Все время что-то читаю... Прочитанное хочется где-то фиксировать, делиться впечатлениями, ассоциациями, искать общее и разное. Я читаю фантастику, триллеры и просто хорошие книги. И оставляю на них отзывы...
Не знаете что почитать? Какие книги интересны? Попробуйте найти ответы здесь, в "Читалке"!

Жанна меружановна вебер биография


Серийный убийца: Жанна Вебер.

?

imperium_ross (imperium_ross) wrote, 2016-03-05 20:56:00 imperium_ross imperium_ross 2016-03-05 20:56:00 Category: Жанна Вебер (7 октября 1874 - 5 июля 1918) французский серийный убийца, задушила более 10 детей, в том числе собственных, осуждена за убийство и признана судом невменяемой, покончила жизнь самоубийством.

Родилась в маленькой рыбацкой деревушке на севере Франции, из дома ушла в возрасте 14 лет,

и с этого момента на кусок хлеба начинает зарабатывать различной черновой работой вплоть до ее замужества в 1893.

Супруг оказался алкоголиком , что в конечном итоге двое из её троих детей умерли в 1905 году.К этому времени, Жанна Вебер также сильно пристращается к алкоголю, вместе с семьей проживают в захудалой парижской квартире, во многоквартирном доме, и Вебер опустившись на дно, погружается в занятия проституцией.

В 1908 году Вебер арестовывают, сопоставляют все преступления со схожим почерком, произошедшие за последнее время в парижской округе и предъявляют обвинения в убийствах Жанне Вебер.

Предшествовавшим событиям к аресту обрисовывался инцидент, когда Вебер душила 10-летнего Марселя Пуаро, сына трактирщика.

Отец Марсаля обнаружив эту жуткую картину, должен был ударить три раза Жанну в лицо, прежде, чем она ослабит удушающую хватку, и выпустит из рук бездыханное тело.

Судебный процесс Вебер признал невменяемой 25 октября 1908 года, её отправили в психиатрическую клинику на Mareville.

На счету Жанны Вебер официально насчитывается 10 убийств, в психиатрической больнице провела 10 долгих лет, прежде, чем покончить жизнь самоубийством в 1918 году.imperium_ross. Tags: Жанна Вебер, Серийный убийца, история, убийство.

imperium-ross.livejournal.com

Жанна Вебер

Женщины среди серийных убийц встречаются не очень часто. Еще меньше среди них тех, кто лишал жизни исключительно детей. Одна из таких монстров - француженка Жанна Вебер. На ее счету более ю задушенных малышей, причем трое - ее собственных.

Жанна Вебер

Жанна Вебер родилась в маленькой рыбацкой деревушке в Бретани в 1874 году. В 14 лет она ушла из дома и отправилась в Париж. В 1893 году девушка познакомилась с Жаном Вебером и вышла за него замуж. Они жили в бедном квартале Гут-д'Ор, где каждый второй носил фамилию Вебер, потому что все состояли в родстве. Здесь у Жанны родился сын, а потом и две дочери. Семья едва сводила концы с концами, к тому же муж Жанны частенько выпивал, но так жили почти все их соседи.

Смертельный массаж

В 1903 году в семье произошло несчастье - обе девочки умерли. Соседи считали, что ее нерастраченная материнская любовь требует выхода, поэтому не удивлялись, когда Жанна предлагала понянчиться с их малышами. На нее часто оставляли детей, пока родители были на работе или занимались делами по хозяйству. И никого не настораживал тот факт, что не все из этих детей выживали.

Возможно, Жанна еще долго была бы вне подозрений, если бы однажды в госпиталь Бретоно не пришла молодая женщина с едва дышавшим ребенком на руках. Доктор Сайан поставил диагноз: отек слизистой горла. Однако он обратил внимание на красный след на шее мальчика. Доктор решил расспросить мать маленького пациента о том, что с ним случилось. Чарлез Вебер рассказала, что она с сыном Морисом и подругой Пьереттой утром зашла в гости к Жанне Вебер. Та приболела и попросила женщин сходить за кое-какими покупками. Они согласились, но уже на улице Пьеретта вспомнила, что забыла кошелек в квартире Жанны, поэтому повернула назад. Чарлез ждала ее внизу, потом тоже поднялась наверх. Там она увидела, как Пьеретта борется с Жанной, вырывая из ее рук Мориса. Мальчик уже посинел и страшно хрипел, поэтому мать подхватила его и побежала в госпиталь.

Выслушав этот рассказ, доктор Сайан повторно обследовал ребенка и пришел к убеждению, что на шее ребенка следы удушения. На всякий случай он спросил у Чарлез Вебер - не случалось ли раньше чего-то похожего? Каково же было его изумление, когда та простодушно ответила: «Да, за последние четыре недели четверо детей в доме умерли от удушья...» Доктор немедленно известил об этом полицейский комиссариат.

На следующий день Жанну Вебер вызвали для дачи объяснений. Оказалось, что она была причастна ко всем четырем трагическим историям. Первой была полуторагодовалая Жоржетта, дочь Пьера Вебера. Пока сам он был на работе, а мать девочки стирала в домовой прачечной, с малышкой сидела Жанна. Соседка Веберов услышала крики девочки и поспешила позвать мать Жоржетты. Та прибежала домой, где застала дочку лежащей на постели. Жанна Вебер склонилась над ней и сдавливала грудь девочки. На крик матери: «Что ты делаешь?» Жанна Вебер, точно выйдя из прострации, пробормотала: «Я оживляю массажем сердце». Через какое-то время девочка задышала ровнее, и Жанна заявила, что приступ прошел именно благодаря ее массажу. Успокоенная мать спустилась обратно в прачечную. Но когда через полчаса она возвратилась домой, маленькая Жоржетта уже не дышала. Как объяснила Жанна, произошел новый приступ удушья и ее массаж уже не помог.

Вторая смерть случилась спустя 10 дней. Жанна Вебер присматривала за сестричкой недавно умершей Жоржетты - трехлетней Сюзанной. К ее отцу, работавшему по соседству с домом, прибежала соседка и сказала, что Сюзанна задыхается. Пьер Вебер кинулся домой. Девочка лежала на кровати - ее лицо было черным, а руки и ноги свело судорогой. Но, когда Пьер поднял ее и поднес на руках к окну, она пришла в себя. Убедившись, что дочь отдышалась, он вернул ее Жанне и ушел. Не прошло и четверти часа, как к нему вновь примчалась соседка и сообщила, что Сюзанна умерла.

А 26 марта погибла маленькая Жермен Вебер. С ней тоже сидела Жанна, когда у девочки случился приступ удушья. В день, когда похоронили Жермен, внезапно заболел сын Жанны Вебер, семилетний Марсель. И через несколько часов он неожиданно задохнулся якобы из-за последствий дифтерии.

Новые жертвы

В ходе допроса родственников и соседей Жанны инспектор Куарэ выяснил, что были и другие малыши, умершие на руках этой женщины. Следователь Лейдэ выписал постановление об аресте Жанны Вебер, и 15 апреля она отправилась в тюрьму.

Эксперты установили, что смерть всех детей последовала в результате асфиксии. Не верилось, что это могла сделать женщина в своем уме, поэтому Жанну отправили на освидетельствование. Но она была признана вменяемой, и это позволяло предать ее суду. Он состоялся 29 января 1906 года.

Казалось бы, ничего не могло спасти «убийцу из Гут-д'Ор», как Жанну прозвали газетчики. Но за ее защиту взялся скандально известный адвокат Анри Робер. Ему удалось запутать свидетелей обвинения, в том числе и врачей. В итоге Жанне Вебер был вынесен оправдательный приговор, и она исчезла из Парижа...

Весной 1907 года врач по фамилии Папазоглу был срочно вызван неким крестьянином Бавузэ к его заболевшему сыну Огюсту. Когда доктор добрался до дома Бавузэ, девятилетний мальчик уже умер. Сожительница хозяина, полноватая круглолицая женщина по фамилии Мулинэ, успела омыть ребенка и одеть в чистую рубашку. Поскольку по рассказам отца доктор так и не смог понять, чем болел мальчик, он решил осмотреть тело. Ему бросились в глаза подозрительные синяки на шее Огюста, поэтому доктор отказался выдать свидетельство о смерти.

Полиция отправила тело на вскрытие. Патологоанатом Шарль Одья сделал вывод, что гематомы на шее мальчика точно повторяют след от ворота его рубашки. В заключении он написал, что смерть Огюста Бавузэ вызвана естественными причинами и явилась следствием судорог из-за «раздражения мозговой оболочки». Сестры мальчика в это не поверили. Они перерыли вещи мачехи и среди них нашли парижские газеты, в которых были помещены статьи о суде над «убийцей из Гут-д'Ор». На фотографиях они с изумлением узнали свою мачеху - Жанну Мулинэ. А на самом деле - Жанну Вебер. С этими газетами девочки пришли к инспектору жандармерии.

На месте преступления

Следователь Белло возбудил дело и направил патологоанатомов для повторного вскрытия. Два врача, проводившие его, не нашли ни малейших причин естественной смерти. Жанна Вебер-Мулинэ была арестована во второй раз. Но на ее защиту вновь встал адвокат Анри Робер и представил Жанну как жертву полицейской провокации. Он заручился поддержкой президента французского Общества защиты детей Жоржа Бонжо. Тот публично пообещал принять Вебер на работу в какой-нибудь детский приют, как только ее освободят из-под стражи. Расследование было остановлено, и Жанну освободили.

Убийце удалось не только избежать наказания, но и получить работу! В январе 1908 года Жанна Вебер отправилась в Оргевилль, где стала нянечкой в детском приюте. Уже в феврале ее застали при попытке лечь в постель к одному из воспитанников и задушить его. Нянечку тихо уволили, не сообщив о происшедшем в полицию. Однако она сама внезапно сдалась в полицию и призналась в убийствах детей. Но потом отказалась от сказанного и объяснила, что оговорила себя, чтоб пожить в тепле. И Жанну вновь отпустили!

А в мае того же года ее схватили постояльцы гостиницы в городке Коммерси и обвинили в убийстве сына хозяина гостиницы. Жанна, которая представилась как мадам Бушери, позвала Марселя Пуаро в свой номер поиграть, а через полчаса раздались крики ребенка. Постояльцы гостиницы и отец мальчика выбили дверь в номер, но мальчик уже был мертв. Марсель лежал в кровати Жанны, его лицо и шея были окровавлены, вокруг валялись окровавленные носовые платки. На все вопросы женщина отвечала, что ничего не знает и просит к себе адвоката.

Однако на этот раз, оценив невыигрышную ситуацию, Анри Робер отказался ее защищать. Профессор кафедры судебной медицины университета города Нанси Эмиль Паризо провел вскрытие и констатировал, что «смерть мальчика последовала в результате асфиксии, вызванной внешним насилием».

На этот раз Жанну Вебер не судили. В октябре 1908 года ее заключили в сумасшедший дом, где она находилась в одиночном заключении. Женщина отказывалась от общения с родными и персоналом и пребывала в депрессии. В 1918-м она покончила с собой, задушив себя собственными руками.

mirchudes.net

Жанна Вебер

Место жительства - Гут-д'0р (Париж); Преступление - многочисленные убийства детей;

Смерть - самоубийство (задушила себя собственными руками).

Дело Жанны Вебер долгое время вызывало повышенный интерес французов. Убийца детей, Жанна два раза была оправдана судом, но порочная страсть оказалась сильнее - каждый раз она снова начинала убивать. Когда же убийца была осуждена, то, не имея этой самой возможности убивать, она покончила с собой, задушив себя собственными руками

Место жительства - Гут-д'0р (Париж); Преступление - многочисленные убийства детей;

Смерть - самоубийство (задушила себя собственными руками).

Дело Жанны Вебер долгое время вызывало повышенный интерес французов. Убийца детей, Жанна два раза была оправдана судом, но порочная страсть оказалась сильнее - каждый раз она снова начинала убивать. Когда же убийца была осуждена, то, не имея этой самой возможности убивать, она покончила с собой, задушив себя собственными руками. И, умирая, она, может быть, испытывала то чувство наслаждения, которое, как предполагают, являлось движущей силой ее преступлений.

Впервые это имя привлекло к себе внимание полиции еще в 1905 году. Тогда в один из апрельских дней у входа в госпиталь Бретоно в Париже появилась молодая женщина, державшая на руках едва дышавшего ребенка с посиневшим лицом. После первого поверхностного осмотра ребенка доктор Сайан нашел у него признаки перенесенного приступа острого удушья.

Женщину, которая была матерью едва выжившего мальчика, звали Чарлез Вебер, и от нее доктор услышал странную историю. Оказалось, что она проживала в Гут-д'0р, грязном, мрачном районе Парижа, где жило множество породнившихся друг с другом Веберов. В середине того злополучного дня Чарлез Вебер была в гостях у родственницы - Жанны Вебер. После обеда та попросила своих гостей пойти что-либо купить для нее, а Мориса оставить дома с ней. Пришедшая менее чем через пять минут мадам Вебер застала хрипящего, с пеной у рта и посиневшим лицом мальчика лежащим на кровати, а Жанну Вебер - сидевшей рядом и державшей руки под рубашкой ребенка на его груди. Напуганная женщина попыталась вырвать Мориса из рук родственницы, но ей это удалось сделать лишь с большим трудом.

Выслушав рассказ посетительницы, доктор Сайан решил вторично обследовать ребенка. Внимательно присмотревшись, он обнаружил на шее у него красноватый, величиной с палец, след который с боков был отчетливее, чем спереди. Этот след порождал подозрение, не душил ли кто ребенка. Мориса положили в детскую палату, и около девяти часов вечера Сайан застал его в хорошем состоянии.

Мать успокоилась, Сайан попросил рассказать ее о подробностях происшествия. Из этого рассказа он узнал, что меньше чем за четыре недели, начиная со 2 марта, в семьях Веберов умерло с признаками удушья четыре ребенка. Что удивительно, ни один из этих случаев не обошелся без присутствия рядом Жанны Вебер.

Женщина подробно описала события последнего месяца. Сначала умерли две дочери Пьера Вебера: Жоржет и Сюзанна. В обоих случаях Жанна оставалась присматривать за детьми. Первый раз - когда мать Жоржет стирала в домовой прачечной; вторая смерть пришла в семью спустя десять дней: родители были на работе, когда 11 марта умерла Сюзанна, еще не достигшая и трех лет. В обоих случаях врач констатировал смерть от судорог, не придав значения тому, что лица девочек были посиневшими, а на шейках можно было явно различить темную бороздку. Впрочем, удивляться тут особо нечему: это квартал бедняков.

Спустя две недели Жанна Вебер гостила у Леона Вебера и его жены, имевших семимесячную дочь по имени Жермен. Она снова упросила их оставить ей под присмотр девочку. Наутро, когда родители отсутствовали, Жермен стала задыхаться по неизвестной причине. Бабушка, которая жила в этом же доме, услышав крики девочки, поспешила в дом и застала ее на коленях у Жанны. Приступы прекратились за ночь, и девочка спокойно уснула. Казалось, что болезнь прошла, но 26 марта, когда Жермен снова оставили с Жанной, она умерла от приступа удушья. А руки Жанны видели под рубашкой у шеи ребенка. Жермен похоронили 27 марта, и в тот же вечер странным образом заболел сын Жанны Вебер, семилетний Марсель. Через несколько часов он неожиданно задохнулся якобы из-за последствий дифтерии.

Было понятно, что в таком месте, как Гут-д'0р, жизнь ребенка недорого стоила, но все же если все было так, как рассказала мадам Чарлез Вебер, то почему никто до сих пор не заподозрил в серии детских смертей насилие? Почему люди продолжали доверять своих детей свояченице, в руках которой те умирали? Неужто они не подозревали ее?

Эти вопросы и задал доктор Сайан мадам Чарлез Вебер, но та непонимающе посмотрела на него. Да, у них зародилось подозрение, когда умерла Жермен. Но ведь потом умер собственный сын Жанны - Марсель.

О странных обстоятельствах смерти детей Веберов доктор сообщил комиссару полиции. Час спустя после сделанного им заявления Жанна Вебер, маленькая, кругленькая женщина с невыразительными чертами лица, была арестована, и два инспектора приступили к допросу всех свидетелей смерти детей. Установленные обстоятельства гибели детей во многих отношениях казались загадочными.

В ходе этого расследования инспектор Куарэ узнал, что еще в 1902 году на руках Жанны Вебер за короткое время умерли два ребенка: Люси Александр и Марсель Пуато. Врачами и тогда были высказаны не совсем определенные предположения о причинах смерти.

Оказалось, что Жанна Вебер, кроме умершего не так давно семилетнего Марселя, имела еще двух дочерей. Эти девочки также умерли несколько лет назад. Все Веберы сочувствовали женщине, потерявшей детей, и ее настойчивые предложения посидеть с детьми они воспринимали как неудовлетворенное чувство материнства , развившееся после этих трагических потерь.

Инспектор Бовэ сам родился в Гут-д'0р. Он знал этот мир, где царили грязь и нужда, знал, как часто смерть собирает там свой урожай, как бесчувственны населяющие его люди и как велико их невежество. Но когда он узнал, что пережили погибшие дети, прежде чем умереть, то это показалось ему просто непостижимым.

Опрос свидетелей постепенно помог нарисовать в подробностях эти жуткие сцены ужасных детских смертей.

Инспекторы докладывали следователю о ходе расследования. Они установили, что не только соседи, но и родственники после смерти Сюзанны не доверяли Жанне Вебер, но когда умер ее родной сын. Марсель, недоверие и антипатия как-то рассеялись. Свидетелями смерти сына были сама Жанна Вебер и ее пьянчужка муж. Доктор Мун дважды поверхностно осматривал мальчика, хотел было сделать ему укол, но не успел, а его смерть объяснил воспалением головного мозга . Отец утверждал, что мальчик задыхался и у него была температура.

Подозреваемая молчала, не отвечая на вопросы следователя, но тот подозревал, что она совершила нечто ужасное: убила собственного ребенка с целью усыпить подозрительность родственников и соседей, чтобы продолжать убивать и дальше.

Следствие пришло к выводу, что ни один из детей не умер естественной смертью, что все они были жертвами необузданных страстей Жанны Вебер, и лишь Морису случайно удалось избежать такой же участи.

Но как сформулировать причины, толкавшие ее на убийства? Может быть, это месть за смерть ее двух дочерей? Зависть и ненависть к счастливым матерям? Или ею двигало то удовлетворение, которое многие убийцы находят в самом акте убийства?

Доктор Леон Анри Туано взялся обследовать оставшегося в живых Мориса Вебера, а также эксгумировать и вскрыть трупы детей: Жоржет, Сюзанны, Жермен, Марселя. Следователь Лейдэ ожидал, что доктор Туано даст ему научное доказательство насильственной смерти детей путем удушения.

Суд начался 29 января 1906 года. У ворот здания суда собралась толпа матерей и отцов, которые видели в обвиняемой, получившей прозвище убийца из Гут-д'0р , исчадие ада, пожирающее детей. Их инстинкт взывал, к мести убийце, сидевшей с тупым выражением лица на скамье подсудимых.

Но вскоре защите удастся сделать, казалось бы, невозможное: превратить Жанну Вебер в глазах суда и публики из проклятой убийцы в невинно преследуемую, потерявшую родных детей мать.

Защиту Жанны Вебер взял на себя адвокат Генри Роберт. Он был человеком, который не мог упустить случая стать участником такой сенсации. Уже через день ему удалось запутать свидетелей обвинения, в том числе и врачей, и высмеять якобы имевшиеся следы удушения.

Уже на второй день судебного разбирательства, вечером 30 января председательствующий был вынужден предложить оправдать Жанну Вебер. Услышав оправдательный приговор, подсудимая впервые проявила какие-то чувства. Она поцеловала руку адвоката и крикнула своему мужу, чтобы тот подошел. Скажи, что ты признаешь мою невиновность! - потребовала она.

В настроении публики, поначалу так жаждавшей справедливого мщения женщине-извергу, произошла перемена. Мужчины и женщины аплодировали и пытались вынести Жанну Вебер на руках из зала суда.

Так закончилась первая часть мастерски разыгранной адвокатом драмы.

Но это еще не конец трагедии.

Продолжение последовало немногим позже чем через год. Вечером 16 апреля 1907 года в общине Виледью департамента Индре в дверь врача Папазоглу позвонила девочка, охваченная паникой. На вопрос врача, что за причина поднимать такой шум, она ответила: Я из Шамбри. Меня зовут Луиза Бавузэ. Мой брат Огюст очень болен. Приходите скорее .

Отец Луизы жил в маленькой лачужке со своими тремя детьми и сожительницей по имени Мулине, которая появилась в этой местности несколькими неделями раньше как бродяжка и нашла приют у Бавузэ. Расспросив девочку о болезни брата, врач дал ей для него слабительное и послал домой. Назавтра ранним утром к нему явился уже отец мальчика. Врач понял, что с ребенком случилось что-то серьезное, и поехал в Шамбри, однако было уже поздно: девятилетний Огюст умер. Рядом с постелью ребенка сидела сожительница отца, полная, круглолицая женщина.

Ребенок уже был обмыт и одет в новую рубашку, воротник которой туго облегал его шею. Зачем это? - спросил врач. Равнодушным, ленивым голосом женщина ответила: Его вырвало, он был грязным .

По настоянию врача рубашку все же сняли. Сразу бросилось в глаза покраснение, отчетливо просматривавшееся вокруг всей шеи. Это вызывало подозрение, и врач отказался засвидетельствовать факт естественной смерти и сообщил о случившемся в полицию.

Доктор Шарль Одья должен был в качестве судебного медика установить причину смерти мальчика. На следующий день он прибыл в Виледью. Труп ребенка был уже в часовне на кладбище, куда Одья велел принести несколько досок и на этом импровизированном столе произвел вскрытие. Доктор прежде всего остального заметил странные метки на шее, которые могли свидетельствовать об удушении. Но линия проходила как раз по верхнему краю воротника, что немного поколебало его уверенность, ведь давление воротника после смерти может вызвать образование следа на шее, который похож на странгуляционную борозду.

Расспросив о самочувствии и здоровье ребенка в последнее время, врач узнал, что Огюст Бавузэ некоторое время болел. Это в какой-то мере развеяло сомнения относительно шрама на шее и позволило вынести заключение, что мальчик умер естественной смертью. Доктор Одья доложил свои выводы: Смерть ребенка естественна. Она произошла, видимо, из-за судорожных явлений, вызванных раздражением мозговой оболочки, так как уже две недели мальчик жаловался на головную боль .

Во время похорон Огюста никто не заметил, что старшая его сестра, Жермен, все время стояла в стороне. Она не доверяла посторонней женщине, которая вошла в их дом и спала на постели умершей матери. В последующие дни девочка просмотрела содержимое мешка, в котором мадам Мулине хранила свои вещи, и нашла связку газетных вырезок за 1906 год о процессе по делу Жанны Вебер, где были напечатаны ее портреты. И тут Жермен поняла, что мадам Мулине не кто иная, как Жанна Вебер. Спрятав вырезки под фартук, она отправилась в Виледью, где положила их на стол инспектору жандармерии Офана и с трудом пролепетала: Это она. Она задушила Огюста .

Следователь Белло возбудил новое дело - об убийстве Огюста Бавузэ. Он приказал доктору Одья перепроверить свое медицинское заключение, а другому врачу, патологоанатому Фредерику Брюно, произвести повторное вскрытие.

В протоколе повторного вскрытия доктор Брюно констатировал (а доктор Одья с ним согласился) наличие странгуляционной борозды шириной два с половиной сантиметра. Слабее всего она была выражена сзади. Ниже кольцевого хряща просматривались ранения, которые могли быть нанесены ногтями рук. Кожа борозды была засохшей, как пергамент. Кровоизлияния в гортани и в мышцах шеи исключали предположение Одья о давлении воротника. Сердечный мешочек был полон крови. Следы на шее ребенка свидетельствовали об удушении, возможно, с помощью носового платка, который предполагаемая преступница обвернула вокруг шеи мальчика и закрутила спереди. Это объясняло царапины в области гортани и плохо выраженную странгуляционную борозду в области затылка. Это объясняло также первоначальную ошибку в заключении относительно воротничка. Оба врача не нашли ни малейших причин естественной смерти.

Жанна Вебер-Мулине была вновь арестована и доставлена в полицейский участок в Бурже. На следующий день газеты Парижа распространили сообщение о новом аресте убийцы из Гут-д'0р .

Это может показаться непостижимым, но и на этот раз убийце удалось избежать наказания!

Сомнения в правильности научных экспертиз сыграли, решающую роль. Массы вновь захлестнуло сочувствие к дважды невинно пострадавшей.

И тут как гром среди ясного неба 9 мая 1908 года грянули заголовки парижских газет: Ограбление с убийством в Коммерси! Марсель Пуаро, сын трактирщика Пуаро, задушен! Жанна Вебер схвачена на месте преступления!

В это время в больнице Коммерси профессор Паризо, его сын Жан и доктор Тьерри склонились над трупом семилетнего Марселя Пуаро. Позади них стоял следователь Ролен из Сан-Миеля.

Ровно за шестнадцать часов до этого, вечером 8 мая, в Коммерси приехал штукатур Эмиль Бушери с кругленькой, невзрачной, по-видимому любящей детей женщиной, которую он представил как свою жену. Бушери поселились в трактире Пуаро на Рю-де-ла-Паруас. Вечером Эмиль ушел на работу и намеревался вернуться домой позд-о. Его жена играла с сыном трактирщика Марселем. Когда настало время спать, она попросила Пуаро, чтобы тот позволил сыну лечь в постель с ней, так как мужа нет, а она очень боязлива.

Пуаро беззаботно согласился. Около 10 часов постоялец, живший на втором этаже, услышал крик ребенка. Он позвал Пуаро. Несколькими минутами позже они вошли в комнату мадам Бушери, и их глазам предстала ужасная картина. Марсель с посиневшим лицом, бездыханный лежал на постели. Из его рта шла кровь. Рядом с ним лежала на постели жена нового постояльца. Ее руки и рубашка были в крови. Под кроватью лежали окровавленные платки.

Через несколько минут пришел доктор Гишар, но он опоздал. Марсель был уже мертв. Отчетливо различались следы сдавливания на шее. Ребенок прикусил язык, и это вызвало кровотечение. Вымазанная в крови ребенка убийца спокойно заявила, что она не виновата и ничего о случившемся не знает. Прибывшие из Сан-Миеля жандармы нашли в ее вещах спрятанное письмо мэтра Генри Роберта. Оно было адресовано Жанне Вебер в тюрьму Бурж и датировано декабрем 1907 года. Роберт поздравлял ее со скорым освобождением. Так же тупо, как она твердила о своей невиновности, мадам Бушери призналась, что ее настоящее имя Жанна Вебер.

Когда проследили путь, который проделала Жанна Вебер с декабря 1907 года, оказалось следующее. Сначала она жила в ночлежке в Фокомболе. Затем Жорж Бонжо, президент Общества защиты детей, будучи уверенным в невиновности Жанны Вебер, из сочувствия к невинно пострадавшей принял ее на работу в детский дом Оргевиля в качестве няни. Потом на суде он признался, что эта якобы несправедливо преследуемая через несколько дней попыталась задушить больного ребенка. Ее тотчас уволили, но Бонжо не сообщил об этом властям только потому, что боялся поставить себя в неловкое положение.

В марте 1908 года Жанну Вебер арестовали за бродяжничество. При аресте женщина заявила, что она та самая Жанна Вебер, которая убила детей в Гут-д'0р. Когда ее доставили к префекту полиции Лепину, она отказалась от своих слов и заявила, что оговорила себя, чтобы пожить в теплом помещении.

Лепин поручил невропатологу Тулузу обследовать ее психическое состояние. Доктор Тулуз нашел ее совершенно здоровой. Так в апреле 1908 года она появилась в Бар-де-Дю, и наконец, сошлась с Эмилем Бушери.

Когда 12 мая профессора Мишель и Паризо заканчивали свою работу, сотни людей ждали их вердикта у ворот госпиталя. В совместном заключении врачи констатировали: Смерть наступила в результате удушения при помощи носового платка, закрученного вокруг шеи и затянутого под подбородком .

Вебер исчезла в недрах сумасшедшего дома Марсевал, где однажды утром ее нашли задушенной собственными руками.

antropatologiya.ru

Серийный убийца: Жанна Вебер.

Серийный убийца: Жанна Вебер.  

foto_history

imperium_ross

Оригинал взят у imperium_ross в Серийный убийца: Жанна Вебер. Жанна Вебер (7 октября 1874 - 5 июля 1918) французский серийный убийца, задушила более 10 детей, в том числе собственных, осуждена за убийство и признана судом невменяемой, покончила жизнь самоубийством.

Родилась в маленькой рыбацкой деревушке на севере Франции, из дома ушла в возрасте 14 лет,

и с этого момента на кусок хлеба начинает зарабатывать различной черновой работой вплоть до ее замужества в 1893.

Супруг оказался алкоголиком , что в конечном итоге двое из её троих детей умерли в 1905 году.К этому времени, Жанна Вебер также сильно пристращается к алкоголю, вместе с семьей проживают в захудалой парижской квартире, во многоквартирном доме, и Вебер опустившись на дно, погружается в занятия проституцией.

В 1908 году Вебер арестовывают, сопоставляют все преступления со схожим почерком, произошедшие за последнее время в парижской округе и предъявляют обвинения в убийствах Жанне Вебер.

Предшествовавшим событиям к аресту обрисовывался инцидент, когда Вебер душила 10-летнего Марселя Пуаро, сына трактирщика.

Отец Марсаля обнаружив эту жуткую картину, должен был ударить три раза Жанну в лицо, прежде, чем она ослабит удушающую хватку, и выпустит из рук бездыханное тело.

Судебный процесс Вебер признал невменяемой 25 октября 1908 года, её отправили в психиатрическую клинику на Mareville.

На счету Жанны Вебер официально насчитывается 10 убийств, в психиатрической больнице провела 10 долгих лет, прежде, чем покончить жизнь самоубийством в 1918 году.imperium_ross.

Leave a Comment to the Entry

This page was loaded Oct 1st 2019, 12:07 pm GMT.

foto-history.livejournal.com

Дело Жанны Вебер, или Роковая ошибка судебных медиков

Дело Жанны Вебер, или Роковая ошибка судебных медиков

Имя Жанны Вебер в начале XIX века стало синонимом нечеловеческой жестокости. Эта невзрачная женщина собственноручно задушила нескольких детей, однако всякий раз избегала наказания из-за ошибок судебной медицины. Газеты писали о ней как о невинной жертве судейского произвола до тех пор, покаубийцу не поймали на месте преступления.

Жанна Вебер не была коренной парижанкой. Она родилась в рыбацкой деревушке, а в столицу Франции приехала в четырнадцатилетием возрасте. В 1893 году она вышла замуж за Жана Вебера, и на свадьбе звучало немало шуток по поводу сходства имен супругов. Прошло несколько лет, и в обширном семействе Вебер начали твориться страшные вещи: меньше чем за месяц умерло четверо детей. Все они погибли от удушья. И во всех случаях рядом с детьми была Жанна Вебер. Тревогу подняла Чарлез Вебер. Пятого апреля 1905 года она принесла в приемный покой госпиталя Бретоно едва дышащего ребенка с посиневшим лицом. Доктор Сайан осмотрел ребенка и обнаружил явления, свидетельствовавшие о перенесенном приступе острого удушья. Разумеется, он начал расспрашивать перепуганную женщину о возможных причинах этого состояния. Чарлез рассказала, что в этот день она вместе со свояченицей Пьереттой Вебер решила навестить Жанну Вебер — свою родственницу. Своего маленького сына, Мориса, взяла с собой — дома его не с кем было оставить. После обеда Жанна попросила гостей сходить за покупками — она плохо себя чувствовала. Женщины охотно согласились. Они оставили ребенка в доме, а сами вышли на улицу. Пьеретта вернулась в дом через какихто пять минут. Морис лежал с посиневшим лицом на кровати, изо рта его шла пена, а Жанна Вебер сидела рядом с ним. Обе руки родственницы были под рубашкой, на груди малыша. Следом за Пьереттой в комнату вошла Чарлез. Она буквально вырвала сына из рук Жанны Вебер и бросилась сначала к ближайшему врачу, доктору Муку, а затем — в госпиталь. После рассказа Чарлез доктор Сайан тщательнее осмотрел Мориса. На этот раз он заметил на шее мальчика красноватый след величиной с палец, более отчетливо видимый с боков, чем спереди. Морис был вне опасности, но его на всякий случай поместили в детскую палату. Мать осталась с ним.

Через несколько часов доктор Сайан вновь навестил маленького пациента и еще раз поговорил с Чарлез. От неето он и узнал о странной череде детских смертей в семействе Вебер. Первыми погибли две дочери Пьера Вебера, Жоржет и Сюзанна. Обе девочки умерли от приступов удушья, и оба раза их мать отлучалась из дома, оставляя детей под присмотром Жанны Вебер. Первую жертву Жанна задушила 2 марта, очередь следующей пришла через девять дней. Через две недели Жанна Вебер отправилась в гости к другим родственникам — Леону Веберу и его жене. Их семимесячная дочь, Жермен, ненадолго осталась на попечении Жанны. Утром она стала задыхаться и кричать. К счастью, ее крик услышала бабушка, которая жила в том же доме. Она увидела ту же картину, которая так потрясла Пьеретту и Чарлез: на коленях Жанны Вебер лежала девочка с посиневшим лицом. Видимо, появление нежданной свидетельницы заставило убийцу отказаться от своих планов. Но лишь на короткое время. 26 марта Жермен во второй раз оставили под присмотром добровольной няни. На сей раз никто не вошел в комнату. Девочку похоронили 27 марта. На Жанну Вебер начали посматривать с подозрением. Но буквально на следующий день внезапно заболел и умер ее собственный сын, семилетний Марсель. Причиной стало удушье — якобы от последствий дифтерии. Это трагическое событие мгновенно очистило Жанну от подозрений в глазах родственников. Но доктор Сайан смотрел на смерть четверых детей иначе.

После того как Морис Вебер окончательно выздоровел, фиолетовый оттенок с его лица исчез. А вот на шее стали отчетливо видны подозрительные синяки. Все эти обстоятельства заставили врача рассказать о своих подозрениях комиссару полиции района Гутд’Ор, где проживали Веберы. Час спустя Жанна Вебер была арестована, и инспекторы принялись опрашивать свидетелей смерти детей.

Довольно скоро выяснилось несколько новых деталей. Кроме погибшего Марселя, у Жанны Вебер было две дочери, которые умерли несколько лет назад. Врачи, констатировавшие их смерть, так и не смогли понять, что же произошло с детьми. Кроме того, удалось установить имена еще двух предполагаемых жертв Жанны Вебер. В 1902 году у нее на руках умерли Люси Александр и Марсель Пуато. Родственники, вызванные на допрос, рассказали, что им было известно о гибели маленьких дочерей Жанны, поэтому они воспринимали ее предложение посидеть с их детьми как естественную просьбу женщины с «неудовлетворенным чувством материнства».

Когда инспекторы Бовэ и Куарэ начали расследовать обстоятельства гибели детей Пьера Вебера, они были шокированы. Ведь если бы родители были хоть чуть-чуть внимательнее, трагедии бы не произошло. Через час после того, как маленькая Жоржет осталась с Жанной Вебер, к ее матери в прачечную прибежала соседка, мадмуазель Пуш, услышавшая крики ребенка. Вместе они прибежали домой и застали Жанну у кровати задыхающейся Жоржет. Мать с трудом смогла отнять ребенка и поднесла его к окну. Девочка стала дышать ровнее. И мать, ничего не заподозрив, ушла обратно в прачечную. Не прошло и часа, как соседка прибежала вновь. На этот раз они опоздали — Жоржет умерла. Вызванный врач только отмахнулся от мадмуазель Пуш, когда она показала ему синяки на шее девочки. Он предпочел без долгих разбирательств поставить диагноз: судороги. Тот же диагноз он поставил через несколько дней, когда скончалась маленькая Сюзанна. Картина произошедшего повторилась в точности, только на этот раз убийство едва не предотвратил отец девочки вместе с другой соседкой. Несколько раз Жанне «мешали» и в случае с дочерью Леона Вебера. И вновь все закончилось смертью малышки, а Жанна вышла сухой из воды.

К 9 апреля следователь Лейдэ, занимавшийся делом Жанны Вебер, закончил предварительную проверку показаний свидетелей. Он был абсолютно уверен, что ни одна из детских смертей не была случайной, вызванной естественными причинами. Но это еще нужно было доказать. Поэтому следователь обратился к доктору Леону Анри Туано, поручив ему обследовать чудом выжившего Мориса Вебера и провести эксгумацию трупов предыдущих предполагаемых жертв.

Сорокасемилетний Туано не был новичком в судебной медицине. Его не раз приглашали в суд в качестве эксперта. Но ко времени обследования Мориса следы на его шее уже полностью исчезли. Туано поторопился с выводами. Он официально заявил, что на шее ребенка нет никаких следов насилия. А удушье объяснил судорогами голосовой щели, которые часто встречаются у детей. 14 апреля были выкопаны гробы Жоржет, Сюзанны и Жермен Вебер. Но ни в одном случае Туано не обнаружил никаких следов насилия — ни синяков на шее, ни повреждений языка или гортани. То же заключение эксперт выдал и относительно родного сына Жанны Вебер — Марселя. Следователь Лейдэ оказался в тупике. Противоречия между результатами вскрытия и предварительными материалами следствия казались невероятными. Он вновь обратился к Туано с просьбой о новой экспертизе. Но получил более пространный, но, по сути, тот же самый отчет. Туано отклонил показания свидетелей о фиолетовых и почерневших лицах, о следах на шее, о вылезших из орбит глазах. Почему? Ответ содержится в короткой фразе из отчета судебного медика: «Подобные утверждения лиц, не имеющих медицинского образования, абсолютно неубедительны». Точно так же — ссылаясь на некомпетентность свидетелей — он отмел подозрения в том, что Жанна Вебер могла задушить ребенка путем сдавливания его грудной клетки. И лишь в случае с Морисом, которого обследовали в госпитале Бретано, он допустил возможность попытки удушения ребенка.

Прокурор Зеелигман возбудил против Жанны Вебер уголовное дело об убийстве и покушении на убийство. Но из-за противоречий между свидетельством Туано, который являлся несомненным авторитетом в области судебной медицины, и показаниями свидетелей предварительное расследование надолго затянули. Перед присяжными Жанна Вебер предстала только 29 января 1906 года. Возле здания суда собралась огромная толпа матерей, проклинавших «убийцу из Гутд’Ор». Но на сей раз Жанна получила поддержку не только в лице судебных медиков (в деле фигурировало теперь новое заключение, сделанное совместно Туано и профессором Бруарделем), но и Генри Роберта — известного адвоката.

Роберт решил использовать дело Жанны Вебер для укрепления своей репутации. Надо сказать, это он проделал блестяще. Благодаря каверзным вопросам адвоката свидетели обвинения выглядели неубедительно. Они путались в собственных показаниях. На их фоне выступление Туано выглядело особенно аргументированным. Уже на следующий вечер, 30 января, Зеелигман был вынужден предложить оправдать Жанну Вебер. Впервые за все время на лице подсудимой отразились какие-то эмоции. Она поцеловала Роберту руку, позвала своего мужа и потребовала, чтобы он при всех признал ее невиновной… Сейчас трудно установить, был ли это спонтанный поступок, или все было срежиссировано Робертом, но отношение зрителей к Жанне резко изменилось. Из зала ее буквально вынесли на руках. А журнал «Анналы общественной гигиены и судебной медицины» поместил все отчеты о результатах экспертиз в январском выпуске. Впрочем, это как раз было неудивительным: ведь редактором журнала был Бруардель. Профессор умер 23 июля 1906 года, так и не узнав, что его заключение позволило Жанне Вебер убивать и дальше.

После выхода на свободу Жанна некоторое время не давала о себе знать. Новое преступление она совершила лишь в середине апреля следующего года. 16 апреля в общине Виледью департамента Индре в дверь доктора Папазоглу позвонила маленькая девочка. Она рассказала, что ее брат Огюст очень болен, и попросила врача как можно скорее пойти с ней. Девочку звали Луиза Бавузэ. Ее отец вместе с тремя детьми и сожительницей по фамилии Мулине жил в Шамбри. Выслушав девочку, врач расспросил ее о симптомах болезни, дал слабительное для брата, а сам отправился на свадьбу к соседу.

На следующее утро к Папазоглу пришел отец мальчика. По его словам, с ребенком случилось что-то серьезное. Врач немедленно отправился в Шабри, но когда он приехал, девятилетний Огюст уже скончался. Рядом с постелью ребенка он увидел полную круглолицую женщину с черными глазами. Ребенок был уже помыт и переодет в новую рубашку, воротник которой туго облегал его шею. На вопрос врача о том, зачем это сделали, женщина равнодушно ответила, что мальчика вырвало. Папазоглу чувствовал свою вину: ведь вчера он пошел на свадьбу, вместо того чтобы навестить пациента. Поэтому решил хотя бы осмотреть ребенка, как положено. Сняв рубашку, доктор сразу же увидел вокруг шеи мальчика странное покраснение. Он отказался засвидетельствовать естественную смерть и вызвал полицию. Дежурный следователь отправил в Шамбри доктора Шарля Одья. Он приехал перед самыми похоронами и обнаружил тело Огюста в часовне. Доктор распорядился принести несколько досок и на этом импровизированном столе произвел вскрытие. Поначалу он был склонен согласиться с мнением Папазоглу. Но красная линия проходила как раз по краю воротника, а о подобных случаях он недавно читал в медицинской литературе. В некоторых случаях давление воротника после смерти могло оставить след, похожий на странгуляционную борозду. А когда Одья услышал, что перед смертью мальчик болел, то решил, что его смерть была естественной.

К счастью, не все разделяли точку зрения эксперта. Старшая сестра Огюста, Жермен, была настолько уверена, что в смерти брата виновата новая сожительница отца, что решилась на довольно рискованный поступок. Она тщательно осмотрела вещи мадам Мулине и нашла пачку газетных вырезок, в которых говорилось о процессе Жанны Вебер. В некоторых газетах были снимки подсудимой. С фотографии смотрела женщина, которую жители Шамбри знали под именем мадам Мулине. Жермен спрятала вырезки под фартук и отправилась в Виледью. Она выложила улики на стол инспектора Офана и сказала: «Это она. Она задушила Огюста».

23 апреля следователь Бэлло возбудил уголовное дело против ВеберМулине. Он потребовал, чтобы доктор Одья проверил свое заключение. Другому патологоанатому, Фредерику Брюно, он поручил произвести повторное вскрытие. Отчет доктора Брюно расставил все точки над «i». Ни о какой естественной смерти не могло быть и речи. Странгуляционная полоса прослеживалась отчетливо. Более того, доктора Брюно и Одья пришли к выводу, что такой след мог получиться в том случае, если Жанна Вебер использовала платок. Вероятно, убийца обернула платок вокруг шеи ребенка и закрутила спереди.

4 мая Жанну Вебер арестовали. Все парижские газеты напечатали сообщение о новом преступлении «убийцы из Гутд’Ор». На парижских медэкспертов, чье заключение позволило оправдать Жанну Вебер, и на ее адвоката Генри Роберта обрушился шквал вопросов. Их обвиняли в том, что 30 января 1906 года они одержали победу не над преступлением, а над правосудием. Разумеется, они не оставили нападки прессы без ответа. 8 мая Роберт заявил, что будет защищать Жанну Вебер и на будущем процессе. Он придерживался той же тактики: поставил под сомнение компетентность провинциальных врачей и потребовал, чтобы причину смерти установил преемник Бруарделя, доктор Туано.

Туано полностью оправдал надежды адвоката. Он не хотел признать поражение парижской школы судебной медицины и, разумеется, свое собственное. Поэтому он направил следователю письмо, в котором настаивал на эксгумации трупа и его повторном исследовании. К тому моменту, как он прибыл в Шамбри, тело пролежало в земле уже три месяца. Одья и Брюно отказались присутствовать на вскрытии. Они прекрасно понимали, что Туано разыгрывает тот же спектакль, который однажды уже с успехом прошел в Париже. Да и какой смысл был в эксгумации полуразложившегося трупа? Все доказательства, указывающие на удушение Огюста, были безвозвратно утрачены.

Выводы Туано были весьма категоричными: Огюст скончался. от брюшного тифа! Дело в том, что парижский медик обнаружил в кишечнике мальчика так называемые пятна Пэйе — один из признаков брюшного тифа. Следователь Бэлло пытался повлиять на ситуацию. Он попросил докторов Одья и Брюно прокомментировать выводы Туано. Они объяснили, что в учебнике Вибера описаны случаи, когда у детей в кишечнике обнаруживается множество белых пятнышек, похожих на пятна Пэйе. Но их наличие вовсе не означает, что ребенок болел брюшным тифом. Туано в ответ привел другую цитату из того же учебника: если пятна в кишечнике имеют вид язвочек, можно предположить тиф. Спор медиков мог продолжаться бесконечно. Поэтому следователь обратился к трем известным судебным медикам — профессору Ландэ из Бордо, профессору Бриссо из Парижа и профессору Мэрэ из Монпелье. Они исследовали заключения обеих сторон и приняли сторону Туано. В декабре 1907 года Жанна Вебер — уже во второй раз! — вышла из следственной тюрьмы свободной и оправданной.

Точка в деле Жанны Вебер была поставлена позже. Она успела совершить еще одно кровавое преступление. Парижане прочли о нем в газетах 9 мая 1908 года. На этот раз след Жанны Вебер отыскался в Коммерси. Она прибыла туда в качестве жены штукатура Эмиля Бушери. Супружеская чета остановилась в трактире Пуаро на Рюдела-Паруас. Вечером Эмиль ушел на работу. Его жена играла с Марселем, сыном трактирщика. Ближе к ночи женщина пожаловалась, что боится оставаться одна, и попросила трактирщика оставить Марселя в ее комнате, на кровати мужа. Пуаро охотно согласился.

Около десяти часов вечера постоялец со второго этажа услышал крик ребенка и позвал хозяина. Вместе они зашли в комнату мадам Бушери и остолбенели: Марсель лежал на кровати весь окровавленный. Он не дышал. Жена нового постояльца вытянулась рядом с телом Марселя. Ее руки и рубашка были в крови, а у кровати валялось несколько носовых платков, пропитанных кровью.

Пришедший через несколько минут доктор Гишар констатировал смерть ребенка. Он отметил и следы сдавливания на шее, и противоестественное спокойствие мадам Бушери, которая спокойно заявила, что ничего не знает. Через несколько минут появились жандармы. Проведя обыск, они обнаружили в вещах новой постоялицы письмо Генри Роберта, адресованное Жанне Вебер. Мадам Бешери призналась, что ее настоящее имя — Жанна Вебер, но отрицала свою вину.

На сей раз дело Жанны Вебер вел Ролен. Следователь решил во что бы то ни стало добиться справедливости. Тело мальчика под охраной было отправлено в больницу. Но перед этим его сфотографировали в нескольких ракурсах. Фотограф не отходил от проводившего вскрытие профессора Паризо из Нанси. Он фотографировал каждый разрез. Но это было излишне: странгуляционная полоса проходила вокруг всей шеи, на шее и лице были обнаружены множественные следы ногтей и маленькие синячки — несомненные следы удушения. На языке — следы зубов Марселя. Однако Ролен решил подстраховаться. Он пригласил для экспертизы еще и профессора Мишеля, патолога из университета в Нанси. А сам тем временем попытался выяснить, где жила и чем занималась Жанна Вебер с декабря 1907 года. Он узнал немало ценных для следствия деталей.

После освобождения Жанна какое-то время жила в ночлежке в Фокомбле. Потом, по рекомендации президента Общества защиты детей, Жоржа Бонжо, она получила место няни в детском доме Оргевиля. Однако Бонжо очень быстро убедился, что Жанна Вебер — вовсе не жертва судебного беспредела. Через несколько дней она попыталась задушить больного ребенка. Бонжо мог — и был обязан в конце концов! — передать ее в руки правосудия. Но он побоялся оказаться в смешном положении, поэтому всего лишь уволил Жанну.

В марте 1908 года Жанна Вебер была арестована за бродяжничество. Во время ареста она заявила, что она — та самая Жанна Вебер, которая убила детей в Гутд’Ор. Но затем отказалась от своих слов. Префект полиции Лепин поручил невропатологу Тулузу обследовать женщину, и тот нашел ее психическое состояние абсолютно нормальным. А в апреле 1908 года Жанна появилась в Барле-Дю и сошлась со своим нынешним сожителем.

Тем временем медэксперты закончили работу и представили следствию окончательное заключение: «Смерть наступила в результате удушения при помощи носового платка, закрученного вокруг шеи и затянутого под подбородком». Заявление профессоров произвело эффект разорвавшейся бомбы. В полемике не участвовал лишь Туано. Он наотрез отказался признать собственную ошибку. Доверие присяжных к парижской школе судебной медицины было подорвано. Но медики все же нашли возможность не доводить дело до суда. 25 октября 1908 года парижский психиатр Лато признал Жанну Вебер невменяемой. Она была помещена в сумасшедший дом Марсеваля и через два года покончила с собой.

Для криминалистов всего мира дело Жанны Вебер служит напоминанием о том, какой дорогой ценой может быть оплачена ошибка экспертов. И насколько несовершенно правосудие, позволившее убийце не только избежать наказания, но даже стать — пусть и ненадолго — чуть ли не народной героиней.

Следующая глава

biography.wikireading.ru

В Volga Volga создали календарь для «Транснефти»

Проект приурочен к 20-летнему юбилею компании

Volga Volga Brand Identity представила корпоративный календарь для крупнейшей в мире трубопроводной сети «Транснефть». Календарь в виде иллюстрированного справочника представляет ретроспективу ключевых этапов становления и развития нефтетранспортной системы России, начиная со строительства первого нефтепровода в Баку и заканчивая новейшими инфраструктурыми объектами «Транснефти».

Тексты, а также трудоемкие авторские иллюстрации, отрисованные в рекордно короткий срок, созданы на основе документальных фотоматериалов из собственного архива компании. В них отражены география и стратегическое для страны значение сети магистральных нефтепроводов, управляемой компанией «Транснефть».

Компания «Транснефть» с 1993 года занимается развитием магистральных нефтепроводов, став правопреемником Главного производственного управления по транспортировке и поставкам нефти Миннефтепрома СССР, и создала на данный момент крупнейшую в мире трубопроводную сеть.

www.sostav.ru


Смотрите также