Все время что-то читаю... Прочитанное хочется где-то фиксировать, делиться впечатлениями, ассоциациями, искать общее и разное. Я читаю фантастику, триллеры и просто хорошие книги. И оставляю на них отзывы...
Не знаете что почитать? Какие книги интересны? Попробуйте найти ответы здесь, в "Читалке"!

Златенция золотова биография


Златенция Золотова

Да можно годами держаться, дрессировать, Себя, как собачку натаскивать на чужих… И вот он приходит такой весь… что вашу мать!

И ты понимаешь, какой он — удар под дых.

Летят дрессировка, манеры ко всем чертям, Растоптана гордость изысканным каблуком,

Снимаешь ошейник, потрепанный по краям,

Несешься на встречу, как гончая, напролом. А он, понимаешь ли, Павлова пережал, И ты, как рентгеновский снимок. Любой рефлекс В тебе предсказуем. В руках у него штурвал:

Сегодня — любимая, завтра — с приставкой -экс.

И вот ты приручена, вот ты и не своя, И самое странное, что получаешь кайф,

Page 2

Пожелание чистое, как кристалл: Уходи! Здесь ни грамма фальши.

Я из тех, кто упал, отряхнулся, встал

И пошел, не смутившись, дальше.

И пускай без тебя города — пусты, Но зато все мое — с собою.

Я из тех, кто безжалостно жжет мосты,

Плотно стиснув губу с губою.

Но зато все мое — навсегда при мне: Самолюбие — не задето.

Я из тех, кто привыкли быть наравне,

Но не той же платить монетой.

Page 3

Ты согрей меня руками, я не твердая, как камень, Я еще не бесполезна, не железо, не ледник. Я оставила надежду где-то между, но, как прежде

Я люблю весну и сказку, тело — ласку. Обними!

Слишком долго привыкала, я устала. От накала Воспалялись только нервы, стала стервой без любви. От того и взгляд стеклянный. Я, как стойкий оловянный.

В темном склепе жажду лето. Так нелепо, хоть реви.

Ты согрей пустую душу, просто выверни наружу, Я ни капельки не струшу, не заплачу. Верь мне, верь! Одиночество опасно, чересчур однообразно,

Я могла шагнуть на красный. Я могла. Но не теперь.

Page 4

А к новой бы жизни, да новую душу, Короткую память, да сердце без дна. Мне страшно подумать, насколько ты нужен. Настолько, что я не могу быть одна.

И катится градус в холодную бездну, И голос ломает простудой зима.

А леди, конечно, должна быть железной,

Но я не могу стать железной сама.

Скажи, перед кем ты теперь безоружен, И чьей восхищаешься там неземной?

Мне страшно подумать, насколько ты нужен.

Настолько, что кто-то ненужный — со мной.

Page 5

За сердце, в котором жила мечта На грани то фола, то перегиба. За «именно тот» и «именно та»,

За мир — на ладони моей, спасибо.

За небо, которое для двоих, За каждое тихое «обещаю». За все, что, казалось, — в руках твоих. За все, что ты выдумал сам, прощаю. За призраков прошлого в голове,

За то, что убить не пытаюсь память.

Спасибо, что жизнь не делю на две, И, вряд ли, кого-то посмею ранить. Спасибо, что были в моей судьбе Мы — «именно те». Не хочу пародий.

Page 6

Читай не по губам, а по глазам. Они молчат, поэтому не лгут. И больше, чем улыбке, верь слезам. Но бойся видеть, как они бегут. Ведь улыбаться можно через боль, и через силу тоже можно, да.

А слезы — это истина и соль, и целая вселенская беда.

Они не столько горькие на вкус, насколько выжигают изнутри. Ты бойся слез, но не сбегай, как трус. И осуши их, а не разотри. Ты привыкай ко мне. Спустя года твой человек, во многом, как ты сам.

Но никогда, ты слышишь, никогда, вовек не привыкай к моим слезам.

Page 7

И не то чтоб вопросы мои заковыристы, Но накинув загадочность, как вуали, Говорили — поймёшь, нужно только вырасти. А на самом-то деле, ответ не знали.

Я же думала, скоро познаю истину, Я же думала, годы ума прибавят. А на самом-то деле и горб, и лысина, Седина и морщины, и боль в суставах

И очки на носу, и пиджак поношенный — Ничего, ровным счетом, ничто не значат. Как хотелось расти мне, а по-хорошему, Повзрослеть — неизбежность, а не задача.

Page 8

Давно и умён, и ответствен, Но что только в спину не слушал!

А хочется, чтобы, как в детстве,

Хвалили за то, что покушал.

Давно утонул в самоедстве, Но кажется вечность не плакал.

А хочется, чтобы, как в детстве,

Хвалили за то, что покакал.

Давно уже знаешь о средстве, Чтоб легче — на сердце и в теле.

А хочется, чтобы, как в детстве,

Погладили и пожалели.

Page 9

Я тебе до сих пор не умею сказать «прощай», Получается как-то неважно и бесконечно.

Все, что после случается, вроде бы, невзначай…

Только каждое наше «расстаться» равно «до встречи».

Я завидую тем, кто живет по закону «без»: Безответственно, безвозвратно и без притяжений, Кто умеет уйти навсегда и поставить крест,

Существует легко, без ритмичных, простых движений.

Я тебя до сих пор не умею ни с кем делить, Отпускаю на все четыре, вцепившись в плечи. В сотый раз кромсаю ромашку: «любить-не любить»… Надоело мне так бесполезно цветок калечить.

Page 10

Будешь ли ты гладить тонкие запястья Через пару-тройку отгоревших лет?

Знаю, что не в нашей, все — не в нашей власти,

У земных созданий власти вовсе нет…

Будет ли красиво, также, как сегодня, Чтоб друг к другу — близко, далеко — от всех. Я хочу не верить в то, что все проходит, Мысленно, хотя бы, совершить побег.

Каждый из влюбленных — чуточку волшебник, Покажи какой он, этот край земли! Я — твой непослушный, маленький отшельник, Потерявший разум где-то там, вдали.

Page 11

Есть основы основ, что по жизни лежат хребтами, Чтобы их разглядеть надо просто попасть в глубины.

Есть основы основ, их обычно зовут китами,

Чтобы мир твой не рухнул, они подставляют спины.

Есть основы основ, ты им верен, они стабильно Помогают тебе не сломаться и не сломиться.

И, конечно, у них есть враг, по законам фильма.

Только это не фильм, только враг и не кит-убийца.

А простой человек, да к тому же ещё и близкий. Просто ты не заметил, как держит тебя на мушке. Ты возможно, с ним ешь из одной, как ни странно, миски. Ты возможно с ним пьёшь из одной, как ни странно, кружки.

Page 12

А мечтается, как наяву же, А сбывается крайне редко.

Как обычно — то лучше, то хуже,

Это жизнь, говорят мне, детка.

Все, что кажется так запредельно, Закрываешь глаза — так близко!

А мечтать, говорят, смертельно,

Все мечтатели — в группе риска.

От реальности в мыслях сбегая, Так легко заиграться в прятки.

Это временно, но помогает.

И по-прежнему все в порядке.

Page 13

Вот так всегда — поделишься душой, Расскажешь о своем, как на духу. И каждый, возомнив себя Левшой, Захочет подковать, как ту блоху. Не так живешь, мол, думаешь не так. Вот так и замыкаешься в себе, Устав от всех нападок и атак Участливых людей к твоей судьбе.

Вот так всегда — поделишься, рискнешь

Увидеть понимание в глазах.

Но нет, куда быстрее слышат ложь.

Удобную. Молчишь. На тормозах.

Вот так и понимаешь то, что впредь

Под натиском, пусть даже и в бреду,

Page 14

Я терпеть ненавижу красное (тем более сухое) вино, а когда оно глинтвейн — это ж совсем другое дело! Я не ем инжир (ох как я им когда-то отравилась!), а когда он внутри шоколадных конфет, даже ем и даже не тошнит. Главное правильно подать.

И если с едой все ясно, то с людьми спорно. С ними этот эффект чаще работает в обратную сторону.

Смыл штукатурку и… ты ли это?

Снял маску и… ты уже не тот, кем хотят тебя видеть.

Снял деловой костюм… и стоишь в одних трусишках на босу ногу уже ни разу не деловой.

Секрет красного вина умер с последним глотком глинтвейна, секрет инжира — с последним кусочком конфеты.

Держи марку или умри!

Или, ещё лучше, живи без марки.

Шелуха она осыпается, остаётся один каркасик. И если каркасик гниленький, то знаешь, что спасёт? Ничего!

Да, дело в подаче, но подвох то чувствуется?!

Page 15

Навеяло. Post-полуночное.

Эй, ты слышишь мне очень больно! Знаю, слышишь, мой тихий плач. Вряд ли, совесть твоя довольна. Это тот еще злой палач.

Эй, ты слышишь, молчу до крика! Дело странное, верь не верь: Дикость, но не в природе дикой. Человек, ты редчайший зверь.

Эй, ты слышишь, мне очень плохо! Ты, наверное, тут и там Будешь ждать от меня подвоха, Только я тебя не предам.

Page 16

Когда расползались иллюзии по углам, Хотела весь мир расцарапать, испепелить, Он рядом сидел и читал по моим губам.

Молчанием можно о многом поговорить.

Когда превращалась из куколки в мотылька, Он просто ладонью мою накрывал ладонь.

Казалось, над пропастью держит его рука

Большая, родная и теплая, как огонь.

Когда выходила за рамки, сползала вниз, Он, грубо хватая за холку, кричал: нельзя! Рыдала в жилетку, и слезы, как антифриз, Его охлаждали, по коже моей скользя.

Page 17

Когда-то ты был мне почти любимым… Почти не считается, так… интрижка, Но я спотыкаюсь, увидев имя Среди остальных в телефонной книжке.

Наверное, глупо считать, что каждый, Кто носит твоё, на тебя похожий, Но я прикипела к нему однажды.

Надеюсь моё, как родное, тоже…

Кому рассказать… засмеют же точно… На днях обозналась. Так глупо вышло…

Надеюсь, он понял, что не нарочно,

Ведь вылитый ты, только ростом выше.

Page 18

Полная версия стиха, половинка и четвертинка на сайте имеются )

Слышишь, сердце, не сходи с ума! Будет все у нас, как мы хотим. Нет, не отменяется зима, Просто мы ее не ощутим.

Слышишь, сердце, мы не отдадим Ничего, что нам принадлежит, Никого, кто нам необходим, Никого, кто нами дорожит.

Слышишь, сердце, время, как вода! Не было ни грусти, ни обид. Нет, не отменяют холода, Просто нас с тобою не знобит.

Page 19

Я бессовестно спокойна, не волнует, не тревожит. Жизнь решит, чего достойна, что отнимет, что умножит. С кем сплотит, а с кем разделит. Жизнь расставит и рассудит. Не страдать же, в самом деле. Я спокойна — будь, что будет.

Я судьбу смешить устала, строя планы, как остовы. Тот, кто сбросил с пьедестала, знай, что мне построят новый! Тот, кто думал, что — на грани, стань теперь чернее тучи! Грош цена твоих стараний — Я бессовестно живуча!

Page 20

Эй, вы там, наверху, не молчите! Ножки свесили, ручки сложили… Здесь нуждаются в вашей защите

Те, кто толком еще и не жили.

А у вас, что ни день, то премьера, Но на сцене — реальные души! И они же действительно верят,

Что у вас и глаза есть, и уши.

И они, представляете, даже Оправдания вам сочинили!

Тот, кто грешен, того и накажут,

Только разве младенцы грешили?

Page 21

Понимаешь, душа, для тебя эта жизнь — не вечность, Понимаешь, душа, для меня же она — одна. Ты потом переселишься в чью-нибудь человечность,

А пока привыкай, будем пить нашу жизнь до дна.

Чтобы новый владелец, владелица, кто угодно Ощутил тебя в теле и сразу пришел в восторг! Ты, наверное, хочешь быть праведной и свободной,

Но пока я — хозяйка, со мной неуместен торг.

www.inpearls.ru

Златенция Золотова, цитаты на Socratify.net

А впрочем, отпускаю этот год Пускай себе идет в небытие. Я не запомню каждый эпизод, Но то, что в нем осталось, все — мое! Я в памяти его не удержу Но стоит ли прошедшее беречь? Не рада я такому багажу. Я открываю жизнь для новых встреч! Я открываю сердцу новый день, Срывая первый лист календаря. И верю, что рождественский олень Мне подмигнет над городом паря. За то, что я полна любви и сил, Придя к очередному январю, За все, что этот год мне подарил

И все, что отобрал благодарю!

Встала и вышла. Нужна, не нужна Как же плевать! И ни сколько не грустно. Я никому ничего не должна. Это чертовски приятное чувство. Я ничего не считаю своим, И никого. Философия гостя. С жизнью у нас абсолютный взаим, Мы ни обиды не держим, ни злости. Я не прошу, не надеюсь, не жду, Ждать и надеяться можно годами. Люди всегда ощущают нужду В том, чтобы труд увенчался плодами. Я не хватаю удачу за хвост, Чтобы в руках только он не остался. Только тогда ощущается рост, Если действительно сам добивался. Встала и вышла. И дальше пошла, Сколько мне надо? Ни много, ни мало Я никому ничего не должна,

Кроме себя. Вот себе задолжала.

Знай, у каждого разное «больно», Знай, у каждого разное «страшно». Не суди со своей колокольни Неизвестносколькоэтажной. Не очерчивай взглядом границы, Не придумывай мозгом пределы. Что тебе в страшном сне не приснится, Для кого-то – обычное дело. Знай, у каждого разное «надо», Знай, у каждого разное «сложно». Впрочем, и представление ада Обобщить и сравнить невозможно. Знай, что правда бывает другая, А не та, что приносят на блюде. Присмотрись к тем, чьи судьбы пугают,

Это – самые сильные люди.

Любимых не бросают. Не бросают?И гадости в глаза не говорят?О нет! Когда не любят, не кромсаютСловами сердце в клочья, пряча взгляд. Когда не любят, злостью не пылают,За локти не хватают, уходя.Скажи мне равнодушно, что былая Потеряна навеки для тебя. Скажи мне равнодушно — я поверю,Что все происходящее — всерьез.И только, затворив, захлопнув двери,Себе позволю высохнуть от слез. В любимых не стреляют. Не стреляют?Любимых не меняют на других?Да никого так часто не теряют,

Как самых близких, самых дорогих.

Говорит мне: «Я за тебя умру».А зачем мне такие проблемы надо?Представляю, как неподъемный трупПерепрятывать буду, как ящик с кладом. Говорит мне: «Я без тебя никак».А зачем мне обуза и прилипала?Выпивала, видимо, натощакВ тот злосчастный, когда на него запала. Говорит мне: «Я без тебя — никто».А зачем мне никто? Я хочу кого-то!Я хочу настоящего — на все сто!Только высшего, а не второго сорта. Отличая привязанность от любви,Говорю ему искренне так, без фальши:Я прошу тебя, не умирай, живи!

Но не рядом со мной, а как можно дальше!

Запомни это на всякий случай,А лучше где-нибудь запиши:Когда разлюбишь меня, не мучай!Убей единожды — расскажи! А я не стану просить пощады,Хотя изранят слова, как плеть.Когда разлюбишь меня, не надо!Не надо только меня жалеть! Когда твое к моему остынет,Не прячь растерянного лица.Пускай обида мне душу вынет,Но будем честными до конца! Запомни это на всякий случай:Не спорь с собою, не спорь с судьбой.Когда разлюбишь, иди, не мучай!

А я не вздумаю за тобой

А что осталось от прежних нас?Я пред собой становлюсь честнее.Быть может, ты — мой последний шанс.Я упускаю, но не жалею. Я чуть умнее, чем те, комуХватает пары дежурных реплик.Я равнодушия не приму.И без того — неуемный скептик. Я чуть смелее, чем просто тень,Что ищет угол себе укромный.Однажды должен случиться деньПо-настоящему переломный. Осталась память о прежних нас,Оберегаю, храню, лелею Но, если я не уйду сейчас,

То никогда уже не сумею.

Потому, что тому, кто ушел однажды,Больше веры не может быть никогда,Распрощайся и не сожалей о каждом,Кто, как загнанный голубь — туда-сюда Кто ни рыба, ни мясо, а странный овощ,Кто приходит внезапно сказать люблю,Но динамит, когда позовешь на помощь.Для такого все шансы равны нолю. Воплощение самых нелепых фобийОт рождения и до густых морщин.Я встречала и взрослых мужских подобий,И мальчишек — в пятнадцать уже мужчин. Потому, что не может быть оправданий,Потому, что доверия ни на грамм.Уважаю сильнейшего из созданий,

Если он знает цену своим словам.

Какую чушь приходится поройВыслушивать от всякихнесведущих!Я - дерево, покрытое корой,И ненавижу всех ее грызущих.Я - дерево, я медленно расту,А листья распускаю — неумело.Но, почему-то, каждому кустуДо этого какое-то есть дело.И даже ты! Приходишь, достаешьЗаточенную финку из кармана.Царапаешь «люблю» и предаешь От этого кора — сплошная рана.Я - деревце, я толком не жило Вот так всегда: растешь, пускаешькорни,И кажется, что вырвать тяжело.На самом деле — просто. Только

дерни!

И когда ты научишься отпускать,Не хватать за рукав, не искать причину /Норовя на мгновение задержать,Ты рискуешь навек приковать мужчину./ И когда ты научишься отпускать,Не ко всем чертям отправлять, а с Богом,Ты почувствуешь легкую благодатьОт того, что ненужное — за порогом. И когда ты научишься отпускатьТех, кто хочет уйти, но уйти не может,Ты поймешь, что свобода тебе под стать И нигде не болит, и ничто не гложет. И когда ты научишься отпускатьНасовсем, навсегда. Безвозвратно то есть Это самое страшное — жить и знать:

Он — с тобой, но мечтает в чужую повесть

Слышишь, сердце, не сходи с ума Будет все у нас, как мы хотим Нет, не отменяется зима Просто мы ее не ощутим Слышишь, сердце, мы не отдадим, ничего, что нам принадлежит Никого, кто нам необходим Никого, кто нами дорожит Нас — трое, а должно быть два,Сыграем в «русскую рулетку»?Есть ты, есть я и есть она,Вокруг — одна большая клетка. Нам тесно, милый, согласись,Что положение — не очень.Кому нужна такая жизнь?Отминусуем — будет проще. Тебе достанусь, может, я А может быть она, но, впрочем,Есть третий вариант — ничья!

А вдруг патрон тебя захочет?

socratify.net

Златенция Золотова. Любимые стихи ( 4 )

?

Category: ***Мне нужно что-то менять в судьбе.Хочу покоя. Хочу уюта.Я ухожу от тебя — к себе,К себе любимой, а не к кому-то.Проходит время, а вместе с ним,Коснулись души и снова – мимо.Давай друг друга не обвинимВ том, что мы оба – неисправимы.Я не искала тебе замен,Да и не нужен мне кто угодно.Я ухожу от тебя ни с кем,Я ухожу, чтобы быть свободной.Себя винила, по нам скорбя,А оказалось – совсем напрасно,В себе мне нужно менять тебя.Теперь мне это предельно ясно.

***Какие мы к черту хозяева жизни?Я возраст давно исчисляю в минутах.Свободолюбивая кровь в организмеЗамкнулась в простых кровеносных сосудах.Какие мы к черту держатели слова?Звучат обещания — тихо и робко…Я чувствую остро, что разум мой скован,Пускай черепною, а все же – коробкой.Какие мы к черту свободные, милый?Мой образ – не более чем этикетка.Я чувствую явно, как сердце сдавила,

Пускай и грудная, а все-таки — клетка.

***

Вся душа моя взъерошена.Кто ответит мне? Кто скажет?Почему жалеют брошенных?

Бросившим больнее даже.

Почему не спросят брошенных,Может в них самих причина?С ними – только по-хорошему!

Не судьба у них – кручина!

Вы вопрос задайте бросившим:Какова цена ухода?Им, простившим, но запомнившим,

Как легко далась свобода?

Вся душа моя взъерошена,Мой уход – тобой заслужен.Почему жалеют брошенных?Бросившим гораздо хуже!***Ты обнял и тебя я в ответ обняла,Но не стало, как раньше, уютно.И я в тот же момент, наконец, поняла,Что я ровно дышу абсолютно.Я, конечно, свою ощущаю вину,Но зато между нами — все честно.Ты меня ненадолго оставил одну…И, прости, это было чудесно!Словно в детстве, когда остаешься одинНенадолго без мамы и папы.И тогда ты такой сам себе господин!Только пройдены эти этапы.Очень скоро за мною захлопнется дверь.А пока все еще анонимно.Я тебя разлюбила, но я же не зверь…

Я все сделаю, чтобы взаимно

Tags: золотова златенция, несчастная любовь, стихи

neznakomka-18.livejournal.com

Златенция Золотова

А мечтается, как наяву же, А сбывается крайне редко.

Как обычно — то лучше, то хуже,

Это жизнь, говорят мне, детка.

Все, что кажется так запредельно, Закрываешь глаза — так близко!

А мечтать, говорят, смертельно,

Все мечтатели — в группе риска.

От реальности в мыслях сбегая, Так легко заиграться в прятки.

Это временно, но помогает.

И по-прежнему все в порядке.

Page 2

Есть основы основ, что по жизни лежат хребтами, Чтобы их разглядеть надо просто попасть в глубины.

Есть основы основ, их обычно зовут китами,

Чтобы мир твой не рухнул, они подставляют спины.

Есть основы основ, ты им верен, они стабильно Помогают тебе не сломаться и не сломиться.

И, конечно, у них есть враг, по законам фильма.

Только это не фильм, только враг и не кит-убийца.

А простой человек, да к тому же ещё и близкий. Просто ты не заметил, как держит тебя на мушке. Ты возможно, с ним ешь из одной, как ни странно, миски. Ты возможно с ним пьёшь из одной, как ни странно, кружки.

Page 3

Будешь ли ты гладить тонкие запястья Через пару-тройку отгоревших лет?

Знаю, что не в нашей, все — не в нашей власти,

У земных созданий власти вовсе нет…

Будет ли красиво, также, как сегодня, Чтоб друг к другу — близко, далеко — от всех. Я хочу не верить в то, что все проходит, Мысленно, хотя бы, совершить побег.

Каждый из влюбленных — чуточку волшебник, Покажи какой он, этот край земли! Я — твой непослушный, маленький отшельник, Потерявший разум где-то там, вдали.

Page 4

Я тебе до сих пор не умею сказать «прощай», Получается как-то неважно и бесконечно.

Все, что после случается, вроде бы, невзначай…

Только каждое наше «расстаться» равно «до встречи».

Я завидую тем, кто живет по закону «без»: Безответственно, безвозвратно и без притяжений, Кто умеет уйти навсегда и поставить крест,

Существует легко, без ритмичных, простых движений.

Я тебя до сих пор не умею ни с кем делить, Отпускаю на все четыре, вцепившись в плечи. В сотый раз кромсаю ромашку: «любить-не любить»… Надоело мне так бесполезно цветок калечить.

Page 5

За сердце, в котором жила мечта На грани то фола, то перегиба. За «именно тот» и «именно та»,

За мир — на ладони моей, спасибо.

За небо, которое для двоих, За каждое тихое «обещаю». За все, что, казалось, — в руках твоих. За все, что ты выдумал сам, прощаю. За призраков прошлого в голове,

За то, что убить не пытаюсь память.

Спасибо, что жизнь не делю на две, И, вряд ли, кого-то посмею ранить. Спасибо, что были в моей судьбе Мы — «именно те». Не хочу пародий.

Page 6

А к новой бы жизни, да новую душу, Короткую память, да сердце без дна. Мне страшно подумать, насколько ты нужен. Настолько, что я не могу быть одна.

И катится градус в холодную бездну, И голос ломает простудой зима.

А леди, конечно, должна быть железной,

Но я не могу стать железной сама.

Скажи, перед кем ты теперь безоружен, И чьей восхищаешься там неземной?

Мне страшно подумать, насколько ты нужен.

Настолько, что кто-то ненужный — со мной.

Page 7

Ты согрей меня руками, я не твердая, как камень, Я еще не бесполезна, не железо, не ледник. Я оставила надежду где-то между, но, как прежде

Я люблю весну и сказку, тело — ласку. Обними!

Слишком долго привыкала, я устала. От накала Воспалялись только нервы, стала стервой без любви. От того и взгляд стеклянный. Я, как стойкий оловянный.

В темном склепе жажду лето. Так нелепо, хоть реви.

Ты согрей пустую душу, просто выверни наружу, Я ни капельки не струшу, не заплачу. Верь мне, верь! Одиночество опасно, чересчур однообразно,

Я могла шагнуть на красный. Я могла. Но не теперь.

Page 8

Читай не по губам, а по глазам. Они молчат, поэтому не лгут. И больше, чем улыбке, верь слезам. Но бойся видеть, как они бегут. Ведь улыбаться можно через боль, и через силу тоже можно, да.

А слезы — это истина и соль, и целая вселенская беда.

Они не столько горькие на вкус, насколько выжигают изнутри. Ты бойся слез, но не сбегай, как трус. И осуши их, а не разотри. Ты привыкай ко мне. Спустя года твой человек, во многом, как ты сам.

Но никогда, ты слышишь, никогда, вовек не привыкай к моим слезам.

Page 9

Пожелание чистое, как кристалл: Уходи! Здесь ни грамма фальши.

Я из тех, кто упал, отряхнулся, встал

И пошел, не смутившись, дальше.

И пускай без тебя города — пусты, Но зато все мое — с собою.

Я из тех, кто безжалостно жжет мосты,

Плотно стиснув губу с губою.

Но зато все мое — навсегда при мне: Самолюбие — не задето.

Я из тех, кто привыкли быть наравне,

Но не той же платить монетой.

www.inpearls.ru


Смотрите также