорят был богат, а вот рядовые участники банды влачили жалкое существование, получая лишь небольшой процент от каждого дела. Зато близкие к Карькову люди жили в достатке.

В свою банду он принимал с удовольствием освободившихся воров в законе и криминальных авторитетов. Так, в свое время с Монголом действовали воры в законе Валет Арбатский, Рафик Багдасарян и Гиви Резаный.

Вхож в банду был и Амиран Квантришвили, брат Отари Квантришвили.

В определенный момент, оставаясь безнаказанным, Монгол потерял чувство меры. Его бандиты переодевались в милицейскую форму для совершения преступлений, что вызвало небывалый резонанс как в обществе, так и у силовых структур.

Однако верхом безрассудства можно считать налет на квартиру Фатимы Берсанукаевой, у которой часто отдыхали грузинские воры в законе. Для своих почетных гостей, Фатима всегда держала здесь наркотики.

Монгол естественно, прекрасно знал про это, и в один из дней, он вместе с членами банды — Япончиком, Стропилой, Вальтом и Сливой ворвались в этот элитный притон под видами стражей порядка.

Бандиты ограбили Фатиму, забрав более 100 тысяч рублей и наркотики. Такое преступление не могло остаться незамеченным. В скором времени Монголу была забита стрелка грузинскими ворами.

Местом для толковища выбрали подвальное помещение небольшого кафе «Вареники», что на Трубной площади. Карьков зачем-то явился сюда также в милицейском облачении.

А здесь его уже ждали 10 воров, среди которых присутствовали и его друзья — Гия Кутаисский и Юра Лакоба.

Ограбление Фатимы было расценено как крысятничество, а милицейская форма, в которую был одет стремящийся вор, вообще вызвала шок у присутствующих. Было решено Монгола тут же зарезать. Однако он заранее просчитал все ходы, и вытащил из милицейской шинели два пистолета, затем навел их на воров.

Поговаривают, что затем Монгол им также предъявил за то, что на эту встречу они пришли находясь под наркотой, что не подобает ворам, а значит не могут выносить каких либо решений, касательно судеб людей. После этой речи, Монгол спокойно развернулся и ушел. На улице его поджидала машина с водителем.

Беспредел когда-то заканчивается. Так и в истории с Монголом. В 1971 году сыщики наконец то смогли собрать большую доказательную базу против его банды. Арестовали всех, кроме Япончика, которого Монгол всячески выгораживал. Ему требовался человек на свободе, способный продолжить его дело.

Монгол на допросе

В 1972 году прошел суд над бандитами. Все получили крупные сроки заключения. В том числе и Карьков был вынужден на 14 лет отправиться в колонию. Здесь ему пытались предъявить за вымогательства и другие преступления, не свойственным ворам.

Однако Геннадий Карьков довольно четко объяснил свою позицию, сказав, что за вымогательствами будущее, что именно так можно наполнить быстро воровской общак крупными суммами.

Его доводы были приняты блатными, а уже через несколько лет Монгола посвятили в воры в законе, причем не последнюю роль в его коронации сыграл Вася Бриллиант, который говорят и сделал подход к Карькову.

Вор в законе Япончик

Между тем время шло, и в 1981 году Геннадий Карьков освободился из колонии по УДО. Япончик был уже в колонии за другие преступления, и у Карькова не осталось на воле более верного человека.

Поэтому он собрал небольшую банду рэкетиров, которые взяли под свой контроль нескольких коммерсантов.

Никто не пытался залезть на землю Монгола, одни его почитали, другие боялись, третьи просто не трогали, так как старый Монгол не мешал им работать.

Благодаря тому, что общак банды сохранился, Карьков смог себе позволить покупку загородного дома во Франции.

В последние годы жизни он порывался уехать из России, особенно после того, как практически сразу по освобождению его раскороновали из-за выхода по УДО, что не подобает ворам.

Во Франции он был всего несколько раз, и то наездами, так как московские дела требовали его постоянного присутствия — несмотря на лишение «имени», Монгол был поставлен смотрящим за несколькими московскими районами, разруливая местные криминальные дела.

14 октября 1994 года 63-х летний Геннадий Карьков умер в Подольской онкологической больнице от рака. Похороны были скромные под конец жизни Монгол растерял свой былой авторитет.

Источник: http://www.mzk1.ru/2018/09/vor-v-zakone-karkov-mongol/

Москва в руках Монгола — Статьи

Несмотря на специфическую азиатскую внешность, Геннадий Карьков родился в Москве в 1930 году. Правда, по другим сведениям, местом его рождения является город Кулебаки, что в Нижегородской области. Вести честную жизнь у него не получалось.

До приобретения известности на его счету было несколько тюремных сроков. Освободившись в 1969 году, Монгол попытался жить как все — устроился на работу в одну из строительных организаций. Но это быстро ему наскучило.

Помня слова авторитета Васи Бриллианта, что он «далеко пойдет», Карьков решил сколотить банду. Кстати, еще тот самый легендарный вор СССР Вася Бриллиант отмечал ум и сообразительность Монгола, который всегда старался просчитывать ситуацию на несколько ходов вперед.

Проще говоря, Геннадий Александрович представлял собой преступника нового формата, которому было плевать и на авторитеты, и на правила. Он поступал именно так, как считал нужным.

На дворе — начало 70-х. В стране ощущалась напряженка не только с продуктами и одеждой. Даже коллекционеры антиквариата ощутили на себе скудность советского рынка. Директоры специализированных магазинов на прилавки разрешали выкладывать лишь ширпотреб.

Настоящие же жемчужины расходились по своим за баснословные деньги. Соответственно, начальники антикварных магазинов жили, мягко говоря, в коврах и шелках. Яркий пример — Вольдемар Миркин. Пользуясь своим положением, он вел двойную бухгалтерию, распределяя лучшие товары между своими.

Однажды об этом прознал Монгол.

Геннадий Александрович Карьков. (wikipedia.org)

Банда действовала быстро и четко. Миркина скрутили и посадили в кузов грузовой машины. Здесь директор магазина увидел гроб. С усмешкой бандиты сообщили, что этот «костюмчик» для него.

Александр Сухарев, который расследовал «дело Монгола», вспоминал, что Миркин упирался долго, не желая расставаться с деньгами. Но после того как преступники заставили его самому себе копать могилу, сдался. Психологическая атака принесла свои плоды.

Страна непуганых миллионеров

Вообще, Монгол умело использовал психологические пытки, чередуя их с применением физического насилия. Метод подбирался исходя из «предпочтений» жертвы. В те времена подпольные бизнесмены — ушлые работники торговли, фарсовщики и цеховики — не привыкли бояться. Они умело подстроились под советские реалии и не ожидали, если можно так выразиться, удара в спину.

Карьков первым это понял. Вымогая у них деньги, он мог не бояться милиционеров и чекистов, поскольку его жертвы предпочитали держаться подальше от стражей порядка. Правда, рэкет шел в разрез с архаичным воровским законом. Но и это не пугало Монгола. Он был готов ввязаться в любую войну.

К тому же на его стороне оказались и некоторые представители правоохранительных органов.

Подпольные миллионеры Москвы запаниковали. Никто не был уверен в собственной безопасности. «Олдскульные» воры в законе понимали, что их привычный и удобный мир начал резко меняться. Монгол и его главный сподручный Япончик (Вячеслав Иваньков) стали творцами, по сути, первой в СССР организованной преступной группы.

Вячеслав Кириллович Иваньков. (wikipedia.org)

Успехи, конечно, окрыляли. И однажды Монгол чуть было не совершил ошибку. Его люди похитили Антонину Ломакину, заведующую шашлычной. Несмотря на невысокий статус заведения, женщина жила на широкую ногу и хвалилась роскошью, недоступной простым смертным гражданам СССР.

Бандит по фамилии Быков на протяжении пары часов колол ее под ребра ножом, стараясь заставить женщину отдать сбережения. И она, в конце концов, согласилась. Они приехали к ней. Но едва оказавшись в квартире, Антонина громко закричала.

Преступникам пришлось сбежать. Но Ломакина рано радовалась. Уже через пару-тройку дней ее вновь похитили. И заставили отдать все деньги. Более того, люди Монгола даже из квартиры вынесли чуть ли не всю мебель.

Карьков тогда еще не знал, что его банда уже под колпаком.

Вор в законе

Монгол старался избегать встреч с ворами в законе. Но если такое случалось, вел себя высокомерно и нагло. Он даже отказался от встречи с Васей Бриллиантом, понимая, что тот будет его «вразумлять».

И тогда бандиты старой закалки решили поступиться своими принципами. Они вышли на контакт с представителями правоохранительных органов.

Именно после знаковой встречи чекистам и милиционерам стало известно о банде «нового формата».

В 1972 году был арестован Владимир Быков. Монгол явно такого не ожидал и решил устроить экстренное собрание своей банды. На это и рассчитывали стражи порядка. Всех (около тридцати человек) взяли во время сходки.

Вася Бриллиант. (wikipedia.org)

Монгол вел себя спокойно. Он был уверен, что следователям ничего не удастся доказать. И его расчет оказался почти верным. Среди подпольных миллионеров, которых ограбили бандиты, все же нашлось несколько смелых, давших показания.

Удалось доказать лишь пару-тройку преступлений. Но и этого хватило, чтобы Монгол отправился за решетку на четырнадцать лет. Но следователи были недовольны мягкостью приговора, поскольку они ожидали расстрела. И поползли слухи, будто бы Карьков «купил судью».

Но никаких доказательств на этот счет как не было, так и нет.

Казалось, что дни Монгола в тюрьме сочтены, ведь ему предстояла сходка с «олдскульными» ворами. Но нет, он сумел договориться. Более того, через несколько лет его даже короновали.

Карьков отсидел все четырнадцать лет и вышел в 1986 году. И он не узнал страну. Власть в руках держали те, кого он когда-то грабил. С момента ареста Монгола изменился и воровской мир. Теперь не чурались рэкета, появились «апельсины», то есть преступники, короновавшие себя за деньги. Не пригодился «новому миру» и Вася Бриллиант, убитый в «Белом лебеде».

Привыкнув к новым реалиям, Монгол собрал вокруг себя борцов, боксеров и прочих спортсменов. Его банда «держала» автосервисы, кооперативы и торговые точки. Но о большой прибыли и о былом размахе речи не шло. Да и эти доходы шайка спускала в ресторанах и кабаках.

Не стало Геннадия Карькова в октябре 1994 года. Умер он от онкологии.

Нашли ошибку или опечатку ? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter Open modal

Свидетельство о регистрации СМИ Эл №ФС77-62623 выдано федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор) 31.07.2015 При полном или частичном использовании материалов ссылка на «Дилетант» обязательна. Для сетевых изданий обязательна гиперссылка на сайт «Дилетант» — diletant.media. Разработанно в notamedia

Главный редактор: Снежана Петрова

Источник: https://diletant.media/articles/40060175/

Геннадий Карьков, он же Монгол: дедушкой рэкета в СССР

Почему криминального авторитета Монгола называют «дедушкой рэкета» Монгол – человек, который заставил вздрогнуть всю Москву.

Именно Геннадий Карьков (его настоящее имя) заложил основы организованной преступности в СССР. Монгол – дедушка рэкета. В конце 60-х годов большинство советских людей получает зарплату в 120 рублей в месяц.

Заграницу никто не ездит, развлечений мало, все силы уходят на добычу продуктов и более-менее красивой одежды.

Люди, у которых зарплата 300 рублей, считаются очень обеспеченными. Единственный источник информации – телевидение и газеты, где рассказывают исключительно о достижениях народного хозяйства.

Валерий Карышев, адвокат, вспоминает: «все время писали о том, что построили новый завод, или собрали рекордное количество урожая. Но никогда не упоминали о том, что в СССР существует преступность, и она не умирает.

Наоборот, с ростом населения она увеличивалась».

«Профессиональный» рост Монгола

Сидя в одной камере со знаменитым вором в законе Васей Бриллиантом, Геннадий Карьков сумел снискать его расположение. Бриллиант увидел в хватком и смышленом парне отличный потенциал и предрекал ему большое будущее.Геннадий Карьков родился в Москве, в 1930 году. В начале 60-х получил 3 года лишения свободы за кражу.

Колония общего режима в Боровске стала его Высшим учебным заведением. Из нее он вышел с четким пониманием, как наладить криминальное дело, в котором он все решения будет принимать самостоятельно. За азиатскую внешность Карьков еще на зоне получил кличку «Монгол».

Михаил Игнатов, бывший оперативный сотрудник, вспоминает: «он очень дальновидный, мог любую ситуацию просчитать на два-три шага, очень хороший психолог, умел располагать к себе людей». Сидя в одной камере со знаменитым вором в законе Васей Бриллиантом, Геннадий Карьков сумел снискать его расположение.

Бриллиант увидел в хватком и смышленом парне отличный потенциал и предрекал ему большое будущее. И он не ошибся.

При выходе из колонии Монгол получил от воров рекомендацию на волю. Его встретили, одели, накормили. И эти уголовники стали первыми людьми, которых он уговорил начать новое дело. Оставалось понять, чем заняться.

Идея осенила его в ресторане, когда он подметил, что шире всех в ресторанах гуляют «торгаши», граждане, которые имели отношение к дефициту, руководители баз и универмагов.

Своими наблюдениями Монгол рассказал на ближайшей сходке, и объявил, что теперь они будут работать по-крупному.

Жертвы

Одной из первых жертв Монгола стала директор популярной в городе шашлычной Антонина Ломакина. В тот день люди из банды Монгола затащили в машину и возили по городу. Через 4 часа она согласилась отдать деньги, и ее отвезли домой.

Уже в квартире Антонина стала кричать и звать на помощь, и это спугнуло бандитов. Правда, Ломакина не обратилась в милицию, поскольку сама зарабатывала обманом покупателей.

Это было характерное решение и для других жертв Монгола, ведь он грабил тех, кто живет на нетрудовые доходы.Через две недели ее снова схватили и увезли на машину в сторону леса. В лесу ее заставили копать себе могилу, подвешивали на веревке.

После трех дней пыток она отдала бандитам все, что у нее было: деньги, драгоценности, украшения. Бандиты проявили мелочность, забирая даже предметы мебели из дома.

Монгол, Япончик и Балда

Наиболее активными участниками преступной группировки Монгола были Иваньков Вячеслав Кириллович, известный как Япончик. Он родился 2 января 1940 года в Москве. Вторым активным участником ОПГ был Быков Владимир Васильевич, 1937 года рождения, уголовная кличка «Балда».

В 1972 году ОПГ Монгола была разоблачена, и он дал команду своим ребятам, чтобы они освободили Иванькова любыми способами. Когда арестовали Монгола, он оставил криминальное наследство Япончику, и Иваньков должен был его заменить. Япончик получил свою кличку за раскосые глаза. Иваньков был хорошим учеником, и даже превзошел своего учителя.

В середине 80-х он создаст новую ОПГ, уже нового типа, еще наглее и безжалостнее.Когда Япончик только предлагал свои услуги Монголу, он удивил его своей хорошей физической формой. На следующий день предложил украсть милицейскую форму, чтобы заниматься вымогательством, играя роли работников правоохранительных органов.

Негласным лозунгом банды Монгола было «грабь награбленное!», ведь они вымогали деньги у тех, кто тоже нарушал закон: взяточников, владельцев подпольных цехов, спекулянтов. Монгол не был Робин Гудом, который раздает добытое бедным гражданам.

Новой задачей было не только отнять то, что есть, но и поставить жертву в условия, при которых она должна была делиться: 10 процентов от месячного дохода. За три года Монгол обложил больше сотни богатых граждан такой «данью».

Ночной клуб «Сатурн»

В советское время бары и рестораны работали только до 23 часов. До 24 часов работали бары в гостиницах, где жили иностранцы. Был один круглосуточный бар в аэропорту Внуково, и если кто-то хотел «продолжения банкета», то ехали туда.

Михаил Звездинский был директором ресторана «Сатурн». Он, в обход всем законам, превратил свое заведение в настоящий ночной клуб. Заведение находилось в неприметном доме, а окна всегда были плотно занавешены. Вход в клуб стоит сто рублей – почти месячный заработок инженера.

В клубе отдыхали все: звезды эстрады, актеры, богема. Особой гостьей была Галина Брежнева, которая очень любила творчество Звездинского. Послушать «блатняк» собиралась вся теневая Москва. Ресторан «Сатурн» считался местом для «своих».

Два раза в неделю Монгол с Япончиком приходили сюда, но Звездинского не трогали, даже наоборот, уважали его.

Отношения с другими ОПГ

Банда Монгола очень не нравилась остальным бандитам: уголовный мир считал Карькова выскочкой. В то время среди воров считалось зазорным заниматься рэкетом, а Монгол нарушил это негласное правило.

Кроме этого, Монгол сотрудничал с милицией, что было грубым нарушением кодекса воровской чести и попиранием всех основ. И самое страшное – Монгол начал «трясти» тех, кто держал воровской «общаг». Они вызвали его в ресторан «Вареники» и в лицо назвали крысой.

Монгол парировал, что они сами пришли на встречу «под кайфом», и разговаривать он с ними не будет. Вася «Бриллиант» после выхода на свободу пытался поговорить с Монголом, но тщетно – Монгол не собирался жить по «старым воровским правилам».

В банде Монгола было 30 бойцов, но больше всего он ценил четырех: Вячеслава Иванькова, Павла Быкова, Калымского-«битумщика» и «Сиську». Банда была очень богатой, но рядовые были почти нищими, и работали только «за интерес».

[С-BLOCK]Информаторами банды были женщины легкого поведения, продавцы универмагов, ювелирных и меховых магазинов. Другими точками сбора информации были комиссионные магазины импортной техники и продавцы антикварных магазинов. Высокопоставленные лица, цеховики и теневики обожали вещи с историей, и готовы были за них платить.

Как поймали Монгола

Консерваторы-воры предложили сотрудничество милиции. «Старым» ворам страшно надоел Монгол и его наглая банда, поэтому они пошли на переговоры с силовыми структурами. Так милиции стало известно про банду Монгола. Но дело было сложным, ведь заявлений от потерпевших не было.

Все, кого он грабил или пытал, сидят очень тихо.Когда в банду Монгола порекомендовали нового бойца, никто не почувствовал неладного, а это был сотрудник МУР (московский уголовный розыск). Операция по захвату банды Монгола вошла в учебники по криминалистике. Работа МУРа была филигранной.

День за днем собирая сведения от внедренных в банду информаторов, милиция сжимала кольцо вокруг ОПГ, которая действовала все наглее и наглее. Монгола взяли в 1972 году во время сходки в одном из московских ресторанов. Под следствием оказались сразу 27 человек.

Монгол вел себя спокойно во время допросов, потому что был уверен, что у следствия просто не хватит улик. Действительно, доказать удалось только несколько эпизодов. Монгол получил 14 лет лишения свободы, хотя обвинение настаивало на высшей мере наказания.

Некоторые следователи решили, что адвокат и судья были в сговоре. Монгол брал всю вину на себя, чтобы Япончик продолжил его дело и не ошибся: Иваньков стал знаменитым вором в законе.

После 14 лет тюрьмы Монгол вышел на свободу коронованным вором в законе. Был 1986 год, разгар перестройки. Все, кого Монгол преследовал, стали хозяевами жизни. Он сколотил новую банду, но дело не пошло. Вскоре Монгол скончался от рака, так и не успев пожить в купленном после освобождения доме во Франции.

Источник: https://the-criminal.ru/gennadij-karkov-on-zhe-mongol-dedushkoj-reketa-v-sssr/

Первый рэкетир СССР Геннадия Карькова (он же Монгол)

ОПТ Геннадия Карькова (он же вор в законе Монгол) была одной из самых крупных и жестоких вооруженных банд СССР. В 1970х годах бандиты выколачивали деньги у московских спекулянтов и торговцев антиквариатом. В милицию, понятно, с заявлениями никто не обращался.

Банда Монгола одной из первых в СССР начала заниматься вымогательством денег и ценностей у подпольных советских миллионеров. Так что Геннадий Карьков по праву считается основателем российского рэкета.

Криминальный талант

Геннадий Карьков уроженец Москвы 5.12.1930 года рождения. Путь в криминал начал с банальных хищений в 1960х, и за это присел на три года. Отбыв срок в 1969, арьков вернулся в родную Столицу и даже пытался встать на путь исправления работал какое-то время в межколхозной строй организации.

Но жизнь честного советского работяги была явно не для него.По сути, становление будущего законника, получившего за свою специфическую фнешность кличку Монгол, началось во время первой отсидки в колонии он познакомился с известным «законником» Васей Бриллиантом и смог добиться его расположение.

Матерый «законник» еще тогда предсказывал ему огромные перспективы в криминальном обществе. Монгол был умен, дальновиден, имел возможность просчитать различную обстановку в несколько шагов в будущем, был неплохим специалистом по психологии, умел вступать в взаимодоверие и располагать к себя людишек.

А вследствие того по выходу на свободу приобрел наиболее наилучшие советы от грабителей. На свободе его повстречали уже равно как близкого, накормили, облекли и несомненно помогли средствами в главной момент. Вот только чем ему заняться, Монгол еще не придумал.

Идея пришла, когда он ужинал в шикарном ресторане, где в зале было полно торгашей директоров оптовых баз и универмагов, имеющих прямое отношение к дефициту. Монгол подметил, что они кутят шире всех значит, имеют много денег, нажитых незаконным путем, и в органы за помощью не пойдут.

В банду Монгола вошло чуть более 30 человек, но выше всех он ценил Вячеслава Иванькова (Япончика), которого прочил себе на замену в будущем, Павла Быкова, Ка лымского, а также бандитов Битумщика и Сиську. Психически больной уголовник по кличке Палач выполнял в банде роль, соответствующую кличке.

• К слову, именно Япончику принадлежала идея «разгонов» разбойных нападений с переодеванием в милицейскую форму. Для этого он предложил украсть несколько комплектов формы.Со временем банда уже контролировала Марьину Рощу, Мазутный проезд (Мазут ку), Останкино и Сокольники. Главным лозунгом банды был «Грабь награбленное!».

После налета жертву ставили в такие условия, что каждый из потерпевших был рад отдавать каждый месяц 10% от доходов, лишь бы в живых остаться. Пытки были изощренными и жестокими. Тех, кто отказывался платить дань, вывозили в лес и вешали на деревьях. А когда человек уже начинал задыхаться, обрезали веревку. Любимым «развлечением» было заставить жертву лечь в гроб, забить крышку и пилить этот гроб с живым человеком внутри.

Разветвленная агентурная сеть из проституток, официантов, продавцов универмагов, комиссионных, меховых, антикварных и ювелирных магазинов снабжала ОПГ информацией о своих клиентах из числа подпольных советских миллионеров. Так что бандитам оставалось только подготовить операцию по отъему денег и ценностей и провести ее. Добыча была богатой, но рядовые члены банды оставались фактически нищими и служили Монголу «за интерес».

Стрелка в «Варениках»

Вымогательство противоречит старым воровским законам и презираемо ворами. Монгола молча осуждали, пока он совсем не зарвался. Надо сказать, что в близкое окружение Монгола помещались весьма значительные по тем периодам люди мошенники, коронованные ещё в 1940х. К примеру, как Валет Арбатский.

В эти периоды преступное общество еще не был жестко поделен по национальному признаку, и наряду со славянами Монгол принимал под собственное крылышко абсолютно всех, который вышел на свободу, отогрев в Столице Радика Багдасаряна, Гиви Резаного и многочисленных иных грузинских грабителей.

В том количестве и брата Отари Квантришвили Амирана.

Грохот грянул, когда шайка Монгола проложила ряд «разгонов» разбоев с переодеванием в милиционерскую фор, один с каких случился в жилплощади Фатимы, держательницы грузинского общака. На действие ходили непосредственно Монгол, Япончик, Стропила, Валет и Слива.

Фатима разузнала их и высказала свое возмущение: общак специализирован с целью «грева» «бродяг» в Новочеркасской «крытке» и Балашовской кутузке! Монгол не внял ее словам, унесли они в тот день 100 тысяч рублей, большое количество золота и алмазов. Забрали и наркотики, которые в изобилии были на хате Фатимы — для дорогих гостей, грузинских законников.

Полагаясь на то, что он крестник самого Васи Бриллианта, Монгол думал про себя, что он неприкосаемый, но ошибался. Его вчерашние грузинские друзья из числа воров спустя «разгона» Фатимы резко отошли от него. У него возникли значительные трудности с грузинскими грабителями. Под Новый, 1970й грузины забили ему стрелку в подвальчике «Вареники» на Трубной площади.

Монгол явился в той самой ментовской одежде, которую он одевал, когда ездил на «разгон» Фатимы. Это был явный вызов — появиться пред грабителями в таком облачении являлось прямым оскорблением.В «Варениках» Монгола уже поджидали 10 грузинских «законников», среди которых были Гия Кутаисский и Юра Лакоба, его вчерашние друзья.

Атака на жилплощадь Фатимы мошенники исчислили равно как крысятничество, за милиционерскую форму следовала ещё одна предъява несоблюдение понятий.

Взбешенные грузины приговорили Монгола тут же в подвальчике зарезать! Но Монгол и бровью не повел. Обвинил грузин в этом, то что они подошли на сходку «вмазанными» наркотики приняли, а это не поворовски! И, вытащив из карманов два пистолета ТТ, навел их на сидящих за столом воров. А потом спокойно вышел из подвальчика, сел в машину и уехал туда, где ждали свои.

Там отдал распоряжения на случай, если его убьют или арестуют милиция или КГБ. До его ареста оставалось недолго. Монгол уже попал «под пресс» КГБ и МВД сразу под два следствия по делу «цеховиков», припомнились ему также старые грехи. И весь основной костяк банды за ним потянули.

Да по расстрельным статьям! Только Япончик в стороне остался его Монгол берег как зеницу ока.

Последний «разгон»

На Монгола сыщики МУРа вышли по наводке задержанных ими домушников летом 1971 года. Весной банда Монгола собралась «прессовать» директора шашлычной Анну Ломакину, но опытная дама все не давалась в руки. Тогда ее просто похитили прямо возле дома и несколько часов возили по городу, угрожая убить.

Однако Ломакина хоть и испугалась, все равно утверждала, что у нее нет дома больших денег. И только после угрозы закопать в лесу якобы сдалась. Но как только бандиты вошли с ней в подъезд ее дома, Ломакина стала орать «Караул!», и бандюки поспешно ретировались. Спустя ряд суток её вновь украли и увезли в бор.

Уже после 3-х дней пыток Ломакину подцепляли на веревке на бревне, вынуждали копать себя гробницу — она сдалась и возвратила все без исключения сокровища.

В июне у задержанных му ровцами домушников Лимона и Вадима было изъято почти все похищенное ими на последней краже, кроме 189 золотых монет царской чеканки и килограмма золотого лома. Домушники не сразу признались, что стали жертвами «разгона».

Похищенное они спрятали в квартире любовницы Лимона, куда и наведались лжемилиционеры домушники сразу поняли, что это не настоящая милиция.Оперативная разработка группировка Монгола началась с внедрения в группу сотрудника МУРа под видом нового «бойца» и закончилась задержанием, вошедшим в книге криминалистики.

Монгола задержали когда он был на сходке в 1972 в какой то кафешки, а за ним и всех членов его банды — кроме Иванькова Япончика, как уже говорилось.До оглашения приговора в июле 1972 года Монгол был спокоен и уверен, что у следствия против него нет ничего серьезного.

Но суд счел вину доказанной, и Карьков на 14 лет ушел по этапу (гособвине ние просило для него высшую меру). Получили каждый свой срок и его подручные. Монгол сумел прикрыть собой Япон чика, вскоре ставшего законником и продолжившего его дело.

В 1986, во время пика перестройки, Монгол освободился уже законником. Собрал другую шайку, правда ничего не срослось. Эта ниша — рэкет — была уже одобрена ворами на всесоюзной сходке и занята.

В истоке 1990х Монгол был какоето время смотрящим в нескольких районах его родной Москвы, купил себе дом во Франции, мечтая уехать из России. Но мечты не сбылись. 14 октября 1994 года 63летний Геннадий Карьков умер в Подольской онкологической больнице от рака.

Похороны были скромные под конец жизни Монгол растерял свой былой авторитет.

Источник: http://politika-v-rashke.ru/pervyiy-reketir-sssr-gennadiya-karkova-on-zhe-mongol/

zakn24.ru

Вор в законе Карьков-Монгол

Вор в законе Геннадий Карьков — Монгол

В тюремных застенках до сих пор ходит немало легенд про главаря первой рэкетирской банды, которую возглавлял вор в законе Монгол. Монгол одно время считался чуть ли не прообразом истинного законника, которые были бессеребрянниками и жили лишь за счет карманных краж и хищений. Так и Геннадий Карьков, в будущем ставший тем самым Монголом, начал потрошить карманы зазевавшихся сограждан на вокзалах и рынках Москвы, куда прибыл из Нижегородской области. Время тогда было послевоенное, страна только вставала с колен, и о бедном населении, которое составляло наверное 90%, никто не заботился. Поэтому наиболее смышленые стали заботиться о себе и своих родных сами.

В те времена и появились карманники, тащившие все подряд из карманов горожан. Времена этому способствовали. Как правило, свою жертву выбирали по одежде — чем богаче казался внешний облик, тем больше шансов, что в кармане такого человека окажется что-то ценное. Воры были уже с малолетства опытными психологами в выборе жертвы, так как голод не давал шансов на ошибку. Если ошибешься — попадешь на малолетку, а оттуда уже не прокормишь свою семью.

Карьков практически ежедневно занимался карманными кражами. Его это даже завлекало, нравилось. Видимо именно поэтому он долгое время оставался незамеченным — ему нравился процесс кражи, он бывало забывал, что крадет ради того, чтобы выжить. Но удача не могла сопутствовать преступнику все время, и через несколько лет, Карьков был пойман милицией и отправлен в колонию на три года.

Находясь в Кизеловском трудовом лагере, Геннадий Карьков и получил свое прозвище Монгол — за азиатский разрез глаз. Здесь же он набрался необходимого для урок опыта — постоянно общался с блатными, которые приняли его в свой круг. Монгол соответствовал практически всем требованиям как кандидат в законники. Однако коронацию воры проводить не спешили, так как времена были другие, и чтобы стать вором в законе требовался большой опыт тюремной жизни. Но Монголу и без воровского статуса жилось на зоне неплохо.

Когда Монгол вышел на свободу, то его взяли под свое шефство Московские блатари, наслышанные о его «порядочности». Монгол принимал участие в ограблениях под руководством «старших» товарищей. Но вскоре быть пешкой ему надоело, Монгол хотел самостоятельности, поэтому после дележа очередного куша, попрощался со своими товарищами. Как правило из банды выхода нет, но с Карьковым была иная ситуация — он создал свою банду, и никто не мог предъявить ему за это.

Первый рэкетир

Говорят, что идею насчет рэкета Монгол позаимствовал не в историях про американских бандитов, которые в те времена с ужасом рассказывали друг другу граждане СССР, а он сам увидел эту перспективу, находясь в ресторане. В те времена ресторан посещали в основном зажиточные люди и бандиты, сорвавшие куш. Так и Монгол сидел с компанией за одним из столиков и подмечал, что некоторые люди заказывают довольно много дорогих блюд. От них веяло деньгами и большим достатком. Естественно, что честный гражданин так кутить в ресторане не мог, поэтому Геннадий Карьков решил немного «потрясти» подпольных миллионеров.

Вор в законе Геннадий Карьков — Монгол в молодости

В то время, а речь идет о конце 60-х годов, как таковой официальной преступности не было. Власти старались не замечать, что страну просто трясет от деятельности банд, а отдельные личности занимаются незаконной торговой деятельностью. Вот Карьков и решил, что если вымогать деньги у этих барыг, то никто из них не станет бежать в милицию, так как не смогут объяснить происхождения своих капиталов.

Монгол сделал правильное решение, и вскоре его банда численностью 30 человек стала вымогать деньги и ценности у подпольных коммерсантов. Никто не жаловался на них, и поэтому вскоре они расширили свою сеть, заставляя каждую жертву выдавать минимум еще 2-х подобных коммерсантов. Что интересно, некоторые несмотря на незаконную коммерческую деятельность, пытались противостоять бандитам, однако недолго. Их вывозили в лес, подвешивали вверх ногами на деревья, закапывали заживо, после чего все становились сговорчивыми.

Именно в банде Монгола были преступники, ставшие в итоге влиятельными ворами в законе. Первым на ум приходит Вячеслав Иваньков, знаменитый Япончик, который как раз и разрабатывал все сценарии по запугиванию жертв. Еще были такие в дальнейшем известные воры, как Павел Быков и Сиська.

Уже доказано правоохранительными органами, что помимо вымогательства и грабежей, банда Монгола занималась и разбоями, а также заказными убийствами. На дворе были застойные времена, люди не понимали, что существуют профессиональные убийцы, которые убивают за деньги. Но это происходило, и таким киллером был член банды Виктор Аникеев по прозвищу Битумщик. Он получал настоящее удовольствие от убийства. Причем чем изощреннее оно было, тем большее удовольствие получал Битумщик, являющийся по своей сути психопатом-садистом.

Непризнанный вор

Банда Монгола взяла под свой контроль Марьину Рощу, Мазутный проезд (Мазутку), Останкино и Сокольники. Они постоянно вымогали деньги у местных подпольных коммерсантов, занимались грабежами, разбоями, осуществляли изощренные пытки жертв. А между тем, число этих самых жертв росло. У Монгола везде были свои наводчики — проститутки и официанты рассказывали про богатых клиентов. Даже в гардеробах лучших заведений Москвы у Монгола были свои источники, снабжающие его банду информацией о подпольных миллионерах.

Вор в законе Сво Раф

Сам Монгол говорят был богат, а вот рядовые участники банды влачили жалкое существование, получая лишь небольшой процент от каждого дела. Зато близкие к Карькову люди жили в достатке. В свою банду он принимал с удовольствием освободившихся воров в законе и криминальных авторитетов. Так, в свое время с Монголом действовали воры в законе Валет Арбатский, Рафик Багдасарян и Гиви Резаный. Вхож в банду был и Амиран Квантришвили, брат Отари Квантришвили.

В определенный момент, оставаясь безнаказанным, Монгол потерял чувство меры. Его бандиты переодевались в милицейскую форму для совершения преступлений, что вызвало небывалый резонанс как в обществе, так и у силовых структур. Однако верхом безрассудства можно считать налет на квартиру Фатимы Берсанукаевой, у которой часто отдыхали грузинские воры в законе. Для своих почетных гостей, Фатима всегда держала здесь наркотики. Монгол естественно, прекрасно знал про это, и в один из дней, он вместе с членами банды — Япончиком, Стропилой, Вальтом и Сливой ворвались в этот элитный притон под видами стражей порядка.

Бандиты ограбили Фатиму, забрав более 100 тысяч рублей и наркотики. Такое преступление не могло остаться незамеченным. В скором времени Монголу была забита стрелка грузинскими ворами. Местом для толковища выбрали подвальное помещение небольшого кафе «Вареники», что на Трубной площади. Карьков зачем-то явился сюда также в милицейском облачении. А здесь его уже ждали 10 воров, среди которых присутствовали и его друзья — Гия Кутаисский и Юра Лакоба.

Ограбление Фатимы было расценено как крысятничество, а милицейская форма, в которую был одет стремящийся вор, вообще вызвала шок у присутствующих. Было решено Монгола тут же зарезать. Однако он заранее просчитал все ходы, и вытащил из милицейской шинели два пистолета, затем навел их на воров. Поговаривают, что затем Монгол им также предъявил за то, что на эту встречу они пришли находясь под наркотой, что не подобает ворам, а значит не могут выносить каких либо решений, касательно судеб людей. После этой речи, Монгол спокойно развернулся и ушел. На улице его поджидала машина с водителем.

Беспредел когда-то заканчивается. Так и в истории с Монголом. В 1971 году сыщики наконец то смогли собрать большую доказательную базу против его банды. Арестовали всех, кроме Япончика, которого Монгол всячески выгораживал. Ему требовался человек на свободе, способный продолжить его дело.

Монгол на допросе

В 1972 году прошел суд над бандитами. Все получили крупные сроки заключения. В том числе и Карьков был вынужден на 14 лет отправиться в колонию. Здесь ему пытались предъявить за вымогательства и другие преступления, не свойственным ворам. Однако Геннадий Карьков довольно четко объяснил свою позицию, сказав, что за вымогательствами будущее, что именно так можно наполнить быстро воровской общак крупными суммами. Его доводы были приняты блатными, а уже через несколько лет Монгола посвятили в воры в законе, причем не последнюю роль в его коронации сыграл Вася Бриллиант, который говорят и сделал подход к Карькову.

Вор в законе Япончик

Между тем время шло, и в 1981 году Геннадий Карьков освободился из колонии по УДО. Япончик был уже в колонии за другие преступления, и у Карькова не осталось на воле более верного человека. Поэтому он собрал небольшую банду рэкетиров, которые взяли под свой контроль нескольких коммерсантов. Никто не пытался залезть на землю Монгола, одни его почитали, другие боялись, третьи просто не трогали, так как старый Монгол не мешал им работать.

Благодаря тому, что общак банды сохранился, Карьков смог себе позволить покупку загородного дома во Франции. В последние годы жизни он порывался уехать из России, особенно после того, как практически сразу по освобождению его раскороновали из-за выхода по УДО, что не подобает ворам. Во Франции он был всего несколько раз, и то наездами, так как московские дела требовали его постоянного присутствия — несмотря на лишение «имени», Монгол был поставлен смотрящим за несколькими московскими районами, разруливая местные криминальные дела.

14 октября 1994 года 63-х летний Геннадий Карьков умер в Подольской онкологической больнице от рака. Похороны были скромные под конец жизни Монгол растерял свой былой авторитет.

www.mzk1.ru

Москва в руках Монгола - Статьи

Преступник нового формата

Несмотря на специфическую азиатскую внешность, Геннадий Карьков родился в Москве в 1930 году. Правда, по другим сведениям, местом его рождения является город Кулебаки, что в Нижегородской области. Вести честную жизнь у него не получалось. До приобретения известности на его счету было несколько тюремных сроков. Освободившись в 1969 году, Монгол попытался жить как все — устроился на работу в одну из строительных организаций. Но это быстро ему наскучило. Помня слова авторитета Васи Бриллианта, что он «далеко пойдет», Карьков решил сколотить банду. Кстати, еще тот самый легендарный вор СССР Вася Бриллиант отмечал ум и сообразительность Монгола, который всегда старался просчитывать ситуацию на несколько ходов вперед. Проще говоря, Геннадий Александрович представлял собой преступника нового формата, которому было плевать и на авторитеты, и на правила. Он поступал именно так, как считал нужным.

На дворе — начало 70-х. В стране ощущалась напряженка не только с продуктами и одеждой. Даже коллекционеры антиквариата ощутили на себе скудность советского рынка. Директоры специализированных магазинов на прилавки разрешали выкладывать лишь ширпотреб. Настоящие же жемчужины расходились по своим за баснословные деньги. Соответственно, начальники антикварных магазинов жили, мягко говоря, в коврах и шелках. Яркий пример — Вольдемар Миркин. Пользуясь своим положением, он вел двойную бухгалтерию, распределяя лучшие товары между своими. Однажды об этом прознал Монгол.

Геннадий Александрович Карьков. (wikipedia.org)

Банда действовала быстро и четко. Миркина скрутили и посадили в кузов грузовой машины. Здесь директор магазина увидел гроб. С усмешкой бандиты сообщили, что этот «костюмчик» для него.

Александр Сухарев, который расследовал «дело Монгола», вспоминал, что Миркин упирался долго, не желая расставаться с деньгами. Но после того как преступники заставили его самому себе копать могилу, сдался. Психологическая атака принесла свои плоды.

Страна непуганых миллионеров

Вообще, Монгол умело использовал психологические пытки, чередуя их с применением физического насилия. Метод подбирался исходя из «предпочтений» жертвы. В те времена подпольные бизнесмены — ушлые работники торговли, фарсовщики и цеховики — не привыкли бояться. Они умело подстроились под советские реалии и не ожидали, если можно так выразиться, удара в спину. Карьков первым это понял. Вымогая у них деньги, он мог не бояться милиционеров и чекистов, поскольку его жертвы предпочитали держаться подальше от стражей порядка. Правда, рэкет шел в разрез с архаичным воровским законом. Но и это не пугало Монгола. Он был готов ввязаться в любую войну. К тому же на его стороне оказались и некоторые представители правоохранительных органов.

Подпольные миллионеры Москвы запаниковали. Никто не был уверен в собственной безопасности. «Олдскульные» воры в законе понимали, что их привычный и удобный мир начал резко меняться. Монгол и его главный сподручный Япончик (Вячеслав Иваньков) стали творцами, по сути, первой в СССР организованной преступной группы.

Вячеслав Кириллович Иваньков. (wikipedia.org)

Успехи, конечно, окрыляли. И однажды Монгол чуть было не совершил ошибку. Его люди похитили Антонину Ломакину, заведующую шашлычной. Несмотря на невысокий статус заведения, женщина жила на широкую ногу и хвалилась роскошью, недоступной простым смертным гражданам СССР.

Бандит по фамилии Быков на протяжении пары часов колол ее под ребра ножом, стараясь заставить женщину отдать сбережения. И она, в конце концов, согласилась. Они приехали к ней. Но едва оказавшись в квартире, Антонина громко закричала. Преступникам пришлось сбежать. Но Ломакина рано радовалась. Уже через пару-тройку дней ее вновь похитили. И заставили отдать все деньги. Более того, люди Монгола даже из квартиры вынесли чуть ли не всю мебель. Карьков тогда еще не знал, что его банда уже под колпаком.

Вор в законе

Монгол старался избегать встреч с ворами в законе. Но если такое случалось, вел себя высокомерно и нагло. Он даже отказался от встречи с Васей Бриллиантом, понимая, что тот будет его «вразумлять». И тогда бандиты старой закалки решили поступиться своими принципами. Они вышли на контакт с представителями правоохранительных органов. Именно после знаковой встречи чекистам и милиционерам стало известно о банде «нового формата».

В 1972 году был арестован Владимир Быков. Монгол явно такого не ожидал и решил устроить экстренное собрание своей банды. На это и рассчитывали стражи порядка. Всех (около тридцати человек) взяли во время сходки.

Вася Бриллиант. (wikipedia.org)

Монгол вел себя спокойно. Он был уверен, что следователям ничего не удастся доказать. И его расчет оказался почти верным. Среди подпольных миллионеров, которых ограбили бандиты, все же нашлось несколько смелых, давших показания. Удалось доказать лишь пару-тройку преступлений. Но и этого хватило, чтобы Монгол отправился за решетку на четырнадцать лет. Но следователи были недовольны мягкостью приговора, поскольку они ожидали расстрела. И поползли слухи, будто бы Карьков «купил судью». Но никаких доказательств на этот счет как не было, так и нет.

Казалось, что дни Монгола в тюрьме сочтены, ведь ему предстояла сходка с «олдскульными» ворами. Но нет, он сумел договориться. Более того, через несколько лет его даже короновали.

Карьков отсидел все четырнадцать лет и вышел в 1986 году. И он не узнал страну. Власть в руках держали те, кого он когда-то грабил. С момента ареста Монгола изменился и воровской мир. Теперь не чурались рэкета, появились «апельсины», то есть преступники, короновавшие себя за деньги. Не пригодился «новому миру» и Вася Бриллиант, убитый в «Белом лебеде».

Привыкнув к новым реалиям, Монгол собрал вокруг себя борцов, боксеров и прочих спортсменов. Его банда «держала» автосервисы, кооперативы и торговые точки. Но о большой прибыли и о былом размахе речи не шло. Да и эти доходы шайка спускала в ресторанах и кабаках.

Не стало Геннадия Карькова в октябре 1994 года. Умер он от онкологии.

Нашли ошибку или опечатку ? Выделите ее и нажмите Ctrl+Enter Open modal

Свидетельство о регистрации СМИ Эл №ФС77-62623 выдано федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор) 31.07.2015 При полном или частичном использовании материалов ссылка на «Дилетант» обязательна. Для сетевых изданий обязательна гиперссылка на сайт «Дилетант» — diletant.media. Разработанно в notamedia

Главный редактор: Снежана Петрова

diletant.media


Смотрите также