Все время что-то читаю... Прочитанное хочется где-то фиксировать, делиться впечатлениями, ассоциациями, искать общее и разное. Я читаю фантастику, триллеры и просто хорошие книги. И оставляю на них отзывы...
Не знаете что почитать? Какие книги интересны? Попробуйте найти ответы здесь, в "Читалке"!

Юрий щербаков биография семья


Жестокий романс Юрия Щербакова

27 ноября в Московском историко-этнографическом театре состоится презентация диска народных песен в жанре «жестокий романс» в исполнении Юрия Щербакова — прекрасного гармониста и певца средних лет, носителя живой традиционной культуры.

Хоперский казак Юрий Александрович Щербаков (род. в 1972 г.) – потомственный казак-песельник, уникальный гармонист и исполнитель народных казачьих романсов. Солист ансамбля старинной казачьей песни «Станица» (г. Волгоград) и фольклорного ансамбля старинной казачьей песни «Бузулук» (г. Новоанинский Волгоградской области). Участник многих концертных проектов, лауреат фольклорных фестивалей и творческих конкурсов. Снимался в кинофильмах «Атаман», «Батюшка», «Утомленные солнцем 2».

ОБ АЛЬБОМЕ

Казалось бы, всем известно, что такое «жестокий романс». Так был назван один из самых популярных отечественных кинофильмов 1980-х годов. Сильные чувства, несчастная любовь, коварная измена, часто — гибель героя или героини, против которых ополчился весь мир, жестокий и равнодушный… Само наименование этого жанра свидетельствует о его городском происхождении, о связи с письменной культурой. Корни его уходят, с одной стороны, в народную балладу с ее страстями, доведенными до крайнего обострения, с глубокими нравственными конфликтами, приводящими к страданиям и гибели героя.

С другой стороны, «жестокий романс» продолжил традиции «разбойничьих» песен, зародившихся в эпоху народных восстаний. Еще одним источником явилась авторская литература, созданная в духе сентиментализма. Такими произведениями зачитывались городские барышни на рубеже XVIII-XIX веков. Несколькими десятилетиями позже эти сюжеты проникли сначала в слободскую культуру городских окраин, а затем и в сельский быт.

В эту же эпоху стал активно развиваться новый стиль сольной песни с инструментальным сопровождением. В городской музыкальный быт прочно вошла семиструнная гитара, в крестьянской среде – различные виды гармоники, отвечавшие эстетике и музыкальному складу новых городских песен. В народе «жестокие романсы» называют «жизненными песнями». В ХХ веке это – самый актуальный, наряду с частушкой, пласт русского фольклора. Он продолжает сохраняться в живом бытовании даже в тех случаях, когда все другие жанры традиционной музыки давно утрачены. Обильный материал для создания новых текстов предоставляют драматические события современной истории: различные социальные катаклизмы, войны и революции — все, что приводит к нарушению привычного уклада жизни.

Сталинские репрессии вызвали всплеск тюремного фольклора. В середине прошлого столетия появилась особая жанровая разновидность – так называемые «инвалидные песни», с которыми нищие просили подаяния в электричках. Одним из последствий гражданской и Великой Отечественной войн стали «сиротские» песни, повествующие о трагических судьбах брошенных детей. В жизни современного российского села «жестокие романсы» занимают ту же нишу, что и телевизионные сериалы-мелодрамы. И если внимательно присмотреться к их сюжетам, можно открыть для себя много интересного, раскрывающего особенности русского национального характера.

Как и традиционная баллада, «жестокий романс» отстаивает моральные нормы и правила поведения, принятые в традиционном сообществе, но делает это «от противного». Любовь предстает в этих текстах как огромное несчастье, разрушительная сила, ломающая судьбу человека, приводящая его на каторгу или в могилу. Любовь всегда греховна, она никогда не бывает счастливой, более того, несет в себе смертельную опасность – вот мораль, которую утверждает «жестокий романс». Антиподом коварной возлюбленной выступает мать-старушка – идеал верности и всепрощения, олицетворение другой любви – высокой и вечной. Казалось бы, все ясно. Так почему же в русских деревнях, в казачьих станицах с таким постоянством продолжают петь про обманщика-матроса, заманившего доверчивую девушку на свой корабль, а потом бросившего ее с ребенком; про молодого «жульмана», умирающего в тюрьме с мечтой о своей неверной любимой; про «бедную девицу, горем убитую», утопившуюся от несчастной любви? Не потому ли, что в сердце русского человека живет непреодолимый страх перед любовью-страстью, которой невозможно противостоять? Ведь, как сказал великий поэт, «все, что нам гибелью грозит, для сердца смертного таит неизъяснимы наслажденья – бессмертья, может быть, залог»… Но можно сделать и другой вывод, более утешительный – если традиционные моральные ценности продолжают отстаиваться нашим народом, пусть и таким необычным образом, то они сохраняют свою значимость даже в эту сложную, далеко не самую нравственную эпоху.

ТРЕК ЛИСТ

1. Глухой да неведомой тайгою / Deep in Taiga / Волгоградская область, Новоанинский р-он 2. Как в одном селе жила парочка / Once There Lived a Couple in a Village / Волгоградская область, Новоанинский р-он 3. Вы матросы-моряки / Sailors / Волгоградская область, Новоанинский р-он, репертуар ансамбля Бузулук г.Новоанинский 4. Полюбил Катю, поверил / Falling in Love with Katya / Волгоградская область, Новоанинский р-он, репертуар ансамбля Бузулук г.Новоанинский 5. Дуют ветры над дубравушкой / Winds over the Grove / Волгоградская область, репертуар ансамбля Станица г.Волгоград 6. Васильки / Cornflowers / Волгоградская область, Новоанинский р-он Васильки 7. Нижнечерская тюрьма большая / Nizhnechersk Big Jail / Волгоградская область, репертуар ансамбля Станица г.Волгоград 8. Не влюбляйтесь в молодость, ребятушки / Don’t Fall in Love with the Youth, Fellows / Волгоградская область, Новоанинский р-он 9. Александровский централ / Alexandrov Central Jail / Волгоградская область, Новоанинский р-он 10. Бедная девица / Poor Maiden / Волгоградская область, Новоанинский р-он 11. Как была эта ночь / How Good that Night was! / Волгоградская область, репертуар ансамбля Станица г.Волгоград 12. Парень в кепке да зуб золотой / A Guy in a Cap with a Golden Tooth / Волгоградская область, Новоанинский р-он 13. Имел я деньги пребольшие / I used to Have Big Money / Волгоградская область, Новоанинский р-он 14. Как-то ранней весной / Once in Early Spring / Волгоградская область, Новоанинский р-он 15. Не для меня / Not for Me / Волгоградская область, репертуар ансамбля Станица г.Волгоград

16. Самогонщица Маруся / Marusya Boot-Legger / Волгоградская область, Новоанинский р-он

tvcenter.ru

Юрий Щербаков (III)

Погрязшая в долгах семья получает шанс открыть свой бизнес.А также о нежелании вмешиваться в политические процессы РоссииЗахаров подарил ей уверенность в себеАктриса предложила защитить артистов закономАктеру предстоит долгая реабилитацияАктер получил один год условноАлёна Михайлова любит всех мужчин, которые встречаются на её пути.Заклятые подруги и вечные соперницы Лиза и Джилл живут в одном безумном пригороде.Борис Дергачев разрывается между Дарьей Мороз, Любовью Аксеновой и Анастасией КалашниковойОбри Плаза готова на всё, чтобы провести «одну магическую ночь» с человеком из своего прошлого.Розыгрыш проведен с помощью генератора случайных чисел

Page 2

Погрязшая в долгах семья получает шанс открыть свой бизнес.А также о нежелании вмешиваться в политические процессы РоссииЗахаров подарил ей уверенность в себеАктриса предложила защитить артистов закономАктеру предстоит долгая реабилитацияАктер получил один год условноАлёна Михайлова любит всех мужчин, которые встречаются на её пути.Заклятые подруги и вечные соперницы Лиза и Джилл живут в одном безумном пригороде.Борис Дергачев разрывается между Дарьей Мороз, Любовью Аксеновой и Анастасией КалашниковойОбри Плаза готова на всё, чтобы провести «одну магическую ночь» с человеком из своего прошлого.Розыгрыш проведен с помощью генератора случайных чисел

www.kino-teatr.ru

Юрий Щербаков: биография, творчество, карьера, личная жизнь

Родился Щербаков Юрий в 1945 г., 28-го апреля. Родной город кинорежиссера – Ростов-на-Дону. Его отец Николай Щербаков был инвалидом, участвовавшем в Великой Отечественной войне.

Ребенок рос послушным мальчиком, хорошо учился, за что был отмечен в школе почетной грамотой «За примерное поведение и успеваемость». Вместе с наградой ему подарили скрипку. Но музыкального образования у Юрия не было, и, не выдержав фальшивого музицирования на скрипке, родители попросили заменить музыкальный инструмент на фотоаппарат. И это стало серьезным толчком в выборе будущей профессии Юры. Он всерьез увлекся фотографией.

Юный фотограф с 4-го класса, ежедневно набивая руку, заявлял, что, когда вырастет, обязательно посвятит свою жизнь кинематографу. В 7-ом классе он не отступил от мечты, параллельно с получением общего образования поступил в студию кинолюбительства. В 9-ом записался в небольшую киностудию при местном ДК.

Хорошо отучившись в школе, сразу после школьного выпускного, в 1963-ом, талантливого юношу приняли на работу, он стал ассистентом кинооператора во взрослую профессиональную студию создания документального кино. Через год по призыву пошел служить срочником в Советскую Армию. В 1965-ом он выпустился из учебного подразделения, в котором готовили командиров. Далее служить его направили в зенитно-артиллерийский полк, он попал в бронетанковую дивизию, став в ней командиром связистов. Но и там он не оставил своего увлечения и призвания, и, по приказу Командующего СКВО, уже через год он сам лично заснял и осуществил видеомонтаж документальной кинокартины «Чти славу отцов», посвященной кавалерии казаков.

В 1967-ом, завершив службу, сержант Щербаков был взят на постоянную работу в киностудию Ростова на должность ассистента оператора. Спустя пару лет его перевели на Воркутинскую студию телевидения по направлению Комитета по телерадиовещанию Коми АССР в Заполярье. Здесь он снял большое количество сюжетов, зарисовок, а также создал авторский кинофильм «Старые и большие деревья», который был номинирован и отмечен призом 1-го Кинофестиваля Коми АСССР.

Потребность в высшем образовании не давала покоя, т.к. теоретический опыт и практика расширили бы творческие возможности Щербакова. И в 1971-ом Юрий Николаевич подал документы на кинооператорский факультет ВГИКа и с блеском его окончил пять лет спустя. Его дипломной работой с оценкой «отлично» стало документальное кино «Бригадир ГРОЗ».

Через год, в 1977-ом, талантливого оператора и режиссера приняли в Союз кинематографистов СССР. Тогда же он получил высшие категории по этим двум направлениям. В 1978-ом он поступил на курсы работников кинематографии, которые проводились также при ВГИКе, и выпустился с красным дипломом как профессиональный режиссер.

  • После получения диплома Юрия Николаевича избрали художественным руководителем местного объединения «Контакт».
  • Затем он стал художественным руководителем киностудии под названием «Знак Почета» Ростовской ордена.
  • С 2002-го в течение 8 лет его должность называлась ведущий специалист пресс-службы ростовского мэра.
  • Затем он встал во главе отдела мониторинга средств массовой информации в администрации родного города при городской администрации.
  • Потом наступил новый, педагогический этап, с 2009 по 2012 гг., он работал преподавателем 1-ой категории режиссерского и операторского мастерства в своем родном городе – в местном Колледже культуры.

Щербаков написал книгу под названием «Сам себе оператор и режиссер» и издал ее в 2000 г. Также является автором книги «Неизвестный Чернышев». Некоторые из его писательских произведений в разное время публиковались в ростовских и московских журналах, альманахах, газетах.

Юрий Щербаков по праву является Почетным кинематографистом РФ, он много раз был награжден органами власти всех уровней.

  • Получил медаль федерального уровня «Ветеран Труда».
  • Награжден Серебряной и Бронзовой медалями ВДНХ. 
  • Награжден двумя Гран-При российских и международных фестивалей кино.
  • Является членом Гильдии режиссеров кино РФ.
  • Избран председателем Общественной организации «Союз кинематографистов РФ» в родном Ростове.
  • Два раза становился лауреатом премии президента «Мастер».

Мужчина состоит в счастливом браке с 1966 г. У них с супругой два сына, которые подарили счастливым дедушке с бабушкой уже четырех внуков - трех девочек и одного мальчика.

Несмотря на преклонный возраст, в 2015 г. Ю.Н. Щербаков согласился на должность профессора и руководителя Творческой Мастерской режиссеров неигрового кино при ВГИК филиала в Ростовской области. Здесь он и по сей день преподает направления «Режиссура в кино», «Композиция в фотографии» и «Мастерство кинооператора». Активно и с удовольствием работает с начинающими кинематографистами.

Вся сознательная жизнь Юрия Щербакова связана с культурой, творчеством и искусством - тем, что можно запечатлеть на пленке. Он в равной мере любит заниматься авторством сценариев, режиссурой кинематографа и операторской, в том числе полевой, деятельностью. Своей профессии этот талантливый человек посвятил свыше 50 лет жизни.

Источники:

  • АДК СК России: Щербаков Юрий Николаевич (г.Ростов-на-Дону)

www.kakprosto.ru

Юрий Щербаков

Погрязшая в долгах семья получает шанс открыть свой бизнес.А также о нежелании вмешиваться в политические процессы РоссииЗахаров подарил ей уверенность в себеАктриса предложила защитить артистов закономАктеру предстоит долгая реабилитацияАктер получил один год условноАлёна Михайлова любит всех мужчин, которые встречаются на её пути.Заклятые подруги и вечные соперницы Лиза и Джилл живут в одном безумном пригороде.Борис Дергачев разрывается между Дарьей Мороз, Любовью Аксеновой и Анастасией КалашниковойОбри Плаза готова на всё, чтобы провести «одну магическую ночь» с человеком из своего прошлого.Розыгрыш проведен с помощью генератора случайных чисел

Page 2

Погрязшая в долгах семья получает шанс открыть свой бизнес.А также о нежелании вмешиваться в политические процессы РоссииЗахаров подарил ей уверенность в себеАктриса предложила защитить артистов закономАктеру предстоит долгая реабилитацияАктер получил один год условноАлёна Михайлова любит всех мужчин, которые встречаются на её пути.Заклятые подруги и вечные соперницы Лиза и Джилл живут в одном безумном пригороде.Борис Дергачев разрывается между Дарьей Мороз, Любовью Аксеновой и Анастасией КалашниковойОбри Плаза готова на всё, чтобы провести «одну магическую ночь» с человеком из своего прошлого.Розыгрыш проведен с помощью генератора случайных чисел

www.kino-teatr.ru

Юрий Щербаков

Погрязшая в долгах семья получает шанс открыть свой бизнес.А также о нежелании вмешиваться в политические процессы РоссииЗахаров подарил ей уверенность в себеАктриса предложила защитить артистов закономАктеру предстоит долгая реабилитацияАктер получил один год условноАлёна Михайлова любит всех мужчин, которые встречаются на её пути.Заклятые подруги и вечные соперницы Лиза и Джилл живут в одном безумном пригороде.Борис Дергачев разрывается между Дарьей Мороз, Любовью Аксеновой и Анастасией КалашниковойОбри Плаза готова на всё, чтобы провести «одну магическую ночь» с человеком из своего прошлого.Розыгрыш проведен с помощью генератора случайных чисел

Page 2

Погрязшая в долгах семья получает шанс открыть свой бизнес.А также о нежелании вмешиваться в политические процессы РоссииЗахаров подарил ей уверенность в себеАктриса предложила защитить артистов закономАктеру предстоит долгая реабилитацияАктер получил один год условноАлёна Михайлова любит всех мужчин, которые встречаются на её пути.Заклятые подруги и вечные соперницы Лиза и Джилл живут в одном безумном пригороде.Борис Дергачев разрывается между Дарьей Мороз, Любовью Аксеновой и Анастасией КалашниковойОбри Плаза готова на всё, чтобы провести «одну магическую ночь» с человеком из своего прошлого.Розыгрыш проведен с помощью генератора случайных чисел

www.kino-teatr.ru

* * * На Рождественском кладбище мама лежит. И, как в жизни земной, прокатившейся было С батей всё на двоих – пополам, без обид,

Так теперь на двоих без обид и могила.

На Рождественском кладбище вновь тишина. И, как делала мама вот здесь же когда-то, Я на холмик могильный насыплю пшена,

И конфеты роздам шебутным цыганятам.

Над Рождественским кладбищем ветер пылит, Громыхает венков облупившейся жестью. В ветеранском строю одинаковых плит

И надгробье моих, как у всех, честь по чести.

Над Рождественским кладбищем колокола Поминают усопших рабов вечных Божьих: Ту, что в ротной санчасти меня родила,

И того, что учил правдой жить, а не ложью.

На Рождественском кладбище я и не лгу – Батя с мамой грехи мои знают за гробом: Всё прощаю друзьям, не спускаю врагу,

А ещё одержим и гордыней, и злобой.

На Рождественском кладбище в горестный час Сколько ж нас у могил на колени вставало! Как порой в этой жизни мне трудно без вас

Продолжением быть, потерявшим начало.

Да, Рождественским кладбище это назвал Кто-то, видно, всерьёз, безо всякой смешинки. Все мы только трава у Его Рождества.

Но как смертно сплетаются наши травинки…

* * * Лихие времена – Что водка без закуски. Расхристанной душе Ядрёный хмель – во зло. Прости меня, земля, Что я остался русским, Что нам с тобой вдвоём Вот так не повезло. Что горький жребий наш – Нерусская удача, Что пропили свою, Которой – грош цена, Что незачем мостить Нам, грешным, Стену Плача – Готова ею стать Не каждая ль стена! Прости меня, земля, Что я не стал героем, Что память занесёт Забвения песком… А только день пришёл – И раскопали Трою. О, дай мне стать твоим Последним черепком! Чтоб кто-нибудь ожёг Его прищуром узким, И, отыскав ответ На каверзный вопрос, Над этим черепком Одно лишь слово: «Русский?» Когда-нибудь ещё

С надеждой произнёс.

* * * Угрюмо вторили колёса Тому, кто в забытьи хмельном, Упрямо мучился вопросом: «Как мы живём?»

Жи-вём. Жи-вём.

Служивый выпивал по-русски: За окнами глухая темь, И так – без тостов и закуски – Тоскливое: «Зачем?»

Чем? Чем?

Примчались из степи метели На запах крепкого вина. И ордена его звенели: «Что за страна!»

Стран-на. Стран-на.

О, вечное России горе И от ума, и от питья! «Живёшь ты в блуде и позоре! Ты самая…»

Моя. Моя.

* * * Запуржило опять, запуржило. И стозевна, и яра во мгле Заметает родные могилы

Злая сила на русской земле.

Счастье тем, кто навек упокоен. Горе зрящим погибельный блуд. Обречённо кресты колоколен

В бесовской снеговерти плывут.

Поле вражьих побед – поле брани – Кроют ветры могильным холстом… Но выходит из дому Сусанин

И себя осеняет крестом.

* * * Село как село, А зовётся станицей… - Ста-ни-ца! – Скрипит старичок журавец И память врачует Живою водицей: Отечество, отчество, Отче, отец. С поклоном приму У колодца бадейку И мшинок назойливых рой Отгоню, Чтоб глянул оттуда Урядник Илейка. - Ну, что, Щербаков, Признаёшь за родню Казачье потомство В девятом колене? Признал! Покривился усмешливо рот… Строй слов дорогих Да пребудет нетленен: Родители, родичи,

Родина, род.

* * * Бросают бесконечную сумятицу И эту надоевшую страну… А чем я хуже? Вот возьму и в пятницу

На историческую родину махну!

Ищи-свищи меня за океанами. А вот он я – совсем в иных местах: Меж Астраханью стольной и Замьянами

Далёкий путь о сорока верстах!

Не испугаешь паспортной заставою: Я воссоединяюсь – все дела – С роднёю: дядей Колей, тётей Клавою,

И с прочими, которых полсела!

Уж с родовою вволю побеседую Ночь напролёт до утренней поры Июньской… Нет, в июне не поеду я. Махну в июле.

После мошкары!

* * * «Я – коммунист, бандит советской власти!» – Орал мой дед, идя через село. Ах, дедово нечаянное счастье – На месяц лишь в «кутузку» занесло! А всё бабуля… Главному с разлёту Упала в ножки: «Разголубый мий, Помылуйтэ босоту и голоту! Мыкыта, як напьеться, Вин дурный…» И отпустили, деда отпустили, Побитого, учёного – домой. И простирал бестрепетные крылья Над сирою страной тридцать седьмой. Наверно, не в бабулином поклоне Была судьба, а в том, верней всего, Что был мой дед незаменимый конюх, Что чахли кони в стойлах без него… Как прежде, над запойной головою Цыганским бубном дёргалась луна. Но с той поры дорожкою кривою Шёл молча дед, бледнея от вина. Кто знает, и узнается едва ли, О чём шептал у стойла пьяный дед. А жеребцы понятливые ржали,

Кивая часто конюху в ответ…

* * * «Артиллеристы, Сталин дал приказ!» – Хрипел отец за чаркою до пота. Пел, как умел, фальшивя всякий раз,

Он, командир зенитного расчёта.

И некому помочь и подтянуть Ему в застольной песенной кручине – Его расчёт земной окончил путь

Под Сталинградом и в днепровской стыни.

Не трижды ли сержанта обошла По кругу поведённой смертной чашей Судьба – хозяйка бражного стола,

Где вместе за столом и наши, и не наши…

Отец, прости, что в прежние года Я не болел твоей заветной болью. Казалось мне, что это навсегда –

Твой слёзный хрип в негаснущем застолье.

Наверно, время делает мудрей, Вдруг возвращая главный смысл понятьям. «Из сотен тысяч батарей За слёзы наших матерей, За нашу Родину! Огонь!»

Ты слышишь, батя?

* * * Засадный полк. Заветная дубрава. Свершилось чудо в заповедный срок. Но почему-то сразу доброй славы

Не получил его творец Боброк.

Через века страданий и событий Не видно в этом никакой беды. Да здравствует великий победитель

Поверженной Мамаевой Орды!

По доблести и слава! Даром, что ли, Великий князь сам выбрал пеший строй, Чтоб обрести на Куликовом поле

Загадочное прозвище – Донской!

Судьба решит сама: кому рубиться, Отдавшись смело ратному труду, Ну, а кому могучею десницей

Натягивать сражения узду.

О, этот жребий – на зубах, на жилах Держать наружу рвущийся пожар, Чтобы могучей, свежей, русской силы

Хватило на решающий удар!

Пускай потом другим звучат в награду О храбрости и доблести слова. Иной награды, видит Бог, не надо –

Была бы только Родина жива!

Нет испытаньям ни конца, ни края. Где ж, ты, герой-спаситель, гой еси? Не в том беда, что князь – слуга Мамая.

А в том, что нет Боброка на Руси…

* * * Да был ли он, Евпатий Коловрат? С отчаянья его придумал кто-то, Когда Орда уже не «коло врат»,

А проломила русские ворота!

И хлынула потоками в проран Неодолимо конница Батыги. Вот тут-то и измыслен был рязан,

За помощью приехавший в Чернигов.

Как он с былинной удалью гвоздил И в хвост, и в гриву вражескую силу! Так бил, что его великий пыл

Лишь глыба камнемёта остудила…

Как песня богатырская лиха! Остановись, великое мгновенье! И не как нет ни капельки греха

В наивном стародавнем сочиненьи!

Когда всему заветному конец, Когда кругом неверие и тризны, Был явлен миру чудный образец,

Как защищать величие Отчизны!

Смеренный инок, твой лесной глагол О небылом да сбывшемся деянье, Негаданно-нежданно приобрёл

Воистину вселенское звучанье!

И потому судьбе наперекор, Оборужённый вечным вещим Словом, Суровый пахарь брался за топор,

Как те рязанцы, и опять, и снова!

…Глядите: чёрны вороны кружат, Который год кружат над отчим краем. И умирает снова Коловрат, С былинной песней вместе умирает. И торжествуют злобные враги, Нас одолевши на незримой рати. Молю: опять, Всевышний, помоги,

Чтобы явился на Руси Евпатий!

Да здравствует святое торжество Героя на пути к заветной цели! Неважно, кто придумает его –

Услышали б ту песню и запели…

* * * Самый старый памятник музея-заповедника «Кижи» – церковь Воскресения Лазаря. Согласно преданию она была построена в 14 веке на юго-восточном побережье Онежского озера… (Из рекламного проспекта «Кижи») А небеса как будто стали ближе, Притянутые нитями дождя. В плавучий ресторан с названьем «Кижи»

Сошлись туристы, весело галдя.

Проглянет солнце, объяснят толково Им про седые кружева резьбы. А я стою подобьем часового

У неприметной церкви ли, избы?

Откуда было знать им, лесовинам, По-новгородски ведавшим чуть-чуть, Как ставить храмы? Идолам старинным

Верна была языческая Чудь.

Как он дошёл в урочища глухие, На этот, злой пургой продутый брег, Креститель из далёкой Византии,

Непозабытый безымянный грек?

А только в год, когда Мамай, быть может, Кумыс впервые подносил ко рту, Во славу Божью, что души дороже,

Поставили хороминку Христу.

А пастырю – жилищем и защитой Был крепкостенный Божий этот дом, Когда за прежних идолов сердитых

Шли заступаться грешники с дубьём.

Стояла церковь семь веков под елью, А ели той… Не старше ли земли! А вот спасли церквушку от безделья, На многолюдный остров привезли. Ах, память, память! Так ли это надо! – Для ни во что не верующих нас – Её под нескончаемые взгляды

Здесь, на юру, поставить напоказ?

…А дождь свои бесчисленные нити К обветренному острову тянул. И приколочен был огнетушитель

Тремя гвоздями к древнему бревну.

* * * Да, именем моим пугали печенегов. Да, именем моим сбивали птицу влёт. Да, именем моим – не силой оберегов –

Тевтонские полки вмерзали в Чудский лёд.

Да, в имени моём – Донская переправа. Да, в имени моём – и Брест, и Сталинград. Да, в имени моём – немеркнущая слава

Всех ополченцев, ратников, солдат.

Да, в имени моём – лихие перемены. Да в имени моём – чужой заразы мор. Да, в имени моём – самим себе измена.

И потому на трон садится новый вор.

Да, в имени моём – холуйство и холопство. Да, в имени моём – кабальная стезя. Да, в имени моём, как в том святом колодце,

Былую чистоту воде вернуть нельзя.

Но в имени моём любовь мерцает тускло. Но в имени моём есть веры уголёк. Но в имени моём – заветном слове «Русский» –

Навеки сбережён надежды родничок.

* * * Наливаюсь ратною отвагой, Прикипают руки к топору – Над моей разгульною ватагой

Реет чернокрылая хоругвь.

Бабники, пропойцы, сквернословы, Вовсе непотребные шиши – Вышли мы на поле Куликово

Нынче для спасения души!

Гей, гряди на битву беззаботней, Самый крепкий, самый чёрный люд! Что с того, что завтра чёрной сотней

Нас потомки вражьи нарекут!

Ведает заступник с выси горней: Оттого те чёрные слова, Что от крови нашей стала чёрной

Поля богатырского трава!

И, когда отринувши земное, Родина потребует ответ, Я готов – в одном ряду со мною

Чёрной сотни инок Пересвет!

* * * Среди вопросов праздных и непраздных Ищу один-единственный ответ: Неужто День Победы – это праздник

Солдат страны, которой больше нет?

Когда салюта майского зарницы Расплещут в небе развесёлый свет, Вглядитесь, как печальны эти лица

Солдат страны, которой больше нет.

Как тяжелы натужное веселье, Шутов продажных громогласный бред! Неужто враженята одолели

Солдат страны, которой больше нет?

Есть, видно, и у стойкости пределы. Не потому ли в перекрестье лет Так безвозвратно войско поредело

Солдат страны, которой больше нет.

И, никого ни в чём не виноватя, Глаза в глаза – совет, завет, ответ – Глядит светло с плиты могильной батя –

Солдат страны, которой больше нет.

* * * Нет, не чеканной Поступью парада, Когда гудит Торжественно земля, – Приходит День Победы Без отрады, Как инвалид

На старых костылях.

Скрипят подпорки, И саднят увечья – Кто ведает им Разницу и счёт? Заветный день С судьбою человечьей… Неужто он

Когда-нибудь умрёт?

* * * Тесно могилам На новом погосте. Но ни одна Не обидится тень – Нынче на кладбище Гости и гости. Красная Горка.

Родительский день.

Если кому И не будет помину, Ветер в камыш Заберётся, скуля. Он и помянет Людскую судьбину. Рыжая глина.

Родная земля.

* * * Был самодержец до обеда Зело с похмелья не в духах. - Ну, астраханцы-рыбоеды, Ну, водкопивцы, трах-тарах! Но, выпив чарочку калганной, Слегка царь Петр подобрел: - Ну, искуситель окаянный, Где там твой давешний пострел? И молвил вовсе добродушно, Хлебнувши квасу из ковша: - Однако экий ты тщедушный! В чём только держится душа! Ага, душа… про сей предмет Ты скажешь складно али нет? Иль воевода-обормот Сбрехал, что ты есть виршеплёт? - О, государь, твоя душа Пошире этого ковша! Царь усмехнулся: - Ишь, каков, Тредиаковский, сын дьячков! Предерзостен, яко у змия, Язык твой… Да похвальна прыть! А вирш про матушку-Россию Ты смог бы, юноша, сложить? Ну, верю, верю… Боже правый, Дай пареньку заветный лад! Тебе ж велю: пускай во славу Отчизны будет твой виват! Уразумей, Тредиаковский, Для назидания иным, Что нет износа славе росской, Пока державой дорожим! Пока к деянию готовы Через моря, через года! Сложи, пиит, такое слово, Чтоб не забылось никогда! О, вечный путь российских странствий, Где три столетья напролёт Весенний ветер астраханский Нам вирши давние поёт! Виват Россия! Виват драгая! Виват надежда!

Виват благая!

* * * Человек, пришедший неспроста, Молвил, не нарушивши обычай: А у вас красивые места!» Только мне послышалось:

«Добыча»…

Ты побудь, заезжий человек, Гостем наших низовских окраин. Он ответил: «Гостем? Хоть навек!» Только мне послышалось:

«Хозяин»…

Выбирай подарок по нутру – Я заветы предков не нарушу! Он ответил: «Разве что икру!» Только мне послышалось:

«А душу?»

* * * У астраханцев есть одна мечта, У каждого – я вас уверить смею – Чтоб сгинули жара и духота,

А заодно – и злые суховеи.

Чтоб завалил Господь солончаки На радость земледельцам перегноем, Чтоб комаров несметные полки

Исчезли невестимо вслед за зноем.

Пусть пропадёт настырная мошка И камыши – с заветных огородов. Зимой побольше чистого снежка,

А не кефирной жижи с небосвода.

Чего ещё? Чтоб не один карась Блуждал в ухе, где место осетрины, Чтоб Астрахань взяла и поднялась

Из ямы Прикаспийской на равнину!

Гневим судьбу свою через года, Привычно грезим о заветном чуде. А сбудется оно – и что тогда?

Да просто нашей родины не будет…

* * * Не бывает худа без добра.

Ах, как эта истина стара!

Так стара, что на покой пора. Да, бывает худо без добра!

Я не про политику и власть – Чтоб им расточиться и пропасть!

Паука сожрёт другой паук – То-то будет радости вокруг!

Что клеймить позором подлецов, На костях настроивших дворцов?

Степень пользы их – и в этом суть – Суд определит когда-нибудь.

Я не о любимом из друзей, Чахнущем над златом, как Кащей.

Мог бы – дружбу положил на счёт. Но зато убогим подаёт!

Страшно без предела, без конца, Коль любовь оставила сердца.

Только у остывшего костра Понимаешь: худо без добра…

* * * День пропах вишнёвым садом, Шпал распаренных смольём, Дёгтем, сеном, самосадом,

Пылью, тронутой дождём.

Пахнет мятой и ромашкой, Полынком и чабрецом, И армейскою фуражкой,

Мне подаренной отцом

На дорожку. Пахнет срубом И колодезной бадьёй, Кукурузным пышным чубом

И дорожной колеёй.

Пахнет разомлевшей речкой И расшитым рушником, Необъятной летней печкой,

Свежим хлебом и борщом.

Мазанки белёной глиной И соломой на полу. Самой пышною периной

И лампадкою в углу.

Пахнет бабушкой и дедом. Нет роднее этих двух Астраханским непоседам…

Отпуск. Детство. Русский дух.

* * * Безвременье – а будто время длится! Уже не стонет, а молчит земля… Судьбы моей бескрылая синица,

Не обижайся зря на журавля.

Ему из поднебесья лиходеи На почву опуститься не дают – У сна с названьем «Русская идея»

Сейчас один – заоблачный маршрут.

Там ветер ледяной разбойно свищет. Куда в такое небо? Прыг да скок… Давно синичка выбрала жилищем

Приветливо распахнутый силок.

Привычно в нём… Подумаешь, петелька! Ну, не пускает – экая беда! Зато напиться не мешает в стельку

И с телевизором быть – не разлей вода.

И бестолково мечутся по клетке, Воображая, что во все концы, Крикливые, беспомощные детки –

Безвременья бескрылые птенцы.

О, как всё плохо! Да заткнись ты, нытик! Не время причитать и голосить, Когда одни растрёпанные нити

Остались от величия Руси.

Не надо сокрушаться, что измены – Зловредный рок Ивана-дурака. А потому и прозвище «нацмены» -

Для тех сейчас, кто русские пока.

Господь нам посылает испытанья Своим – за чередою череда. Всё меньше нас? Так в огненном дыханье

Теряет вес железная руда!

Металлом стать, выжаривая в шлаки Никчёмную породу – в этом суть! И потому наш крестный путь во мраке.

Иным и не бывает русский путь!

* * * Горят леса. Пожарникам – работы! А тут ещё и новая беда: Из кранов застоявшимся болотом

Разит водопроводная вода.

Переполох царит в Водоканале. Недаром телевизоры с утра Вещают: цепь природных аномалий

Во всём виновна, следствие – жара.

Мол, загнивают микроорганизмы. Когда бы так… Гниёт по всей стране! Как там писал отец соц.реализма?

«На дне»? Вот и смердит на дне…

* * * Ты говоришь, Россия, как Союз, Вот-вот падёт, развалится на части, И будем называться мы улус

Какой-нибудь новоордынской власти?

Всё это верно. Только вот Ордой Не напугать страну трёхцветных флагов. Быть может, как когда-то, не бедой

Орда бы стала, а заветным благом!

Хотя о чём я! На сто лет вперёд Просчитана судьба былой России. И станет президенто-ханом тот,

Кто не похож на доброго Батыя!

Который вовсе не три шкуры драл – Со всех доходов – только десятину. О, золотоордынская пора,

Вернись опять на русскую равнину!

Пятою властной распри погаси! Тогда, глядишь, из множества фамилий Когда-нибудь и явится Руси

Пока ещё безвестный Джугашвили…

* * *       Болото – место публичных казней       в средневековой Москве Как хотите, только я не против Повернуть историю назад, Где лесного татя на Болоте

По Указу царскому казнят!

Государев дьяк исчислит вины, Что учинены были со злом. И, крестясь, вся площадь заедино

Выдохнет печально: «Поделом!»

Для того кровавую минуту Подданным показывает власть, Чтоб в толпе подумалось кому-то:

«Как бы на Болото не попасть!»

Знать, грехов - что истинных, что мнимых – Столько есть за каждою душой! …Пролетели огненные зимы

Вереницей длинной над Москвой.

Говорят, что время неподсудно. Грех его охаивать. Как знать… Будто в утро казни многолюдно

На Болотной площади опять.

И кипят нешуточные страсти Среди нововзысканной толпы: Лучше кто – отведавшие власти,

Сытые, довольные клопы

Или их голодные собратья, Из заморских прущие перин? Сатана меняет лица, платья,

Только облик у него один.

Ты, гляди, сосед, гляди, соседка, – Вот он, снова лезущий во власть! Что нам остаётся? Память предка:

«Как бы на Болото не попасть!»

Пусть казнят друг дружку лиходеи! Пусть они дерутся – зло со злом! Нет сейчас спасительней идеи:

Наше время просто не пришло!

rospisatel.ru


Смотрите также