Все время что-то читаю... Прочитанное хочется где-то фиксировать, делиться впечатлениями, ассоциациями, искать общее и разное. Я читаю фантастику, триллеры и просто хорошие книги. И оставляю на них отзывы...
Не знаете что почитать? Какие книги интересны? Попробуйте найти ответы здесь, в "Читалке"!

Ястржембская лейла биография


«Фамилия обязывает»: Татьяна Ястржембская о «Зимнем бале», добром имени и карьере в благотворительности

В Москве проводятся сотни благотворительных мероприятий – концертов, аукционов, балов. Одно из самых крупных светских событий – благотворительный «Зимний бал», который проходит ежегодно с 1997 года накануне Нового года. На этом закрытом мероприятии всегда много светской публики, известных людей, представителей посольств и дипломатов. Ежегодно с их помощью здесь собирают деньги в помощь отделению детской онкологии и гематологии Российского онкологического научного центра им. Н. Н. Блохина и фонду помощи хосписам «Вера». Так, во время последних четырех балов (с 2014 по 2017 год) собрали 71,5 млн рублей. По итогам бала 2017 года сумма сборов составила 18,5 млн. рублей, часть из которых была передана фонду помощи хосписам «Вера». 

Организацией бала занимается бывшая жена Сергея Ястржембского – Татьяна Ястржембская, президент фонда«Зимний бал». Команду проекта Татьяна  называет «наши дамы», подчеркивает, что это союз равных, где каждый вносит свой вклад в работу фонда и подготовку главного события.

Татьяна Ястржембская дала «Филантропу» первое интервью о благотворительности и рассказала о том, как помогает фамилия, что такое репутация в благотворительности и почему директор должен получать рыночную зарплату.

Татьяна Ястржембская. Фото предоставлено пресс-службой

«Я беру портфель, кладу в него миллион долларов и отвожу»

— Я гуглила про вас…

— Мне даже интересно, что же вы могли такое найти (смеется).

— Ничего особенного.

— Вот именно.

— Вы пропали из светской хроники в момент расставания с Сергеем Ястржембским. Даже публикации из серии «Чем занимаются бывшие жены известных мужчин» ограничиваются фразой «После развода Татьяна Ястржембская занимается благотворительностью». И все. Расскажите про этот отрезок жизни от развода до сегодняшнего дня: про карьеру, про благотворительные проекты.

— Действительно так получилось, что в 2003 году мы расстались, и в тот же год я пошла работать в благотворительный фонд. Я была нанятым сотрудником на чудесном проекте корпорации АФК «Система». Было 300-летие Санкт-Петербурга, и Владимир Евтушенков подписал договор о поддержке Русского музея. Договор звучал очень хорошо: «10 лет – 10 миллионов». Я сказала: «Не вопрос. Я беру портфель, кладу в него миллион долларов и в течение года езжу в Санкт-Петербург — отвожу» (смеется). Но все оказалось гораздо интереснее. Русский музей — это такая махина! И я работала, реально вкалывала. Реализовали много интересных и важных проектов для Русского Музея.

Я проработала там три года и ушла в КМБ-Банк, который потом объединился с Банком Интеза. В этом банке я была советником по PR и GR, а также курировала благотворительные проекты. Но подчеркну — я была именно нанятым сотрудником.

Все это время параллельно был «Зимний бал». Началось это тогда же в 2003-м. Вот сейчас говорю и понимаю, какой это был переломный год в моей жизни. «Зимний бал» — это уже сугубо благотворительная деятельность, неоплачиваемая, которой я занимаюсь в свободное от работы время.  

— То есть помимо бала, вы продолжаете работать советником…

Нет-нет, все.  Была «Система» с 2003 по 2007, потом Банк Интеза с 2007 по 2013. И вот с 2013 по сегодняшний день осталась только деятельность в рамках «Зимнего бала».

Оргкомитет Бала. Слева направо: Татьяна Ястржембская, Екатерина Лансере, Анна Баринова, Лейла Ястржембская, Евгения Халдей, Ирина Байтина, Светлана Ярославская. Фото предоставлено пресс-службой

«Всю жизнь я считала, что двигать дома — это нормально»

— Что такое Фонд просветительских и гуманитарных проектов Татьяны Ястржембской? Я видела на юридических сайтах, что он зарегистрирован, но больше не нашла никакой информации.

— Мой дедушка — Гендель Эммануил Матвеевич, был инженером-строителем, архитектором, который с 30-х годов занимался передвижкой, выпрямлением зданий. Всю жизнь я считала, что двигать дома — это нормально: дедуля двигает — значит, это нормально. Только когда повзрослела поняла, что за гигант этот человек. Я увидела весь масштаб человека, который делал невозможные вещи.

Потом ко мне потекла информация про мою семью. Другой мой дедушка — Высоцкий. Вы слышали про чай Высоцких? Чайная компания Высоцких до революции была одной из крупнейших в мире! Высоцкие — это семья моей мамы.

Когда я поняла, что у меня такие великие предки… В общем, убивалась жутко! Дедушка строитель, мама учитель всю жизнь, а я даже не врач и не учитель — жизнь проиграна. Решила, что надо соответствовать. И я создала этот фонд.

Первым проектом стало 110-летие со дня рождения дедушки [Генделя]. Это было в 2013 году. Я была потрясена, насколько откликнулась архитектурная элита на мою просьбу помочь, рассказать. Я попросила поучаствовать Владимира Иосифовича Ресина (депутат Госдумы, до 2011 года был заместителем мэра Москвы и курировал градостроительную политику города — прим.ред). Мы были с ним знакомы, но не близко.

Я просто нашла телефон в справочнике на сайте и позвонила в приемную.  Сергей Владимирович [Ястржембский], когда работал в мэрии был довольно близок с Владимиром Иосифовичем [Ресиным], поэтому, когда я сказала в приемной кто звонит, назвала фамилию —  тут же соединили.

Оказалось, что Ресин знал дедушку! Он меня очень поддержал и помог. Мы даже хотели учредить премию имени Генделя, которая должна была отметить тех, у кого необычные решения — градостроительных, инженерных проблем. Но не сложилось.

В общем, в 2013 году мы отметили день рождения дедушки — было очень много информации, статьи в прессе, я рассказывала о нем на Первом канале. В 2017 году мы открыли мемориальную доску на 1-й Тверской-Ямской 36, на доме, где жил дедушка.  

В общем, фонд я создала, но так как не было сборов и спонсоров, а все делалось на личные средства, то он по сути не пригодился. Можно сказать, что сейчас он на паузе. Фонд на паузе, но я — нет!

— Вы сказали, что позвонили Ресину, назвали фамилию. А фамилия, вообще, насколько открывает двери и двигает преграды?

Ой, двигает! Еще как! Но скажу сразу: фамилия обязывает. Надо понимать, что легко потерять доброе имя, а восстановить его практически невозможно. А это не только моя фамилия, но и фамилия моих детей. Поэтому когда меня звали на всякие ток-шоу рассказать, как я все переживаю, про внутренние проблемы, я всегда отказывалась. Благодаря фамилии я осталась в каких-то рамках, вы правильно сказали, что в интернете про меня никакой информации нет.

— А если говорить о работе в «Системе», в Банке Интеза, там фамилия пригодилась?

Однозначно. В «Системе» в рамках проекта надо было собрать попечительский совет, и я писала много писем статусным людям, олигархам. И тогда было важно чья фамилия стоит в подписи. Я очень благодарна Владимиру Петровичу Евтушенкову, что он доверил мне этот проект, и я включилась в него всеми своими ресурсами: умениями и фамилией.

— То есть сейчас фамилию вы используете как ресурс.

— Тут надо как-то иначе сформулировать. Раньше, когда фамилия эта была очень на слуху, я вообще старалась ее не называть.

Но если вернуться к «Зимнему балу», где я президент. Это был не мой выбор. Меня дамы нашего оргкомитета попросили стать президентом, а здесь – фамилия, которая на слуху. Как фонд Хабенского, например.

— Я была на «Зимнем балу» в прошлом году и видела, что вы все-таки сердце этого проекта — все, кто выступал говорили про вас, благодарили лично вас, а не фонд.

— Меня это очень смущает, если честно. Я бы хотела подчеркнуть, что «Зимний бал» — это коллективный проект.  У нас коллективное принятие решений. Каждая из нас ставит на карту свою репутацию и свое доброе имя, имя своей семьи и несет тем самым репутационные риски. Поэтому мы не можем не учитывать мнение каждой. «Зимний бал» — это бал каждой из нас.

Даже если кто-то из нашего оргкомитета не может в этом году активно участвовать в подготовке и проведении бала, это не значит, что эту даму исключают. Она все равно остается в списке организаторов бала.

Нюта_Федермессер, Татьяна Друбич на «Зимнем Балу». Фото предоставлено пресс-службой

«Я к тому времени ни на одном балу в жизни не была»

— Про «Зимний бал». Вы помните каким был самый первый?

— Да, в 2004 году. Очень сложный был бал. Я еще не была президентом. Вы же читали историю нашего фонда? Мария-Анна Голицына и я были приглашены супругой посла Германии, чтобы взяться за проведение этих балов. Раньше все балы проводились в резиденции посла…

— Вы на всех предыдущих балах были?

— Нет, ни на одном не была.

— Почему же тогда вас пригласили?

— Где-то в 2002 году Сергей  по работе был приглашен «с супругой» послом Германии господином фон Штудницем на обед. Мы пообедали. Я даже не помню, о чем шла речь на этих обедах. Обычные протокольные разговоры о природе, о погоде.

И вдруг в 2003 году, весной, позвонила Поли фон Штудниц и предложила встретиться. Мы с ней встретились, и она рассказала про свои рождественские балы, сбор средств (она сама педиатр) на лечение детей. В Питере есть какой-то уникальный врач, и она собирала средства для лечения детей у него. Но у ее мужа истекал срок полномочий, они уезжали, а хотелось, чтобы благотворительный проект продолжался.

На том нашем первом балу в основном были иностранцы — тот круг, который исторически привлекала госпожа фон Штудниц. Важно было сохранить формат, заданный первым балом: обязательно международное присутствие, присутствие послов дипкорпуса и привлечение детей.

К организации я подключила свою подругу Ирину Байтину. Понимаете, я к тому времени ни на одном балу в жизни не была. Собственно, сейчас я могу похвастаться, что только на «Зимнем балу» и была. А Ирина с мужем наоборот.

— Я знаю, что Ирина до сих пор не последний человек в команде организаторов. Как вы с ней познакомились?

— У нас общие друзья. Когда Сергей был послом Словакии, там был один бизнесмен русского происхождения, мы очень подружились, через них я познакомилась с Ириной и Михаилом. Вернувшись в Москву мы с ней стали тесно общаться. Сейчас Ирина – своего рода «мотор» Бала.  

— Многие, кто был на прошлогоднем балу родственники и друзья, были в том числе мужья организаторов. У меня вопрос: «зачем»? Не проще ли денег дать и все?

— Если бы это было так просто, то мы бы так и делали. Благодаря такому формату, мы собираем значительно больше средств. Помимо наших близких друзей, привлекаются спонсоры, партнеры, гости, благотворители, которые вносят огромный вклад в общее дело. Аукцион – это шоу. И вообще, сама организация, подготовка бала, погружение в дела подопечных — это работа души. Каждый Бал создает задел для работы в будущем году.

За несколько месяцев до бала все мобилизуются и работают, не считаясь со временем, используя весь возможный ресурс – свои семьи, друзей – для достижения наилучшего результата. Кстати, из стремления минимизировать расходы на проведение бала, чтобы больше средств шло на помощь больным детям, появилось участие наших детей в подготовке и проведении бала – еще одна «фишка» фонда. Они не сидят за столами, а помогают с сопровождением гостей, проведением лотереи, вручают подарки и т.п. За 15 лет существования бала наши дети выросли и уже сами участвуют как гости, покупая билеты, аукционные лоты. Даже пришло и третье поколение – внуки.

—Активный период подготовки бала с сентября по конец декабря?

— Да.

— А потом полгода отдыха?

— Мы сейчас хотим, чтобы все не сводилось к одному балу. У нас есть опыт организации благотворительного ужина в Монако. Собрали деньги на очень важный аппарат.

— В российскую больницу?

Да, мы работаем с Каширкой (Российский онкологический научный центр им. Н.Н. Блохина РАМ — прим.ред). Основные средства направляются на закупку очень дорогостоящих протезов, стоимость которых достигает 2,5 млн рублей. Такие протезы «растут» по мере роста ребенка, их не надо менять, вновь мучая детей, чтобы приспособиться к новому протезу.  И еще одно из направлений помощи РОНЦ – поддержка науки.

— Недавние кадровые перестановки в РОНЦ отразились как-то на вашем сотрудничестве?

— Все, что произошло в РОНЦ – для нас как гром среди ясного неба. Слава Богу, речь не шла о Детском отделении и на наших проектах реформа в руководстве никак не отразилась.

— Сначала «Зимний бал» помогал детям с ДЦП, и был договор, вы говорите, с каким-то питерским врачом.

— Да.

— Получается, что когда вы начали руководить балом, вы сменили благополучателя?

— Там как получилось… Тогда были «жирные» годы, и мы собирали большие деньги. Но мы не были фондом, просто были оргкомитетом. Все деньги от бала со счета на счет переводились фонду, который собственно и помогал тому доктору. В какой-то момент возникло много вопросов. Мы же давали большие деньги и хотели получать информацию, на что они расходуются. В ответ получили отказ. А члены нашего оргкомитета даже входили в попечительский совет того фонда, из-за идеологических разногласий вышли из оргкомитета и перестали сотрудничать.

— Вы не знаете, как сейчас живет тот фонд?

— Честно говоря, не слежу за их судьбой.

— Вообще, реабилитация людей с ДЦП один из самых непростых вопросов в российской благотворительности. Много вопросов к оценке эффективности, часто мошенники используют ДЦП в своих целях.

— Я уверена, что все средства, которые были переданы в ту организацию было потрачены на дело. Но на тот момент мы уже созрели для создания собственной благотворительной структуры. Как раз у Ирины Байтиной, Тамары Гришко, Тамары Михайловой и Натальи Ранчинской был зарегистрирован фонд. Мы решили назвать фонд «Зимний бал» и стали работать независимо.

Екатерина Семак, Петр Аксенов, Виктория Черномазова — гости «Зимнего Бала». Фото предоставлено пресс-службой

«У каждого нашего бала есть патронат посольства»

— Вы выбрали очень консервативный формат бала: все очень чинно, платья в пол. Но, например, когда на сцену вышла Ольга Кормухина и зарядила «Перемен» Виктора Цоя, все повскакивали со своих мест и начали ей подпевать, танцевать, отрывались почти как на рок концерте.  Мне показалось тогда, что они именно этого и ждали — возможности расслабиться.

— С чем ассоциируется у всех бал? Конечно же, с танцами. Мы много думали над тем, как облегчить формат, но не хотим при этом уходить в «коктейльные платья».

Но, с другой стороны, у «Зимнего бала» есть свое лицо. Нет ни одного фонда в России, а может и в мире, который бы так поддерживали представители дипкорпуса.

У каждого нашего бала есть патронат посольства. А кто такой посол — представитель главы государства в нашей стране. Можно сказать, что это не просто патронат посольства, а поддержка той страны, которую он представляет.

— Кстати, внешняя политика России никак не сказывается на желании посольств участвовать в «Зимнем балу»?

— Пока мы ничего такого по отношению к Балу не замечали и надеюсь, что не увидим в будущем.

— Что фонду дает такая поддержка со стороны посольств?

Доверие. Это же ключевой вопрос в благотворительности. Помните в 2004 году чудовищное цунами в Юго-Восточной Азии? Весь мир тогда собирал пожертвования для пострадавших стран. В Австралии был создан специальных фонд, собравший сумма на 50 млн долл., превышающую квоту. Мой близкий друг-однокурсник, работавший дипломатом в Сиднее, поинтересовался есть ли в России соответствующий фонд, который мог бы выступить партнером и получить эти средства на российские проекты. Но в то время в России системная благотворительность только зарождалась. В результате деньги были возвращены благотворителям. Вот так из-за отсутствия репутации Российская благотворительность не получила 50 миллионов долларов.

Сейчас, думаю, такую роль мог бы взять на себя «Зимний бал». У нас синтетический фонд, он не завязан на определенного человека, он международный, у него есть дух, традиции.  Все наши дамы достаточно состоятельные, совестливые и взрослые, чтобы не заниматься всякими глупостями.

— Если говорить об устройстве самого фонда: все, кто участвуют в подготовке «Зимнего бала» получают заработную плату?

— У нас есть директор и бухгалтер на зарплате. Остальные — нет.

— В благотворительной сфере есть два фронта. Одни считают, что сотрудники фондов должны получать нормальную рыночную зарплату. Другие, что средства доноров должны идти в первую очередь благополучателям, а сотрудники пусть работают даром. Вы на чьей стороне?  

Однозначно, директор должен получать рыночную зарплату. Иначе он уйдет в бизнес или еще куда-то. Если будет хороший директор, то фонд сможет собирать больше денег.

philanthropy.ru

Ястржембский Сергей Владимирович: биография, личная жизнь, дипломатическая и творческая деятельность

Талантливый человек Ястржембский Сергей Владимирович, политик, дипломат, кинорежиссер, удивляет крутыми виражами своей биографии и умением жить и работать с полной отдачей и в свое удовольствие. Расскажем о том, как складывался его профессиональный и личный путь, как он из сфер верховной власти пришел в творческий мир кино и чем занимается сегодня.

Детство и семья

Родился Ястржембский Сергей Владимирович в Москве 4 декабря 1953 года. Его отец был кадровым военным, полковником, руководил военным представительством в авиастроительной компании «МиГ», вместе с мамой Сергея читал лекции в Центральном музее им. В. Ленина. По происхождению Ястржембские ведут свой род от белорусских шляхтичей, проживавших в Брестском воеводстве. Предок Сергея Владимировича проживал в Гродно и был признан российским дворянином, о чем свидетельствует запись в дворянской родословной книге. В примерном переводе с польского родовая фамилия значит «Ястребовские».

С раннего детства Сергей демонстрировал гуманитарные наклонности. Он любил иностранные языки, географию и историю. У семьи была дача на Истре, где мальчик проводил очень много времени. В старших классах Ястржембский был комсомольским активистом, проводил в классе минутки политинформации. Его отец слушал западные радиостанции, но сына жестко ругал за рассказанные политические анекдоты. С ранних лет Сергей понял серьезное значение официальной информации и статуса.

Образование

По окончании школы Ястржембский Сергей Владимирович поступает в престижнейший российский вуз, в МГИМО, на факультет международного права. Еще в институтские годы он выделялся на фоне однокурсников, среди которых был ныне богатейший предприниматель Алишер Усманов, ректор МГИМО Анатолий Торкунов, крупный чиновник Сергей Приходько. Ястржембский смог в годы учебы получить доступ в специальное хранилище институтской библиотеки, где можно было прочесть книги, не доступные широкой публике. Также уже во время учебы он стал регулярно выезжать за рубеж, что было почти небывалым делом по тем временам. Ему в этом помог Комитет молодежных организаций, негласно тесно сотрудничавший с КГБ. Несмотря на это, из-за границы Ястржембский умудрялся привозить запрещенную литературу, в том числе благодаря ему в Москву попала книга диссидента Андрея Амальрика. В студенческие годы Сергей работал лектором по линии политпросвещения. Это позволило ему объехать всю страну и отточить навыки публичных выступлений, которые в будущем ему очень пригодились. При этом Ястржембский отлично учился и в 1976 году окончил МГИМО с красным дипломом. Но в родном вузе в аспирантуру поступить не смог, так как отказался от распределения в МИД. Поэтому Сергей поступил в аспирантуру Института международного рабочего движения, где быстро написал кандидатскую диссертацию по Португалии.

По окончании аспирантуры Ястржембский Сергей Владимирович пришел работать в Академию общественных наук на должность младшего научного сотрудника. Но дальше наукой он заниматься не хотел, ему мечталось о живой работе «в поле», т.е. за границей. Поэтому он с радостью принял предложение поработать в Праге. Здесь он занимал должность референта, заместителя ответственного секретаря журнала «Проблемы мира и социализма». В Чехии он прослужил 7 лет, за это время его коммунистическое мировоззрение сильно пошатнулось. Да и времена способствовали свободным взглядам.

Дипломатическая деятельность

В 1989 году Ястржембский возвращается в Москву и поступает на службу в международный отдел ЦК КПСС на должность старшего референта. Это было очередной карьерной ступенью. Следующий шаг – это уже работа в посольствах. Но жизнь внесла свои коррективы в планы будущего дипломата. Партия доживала последние дни, система начала рушиться, и Ястржембский перешел на работу в журнал «Мегаполис», потом еще работал в журнале VIP, в Фонде социально-политических исследований, в Департаменте информации и печати в МИДе. Но весь этот калейдоскоп был лишь поиском, эти два года он искал возможность вернуться на дипломатическую стезю. И когда освободилось место посла в Бразилии, он начал собирать вещи для переезда. Но давний приятель по Чехословакии Александр Удальцов отговорил его, рассказав о том, что скоро откроется возможность поехать в новую страну. Так в 1993 году появился чрезвычайный и полномочный посол Российской Федерации в Словакии – Сергей Ястржембский. В этом статусе он проработал 3 года, в этот период он организовывал официальный визит в страну Президента РФ Б.Н. Ельцина, и это стало для него следующей ступенью в карьере.

Работа в Кремле

В 1996 году вновь избранный Президент Ельцин формировал свою команду, А. Чубайс предложил на должность пресс-секретаря нового человека – Ястржембского. Борис Николаевич его запомнил по Словакии и дал свое согласие на назначение. Два года Сергей Владимирович работал с Ельциным. Это было очень непростое время, Президент болел, допускал ошибки, которые нужно было нивелировать, сглаживать. Ястржембский делал это профессионально и достойно. После дефолта 1998 года происходит частичная смена президентской команды и пресс-секретарь получает отставку.

Но бывший помощник Президента Российской Федерации не был исключен из свиты первого лица. Он лишь на некоторое время ушел в тень, на некоторое время он перешел в Правительство Москвы, к Юрию Лужкову.

После прихода в Кремль Владимира Путина Ястржембский вновь возвращается в высшие эшелоны власти. Он создает и возглавляет Управление по чрезвычайным информационным ситуациям. На его долю пришлось освещение таких ЧП, как трагедия с «Курском», захват террористами «Норд-Оста». Также он работал на переговорах с американцами по вопросам борьбы с международным терроризмом. После выборов Президента в 2004 году Ястржембский становится помощником Президента РФ и представителем РФ в переговорах по развитию отношений с Евросоюзом. В 2008 году кресло Президента РФ занял Д. Медведев, в его команде Ястржембский себя не видел. А других привлекательных должностей он для себя не видел. Единственное место, где он хотел бы работать, – это ООН, но представителем там работал В. Чуркин, близкий друг Сергея. Поэтому об этом он и речи с Путиным заводить не стал. Он принял для себя сильное решение и просто ушел со всех должностей в никуда.

Трофейная охота

Со времен службы в Словакии Сергей Ястржембский был страстным охотником. Это хобби позволяло ему отвлечься от проблем повседневности, испытать азарт и удовольствие от трофеев. В самые трудные времена он всегда отправлялся на сафари. Так после отставки в 1998 году он отправился в Африку, где познакомился со своей второй женой. И в 2008 году, уйдя со всех постов, он тоже занялся охотой. Но теперь он мог сделать хобби главным делом своей жизни. В охоте Ястржембский очень успешен. На его счету около 300 крупных животных, его трофеи вписаны в книгу международного сафари-клуба. Он входит в число лиц, получивших трофеи «Большой африканской пятерки»: буйвола, слона, носорога, льва и гепарда. Такая охота – дело обеспеченных и сильных людей. Как член международного сафари-клуба Ястржембский участвует в больших охотах по всему свету. Начав с африканского сафари, побывал на охоте на всех континентах. Лучшей своей охотой он называет поход на медведя на Камчатке. Сергей Владимирович - активный сторонник реформирования практики охоты в России, которая сейчас проходит совершенно варварскими методами.

Кино

Кроме охоты, Ястржембский увлекался фото- и видеосъемкой, 20 лет он снимает животных и охотников, любит аэросъемку. И он решил объединить два своих любимых дела. И в 2009 году он открывает киностудию «Ястреб-фильм», которая специализируется на съемке документальных фильмов о животных и охоте, этнических культурах. Он задумал и снял цикл «Вне времени». Сериал посвящен исчезающим культурам Африки, автор ставил перед собой цель создать своеобразную Красную книгу черного континента. Ястржембский снимает кино, цель которого обратить внимание на истребление природы, животных, своеобразных культур.

На счету Ястржембского более 60 кинопроектов, сейчас он работает над новой лентой. Выделяются в его наследии фильм «Кровавые бивни» о варварских методах охоты на слонов в Африке, ленты о русских староверах, о сибирских шаманах, телепроект «Магия приключений».

Африка

В жизни Ястржембского Африка занимает очень важную часть. Он много лет ездит сюда на охоту, обожает африканскую природу, знает много интересного о местной жизни, даже с женой он познакомился здесь. Результатом его увлеченности этим континентом стал фильм «Африка: кровь и красота». В нем Ястржембский рассказывает о традициях и специфике быта коренных племен этой части света. Фильм стал итогом многолетних экспедиций и съемок. А «Вне времени», сериал из 8 частей, показывает особенности культуры исчезающих африканских народов. Тема, интересующая Сергея Владимировича, - это редкие и малые народы.

Награды

За свою государственную службу Сергей Ястржембский получил немало наград: медали, благодарности Президента РФ, орден «За заслуги перед Отечеством», французский Орден Почетного легиона.

Как режиссер-кинодокументалист Сергей Владимирович заслужил несколько престижных премий: дважды удостаивался «Золотого орла», обладатель международных премий и призов.

Личная жизнь

Ястржембский Сергей Владимирович, личная жизнь которого всегда была бурной, женат второй раз. Первая жена Татьяна Викторовна по образованию филолог, переводчик, работала вместе с мужем в Чехословакии. Позже работала директором медицинского центра «Медикор», сотрудничала с благотворительным фондом «Система». Этот брак продлился 20 лет, в нем выросло двое сыновей, Владимир и Станислав, оба пошли по стопам отца и окончили МГИМО. Старший сын после окончания престижного вуза решил стать диджеем, а младший работает юристом.

Второй женой стала Анастасия Сировская, дочь переводчика Валерия Сировского. Она познакомилась с Ястржембским в 1998 году в Африке, где он охотился, а она отдыхала. Супруги, несмотря на 20-летнюю разницу в возрасте, имеют много общих интересов, в первую очередь это любовь к Африке. В браке родилось двое детей, сын Милан и дочь Анисья.

Несмотря на многочисленные поездки, Ястржембский много времени проводит с детьми, еще он не представляет свою жизнь без футбола, интернета, новостей, друзей. Он владеет пятью языками, что очень помогает в путешествиях. У бывшего дипломата вышло несколько книг, часть о политике, а часть о путешествиях. На его счету несколько фотовыставок. Когда его спрашивают, хочет ли он вернуться в политику, он отвечает, что там он уже достиг потолка и ему не интересно. Теперь у него новая счастливая жизнь.

fb.ru

Ястржембский, Сергей Владимирович - это... Что такое Ястржембский, Сергей Владимирович?

Серге́й Влади́мирович Ястрже́мбский (род. 4 декабря 1953, Москва) — российский государственный деятель, дипломат, бывший помощник Президента Российской Федерации. Кандидат исторических наук.

Предки и происхождение

Происходит из белорусского шляхетского рода, жившего в Брестском воеводсте Великого княжества Литовского. Во времена Российской империи род был признан в российском дворянстве по Гродненской губернии, с внесением в 6 часть дворянской родословной книги[1]. Род пользуется гербом «Слеповрон».

Биография

Сергей Ястржембский родился 4 декабря 1953 года в Москве. Член ВЛКСМ с 1966 по 1981 гг. Член КПСС

Окончил Московский государственный институт международных отношений МИД СССР в 1976 году. Его «однокашником» был Алишер Усманов. Позже окончил аспирантуру Института Международного рабочего движения Академии наук СССР в 1979 году.

С 1979 по 1981 год работал младшим научным сотрудником Академии общественных наук при ЦК КПСС.

В 1981—1989 годах — старший референт, редактор-консультант, заместитель ответственного секретаря журнала «Проблемы мира и социализма» (Прага, Чехия).

В 1989—1990 годах — старший референт международного отдела ЦК КПСС.

В 1990—1992 годах — заместитель главного редактора журнала «Мегаполис», главный редактор журнала «VIP», заместитель генерального директора Фонда социально-политических исследований.

В 1992—1996 годах — на дипломатической работе: директор Департамента информации и печати МИД России; Чрезвычайный и Полномочный Посол Российской Федерации в Словацкой Республике.

В 1996—1997 годах — пресс-секретарь Президента Российской Федерации.

В 1997—1998 годах — заместитель Руководителя Администрации Президента Российской Федерации — пресс-секретарь Президента Российской Федерации.

В 1998—2000 годах — заместитель премьера Правительства Москвы.

С января 2000 года — помощник Президента Российской Федерации.

С марта 2004 года — помощник Президента Российской Федерации, специальный представитель Президента Российской Федерации по вопросам развития отношений с Европейским союзом.

14 мая 2008 года освобожден от исполнения обязанностей помощника президента указом Дмитрия Медведева.

Владеет французским, словацким, португальским, итальянским языками.

В 2009 году основал кинокомпанию «Ястреб-Фильм».

В 2010 году дебютировал как режиссёр-документалист и снял документальный фильм «Священный огонь Химба», с которым был номинирован на премию «Золотой орёл».

В 2011 году — ведущий программы «Магия приключений» на телеканале «Моя Планета».

Награды

Чины и ранги

Известные фразы

  • Я в режиме «если» не работаю.
  • Президент устал — по поводу заявления Президента России Б. Н. Ельцина о снятии ядерных боеголовок с российских ракет
  • Президент работает с документами
  • Уже последовали неопровержимые опровержения.

Президент Российской Федерации Б. Н. Ельцин о С. В. Ястржембском:

Я представил Гельмуту Колю Сергея Ястржембского, своего нового пресс-секретаря. Он посмотрел на него ровно секунду и улыбнулся: «Понятно, Борис, ты взял дипломата, который будет хорошо обманывать журналистов». Я потом часто вспоминал эту его вроде как случайную шутку… Сергею Владимировичу и впрямь приходилось иногда очень нелегко на его службе.[6]

Хобби

Трофейная охота. Сергей Ястржембский является членом Международного сафари-клуба (Safari Club International) и одним из самых активных трофейных охотников России.

По данным ООО «ОК-САФАРИ»[7], С. Ястржембский добыл более 49 крупных животных, зарегистрированных в Книге рекордов[8] Международного сафари-клуба.

«Новая газета» (ежемесячное обозрение за февраль 2006 г.) перечисляет[9] следующие трофеи Сергея Ястржембского:

С. Ястржембский входит в список лиц, награжденных за добычу т. н. «Большой африканской пятерки». Он также получил от клуба звание «Охотник 2002 года» за то, что в этот период «ему удалось добыть 28 трофеев».

Та же газета цитирует Ястржембского:

«Одна из лучших охот у меня была на Камчатке, где провел неделю в палатке, охотясь на медведя…» 

Примечания

dal.academic.ru

Жена Сергея Ястржембского, фото - Мужья и жены звезд

Долгое время Сергей Ястржембский был значительной фигурой в политике нашей страны, являясь помощником Президента, однако без тени сожаления оставил карьеру на политической арене. Своё освободившееся время он посвятил новому делу — съёмкам документальных фильмов, ведению телепередач — и многочисленным хобби — охоте, теннису, фотографии. Так же радикально изменилась и личная жизнь бывшего политика. Новая жена Сергея Ястржембского Анастасия во многом разделяет увлечения своего супруга.

Герой нашей статьи был женат дважды. Первый брак с Татьяной продлился около двадцати лет и, несмотря на трудности в личной жизни, всё же был счастливым хотя бы наличием двоих сыновей, которые сейчас уже, конечно, взрослые. Владимир (старший сын) на сегодняшний день довольно успешный диджей, а его брат Станислав планирует карьеру топ-менеджера, для чего помимо юридического получил ещё и экономическое образование.

В феврале 2004 года Сергей Ястржембский женился вторично на Анастасии Сировской. У обоих это не первый брак. Анастасия до этого была замужем за Андреем Тарковским, сыном известного режиссёра. На момент вступления в брак девушка, которая на 20 лет моложе своего супруга, работала сотрудницей политического консультативного центра. Сейчас круг её интересов тоже несколько изменился. Помимо того, что по образованию она — искусствовед, чем наверняка оказывает неоценимую поддержку мужу в его новой работе, жена Сергея Ястржембского получила и необходимые знания в холистической медицине, чтобы сопровождать мужа в экспедициях в качестве штатного медика.

На фото — Сергей Ястржембский, его жена Анастасия и дочь Анисья

У супружеской пары подрастают двое детишек — дочь Анисья и сын Милан. По признанию самого Сергея Ястржембского, сейчас младшим детям он может уделить гораздо больше внимания, чем в своё время доставалось старшим сыновьям. Да и отношение к отцовству в корне отличается от прежнего. Теперь бывший политик наслаждается общением с детьми, уделяя им каждую свободную минуту. Благодаря молодой жене Сергей Ястржембский открыл для себя Италию. Да и, наверное, ещё много новых стран они повидают вместе, поскольку супруга так же страстно увлечена путешествиями, как и он сам. Отношения между супружеской парой и детьми Сергея Ястржембского от первого брака вполне благожелательные и ровные. Анастасия Ястржембская является одной из наиболее преданных слушателей музыки, которую создаёт старший сын нашего героя Владимир.

На фото — маленький сын Сергея и Анастасии Ястржембских Милан

Естественно, Сергея Ястржембского и его жену часто можно встретить на всевозможных выставках, посвящённых искусству (ведь он сам страстный фотограф), а также на кинопремьерах. Как этот творческий человек умудряется выкраивать время и на съёмки фильмов, и на охоту, которой он увлекается уже долгие годы, и на общение с семьёй — остаётся загадкой.  

muzh-zhena.ru

Сергей Ястржембский: фото, биография, фильмография, новости - Вокруг ТВ.

Российский дипломат, был пресс-секретарем Бориса Ельцина и помощником Владимира Путина. После ухода с государственной службы получил известность как фотограф, автор документальных фильмов и телеведущий. 

Дипломатическая карьера Ястржембского

Сергей Владимирович Ястржембский родился 4 декабря 1953 года в Москве. У семьи Ястржембского польско-белорусские корни, его предки были русскими дворянами. После окончания школы Сергей пошел в МГИМО, так как мечтал работать в МИДе: «Это была моя жизненная установка». В 1976 году он окончил университет по специальности «Юрист-международник», а спустя три года – аспирантуру Института международного рабочего движения Академии наук СССР, получив степень кандидата исторических наук. После этого стал  младшим научным сотрудником Академии общественных наук при ЦК КПСС. В 1981 году Ястржембский перешел в чешский журнал «Проблемы мира и социализма», где прошел путь от референта до заместителя ответственного секретаря. В 1989 году получил должность старшего референта международного отдела ЦК КПСС. Но уже в 1990-м вернулся к издательской деятельности, став заместителем главного редактора журнала «Мегаполис», а затем главным редактором журнала VIP. Также Ястржембский занял пост заместителя  директора Фонда социально-политических исследований. 

В 1992 году Ястржембский начал работать непосредственно по специальности, возглавив департамент информации и печати МИД России. Получив отличные отзывы о своей работе, в 1994 году он был назначен Чрезвычайным и Полномочным Послом РФ в Словакии.

Новый виток карьеры сделал Сергея Ястржембского лицом публичным и, более того, известным в стране и за рубежом. В 1996 году он стал пресс-секретарем Президента РФ Бориса Ельцина. В 1997 году к этой ответственной должности добавилась еще одна – заместителя руководителя Администрации Президента. 

Однако после выборов 1998 года пути Ельцина и Ястржембского разошлись. Сергей Владимирович был уволен со своих постов, по неофициальной версии – за поддержку Юрия Лужкова, в то время метившего на место премьер-министра РФ. После этого Ястржембский начал официально работать в команде Лужкова. С 1998 по 2000 год он занимал должность заместителя премьера правительства Москвы. Осенью 1999 года он принимал участие в избирательной кампании блока «Отечество – вся Россия», входил в федеральный список блока, но по результатам голосования в Госдуму не прошел.

В начале 2000 года в карьере Ястржембского произошел еще один неожиданный поворот: он вернулся во власть на федеральном уровне, став помощником по информационно-аналитической работе и.о. Президента РФ Владимира Путина, а фактически – «голосом» Кремля на Северном Кавказе во время антитеррористической операции в Чечне. В этот период известного своей элегантностью дипломата часто можно было увидеть в новостных сюжетах, одетым в камуфляжную форму. Выполнив поставленную задачу, Ястржембский смог вернуться в кремлевский кабинет. Он стал главой Информационного управления президента, а в марте 2004 года – помощником Президента РФ и его представителем по вопросам развития отношений с Европейским союзом. 

Однако новый Президент РФ Д.А. Медведев предпочел работать со своими специалистами и в мае 2008 года освободил Ястржембского от исполнения обязанностей помощника Президента. 

В чиновничьей табели о рангах Ястржембский поднялся на высшую ступень, став действительным государственным советником РФ 1-го класса. За годы государственной службы Ястржембский получил несколько наград, в том числе в 2006 году он был удостоен орденом «За заслуги перед Отечеством» IV степени. Он был отмечен медалями «В память 850-летия Москвы» и «В память 1000-летия Казани». Заслуги на дипломатическом поприще были отмечены и за рубежом: в 2007 году Ястржембский стал кавалером французского ордена Почетного легиона. Словакия, где он служил послом РФ, наградила его орденом Двойного Белого креста II степени. Российская православная церковь вручила Сергею Владимировичу Орден Св. благоверного князя Даниила Московского.

Ястржембский известен как заядлый охотник. Будучи членом Международного сафари-клуба, он очень активно собирает трофеи, охотясь на крупных животных, в том числе белого медведя, альпийскую серну, пуму. На его счету более 60 зарегистрированных трофеев. В 2002 году он получил звание «Охотник года», добыв только за год 28 трофеев.

Уже почти 10 лет Сергей Ястржембский активно фотографирует, его коньком стали съемки в  уникальном жанре аэрофотографии. Своим учителем он называет известного фотографа Льва Мелихова. Свои первые опыты Ястржембский выставлял под псевдонимом, чтобы известность не повлияла на оценку работ зрителями и критиками. Убедившись, что фотоработы принимают всерьез, он раскрыл секрет. В 2009 году в Москве прошла выставка его фотографий «Впечатления. Impressions...» с кадрами из Италии, Африки, Сибири. Его фотокниги были выпущены в Италии и России. 

Ястржембский о своем увлечении аэрофотографией: «Я интуитивно напал на эту жилу во время многочисленных перелетов на маленьких самолетах или вертолетах во время охотничьих экспедиций. С этой высоты можно увидеть геометрию земли. Скучно снимать конкретные предметы, движение машин, людей или животных. Интересно же не просто отразить то, что я вижу на земле, а увидеть некий рисунок, сочетание цветов, которые создают определенную форму. Я снимаю те рисунки, которые сама земля и человек, вмешиваясь, вольно или невольно создают на ландшафте».

Фотографии Ястржембского пользуются спросом у журналов, коллекционеров и музеев, причем цены начинаются от двух тысяч евро за штуку. Его работы находятся в коллекциях музеев Москвы, Парижа, Флоренции, Сахалина, Ханты-Мансийска, Иркутска, Словакии.

В 2010 году в Доме кино в рамках Московского международного кинофестиваля состоялась премьера его документального фильма «“Калашников” из каменного века». Картина рассказывает об эфиопском племени сурма, в котором автомат Калашникова является одним из немногих используемых артефактов цивилизации. Фильм произвел впечатление на продюсеров телеканала «Россия», и Ястржембскому предложили выпустить серию документальных лент.  

Документальные фильмы  Ястржембского о племенах Африки будут показаны в рамках его нового проекта – телепрограммы «Магия приключений», которая стартовала на канале «Россия-2» в январе 2011 года. Помимо документальных вставок, в передаче будут беседы Ястржембского с путешественниками и видеорепортажи из нетривиальных экспедиций.  

Личная жизнь Сергея Ястржембского

В первом браке Сергей Владимирович прожил 20 лет. Его первая супруга Татьяна Викторовна по образованию филолог, но впоследнее время работает директором Центра современной медицины. В этом браке Сергей Ястржембский стал отцом двоих сыновей – Владимира и Станислава.

За эффектную внешность и неравнодушие к прекрасному полу во времена его работы с Борисом Ельцином Ястржембский получил от журналистов прозвище «Ястреб женский».

В 1999 году Ястржембский познакомился на горнолыжном курорте с Анастасией, дочерью известного переводчика. В 2004 году пара поженилась. Вторая жена моложе Сергея на 20 лет. 

Сергей Владимирович Ястржембский свободно владеет французским, словацким, португальским, итальянским языками. Он занимается теннисом и катается на горных лыжах.

www.vokrug.tv

Анастасия Ястржембская: «Чиновничество надо вытошнить – до конца»

Настю совершенно точно можно назвать роковой. Только такая девушка взялась бы приобщить наш пугливый, злой бомонд к древней и сложной штуке – айяуаске. Скажу честно – я б не отважилась. Более того, о собственном знакомстве с этим психотропным напитком я рассказала только после того, как это сделала Настя: слишком привыкла к отрицанию, осуждению обществом подобных вещей. А ведь из Перу, где пьют айяуаску и куда моя собеседница устраивает поездки, я вернулась верующим человеком. Но такое невозможно объяснить – можно только прочувствовать. Поговорили же мы с Настей, как все девочки, о мужиках. И не только:)

Настя, осенью ты впервые оказалась на страницах SNC c очень резонансным рассказом об айяуаске – напитке, который южноамериканские индейцы варят из «лианы духов» и который кто-то считает лекарством, а кто-то – опасным наркотиком. Ты говорила о том, что нетрадиционная медицина в общем и айяуаска в частности буквально поставили тебя на ноги после сложнейшей операции на позвоночнике...

Так и было. В 2001 году я перенесла операцию, которая, к сожалению, оказалась неудачной. Олег Бойко (бывший бойфренд Ястржембской – российский «Форбс», предприниматель, продюсер, президент инвестиционного холдинга Finstar, оказавшийся после падения со второго этажа на вилле в Монте-Карло в 1996 году прикованным к инвалидной коляске. – Прим. SNC) порекомендовал мне своего хирурга со словами: «Ну что, твоя проблема – ерунда по сравнению с моей». От чистого сердца... Близкие поддержали: «Ну а что ты хочешь – путешествия, каблуки... Операция – пустяковая». И вот я еду в Барселону к этому доктору. А у него в этот самый момент разбивается на вертолете племянник. Я вот что тебе скажу: даже если ваш хирург – лучший в мире специалист, находится в рейтинге трех ведущих хирургов мира, да и вообще замечательный и прекрасный, не оперируйтесь, если он в неспокойном эмоциональном состоянии. Не надо. Я чувствовала, что операция пройдет плохо. Меня успокаивали: «Настя, он самый крутой, он Ельцина оперировал, и все прекрасно...» Я поверила, ведь у меня дедушка был хирургом, и, видимо, я всех врачей воспринимала как родного дедушку. (Смеется.) В Барселоне меня раздражало все: и сам город, и палата, и даже замечательные девушки-медсестры, вбегавшие в палату с криками «Ola!». Папа прозвал их Олечками. Хирург даже не отправил меня на рентген – взял старые снимки. В итоге вместо сорока минут операция продлилась четыре часа. После нее я две недели отлеживалась. Потом меня поставили на ноги, показали, как классно я стою. На самом деле в тот момент я была под сильными препаратами. И то, что я стояла, в действительности не значило ничего.

Когда ты поняла, что операция не удалась?

Уже в Лос-Анджелесе, куда приехала из Барселоны. Все говорили: «Ну что ты канючишь, у тебя там спайки». А мне было больно, но знаешь, дело даже не в боли – я привыкла ее терпеть, а в проблеме с вестибулярным аппаратом. Я чувствовала себя... как бы тебе это объяснить... подбитой осой. Ставишь ногу, а что будет дальше – непонятно. Конечно, почувствовав ухудшение, я связалась с еще более знаменитыми хирургами. Мне сказали: «Вы можете снова лечь под нож, но есть тридцатипроцентная вероятность, что окажетесь после этого в коляске!» Спасибо, класс, здорово!

Тридцать процентов! И как ты поступила?

Я вернулась к проверенному флорентийскому доктору, мануальщику. Тому самому, что твердил: «Насть, никогда не оперируйся!» Низко опустив голову, я пришла каятьcя – мол, так и так. Я знала, что многие мануальные терапевты не принимают оперированных людей, говорят: «В вашем случае мы на себя ответственности не берем». Но мой флорентиец велел: «Ложись, будем учиться. Учиться дышать». Научилась дышать я спустя два года. И ощутила в тот момент невероятное счастье...

Ты имеешь в виду холотропное дыхание? Пранаяму?

Нет. У каждого доктора своя методика. Мой случай похож на дыхание диафрагмой – тот же принцип. Но это серьезная работа. Многие приходят к врачу, ложатся на кушетку и думают, что доктор сам все за них сделает. А надо годами работать над собой, своим эмоциональным состоянием, даже сном... Я делала это два года и пришла к результату. В какой-то момент, поднимаясь с кушетки, я даже сказала доктору: «Как здорово, что меня неправильно прооперировали! Ведь иначе я бы ничему не научилась». Он ответил: «Слушай, поменьше разговаривай! И поменьше думай!» (Смеется.) Видимо, у меня был такой... overthinking. Извини за плохой русский: в голове переключается очень много языков. Надо хотя бы месяц прожить в России, чтобы все встало на свои места.

Ничего. Я знаю, что этот флорентийский доктор на данный момент лечит всю твою семью.

Да, вместе с еще одним врачом-гомеопатом. У них крайне муторная работа – представляешь, это ведь надо посвящать чужим людям все свое время. В современной медицине такое почти невозможно. Конвейер: дали антибиотики – следующий! Нет, я не против антибиотиков, когда они действительно нужны. Когда мне было два года и я заболела воспалением легких, они спасли мне жизнь. Но я считаю, что холистическая медицина и классическая должны объединять свои усилия, как это, например, происходит в Гонконге, Китае, Перу или Непале.

Ну да. Так и возникла идея основать собственную медицинскую компанию?

Идея родилась в 2006 году, когда я встретила специалиста по кинезиотерапии. Это своего рода лечебная физкультура. У всех есть неприятные события, которые мозг не хочет запоминать, – скажем (я примитивно рассказываю) в детстве покусала собака или наорала тетенька в красном платье. И весь эмоциональный мусор, не вынесенный когда-то, скапливается в вашем теле. Возникает неосознанная реакция на собак, красное. Это можно понять даже по прикосновению. Существуют разные методики кинезиотерапии. Например: кинезиотерапевты берут тебя за руку, задают разные вопросы или просто называют слова: «черное», «белое», «папа», «мама», «сколько вам лет». И ты по-разному реагируешь. Мыщца «провисает» в тот момент, когда человек слышит какие-то элементарные вещи, банальные, становится слабая – ты просто считываешь это, и все. Я такое умею, у меня есть диплом: выучилась в Европе. Я многим друзьям такое делаю, им нравится. И это очень нравится всяким випам, нашим звездочкам. (Смеется.) Я одной известной итальянской стилистке такое делала, она потом просила меня: «Пожалуйста, только никому не рассказывай!» Естественно, что секреты чужой мышцы мне не нужны.

Когда ты этим увлекалась, ты уже была с Ястржембским?

Да, мы были вместе, ждали ребенка. Знаешь, я ведь соавтор Сережи в его этнографических проектах, например про африканские племена... С моей подачи он начал включать в документальные фильмы сюжеты о шаманах. Сережа очень любит слово «шаман», хотя я бы этих людей так не называла.

Да, «шаман» в русском языке почему-то несет негативный оттенок. А ты рассказывала Олегу Бойко про эти истории? Он не заинтересовался? Мне кажется, это могло бы ему помочь.

Я считаю, это очень бы ему помогло.

Но вы не общаетесь?

У нас нет возможности общаться. С его стороны нет желания. Да и из уважения к Сереже мы не... Впрочем, что-то из кинезиотерапии я Олегу рекомендовала.

Меня восхитило, что Сережа так открыто рассказывает в интервью про тех же шаманов, айяуаску... Он же столько лет – чиновник.

Он давно не чиновник. Столько лет уже не чиновник.

Но был. Он не боится вызвать рассказами про айяуаску шквал народного негодования? Люди ведь очень предвзяты.

Надо было вытошнить это чиновничество до конца. Вот чтобы прям до конца. Мы над этим работали...

Вытошнить чиновничество? Это прям круто!

...Сережа не боялся критики, предубеждений. Но я согласна с тем, что люди очень любят навешивать ярлыки.

Да-да, они читают «айяуаска», гуглят – все! – наркотики, галлюциноген! И записывают вас в неформалов типа любителей амстердамских грибов. И начинают причитать: «Эти Ястржембские сходят с ума, как можно...» А ты все-таки чувствуешь в Сереже остатки чиновничьей жизни? Отголоски прошлого?

Бывают, конечно, реакции. Я называю их «защищать Россию»: когда Сереже кажется, что что-то идет не так, он реагирует мгновенно, очень эмоционально... Так бросаются на защиту Родины.

Наверное, для тебя это непривычно. Я видела тебя в очень разных обстоятельствах, но одно оставалось неизменным – ты всегда очень нравилась мужчинам, самым разным. Всегда была вот прямо женщиной-мечтой для...

Не знаю, кому вообще я нравилась.

Нет, это правда.

Может, моя самодостаточность их притягивает. Хотя она была со мной не всегда.

Выйдя замуж за Ястржембского, ты как будто пропала с радаров. Раньше ты вела активную жизнь, вы с Олегом всегда куда-то выходили, были на вечеринках, да и после Бойко у тебя были громкие романы. А после этого замужества ты исчезла из светской жизни.

Мне кажется, это придумывают.

А мне кажется, нет.

Нет, секундочку. Сережа сделал мне предложение, когда я еще была с Олегом. Он подтрунивал насчет того, что мне было бы неплохо заняться бизнесом – вот как Ольга Слуцкер. Это такой тип манипуляции, любимый русскими мужчинами. Знаешь, когда жена твоя худая, а ты говоришь ей, что она толстая: случай моей подружки. И таким образом контролируешь ее, самоутверждаешься за ее счет. Я только сейчас понимаю, зачем Олег это делал. Когда испытываешь чувства – это нормально. Девочки манипулируют по-своему.

Ты занялась бизнесом?

После теракта 11 сентября я с друзьями – французами и итальянцами – устроила благотворительную акцию: в Нью-Йорке сажали деревья, а мы решили сделать что-то похожее в Москве. Олег одобрил: «Ну сделай что-то масштабное». Я говорю: «Окей, сделаю». И вот я встречаю Ястржембского, с которым в 1998 году познакомилась в Африке. Он здоровается: «Привет, как дела?» – «Нормально». – «А что ты в Москве делаешь?» (А я же двадцать пять лет не была в России, появлялась набегами.) – «Да вот пытаюсь благотворительность организовать». Ну кто тогда этим не занимался! Тут Сережа и говорит: «А ты вообще-то в курсе, что тебе самой нужна помощь?» – «Да нет, – ответила я, – я сама, мне не нужно никакой помощи». Потом у меня ничего с благотворительностью не получалось, хотя деньги были. Я снова встречаю Ястржембского в Москве, этом огромном чужом городе, совершенно подавленная. «Ну как успехи? – спрашивает он. – Нормально?» – «Нет. Ничего у меня не выходит». Сережа говорит: «Ну давай я тебе помогу...» Олег как-то странно на это отреагировал. Я развела руками: «Ты же сам велел мне заняться благотворительностью». Тогда я и сама не поняла, что произошло.

Ну да, все случилось очень стремительно.

Ну как стремительно? Прошел почти целый год, хотя и расписались мы с Сережей спустя пять дней после того, как я к нему переехала.

Пять дней!..

Да. Мы с ним, видимо, два адреналинщика. Я не люблю это слово, но Сережа любит его. Постоянно выходим из зоны комфорта – ты тоже так делаешь. А вообще, знаешь, все сложилось как-то очень правильно энергетически. Мы, девушки, очень любим форсировать события. Но когда очень ждешь определенного результата, ничего не получится.

Да, да, по себе знаю. Приходит, только когда отпускаешь. У меня всегда – ровно так. Ты говоришь, и аж мурашки по коже.

(Смеется.)

Мне очень хотелось замуж, но в один день я решила – ну окей, проживу и без этого!..

Да это не ты хотела замуж, а общество, общество.

...И когда я ушла от этого желания, забыла, ко мне тотчас же все пришло. Я переехала к Сереже, пытаясь как-то сбежать из непонятной ситуации с Олегом, в которой требовалось, чтобы я стала бизнесменом или...

Если честно, мне очень жалко Олега.

Ну в конфликте нет одного виноватого.

Мне жалко Олега – а я его часто вижу и поэтому могу смело говорить об этом в интервью, – потому, что после тебя он так никого по-настоящему близкого и не встретил.

Я очень хочу, чтобы он нашел себе такого человека.

Ты очень сильно его изменила. Будто поставила на чем-то внутри крест: после тебя он появляется исключительно с какими-то женщинами-моделями...

Это тоже своего рода форсирование ситуации. Олег всегда думает, что знает, чего хочет. Он всегда говорил мне, куда, условно, намазать свою любовь. А я, наоборот, считаю, что паре нужно общаться, разговаривать, а не указывать друг другу, что делать. Ну не вышел у тебя сегодня с мужем разговор – поговори с ним завтра, когда он будет более открытым. Бойко не такой. Я спрашивала его: «Почему ты так мало общаешься с мамой и папой? Даже дикари в джунглях понимают всю важность контакта с предками...» Как-то раз я час проговорила с мамой Олега во французском посольстве, не зная, кто передо мной. Мне было так интересно!

То есть тема семьи у Бойко – больная?

Я не имею права это говорить, но мне кажется, Олегу не хочется, чтобы его жалели, ну и все эти сентиментальности. Я пыталась и дальше беседовать на семейные темы с Олегом, но опять почувствовала какой-то форсинг. Сережа, кстати, тоже форсировал меня с профессионализмом политика. (Смеется). Очень технично.

Он тебя как-то очень решительно увел, да? Ставил ультиматумы?

Слушай, я бы не хотела это... Я лучше по-дружески тебе расскажу... Ну конечно, Сережа был заинтересован в том, чтобы я была с ним, шел к этой цели.

Теперь ты можешь точно сказать, чем отличаются мужчина-бизнесмен и мужчина-чиновник. В чем принципиальная разница?

Мой муж из творческой богемы, так что я знаю целых три типажа. (Смеется). Вообще-то все мужчины похожи: им всем нужна самореализация. Просто она лежит для них как бы в разных сферах. Могу сказать, что мне больше всего не нравилось в чиновничестве. Сказать?

Давай.

Отсутствие личности.

Подожди, но ведь Ельцин был личностью!

Ельцин был режиссером, вокруг которого – хорошие актеры, которые обязаны играть свою роль. Сережа был одним из них.

Тяжело быть женой чиновника? Ведь когда вы с Ястржембским поженились, он еще не ушел из политики.

Хороший вопрос. Мне было тяжело, потому что я никогда раньше не общалась с людьми, которые были в системе. Все мои близкие – совершенно свободные, вне режима. Я ведь тоже из богемной семьи. Мне было сложно понять, чем Сережа живет, чем дышит. Поэтому я включила наблюдателя. Не в первый, впрочем, раз в жизни. Как-то Сережа встретился с моим крестным Тонино Гуэррой (итальянским поэтом, кинематографистом, сценаристом Тарковского, Антониони, Феллини. – Прим. SNC), и тот сказал во время этой встречи очень яркую фразу: «Политика никогда не скажет тебе «спасибо». В этот момент я поняла, что подсознательно Сережа хотел встретиться именно с таким человеком.

Скажи, а не из-за тебя ли он ушел из политики? Ты как-то влияла на это решение, одобрила его?

Помню, как Сережа пришел за советом: «Мне уходить?» Я спросила, так как, конечно, не хотела брать на себя ответственность за чужое решение: «С каким настроем ты приходишь на работу?» И он... (качает головой и поджимает губы). А на своем юбилее Сережа меня поблагодарил: «Без Насти я никогда не принял бы это решение». Но я хочу подчеркнуть, что оно все же полностью его – я не влияла...

И все же это очень нетипично. Многие девушки мечтают выйти замуж за политика – как-никак статус. А ты, наоборот, от этого бежишь.

Я не скажу, что мне не хотелось, чтобы Сережа ушел из политики. Но все мы несем ответственность за свои жизни, хоть и, как собачки, крутимся на месте перед тем, как устроиться поудобнее. Сережа очень много отдал России, выполнил все обязательства перед начальством. Он работал так, как в старину служили царю – с полной самоотдачей. Я думаю, это идет от предков.

А вы продолжаете интересоваться политикой или далеки от этого?

Сережа, конечно, да, он не может без прессы. Раньше его стол был завален газетами, теперь тоже, но есть еще и Интернет. Не знаю, как его голова все это выдерживает. С точки зрения нетрадиционной медицины все это очень токсично. Но он как-то справляется.

Вы много времени проводите в России?

Мало. Я приезжаю пару раз в год на неделю. Сережа немного чаще. Наши дети живут под Флоренцией, учатся во флорентийской школе. Для меня в мире не существует границ. Я смотрю на него в целом. И хочу, чтобы у моих детей было так же.

Расскажи напоследок что-нибудь забавное из вашей с Сережей жизни.

Когда мы только съехались, Сережа очень меня напугал. ЦСКА (или не ЦСКА, я не знаю!) забили гол, и он закричал. Я никогда в жизни не видела футбольных фанатов. Решила, что гантель упала ему на ногу.

Опубликовано в SNC №75 март 2015.

www.sncmedia.ru


Смотрите также